Я умру вместо тебя

Утро всегда начиналось одинаково. В пять тридцать Феликс уже был на кухне дорогого ресторана, где работал уборщиком. Моющие средства пахли резко, едко, и этот запах въедался в одежду так глубоко, что он чувствовал его даже на уроках. Он двигался быстро, почти бесшумно, протирая столы, убирая тарелки, монотонно выжимая тряпку. Здесь он давно перестал смущаться чьих-то взглядов - клиенты редко вообще замечали, что в зале кто-то убирает. Деньги он зарабатывал себе сам. Его семья была обеспеченной, но это не означало, что ему что-то доставалось. Скорее наоборот — каждую мелочь он должен был добывать собственным трудом. В семь утра он уже шёл по улице к школе. Воздух был прохладным, свежим, а город только начинал просыпаться. *** На первом уроке он занял своё привычное место — последняя парта у окна. Открыл тетрадь, достал ручку. В классе было шумно, но он не обращал внимания - умел отключаться от лишнего. Внезапно дверь открылась, и все разговоры стихли. В класс вошёл высокий парень в белой рубашке, идеально выглаженной, с дорогими часами на запястье. Его тёмные волосы были уложены так, как укладывают их только в дорогих салонах. — Это ваш новый одноклассник, Хван Хёнджин, сказала учительница. — он раньше учился дома Садись... — её взгляд скользнул по рядам, — вот сюда, рядом с Феликсом . Хёнджин подошёл, сел, облокотился на парту. Взглянул на него внимательным, немного оценивающим взглядом. — Как тебя зовут? — спросил он тихо, но достаточно, чтобы Феликс услышал. Феликс удивился. Обычно новые не обращались к нему напрямую. Он порылся в тетради, вырвал чистый лист и аккуратно написал английскими буквами: "Felix" Хёнджин прочитал, кивнул. — А почему ты не сказал? Феликс задержал на нём взгляд, потом перевернул листок и медленно вывел одно слово: немой Пальцы слегка дрожали. Он не любил эти моменты — когда приходилось объяснять. Хёнджин смотрел пару секунд, а потом неожиданно просто улыбнулся, без жалости и удивления. — Понял, — сказал он спокойно, и вернул листок. После уроков Феликс не задерживался. Он быстро вышел из школы, пряча лицо под капюшоном толстовки. Небо затянуло серыми облаками, и уже через пару минут на асфальт упали первые крупные капли. Дождь усиливался, тёплый и тяжёлый, с каждой секундой превращая улицу в блестящее зеркало. Капли били по лицу, смывая тонкий слой тонального крема, который он каждое утро наносил на щёки и нос. Феликс на секунду остановился у витрины и поймал своё отражение. Крем смылся почти полностью, и теперь кожа была усеяна мелкими, неровными веснушками. Ему они казались грязными пятнами. Папа всегда говорил: «Выглядишь неряшливо. Как будто не умываешься». С детства эти слова врезались в голову, и каждый раз, видя своё лицо без тонального, он ощущал тот же холодный укол стыда. Он глубже натянул капюшон и пошёл быстрее. *** В ресторане он переоделся в рабочую форму — чёрные брюки и тёмную рубашку с вышитым логотипом на груди. Волосы ещё не успели полностью высохнуть, и от этого на коже оставался липкий холод. Он взял тряпку и отправился протирать столы. И именно тогда заметил у окна знакомый силуэт. Хёнджин Он сидел с чашкой кофе, разговаривая с кем-то по телефону, и время от времени лениво смотрел в сторону зала. Феликс опустил взгляд и попытался пройти мимо. Но, как назло, именно в этот момент Хёнджин поднял глаза. Их взгляды встретились, и Феликс ощутил, как в груди сжалось всё, что только могло сжаться. Ему казалось, что Хёнджин видит всё — и дешёвую униформу, и мокрые волосы, и эти ненавистные веснушки, которые дождь безжалостно обнажил. —Феликс? — позвал он, и в голосе не было насмешки, только удивление. Феликс замер, сжимая тряпку так, что побелели костяшки пальцев, он медленно повернулся . Хёнджин уже встал из-за стола и подошёл ближе. —Ты здесь работаешь? — спросил он ровно, без наигранного интереса. Феликс кивнул, глядя куда-то в сторону, будто пытался спрятаться за шумом кофемашины и звоном посуды. Он ждал того самого - привычной улыбки, за которой всегда следовало: "О, так это правда, ты тут полы моешь?" или "Слушай, а скидку друзьям сделаешь?". Всё это он уже слышал от других. Но Хёнджин просто посмотрел на него пару секунд и сказал: — Ладно. Не отвлекаю. Увидимся завтра. Он вернулся за свой стол, как будто в этом не было ничего необычного. Феликс ещё несколько секунд стоял, не веря, что всё так закончилось. Ему вдруг стало даже неловко за собственные мысли - он был уверен, что знает людей наперёд, и что от богатого новенького ожидать нечего, кроме высокомерия. Но этот парень просто... принял факт. И всё. Он вернулся к работе, но теперь всё время чувствовал на себе редкие, ненавязчивые взгляды со стороны окна.