Ответное письмо Киану Ривза

Новость о том, что на острове Тин было совершено покушение на Чжао Шэнгэ, разлетелась очень быстро. В тот же вечер ему позвонили и Тан Юмин, и Шэнь Цзуннянь. Чжао Шэнгэ заверил их, что с ним всё в порядке и вскоре он вернётся в Хайши. Услышав это, Тан Юмин спокойно отправился играть в видеоигры, а Шэнь Цзуннянь остался на линии. — У тебя ещё что-то есть сказать? — спросил Чжао Шэнгэ. Шэнь Цзуннянь ответил: [А у тебя?] Чжао Шэнгэ на мгновение замолчал. — Нет. […] После паузы Шэнь Цзуннянь сказал: [Я слышал, Чэнь Вань запер тебя в защищённой капсуле?] — Ты уже знаешь? — спокойно отозвался Чжао Шэнгэ. — Чэнь Вань признался мне. [?] Чжао Шэнгэ добавил, как будто делился секретом: — Но мы пока не вместе. [?] — Сейчас он за мной ухаживает. Шэнь Цзуннянь повесил трубку. Возможно, случившееся действительно сильно встряхнуло Чэнь Ваня. Когда Ли Шэнхуэй устроил ужин, чтобы принести извинения всем присутствующим, Чжао Шэнгэ вышел ответить на рабочий звонок. Его не было довольно долго, и Чэнь Вань тоже вышел наружу. На его лице читалось напряжение. Он шёл так, будто пытался поймать отражение луны в воде, каждый шаг словно не находил твёрдой опоры. Чжао Шэнгэ заметил его издалека, но не окликнул. Он лишь скрестил руки на груди и молча наблюдал. Когда Чэнь Вань не улыбался, он выглядел по-настоящему холодным. Казалось, если в следующую секунду он не увидит Чжао Шэнгэ, то просто потянется за той самой Береттой. И только когда выражение его лица стало совсем мрачным, Чжао Шэнгэ подошёл сзади и слегка коснулся его плеча. — Ищешь меня? Чэнь Вань чуть запоздало понял, что, возможно, проявил слишком сильную настойчивость, и испугался, что Чжао Шэнгэ сочтёт его навязчивым. — Я просто вышел подышать свежим воздухом. Чжао Шэнгэ чуть приподнял подбородок. — Разве для этого нет крыши? — ... Чэнь Вань не хотел, чтобы Чжао Шэнгэ подумал, будто он ведёт себя неловко или нечестно. Он беспомощно улыбнулся и всё-таки сказал правду: — Я вышел вас искать. И быстро добавил: — Я не хотел следить за вами. Просто... я боялся, что что-то может случиться. Встретившись с его спокойным взглядом, он серьёзно сказал: — Если это доставило вам неудобство— — Нет, — перебил его Чжао Шэнгэ. Он стоял очень близко и положил руку ему на плечо. — Но... — Мм? Возможно, это было из-за алкоголя, но Чжао Шэнгэ вдруг почувствовал лёгкую духоту и ослабил узел галстука. Пальцы Чэнь Ваня едва заметно дрогнули - ему захотелось помочь, но он сдержался. — Чэнь Вань, — сказал Чжао Шэнгэ, — когда ты ухаживаешь за мной, тебе не обязательно быть таким вежливым. Чэнь Вань был хорош во всём: внимательный, деликатный, мягкий, преданный до конца. Но он был слишком вежлив. Слишком осторожный. Всегда ставил чувства Чжао Шэнгэ на первое место. Но Чжао Шэнгэ этого не требовал. — А? — Чэнь Ваню всё ещё казалось, что происходящее нереально. Чжао Шэнгэ редко видел у него такое выражение лица - живое, яркое. Он внимательно посмотрел на него и сказал: — Мне больше нравится, когда человек проявляет инициативу. Чэнь Вань сразу ответил: — Я очень инициативный. — Правда? — Чжао Шэнгэ посмотрел на него с сомнением. — Не похоже. — Правда, — уверенно повторил Чэнь Вань. — Тогда расскажи подробнее. Что ещё тебе нравится? Этот искренний, горячий взгляд, полный решимости стать лучшим, неожиданно тронул сердце Чжао Шэнгэ. Казалось, какой бы высокой ни была планка, каким бы сложным ни был стандарт - Чэнь Вань всё равно постарается стать первым. В глубине натуры Чжао Шэнгэ снова вспыхнула скрытая гордость - дикая, беспокойная. Он посмотрел на Чэнь Ваня, затем слегка наклонился. Его губы приблизились к его уху, едва коснувшись его, прежде чем он отстранился. Его голос прозвучал низко и тихо: — Может быть, мне нравится что-то... более настоящее. Чэнь Вань застыл. Его уши мгновенно покраснели. Чжао Шэнгэ дал ему время осмыслить сказанное. Но когда ответа так и не последовало, он больше не стал ждать. Он просто притянул Чэнь Ваня к себе и начал - шаг за шагом, учить его немного "жульничать". — Например, если хочешь позвонить мне - звони. Если хочешь написать - пиши в любое время. Ты можешь и сам что-то просить. Плечи Чэнь Ваня чуть дрогнули. Внезапно оказавшись в объятиях Чжао Шэнгэ и окружённый его тёплым, приятным запахом, он выглядел немного растерянным. Будто не мог поверить, что такой рациональный и собранный человек, как Чжао Шэнгэ - человек с идеальным характером карьериста, на самом деле может быть немного... нуждающимся в близости. Но Чжао Шэнгэ смотрел на него уверенно. — Вот что мне нравится. Чэнь Вань немного подумал и серьёзно кивнул. — Хорошо. Понял. Чжао Шэнгэ решил, что он ведёт себя очень послушно, поэтому наклонился и легко коснулся его губ, словно поощряя. Чэнь Вань выглядел ошеломлённым. Он чувствовал счастье, которого никогда не знал за всю свою жизнь. И он не понимал, за что ему это было дано. Это нереальное, хрупкое счастье заставило его спросить: — Чжао Шэнгэ... наверное, за вами ухаживает очень много людей? — Нет, — Чжао Шэнгэ взглянул на него. — Я не позволяю людям за мной ухаживать. — Тогда почему позволили мне? Почему именно он, такой обычный человек, как Чэнь Вань, получил этот шанс? Ему правда хотелось это понять. Он был всего лишь одним из бесчисленных людей, которые смотрят на Фудзи снизу. Но каким-то образом ему удалось коснуться пригоршни снега с её вершины. Может быть, потому что он был самым настойчивым? Самым преданным? Самым бесстрашным? Чжао Шэнгэ немного подумал и сказал: — На этот вопрос можно ответить только со временем. Чэнь Вань сжал губы и тихо улыбнулся. — Всё равно кажется нереальным. Даже во сне ему никогда не снился такой момент. Чжао Шэнгэ долго смотрел на него. А затем сказал: — Тогда давай сделаем это немного более реальным. И, наклонившись, глубоко поцеловал его. Чэнь Вань едва мог дышать. Он закрыл глаза и осторожно поднял руки, обнимая Чжао Шэнгэ в ответ, так, будто держал в ладонях снег. Осторожно. Сдержанно. Он впервые в жизни держал настоящий снег и не знал, с какой силой его можно удерживать. Ему хотелось сжать крепче, потому что он действительно так долго этого ждал. Но он боялся. Боялся сжать слишком сильно, вдруг снег растает и превратится лишь в холодную воду в его ладонях. Или в пену сна. Но настойчивый поцелуй Чжао Шэнгэ словно говорил ему: Фудзи не так уж далека. И луна действительно может принадлежать тебе. Чэнь Вань почувствовал, как сердце его переполняется - сладкой, щемящей болью. Он наконец понял: когда мечта, на которую ты даже не смел надеяться, вдруг становится реальностью, в ней есть не только сладость. В ней есть и лёгкая кислинка. И немного горечи. Но послевкусие долго остаётся в груди - настолько, что хочется плакать. За все шестнадцать лет, что он издалека смотрел на Чжао Шэнгэ, Чэнь Вань ни разу не хотел плакать. Но в эту ночь, когда Чжао Шэнгэ целовал его, в носу вдруг защипало. Он не заплакал. Он лишь осторожно, но крепко сжал ткань одежды Чжао Шэнгэ, словно надеялся удержать снег в своих руках навсегда. Словно хотел спрятать луну в своём сердце. Чжао Шэнгэ почувствовал, что тело Чэнь Ваня слегка дрожит, а его эмоции немного выбились из равновесия. Он провёл рукой по его спине, терпеливо ожидая, пока тот успокоится. — Тебе трудно привыкнуть? Чэнь Вань сжал губы - ему было немного неловко. Чжао Шэнгэ сказал: — Я могу дать тебе время привыкнуть. Но всё не может оставаться как прежде. — Мм? Чжао Шэнгэ посмотрел на него. — Чэнь Вань, ты всегда так любишь людей? Никогда не переходя границ? Чэнь Вань открыл рот, но не нашёл слов. Чжао Шэнгэ спокойно сказал: — То, что ты дал мне, - это всего лишь бесплатное приложение. Будь то Чжо Чжисюань, Тан Юмин или вообще любой другой человек. Он протянул руку и мягко коснулся щеки Чэнь Ваня. Словно слегка недоумевая и одновременно упрекая, он тихо пробормотал: — Лицо у тебя такое мягкое... а сердце такое жёсткое. — Вы не бесплатное приложение! — нахмурился Чэнь Вань. Он вздохнул про себя, но не знал, с чего начать объяснять. Через мгновение он осторожно потянул за рукав Чжао Шэнгэ, словно хотел утешить его, пообещать что-то. — С этого момента я буду хорошо к вам относиться. Почувствовав, что этого мало, он добавил: — Очень хорошо. Лучше всех. Чжао Шэнгэ ничего не ответил. Луна висела прямо за его спиной. Для Чэнь Ваня он выглядел как божество, сошедшее издалека. И это божество сказало: — Чэнь Вань, на самом деле... Я не хочу того, что ты даёшь другим. Он слегка приподнял подбородок. Его выражение было почти холодным. — Если хочешь ухаживать за мной, ты должен дать мне то, чего не можешь дать никому другому. Чэнь Вань был словно околдован. — Чжао Шэнгэ... что бы вы ни захотели, вы можете взять это у меня. Чжао Шэнгэ посмотрел на него, выражение его лица было трудно прочитать. Затем он отвёл взгляд. — Пустые слова. Чэнь Вань снова улыбнулся. Но в глубине его глаз оставалась упрямая тьма. Ли Шэнхуэй послал кого-то искать Чжао Шэнгэ, и тот потянул Чэнь Ваня в сторону, в угол, чтобы спрятаться. Чэнь Вань повернулся, закрывая его от посторонних взглядов. И в тени Чжао Шэнгэ снова поцеловал его.

***

Слова, которые Чжао Шэнгэ сказал той ночью перед отъездом с острова, оставили у Чэнь Ваня тяжёлое чувство вины. Любовь, подавляемая долгие годы, теперь вырвалась наружу, словно пробудившийся вулкан. К сожалению, в безответной любви Чэнь Вань был настоящим мастером - а вот пытаться добиваться кого-то ему приходилось впервые. Он обратился за советом к Чжо Чжисюаню и едва не довёл того до сердечного приступа. [Что я говорил! Что я говорил! Что я говорил! — Чжо Чжисюань был в полном смятении и сам не понимал, из-за чего именно так бурно реагирует. Спустя мгновение он смог лишь спросить: — Ну? Вы уже...?] — ... — Чэнь Вань пояснил: — Мы пока не вместе. Я всё ещё за ним ухаживаю. [...А, — после паузы Чжо Чжисюань искренне поинтересовался: — Это что, какой-то новый стиль отношений?] У него за плечами было бесчисленное количество романов, но о таком он ещё не слышал. — ...Чжо Чжисюань, — вдруг тихо сказал Чэнь Вань. На другом конце линии воцарилась тишина. Чэнь Вань опустил взгляд и негромко произнёс: — Я хочу встретиться с Моникой и всё закончить. [Я пойду с тобой, — немного подумав, ответил Чжо Чжисюань. А затем спросил: — Ты собираешься ему сказать?] — Нет. Хотя с тех пор, как они покинули остров Тин, прошло уже несколько дней, Чэнь Вань всё ещё выглядел немного растерянным. Он бесчисленное количество раз прокручивал всё в голове. — Почему… как ты думаешь, это именно я? [Это может быть только ты], — сказал Чжо Чжисюань. Он вспомнил юность Чэнь Ваня и всё, что привело его к этому моменту. Он был уверен: Чжао Шэнгэ никогда не найдёт человека, который любил бы его сильнее, чем Чэнь Вань. — Иногда мне кажется, что это иллюзия. [Это не иллюзия, — немедленно возразил Чжо Чжисюань, твёрдо и убеждённо. — Чжао Шэнгэ совершенно очарован тобой.] — ... [Даже не сомневайся. Как бы невероятно это ни казалось тебе самому - это правда. Тебе остаётся лишь смело взять то, что перед тобой. Что бы ты ни решил сделать, я тебя поддержу] — Чжисюань, спасибо, — Чэнь Вань улыбнулся. Он смотрел в окно офиса на огни высотных зданий; его глаза казались почти чёрными. — На самом деле... реальность это или нет, теперь я всё равно не могу его отпустить. [...] Благодаря своему богатому опыту Чжо Чжисюань предложил ему целый арсенал стратегий по завоеванию человека.

***

Когда второй помощник вошёл в кабинет с букетом цветов, Чжао Шэнгэ поднял голову от стопки документов, накопившихся за неделю, и слегка приподнял бровь. Белые пионы и розовые гортензии. Он некоторое время рассматривал их, а затем сказал: — Найдите для них вазу. Аромат пионов и гортензий был лёгким и едва уловимым. Чжао Шэнгэ вдруг вспомнил кожу Чэнь Ваня. В Чэнь Ване было что-то особенное. Раньше для Чжао Шэнгэ каждый день был одинаковым. Но с появлением Чэнь Ваня жизнь и время вдруг обрели форму - стали ощутимыми чувствами, биением сердца и воспоминаниями. Они стали закатом над Сентралом, кантонской оперой по радио во время тайфуна, внезапным жарким желанием, всплывающим глубокой ночью. Слухи о том, что Чжао Шэнгэ был ранен на острове Тин, всё-таки просочились наружу, хотя никто не знал всей правды. Поэтому домыслы распространялись во всех направлениях. Чтобы положить этому конец, Чжао Шэнгэ лично появился на одном из банкетов и тем самым раз и навсегда заставил замолчать всех сплетников. Наследный принц жив и здоров. И пусть никто даже не думает воспользоваться суматохой, чтобы устроить беспорядки. Он давно не появлялся на публике, поэтому желающих выпить с ним оказалось больше обычного. В конце концов, кто знает, когда этот затворник Чжао Шэнгэ появится снова? Он никому не отказывал, но пил совсем немного. Он всегда был немногословен, и немногие осмеливались долго его беспокоить. У Чэнь Ваня тем вечером тоже были свои деловые встречи, но он всё время переписывался с Чжао Шэнгэ, время от времени отправляя случайные мысли, чтобы скоротать время. Чэнь Вань: [Ещё не закончили?] Чжао Шэнгэ ответил не сразу, но и не слишком медленно: Чжао Шэнгэ: [Почти.] Чэнь Вань: [Голова всё ещё болит? Можно выпить тёплого супа от похмелья.] Чжао Шэнгэ, который почти не пил: Чжао Шэнгэ: [Немного.] Чэнь Вань: [Мне приехать за вами?] Чжао Шэнгэ: [Если будет слишком поздно, не стоит.] Чэнь Вань прислал фотографию уличного фонаря за окном машины: Чэнь Вань: [Я уже еду.] Чэнь Вань: [котик мчится на полной скорости.jpg] Чэнь Вань тоже пил, поэтому за рулём был водитель. Вскоре они заехали на подземную парковку и остановились в неприметном углу. Машина Чэнь Ваня была припаркована так незаметно, что Чжао Шэнгэ пришлось немного поискать, прежде чем он её нашёл. Открыв заднюю дверь, он увидел, как Чэнь Вань мягко улыбается ему и протягивает руку. — Чжао Шэнгэ. Лицо Чжао Шэнгэ оставалось спокойным, он некоторое время стоял неподвижно. Изначально он собирался сесть в машину Чэнь Ваня прямо на глазах у всех. Но, глядя на то, как Чэнь Вань улыбается ему, с лёгкими морщинками у уголков глаз, Чжао Шэнгэ всё же вложил свою руку в его ладонь. Чэнь Вань принял её обеими руками, словно что-то драгоценное, и осторожно согрел. Чжао Шэнгэ ослабил узел галстука и тихо спросил: — На что ты смотришь? Чэнь Вань смотрел на него чуть зачарованно и вдруг перешёл на кантонский диалект: — Чжао Шэнгэ, вы, может, сами этого не замечаете, но вы действительно очень красивы. — ... Чжао Шэнгэ отвернулся и тихо усмехнулся - с оттенком беспомощности. Он не был пьян, но в его взгляде не было привычной холодной собранности. В нём появилась какая-то ленивой дикости, как у расслабленного хищника. Он некоторое время смотрел на Чэнь Ваня, а затем мягко потянул его на себя и усадил на колени лицом к себе, внимательно разглядывая. За несколько дней, прошедших с возвращения, волосы Чэнь Ваня немного отросли, придавая ему почти классическую красоту. Чжао Шэнгэ вдруг вспомнил множество фигурок, которые были у него в детстве. Все они были уничтожены Чжао Маочжэном. Но он всё равно помнил каждую из них. Если бы Чэнь Вань мог стать его фигуркой, то он был бы самой красивой, самой дорогой - той, с которой Чжао Шэнгэ играл бы чаще всего. Под этим трудноописуемым взглядом сердце Чэнь Ваня колотилось всё быстрее. Ему было немного неловко, но он позволил себя рассматривать. Чтобы водитель ничего не видел, Чэнь Вань поднял перегородку. Чжао Шэнгэ удержал его за талию, не позволяя отодвинуться, и холодно спросил: — А в защищённой капсуле ты ведь сидел вполне умело? — ... Лицо Чэнь Ваня мгновенно стало горячим. Чжао Шэнгэ действительно какое-то время обращался с его рукой, словно с фигуркой, а Чэнь Вань послушно позволял ему играть. Он мягко развёл указательный и средний пальцы его правой руки, затем снова свёл их вместе, потом снова раздвинул. Это щекотало, и Чэнь Вань рассмеялся. Чжао Шэнгэ прижал большой палец к подушечкам его пальцев и долго медленно их поглаживал. Опустив взгляд, он тихо пробормотал: — Почему я раньше этого не замечал? Чэнь Ваню казалось, будто он играет с лапой маленького зверька. Он перехватил руку Чжао Шэнгэ и сказал с лёгкой улыбкой: — Трудно заметить то, что всегда рядом. — О, — отозвался Чжао Шэнгэ. — Никто никогда этого не замечал? Чэнь Вань почувствовал под ладонью сильное биение его сердца и с лёгким смехом сказал: — Кто станет разглядывать мои руки? Чжао Шэнгэ взглянул на него, но ничего не ответил.