осень

осень для уилла всегда была порой вдохновения и теплых красок. дни становились короче, ночи длиннее, а вечера обретали особую прелесть. воздух был пропитан ароматами листвы, а солнце, хоть и уже не жаркое, пробивалось сквозь кроны деревьев. разноцветные листья ложились на тротуары, шурша под ногами. осень всегда была для байерса главным источником вдохновения. природа преображалась, даря ему неисчерпаемую палитру для творчества. золото листвы, оттенки охры, багрянец и глубокий пурпур создавали картину, которую уилл стремился запечатлеть на своих полотнах. он мог часами сидеть у окна своей комнаты, наблюдая, как от ветра покачиваются ветви деревьев, как солнечные лучи пробиваются сквозь туман, как капли дождя оседают на землю. именно тогда рождались идеи, самые сильные впечатления, которые потом переносились на холст. мало кто разделяет любовь к осени так же, как и уилл. кто-то относится нейтрально к этому времени года, проживая каждый день как любой другой, не испытывая ни особых восторгов, ни разочарований. а кто-то впадает в самую настоящую хандру, готовый запереться в четырех стенах своей комнаты на все три месяца. и одним из этих людей был майк. он воспринимал осень как предвестницу холодов и уныния. для него она означала сокращение светового дня, серые, пасмурные небеса и нескончаемые дожди. каждый год с приходом сентября его настроение заметно снижалось, и уилл прекрасно знал об этом. и он готов сделать все, чтобы его лучший друг вновь начал улыбаться. *** серые облака, тяжелые от влаги, низко нависли над крышами домов. капли дождя падали на и без того мокрый асфальт, листья, прилипшие к тротуарам и зонты прохожих. воздух был густым и прохладным, пропитанным запахом сырой земли и листвы. дождь лил не переставая, потоки воды стекали по окнам домов, размывая очертания мира за ними. уилл несся по улице, ноги сами несли его в сторону знакомого дома своего лучшего друга. этот день выдался непростым: после уроков, вернувшись домой, байерс обнаружил, что потерял ключи. мама и джонатан, как назло, были на работе, и перспектива сидеть у двери, ожидая их прихода, казалась крайне унылой. поэтому, недолго думая, он решил переждать это время у майка, будучи уверенным, что друг будет только рад его компании. по пути к дому уилеров начался дождь. сначала это были мелкие капли, но вскоре он перерос в настоящий ливень. уилл, как обычно, утром забыл взять зонт, но это нисколько не испортило ему настроения. наоборот, промокший насквозь, он ощущал какое-то невероятное чувство свободы. подбежав к двери дома уилеров, байерс, не раздумывая, нажал на звонок. через мгновение на пороге показался майк, чье появление вызвало на лице уилла искреннюю улыбку. — привет! можно зайти? – спросил шатен, немного запыхавшись. — уилл, ты сума сошел? заходи быстро – майк отошел от прохода, пропуская друга внутрь. уилл шагнул в дом, такой знакомый и родной, почти как собственный. снимая промокшую обувь, он аккуратно поставил её у порога, стараясь не оставить мокрых следов на начищенном полу. они прошли в комнату майка, где царил легкий, узнаваемый беспорядок. на столе рядом с печатной машинкой стояла кружка, испачканная следами от кофе, на полу валялась пара брошенных вещей, а кровать была заправлена как-то небрежно, криво. но именно здесь уилл чувствовал себя по-настоящему комфортно. это было пространство человека, о котором он не мог забыть ни одной ночи, особенно если оно было в присутствии того, кто заставлял его глаза загораться теми самыми яркими искрами. майк, не заставив друга долго ждать, выдал ему свою сухую одежду, и пока уилл переодевался, отправился на кухню, чтобы приготовить горячий чай. шатен наспех сменил мокрую одежду на сухую и, когда уилер вернулся с дымящейся кружкой, принял её, благодарно кивнув. — вдохновения нет? – спросил байерс, садясь за стол и жестом указывая на мусорное ведро рядом, которое уже прилично наполнилось смятыми бумажками. сделав первый глоток горячего чая, он почувствовал, как тепло разливается по телу. — ага – только и выдавил майк, усаживаясь на кровать и откидывая голову назад. — понимаю – уилл взглянул в окно, где продолжал моросить дождь. – а ты не пробовал на улицу выйти? там же столько источников для вдохновения можно найти! — где? в грязи и лужах? – майк покачал головой, глядя на мокрую улицу. – не вижу там ничего особенного — как ты можешь заниматься искусством, при этом не умея смотреть на окружающий мир? все идеи же черпаются из него! ты хотя бы пробовал? – продолжает настаивать на своем байерс. — пустая трата времени – лишь отвечает майк. уилл внимательно посмотрел на майка. лицо друга было мрачнее тучи, ни одна положительная эмоция не тронула его черты. может, виной всему эта промозглая осень, или же последствия недавнего расставания с девушкой. — это из-за расставания с джейн ты такой грустный? — осторожно спросил байерс. все таки, все его мечты о счастливом будущем с майком, казалось, развеялись как дым. все изменилось, когда местный шериф взял под опеку девочку из приюта, и она перешла в их класс. у них с майком завязался роман, в котором уиллу отводилась роль либо стороннего наблюдателя, либо помощника в сглаживании острых углов их отношений. сначала байерс злился на джейн, ревновал майка, но потом, когда джойс и хоппер признались друг другу в любви и семьи стали жить под одной крышей, уилл лучше узнал этого человека. она оказалась хорошим другом, замечательным собеседником и действительно стала ему как родная сестра, поэтому сейчас никакой злобы к ней он не питает. правда, честно сказать, шатену стало легче когда он узнал о их расставании. — что? – майк удивленно посмотрел на него. – нет. я к джейн уже давно ничего не чувствую. – он поднялся на ноги и подошел к окну, вглядываясь в серый пейзаж. – просто… как ты можешь быть таким веселым в такую погоду? уилл ощущал это кожей, каждой клеточкой своего существа. он знал майка так, как, возможно, никто другой. он чувствует, что друг скрывает что то важное, нечто, что выходит за рамки их недавнего с джейн расставания. оба они приняли его с поразительным спокойствием, понимая, что их отношения были обречены с самого начала, тянули их вниз, не давая двигаться вперед. но тогда, что же именно майк утаивал? — я? – уилл встал, ощущая прилив энергии. – я просто смотрю на мир под другим углом — я когда в последний раз смотрел на мир под другим углом, чуть не попал под машину, пытаясь прочитать надпись на вывеске — ну, я не настолько буквально – уилл усмехнулся и подошел ближе. – просто помни, что не обязательно три месяца осени тухнуть в четырех стенах. спорим, я смогу тебя развеселить? – он улыбнулся, присаживаясь рядом с майком на край кровати. — ну, дерзай – уилер ответил с лёгкой усмешкой. — отлично! тогда начнем с комнаты. нужно создать более весёлую атмосферу, ты же понимаешь? – уилл вновь поднялся, направившись к окнам. он раздвинул шторы, впуская в комнату потоки осеннего света. затем его взгляд упал на старый проигрыватель. он поднял его, поставил на стол и, достав из стопки пластинки, принялся перебирать их. его пальцы остановились на конверте с знакомым названием «just like heaven». уилл повернулся к майку, выхватил из кучи смятых бумаг в мусорке одну, кинул её в друга, затем повторил то же самое с другой. — ну и что мы сидим? вставай давай! — уилл, что ты делаешь? – майк прикрылся руками, пытаясь увернуться от летящих снарядов. — не нравится? так догони меня! – бросил байерс и продолжил свою «войну» бумажными шариками. его слова возымели действие. майк, хоть и с неохотой, всё-таки поднялся с кровати и двинулся в сторону друга. уилл, ловко схватив ещё один «боеприпас», отбежал в другой конец комнаты. майк же тоже собрал небольшой арсенал и метнул первый снаряд в уилла, но промахнулся. — не попал! – с довольной улыбкой воскликнул байерс. — значит так? – майк рискнул. в ответ ему тут же прилетела бумажка прямо в лоб, после чего раздался звонкий смех уилла. – ну всё, ты сейчас пожалеешь! таким образом они начали кидаться теми самыми неудачными страницами, черновиками из будущей книги майка. клочки бумаги валялись по всей комнате, отскакивали от стен, а вместе со словами песни, звучащей из проигрывателя, это создавало атмосферу, которая, казалось, развеивала всю хандру. на лице майка начала проглядывать улыбка, что только ещё больше порадовало уилла. дальше в ход пошли подушки. едва майк успел поднять взгляд, как уилл метнулся к ближайшей, находившейся в его досягаемости. ею он и одарил уилера, целясь в самое лицо. брюнет же, отбросив в сторону смятую бумажку схватил точно такое же оружие. в этот самый миг они оба почувствовали, как время отступило на много лет назад, когда мир для уилла тогда сводился к присутствию майка, а для майка, напротив, существовал только уилл. и удивительно, оглядываясь на уилера, байерс видел не того друга, который зачастую появлялся лишь тогда, когда самому требовалась помощь. вместо этого перед ним предстал тот самый двенадцатилетний мальчишка, для которого лучший друг был дороже всего на свете, превыше всех остальных людей и всех забот. майк, в одно стремительное движение, схватил уилла и с силой толкнул его на кровать. мгновение спустя он уже сидел сверху, надежно блокируя любую попытку к бегству, и принялся бить друга подушкой. байерс, оказавшись под ним, заливался звонким смехом и старался отбиться, но все его усилия были тщетны. оставалось лишь одно, последнее средство. — все! хватит! я сдаюсь! – воскликнул уилл и отбросил свою подушку в сторону, признавая поражение. — то-то же — выдохнул майк, на его лице расцвела самодовольная улыбка. он откинул свою подушку в сторону и без сил рухнул прямо на пол, изнеможенный, но довольный. уилл попытался встать с кровати, но в пылу эмоций не рассчитал своих движений. потеряв равновесие, он свалился прямо на майка, оказавшись сверху. в воздухе повисло мгновенное напряжённое молчание. — это твое желание за победу в споре? – с тихой усмешкой поинтересовался майк. — что? – уилл даже не успел сформулировать ответ, как на его затылке почувствовалось прикосновение чужой руки, а собственные губы неожиданно примкнули к противоположным. внутри байерса словно взорвался фейерверк. он прикрыл глаза, совершенно не зная, что чувствовать, объятый неверием и восторгом. человек, о котором он мечтал, грезил, сейчас, по собственной воле, целовал его! это было невообразимо. казалось, за эти несколько секунд он пережил целый спектр эмоций, от шока до всепоглощающего счастья. когда майк отстранился, уилл удивленно открыл глаза и взглянул на него. — что… что это было? – прошептал байерс, его голос дрожал от переизбытка чувств. — твое желание за победу в споре. и мое желание за победу в битве – руки друга вновь нежно легли на щеки уилла, а губы вновь встретились, на этот раз с еще большей уверенностью. это вышло странно, не так, как представлял уилл, прокручивая раз за разом различные исходы события. они обязательно поговорят обо всем, что только что произошло, но чуть позже. не сейчас, не в этот момент, когда случается то, чего уилл ждал, кажется, всю свою жизнь. и теперь он точно знал, что осенняя хандра больше никогда не затянет ни его, ни майка, а это время года непременно станет его самым любимым.