Зимний отблеск.

Впервые за столько лет Токио ощутил на себе такую сильную, морозную зиму. Холод опустился на город тихо, но уверенно, будто накрыв его невидимым куполом. Все районы были усыпаны снегом – густым, мягким, который, словно толстое белое одеяло, укутывал улицы, крыши домов и ветви редких деревьев. Под ногами он тихо скрипел, оставляя на себе следы прохожих. С крыш зданий свисали длинные, прозрачные сосульки. Они мерцали на свету и иногда тихо звенели, когда лёгкий ветер задевал их. На окнах мороз рисовал замысловатые узоры: тонкие линии, причудливые спирали и ледяные цветы. В лучах зимнего солнца они поблёскивали так, будто были вырезаны из стекла. Солнце поднималось над городом лениво и холодно. Его бледный свет ложился на снег мягкими бликами, окрашивая всё вокруг в спокойные, почти сказочные оттенки. Но тепла в этом свете не было,  лишь тихая, зимняя ясность. Воздух был чистым и колким. Каждый вдох ощущался прохладой в груди, а дыхание прохожих превращалось в лёгкий белый пар. Город казался необычно тихим, словно замедленным. И всё же эту тишину время от времени нарушали звонкие, юные голоса. Где-то на улице смеялись дети, бросая друг в друга снег, где-то перекликались подростки. Их смех разносился по заснеженным дворам и улицам, отражаясь от стен домов и добавляя этой морозной картине живую, тёплую атмосферу, которая словно согревала город изнутри.  По одной из таких заснеженных улиц шёл Мегуми Фушигуро. Его ботинки мягко наступали на свежий снег, и под каждым шагом раздавался тихий, характерный хруст. Холодный воздух слегка щипал лицо, а изо рта вырывался лёгкий пар. Чуть позади плелись его друзья: Кугисаки Нобара и Итадори Юджи. Они о чём-то оживлённо болтали, время от времени переходя на громкий спор, как это обычно у них и бывало. Для посторонних это могло показаться настоящей перепалкой, но для них самих это было чем-то совершенно привычным. Настолько, что Мегуми уже давно перестал обращать на это особое внимание. Он просто шёл впереди, молча слушая их разговор вполуха. Именно поэтому он слегка напрягся, когда позади него внезапно стало значительно тише. Даже подозрительно тихо. Мегуми уже собирался обернуться, чтобы проверить, что эти двое снова успели задумать, как вдруг в его ноги вцепилось что-то тёплое и до ужаса приставучее. Фушигуро растерянно опустил взгляд вниз и увидел Нобару, которая крепко обхватила его за ноги, буквально повиснув на них. Девушка прижималась к нему, едва сдерживая смех, и выглядела так, будто это была лучшая идея в её жизни. Его брови медленно и скептически изогнулись. — Итадори, действуй, пока он не вырвался! — весело крикнула она. — Есть! — тут же отозвался оживлённый голос Юджи. И уже в следующее мгновение произошло то, чего Фушигуро совершенно не ожидал. Он только начал оборачиваться, чтобы понять, что там происходит за его спиной, как прямо в лицо ему с размаху прилетел снежок. Холодный, мокрый и неприятно колючий. Снег с глухим хлопком разбился о его щёку и переносицу, рассыпаясь мелкими ледяными крупинками. Они тут же прилипли к коже, к тёмным ресницам и волосам, а часть снега скатилась за воротник. Мегуми резко зажмурился и крепко выругался сквозь зубы. Почти рефлекторно он поднял руки в тёмных перчатках и закрыл ими лицо, пытаясь стряхнуть холодный снег. Несколько белых комков упали на землю, оставляя влажные следы на ткани перчаток. Нобара, наблюдавшая за этим буквально в у его ног, сначала выглядела довольной своей выходкой. Но это выражение быстро сменилось настороженностью, когда стало ясно, что Мегуми вообще никак не реагирует на происходящее. Она медленно разжала руки, которыми всё это время держала его за ноги, и осторожно отползла назад, после чего быстро поднялась на ноги. Девушка обменялась коротким взглядом с Итадори. В этом взгляде читалось одно и то же: кажется, мы влипли. Нобара неловко пожала плечами, будто пытаясь показать, что это вообще не её идея, и снова посмотрела на Мегуми. Тот тем временем опустился на корточки прямо посреди заснеженной дороги и всё ещё закрывал лицо руками. Он не говорил ни слова, не двигался и даже не пытался стряхнуть остатки снега. Именно это молчание и насторожило её сильнее всего.По спине девушки пробежал неприятный холодок. Пахнет жареным. Очень жареным. Она резко хлопнула Юджи по плечу и торопливо заговорила, почти спотыкаясь о собственные слова: — Ох! Точно! Я совсем забыла, что собиралась помочь Маки с её новым имиджем! Это прозвучало настолько внезапно и не к месту, что даже сама Нобара на секунду замерла. Но уже в следующее мгновение она развернулась и практически сорвалась с места. Девушка почти пулей понеслась прочь по заснеженной улице, оставляя за собой цепочку быстрых следов. Она даже не обернулась, явно решив, что лучше всего сейчас просто исчезнуть. Итадори остался стоять на месте. Несколько секунд он просто смотрел ей вслед, явно не до конца понимая, что вообще произошло и как именно его только что так нагло оставили одного разбираться с последствиями. — Э?.. Он моргнул, затем снова посмотрел на присевшего Мегуми. Осознание медленно, но неотвратимо приходило. — Подожди… Нобара— Но её уже и след простыл. Юджи тихо вздохнул и почесал затылок, после чего всё-таки подошёл ближе к другу. Снег тихо хрустел под его шагами. Он тоже присел перед Мегуми на корточки, немного наклоняясь вперёд, чтобы попытаться заглянуть ему в лицо, которое тот по-прежнему закрывал руками. — Эй, Фушигуро… ты как? — осторожно заговорил он. В его голосе больше не было прежней веселости, теперь там слышалась явная тревога. — Неужели я настолько сильно бросил снежок? — виновато добавил Юджи. — Больно? Он протянул руку и осторожно коснулся его локтя, будто проверяя, в порядке ли тот. — Слушай, я не думал, что попаду прямо в лицо… правда. Я просто… ну… хотел– Но Итадори не успел договорить. В следующее мгновение его внезапно обхватили тёплые руки. Фушигуро, который ещё секунду назад сидел, будто совершенно разбитый, резко подался вперёд и своим весом слегка толкнул Юджи назад. Всё произошло так быстро, что тот даже не успел среагировать. Его ноги скользнули по утоптанному снегу, и через мгновение он уже врезался спиной в ближайшее дерево. С веток тихо посыпалась снежная пыль. Юджи ошарашенно моргнул. А затем услышал тихий, довольный смех. Фушигуро смеялся. Негромко, но явно очень довольный собой. Итадори недовольно цокнул языком и надул губы, наконец понимая, что только что произошло. — Блин… — протянул он, бросив на друга укоризненный взгляд. — Почему я сразу не догадался, что ты притворялся? Но договорить до конца он не успел. Вдруг прямо ему на голову с веток дерева обрушилось что-то холодное. Целая пригоршня рыхлого, пушистого снега соскользнула с ветки и рассыпалась по его волосам, плечам и воротнику. Видимо, они действительно слишком сильно тряхнули дерево, когда столкнулись с ним. Юджи рефлекторно зажмурился, чувствуя, как холодные крупинки тают на коже. А смех Фушигуро стал только громче. Теперь он звучал свободнее, звонче – почти мелодично. Этот смех неожиданно заставил сердце Юджи на мгновение сбиться с ритма. Он замер на секунду, будто вслушиваясь. Это звучит… очень красиво. Мысль пришла сама собой, совершенно неожиданно. Румянец прилил к его и без того красным щекам. Юджи невольно улыбнулся, стряхивая с лица снег и проводя рукой по волосам, пытаясь убрать холодные комки. — Пф… — тихо фыркнул он. — Неужели это правда настолько смешно? Он пробормотал это почти лениво, но в его взгляде не было ни капли раздражения. Напротив,  он как будто с любопытством разглядывал лицо друга, сидящего так близко. Снежинки всё ещё путались в тёмных волосах Мегуми, а на губах играла редкая, тёплая улыбка. Фушигуро слегка склонил голову набок, глядя на него сверху вниз. — Даже очень, — спокойно ответил он. В его голосе всё ещё слышались остатки смеха, а в глазах мягкое, почти тёплое веселье. Итадори тихо усмехнулся и покачал головой, будто признавая своё поражение в этой маленькой снежной войне. Не раздумывая, он потер друг о друга покрасневшие от холода руки, пытаясь хоть немного их согреть. Пальцы уже неприятно покалывало от мороза. Мегуми сразу заметил этот жест. Он тихо выдохнул, и из его губ вырвался лёгкий белый пар. Взгляд Фушигуро на мгновение задержался на руках друга, а затем поднялся выше,  на его лицо. — Замёрз, — спокойно сказал он. — Я ведь говорил, что тебе стоит брать хотя бы мои перчатки, если собираешься выходить на улицу. В его голосе звучало привычное, почти тихое поучение. Пробормотав это, Мегуми стянул со своих рук тёмные перчатки. Холод тут же коснулся его пальцев, но он словно даже не обратил на это внимания. Юджи усмехнулся, продолжая тереть ладони. — Да ладно тебе, — беззаботно отмахнулся он. — Я в порядке. Он поднял взгляд на друга и на секунду замолчал. Мегуми стоял совсем близко. Снежинки всё ещё запутались в его тёмных волосах, а кончик носа слегка покраснел от холода. Юджи неожиданно протянул руку вперёд и аккуратно стряхнул с его волос несколько снежинок. — У тебя… — тихо начал он, но так и не договорил. Пальцы на мгновение задержались в его волосах чуть дольше, чем было нужно. Мегуми замер. Он медленно поднял взгляд на Юджи. Их лица теперь оказались совсем близко. Настолько, что тёплое дыхание смешивалось в холодном воздухе. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Юджи слегка улыбнулся, и почти невзначай, почти как бы играючи, наклонился и лёгким поцелуем коснулся щёки Мегуми. — Ты красивый, когда смеёшься, — сказал он тихо, почти будто между делом.  Слова прозвучали так просто, будто он сказал что-то совершенно обычное. Но у Мегуми на секунду сбилось дыхание. Он отвёл взгляд в сторону, будто пытаясь скрыть внезапное смущение, и тихо щёлкнул языком. — Придурок, — пробормотал он. Но уголки его губ всё равно чуть приподнялись. В глазах Итадори это было непозволительно мило.  — Давай сюда свои руки, глупый, — пробормотал Фушигуро, осторожно надевая на замерзшие пальцы Итадори свои перчатки. Юджи почувствовал знакомое тепло, мягкое и привычное, будто маленький огонёк в зимней стуже. Ему хотелось улыбнуться, сказать что-то, но в следующий момент всё вокруг будто потускнело. Краски мира померкли. Воздух стал тяжёлым, и перед глазами поплыло. Итадори моргнул один раз. Потом два. Три. Теплых рук Мегуми больше не было. Он остался стоять один на пустой улице, среди заснеженных домов. Снег тихо ложился на плечи и волосы, но холод больше не отступал. Он пронизывал до костей, обжигая каждый палец, каждую ладонь. Вокруг не было ни звука. Ни смеха, ни слов, ни шелеста ветра, лишь редкий гул машин, да хруст снега под ногами. Город, который когда-то казался живым, теперь был мёртвым и чужим. Сколько лет прошло с того зимнего дня, когда руки Мегуми были рядом, согревая его? Юджи уже не вспомнит. Достаточно, чтобы любой человек успел прожить жизнь и покинуть этот мир.  Он сжал ладони, ощущая, как ледяной холод впивается в кости. Тепло тех рук ушло навсегда, вместе с Мегуми. С красками мира, с запахами, с мгновениями, которые больше никогда не повторятся. Юджи опустил взгляд на свои руки, грубые, окоченевшие, и тихо выдохнул. Его дыхание растворялось в холодном воздухе, а сердце сжималось, словно под тяжестью самой зимы. Он вспомнил всё: смех, прикосновения, тепло. И понял, что теперь этого больше нет. Снег тихо падал с веток, шурша под ногами, но ни один звук не мог заполнить пустоту. Он стоял посреди заснеженной улицы, и вокруг не осталось ничего, кроме тишины и холодного света фонарей. Юджи тихо выдохнул, позволяя словам выйти наружу, даже если никто их не услышит: — Мне правда чертовски холодно, Мегуми.