Магия, что течёт в наших жилах

***

      — Пиши нам каждую неделю, хорошо?       Гарри направлялся в сторону столба между платформов 9 и 10, вслед ему говорила Петуния, а остальная семья шла рядом.       — Хорошо, тетя, — вздохнул он, — Буду писать даже чаще. Я приеду к вам на Рождество.       Его вмиг сжали в тесных объятиях. Петуния поцеловала его в лоб и отошла, давая пространство Вернону и Дадли. Те пожали друг другу руки и обменялись прощальными фразами.       — Удачи тебе, Гарри!       Мальчик улыбнулся и побежал к каменной стене. В письме была подсказка — при переходе на волшебную часть платформы 9¾ нужно не бояться того, что ты разобьешься о стену.       Он восхищенно выдохнул, глядя на паровой поезд, окрашенный в малиновые и черные цвета. Сердце мальчика немного сжалось, когда он увидел, что какого-то ребёнка бережно обнимает его мама. Гарри прогнал из головы такие мысли и шагнул в поезд, где сел в свободное купе. Он достал сквозное зеркало и направил на него магию.       — Я сел на поезд, — улыбнулся мальчик, увидев самые красивые глаза, которые он только видел. Они принадлежали его подруге.       — Рада слышать, — радостно сказала она, — А у нас все чуть иначе, мы всего лишь используем каминную сеть.       — Это более рационально, — ответил Гарри.       В итоге они разговаривали почти все то время, которое мальчик провел в поезде до его движения. Но, к сожалению его подруги, ему пришлось отвлечься на некоего Рона Уизли, который оказался приятным на вид мальчиком, и Гермиону Грейнджер, та лишь заходила узнать, нет ли в их купе какой-то жабы.       Чуть погодя Флёр пришлось попрощаться с ее другом, ведь её звали на ужин, который она никак не могла пропустить. Но мальчику не пришлось скучать, ведь его новый знакомый предложил ему сыграть в шахматы, от этого предложения он не отказался и во время партии и разговоров они узнали друг друга чуть получше.

***

      — Мои братья говорили, что на факультеты распределяют с помощью испытаний! — шепотом тараторил Рон, вызвав у Гарри смешок.       — Враки все это, нас будет распределять шляпа.       — Какая шляпа? — в недоумении спросил рыжий.       В вестибюль, куда согнали всех первокурсников, зашла женщина в изумрудной мантии. Та представилась заместителем директора и преподавательницей трансфигурации и попросила следовать всем за ней.       Большой зал очень понравился Гарри. Особенно его потолок, который с помощью заклинаний показывал звёздное небо, которое всегда завораживало мальчика.       — Ханна, Аббот!       Какая-то незнакомая Гарри девочка вышла из всей толпы первокурссников. Он взглянул на преподавательский стол и увидел там директора. Тот внимательно наблюдал за Распределением школьников. После взгляд Гарри начал переводить взгляд с одного лица на другое. Он мог выделить лишь длинноволосого мужчину, который отвел от него взгляд, стоило Гарри посмотреть на него. После того как прозвучала его фамилия и имя, то по Залу начали ползти разные вздохи и кое-кто, кому бы тетя Петуния оторвала бы палец, указывал на мальчика.       Он также заметил более заинтересованный взгляд со стороны директора, не придав этому значения, Гарри надел Шляпу.       — Мистер Поттер, а я все ждала, когда же ты придёшь ко мне.       Скрипучий голос раздался словно ото всюду. Шляпа, как будто поселилась в его голове и теперь могла звучать как его собственные мысли. Его это очень позабавило.       — Здравствуйте, Шляпа.       — Ну думаю разговор будет короткий, мистер Поттер. У вас два варианта: Гриффиндор или Слизерин. Какой бы вы выбрали?       Мальчик изначально шел в эту школу, чтобы почувствовать близость со своими родителями, поэтому особо долго думать ему не приходилось. Конечно же в расчет еще шли слова Рона о змеином факультете, да и знакомство с Драко Малфоем не очень ему понравилось, а того приняли в Слизерин.       — Гриффиндор, пожалуйста.       — Ну что же, удачи тебе на этом пути, юный друг.       — ГРИФФИНДОР!

***

      — Представь себе: Шляпа умеет разговаривать и с ней можно мысленно общаться! — восторженно шептал Гарри своей подруге.       Он находился в спальне своего нового дома и так как сильно устал после нескольких часов на поезде, то сразу лёг спать. Однако он никак не мог пропустить традиционный вечерний "созвон" с его подругой.       — Наверняка это была очень сложная работа великого волшебника, — заметила девушка, записывая что-то на своём пергаменте.       — А что ты делаешь?       — Пишу письмо, чтобы заказать себе новые туфли. Наверное тебе нужно спать, Гарри, завтра у тебя первый учебный день, — девушка мило улыбнулась Поттеру, который закатил глаза.       — У тебя точно все хорошо? Ты очень рассеянная.       — Не волнуйся, я всегда такая в начале года. Скоро ко всему привыкну и снова буду бесить тебя разговорами о женских штучках, — девушка подмигнула ему, — Сегодня без французского, ты наверное устал, Гарри.       — Пожалуйста, — Гарри со всей своей детской серьезностью посмотрел на свою подругу, которая отвлеклась от письма. Краем глаза Гарри заметил салфетки, на которых виднелась тушь, почему-то это заставило его беспокоиться еще сильнее. Он внимательно посмотрел на лицо своей подруги и, к сожалению, увидел засохшие дорожки слез, — Флёр, что случилось?       Девушка закусила губу и замолчала. И молчала она так долго, что Гарри заметил как во всей комнате выключили свет. Ему очень понравились чары тишины на каждой кровати, что поможет ему ночью разговаривать с француженкой.       — Это все моя магия, — начала она, опустив свои руки под стол, — Мне все труднее ее контролировать и из-за этого сегодня случился небольшой казус. Но ты не волнуйся, я все исправила, пусть и... — девушка шмыгнула носом и из её глаз начали литься слёзы, — Гарри, я так больше не могу. Я не знаю, что со мной будет происходить, если уже в первый день я довела себя до слёз.       Если быть честным, то Гарри впервые видел плачущую Флёр и он к сожалению не может ее сейчас даже обнять, дабы успокоить.       — Но Флёр, ты сильная ведьма...       — Да нихрена я не ведьма, я — вейла, в этом и вся проблема! — крикнула она, глядя на шокированного мальчика. Девушка впервые на него закричала.       — Даже если так, то все равно. Ты же сама говорила мне, что со временем ты сможешь успокоить свою сущность, разве нет?       Ему было очень больно видеть как из небесно-голубых глаз льются слезы. А еще сильнее било то, что он очень желал погладить девушку по спине, успокоить, но никак не мог этого сделать.       — Ладно, извини, — Флёр шмыгнула носом, — Прости, но мне нужно спать. И пожалуйста, — она умоляюще посмотрела на мальчика, — Не поднимай больше эту тему, если настанет момент, то я сама все расскажу. Спокойной ночи.       Она, не дожидаясь ответа от Гарри, выключила связь, оставив мальчика думать о произошедшем целую ночь. К сожалению, уснуть он смог лишь под утро.

***

"ОГРАБЛЕНИЕ ВЕКА"

      Вот таким его встретил заголовок Ежедневного пророка в октябре. Прошло уже немало времени с начала его учёбы и он бы не сказал, что она была трудной. Большую часть из того материала, который им давали, он уже знал благодаря книгам, которые ему дарили Делакуры.       Газета сообщала о том, что какой-то незнакомец пробрался через все защитные чары банка и проник в ячейку номер 713, которую очистили буквально несколько часов назад. Однако все это произошло еще летом, а банк выдвинул это заявление лишь сейчас, что могло бы насторожить Поттера, если его это хоть как-то бы касалось.       — Гарри, — сказал Рон, глядя на своего лучшего друга, — Вставай, иначе мы опоздаем к Снейпу, чего бы я не хотел.       Доев остаток обеда, оба мальчика двинулись в сторону подземелий, где правили слизеринцы и их декан — Северус Снейп, который также вел зельеварение. Почему-то Гарри с первого занятия не понравился профессору и тот всячески вставлял мальцу палки в колеса, но его насмотренность, когда Аполлин готовила зелья, пока что помогало ему, ведь зелья на уроках были лёгкими.       После очередного урока, где каждый сидел, как на иголках, Гарри отправился в гостиную, чтобы поговорить с Флёр. У них сегодня была только пара зельеварения и ночью должна была быть Астрономия, если бы погода позволяла, но ее отменили из-за густых туч на небе.       Вместе с Роном они добрались до гостиной, где сидело просто куча народа. Вместе с ними шли и чернокожий мальчик по имени Дин Томас и Симус Финниган, который запомнился Гарри как подрывник всего и вся. Трое мальчиков обсуждали девочек из их потока и факультета, но Гарри даже не слушал их. Все его мысли при разговорах о девочках почему-то сводились к небесно-голубым глазам и сверкающим блондинистым волосам.       — А я тебе говорю, что Грейнджер очень даже ничего, — в ответ на какую-то фразу Симуса, говорил Дин, — Просто дай ей пару лет и увидешь как она раскроется.       Рон и Симус лишь ухмыльнулись замечанию своего друга, но спор продолжили.       — Да она же заучка! С ней поэтому никто и не дружит из факультета, с ней просто невозможно находиться рядом. Вот, смотри, Гарри такой же умный, но не умничает, а твоя Грейнджер только и делает, что внимает каждому слову профессоров...       Наверняка у этих обоих придурков были еще мысли насчёт Гермионы, но те не успели их озвучить, ведь предмет спора прошёл мимо них, грубо рассталкивая детей. Гарри заметил как блестели карие глаза его однокурсницы.       Он недовольно посмотрел на своих друзей и цокнул языком.       — Довольны? Вы довели ее до слез, придурки, — недовольно прошипел Гарри, — Идите найдите ее и извинитесь. А я пошёл.       — Да с кем ты там всегда общаешься, как я не зайду, то у тебя в руках сквозное зеркало, — громко спросил Дин, глядя на однокурссника. Гарри остановился и обернулся, глядя на друга.       — Не суй свой нос куда не надо, Дин. Я повторяю: идите к Гермионе и извинитесь, она не заслуживает тех слов, которые вы назвали.       Вот теперь Гарри ушёл окончательно. Его все больше и больше начинали бесить Дин и Симус, которые только и умели что разговаривать о девочках и играть в плюй-камни. Рон хотя бы был интересен в плане общения, поэтому мальчик решил для себя, что ограничит общение с первыми двумя.

***

      — Тролль! Горный тролль в подземельях!       Все в Большом Зале мигом обернулись в сторону входа. Профессор Квиррел, который был запутанным и странным человеком, бежал в сторону стола преподавателей, но споткнулся об свою мантию и упал.       — Старосты, отведите всех учеников в их гостевые комнаты. Кроме Слизерина, тот должен оставаться здесь, — директор отреагировал практически мгновенно и все мигом принялись выполнять его указания.       Почему-то Гарри было очень беспокойно. Ему казалось, что он о чем-то забыл, о чем-то важном, но не касающимся его самого. Студенты ринулись к выходу, даже не слушая крики своих старост и деканов. И тут Гарри увидел рядом с собой пробегающую мимо Парвати. Мальчик понял, что его беспокоило.       — Парвати, стой! — крикнул Гарри, остановив свою однокурсницу. Та словно с испугом посмотрела на него, — Прости, но ты не знаешь где сейчас Гермиона? Просто я помню, как мы возвращались с гостиной и обидели ее, она убежала в слезах как раз в сторону подземелий.       — Эм, — девочка задумалась, — Кажется в самом нижнем туалете для девочек, который около кабинета зельеварения.... — Парвати в ужасе закрыла свой рот ладонью.       — Черт. Скажи об этом профессорам, хорошо? А я пока пойду.       Не дожидаясь слов со стороны девочки, Гарри бегом отправился в сторону подземелий, где находился тот самый туалет. Он бежал настолько быстро, насколько мог, ведь в любую секунду ничего не знающая девочка могла встретиться с троллем. Ужасный крик раздался эхом по коридору, где был тот самый туалет. Гарри вбежал туда и обнаружил склизкое огромное существо с маленькой головой.       Оно держало в руках деревянную дубинку и ею крушило все, что было в туалете. Из четырех кабинок осталось две и в последней из них — в щели между полом и дверью — Гарри заметил чью-то ногу. Недолго думая, мальчик схватил в руки волшебную палочку и наколдовал обездвиживающее заклинание.       — Petrificus Totalus!       Красный луч достиг своей цели, однако он лишь заставил тролля обратить внимание на мальчика. Ругнувшись себе под нос, Гарри еле избежал осколка туалета, который тролль в него кинул. Мальчик вспомнил, что кожа у троллей обладает сильной магической защитой и заклинаниями первого курса его не возьмёшь, поэтому надо действовать со смекалкой.       — Wingardium Leviosa!       Он поднял большой осколок от зеркала и направил его в сторону головы тролля, чтобы рассечь ее или хотя бы оглушить. Похоже Тролль драться особо не умел, ведь сделал ровно такой же трюк, что и в прошлый раз. Он взял с пола деревянную дверь и, подбежав к мальчику, ударил того ею. Но карма тут же настигла существо, ведь зеркало, которое упало в тот момент, когда Гарри отключился от удара, попало тому точно в голову и тролль погрузился в царство Морфея, а может и вовсе умер.       Буквально в следующую же секунду в туалет вошли преподаватели и увидели тролля, лежащего в луже своей крови, заплаканную девочку и Гарри Поттера, с затылка которого обильно текла кровь.

***

      Гарри очнулся с сильнейшей болью в голове, отчего с его уст тут же раздался громкий болезненный стон. Попытавшись открыть глаза, он обнаружил, что видеть только сильное потемнение и очень смутные объекты около его самого.       Благодаря запаху зелий, он был уверен, что находится в Больничном крыле. Не поместили же его к Снейпу!       Чуть погодя послышалось цоканье каблуков и кто-то со всей души обнял мальчика, словно сжимая того в тисках. Он узнал сильно полюбившийся им запах ивы и попытался обнять человека в ответ, но из-за слабости не смог.       — Нет, лежи, не шевелись, — девушка мягко положив ладонь на его грудь, опустила мальчика обратно на постель, — Как ты себя чувствуешь? Мне позвать madame Помфри?       — Мне...       Цокнув языком, Флёр Делакур встала и куда-то направилась. Через мгновение раздалось уже два звука шагов и мальчик почувствовал дуновение магии, которое было направлено со стороны неизвестного ему человека. Как он это понял? Еще давно мальчик обнаружил, что способен чувствовать магию и понимать от кого та исходит и это не сказать чтобы особо помогало. Он просто мог такое делать.       — Мистер Поттер, вы ведь понимаете, что не отвертитесь от того, чтобы провести здесь несколько дней, ведь так? — сурово произнесла местный фельдшер. Мальчик узнал ту по голосу, мадам Пофмри была замечательным целителем, пусть и очень строгой. — Совсем скоро ваш опекун и директор подойдут сюда, сейчас они находятся в кабинете директора.       Мальчик снова попытался открыть глаза и наконец-то стал видеть, пусть и смутно, ведь очков на его глазах не было. Девушка надела их на него и мягко улыбнулась.       — А как ты тут очутилась вообще? — спросил мальчик хриплым голосом.       Девушка фыркнула, скрещивая руки у груди.       — А ты меня не рад видеть? Чем ты думал, когла полез на чертового горного тролля? Так и знала, что в этой школе тебе будет опасно!       — Я пытался спасти свою однокурссницу, — закусив губу, ответил Гарри. Взгляд девушки немного смягчился, но также в нем начали плясать огоньки ревности.       — Твоя подруга?       — Я бы так не сказал, — пожал мальчик плечами, — Просто мои друзья обидели ее и она отправилась в туалет вошли подземельях и когда объявился тролль, то я очень сильно испугался.       Флёр потрепала его непослушные волосы и улыбнулась, пусть и смотрела с некой недовольностью. Она явно хотела что-то сказать, но они оба услышали громкие крики в коридоре, поэтому стали ждать, пока кто-то войдёт в Больничном Крыло.       — Извольте, профессоршка, — открывая дверь, заявил месье Делакур, вслед за ним заходил разгоряченный директор, — Я ручался за этого мальчика перед его родственниками, поэтому несу за него ответственность и вы не имеете права говорить мне, что я ему никто!       — Вы буквально завалились в мой кабинет, даже не удосужившись предупредить меня об этом, месье Делакур! К тому же я не знал, что вы являетесь магическим опекуном Гарри, — оба мужчины кидали друг на друга злые взгляды, пока не заметили очнувшегося мальчика.       — Гарри, с тобой все хорошо? — Доминник перешел на французский, — Я пришел сюда так быстро, как только мог, а Флёр... Ну ты её знаешь.       Мужчина подошёл к койке и наложил на мальчика диагностирующие заклинания под недовольный взгляд фельдшера. Он неутешительно покачал головой, но старался сохранить спокойствие.       — Из-за вашей некомпетентности у моего подобечного сотрясение мозга.       — Но...       — Никаких но, профессор. Это сугубо ваша вина, что горный тролль проник в замок, полный детей. И вы это прекрасно понимаете, а теперь я попрошу всех выйти отсюда, мне нужно поговорить с детьми с глазу на глаз.       — Вы не имеете права выгонять меня отсюда.       — Если вы не уйдете, то я перестану быть добрым и обращусь куда надо, где вам не поможет никакой ваш титул и вы будете наказаны сполна, господин директор. Вон!       Фельдшер, пожав плечами, прошла к своему кабинету, а директор вышел из комнаты.       — Гарри, — Мужчина сел около своей дочери, — Я спрошу тебя снова, ты уверен, что хочешь учиться в этой школе? Даже после того как сюда попал горный тролль?       Внимательные серые глаза Доминика смотрели на мальчика, прибывавшего в задумчивости. Тот легонько кивнул, заставляя француза глубоко вздохнуть.       — Хорошо, — он встал и посмотрел на свою дочь, — Флёр, у нас есть около двух часов и тогда мы уходим.       Закрыв за собой дверь, Доминик оставил парочку друзей наедине. Флёр посмотрела на своего друга и обняла его.       — Мы очень за тебя переживали, послушай, твоя жизнь не стоит других, понимаешь? Ты не должен рисковать собой, чтобы спасти кого-то, есть преподаватели и мракоборцы. Ты простой школьник, — девушка игралась с непослушными волосами Гарри и улыбалась.       — Я понимаю, но что мне оставалось делать? Гермиона была в том туалете одна, а никого из взрослых рядом не было...       Флёр устало вздохнула и села на край кровати мальчика, погрузив того в свои объятия. Следующие два часа они просто общались на отвлеченные темы, поэтому те пролетели незаметно. К сожалению время, отведенное месье Делакуром кончилось, и тогда девушка покинула мальчика, пообещав "позвонить" вечером.

***

Рождество.

      Гарри остался на новогодние праздники в школе, ведь семья Делакуров отправилась к своим родственникам в Скандинавию, а Дурсли дали мальчику выбор и тот выбрал остаться в школе. Кроме того Флёр Делакур забыла свое сквозное зеркало дома, поэтому они не могли друг с другом общаться, что очень разозлило мальчика и он решил напомнить девушке об этом чуть позже.       А сейчас он сидел в библиотеке Хогвартса и пытался найти хоть какую-то информацию о неком Николасе Фламеле и о Запретном Коридоре, куда он попал после ночного приключения. Гарри посмотрел на свой рождественский подарок – мантию-невидимку. Он решил воспользоваться ею в своих интересах.       Той же ночью он забрался в Запретную секцию в библиотеке, дабы узнать что-то о Фламеле и о том, что тот мог создать такого, чтобы его охраняли в Хогвартсе.       Пробыл он там до самого утра, но так ничего и не нашёл. Он перерыл книги и про величайших магов столетия, и про великоват спортсменов, и про изобретателей, но так ничего и не смог обнаружить.       Резко в его кармане начало что-то вибрировать и он вышел из предсонного состояния. Взглянув на окно, он увидел за горизонтом солнце, похоже он тут засиделся и ему пора сваливать. Однако он прихватил с собой несколько книг из Запретной секции, которые его заинтересовали.       — Флёр? — удивленно произнес он, доставая зеркало из своего кармана.       Девушка по-доброму улыбнулась мальчику и помахала рукой.       — С Рождеством тебя, Гарри, — внезапно ее улыбка пропала и она внимательно взглянула на мальчика, — Что с тобой? Ты болеешь?       — Н-нет, что ты такое говоришь? Если бы я болел, я бы сразу пошёл к мадам Помфри, — нервно почесывая затылок, говорил мальчик. Он уже находился в гостиной, где помимо него никого не было.       — Тогда почему у тебя круги под глазами? Говори давай, чем ты таким ночью занимаешься. Может тебе помочь? — спросила она.       Мальчик лишь устало вздохнул. Он никогда ничего не может утаить от своей подруги.       — Ты знаешь что-то о Николасе Фламеле? — спросил он. Флёр удивленно похлопала ресницами, но в её взгляде читалось то, что она знает о чем он.       — Николас Фламель — это французский изобретатель. Он великий алхимик и зельевар, также его главным достижением является то, что он единственный в мире создал Философский камень, — девушка подозрительно посмотрела на Гарри, — А почему ты им интересуешься?       — Да так, — Гарри решил не вытягивать свою подругу в авантюру с Запретным коридором, Снейпом, который пытался оттуда что-то выкрасть и люком под трехголовой собакой, — Пишу доклад по зельеварению. А в книгах информации о нем почти нет.       — Странно, он самый известный алхимик во всем мире, — девушка легла на свою кровать и зевнула, — Если хочешь, то я могу тебе помочь с докладом. Я знаю о нем немного, мой отец дружит с ним.       — Я был бы непротив, а еще расскажи о Философском камне.       Теперь, когда Гарри узнал, что может скрываться под люком в Запретном коридоре, он действительно начал бояться. Зачем Снейпу пригодился бы Камень? Неужели тот хочет предать директора и похитить Камень, чтобы получить бессмертие и несметные богатства? Он решил, что расскажет обо всем Гермионе и Роном, как только те появятся в Хогвартсе. А Флёр вся эта суматоха не особо нужна, ей и без этого проблем в школе хватает. Как мальчик подозревал, то там ее не особо любят за ее сущность. Слепые идиоты.

***

      — Мы не можем пойти за Камнем одни? Как вы этого не понимаете?! — крикнула Гермиона, глядя на своих друзей.       Был уже конец года и Рон прибежал к своим двум друзьям, чтобы сказать о том, что Снейп ошивается около Запретного коридора и судя по тому, что тот делает такое уже не в первый раз, то сейчас самое время для зельевара завладеть камнем и как настоящему темному волшебнику пойти к Темному Лорду! Ведь именно сегодня Дамблдора не было в школе и Снейпу бы никто не помешал.       — Ты думаешь они нам поверят? — спросил Гарри, он и сам не хотел бы рисковать своей жизнью, как обещал делать это своей французской подруге, но выбора не оставалось, — Ты же сама знаешь что скажет МакГонагалл: "Директор доверяет профессору Снейпу, значит и я доверяю ему, а вам, дети, я не советую лезть куда не надо". Вот что она скажет! — воскликнул он. Мальчик достал из своего кармана зеркало, чтобы посмотреть на него и сообщить Флёр о своих намерениях.       — Гарри, у нас нету времени, чтобы ты говорил с ней, — Рон схватил мальчика за руку и начала отводить его в сторону коридора, — Гермиона, ты с нами или как?       Бедная девочка металась между своими принципами и желанием помочь друзьям. Второе пересилило её и она побежала вслед за Роном и Гарри, грустно взглянувшего на зеркало и убрав его в карман.

***

      — Профессор Квирелл? — удивленно спросил Гарри, заходя в последнюю комнату.       Перед ним было просторные помещение, в котором не было практически ничего. Кроме одиноко стоявшего зеркало, которое ему было очень знакомо. Зеркало Еиналеж. Он закусил свою губу, вспоминая события рождественских каникул. Однако в комнате был еще кое-кто.       Профессор Квиррел стоял перед зеркалом и разглядывал его, явно пытаясь что-то там обнаружить. Когда мальчик зашел в комнату, то профессор обернулся и со злобной ухмылкой посмотрел на Гарри.       — Тебе же незнаком этот артефакт, да? — спросил профессор самым обыкновенным голосом. Его заикание куда-то пропало, как и сутулость, — Это зеркало показывает человеку самое сокровенное его желание. И как мне известно, то у каждого человека самым главным желанием будет выжить, мистер Поттер, — мужчина в мгновение ока оказался рядом с мальчиком и схватил его за рукав мантии.       Профессор поставил все еще ошарашенного и испуганного мальчика перед Зеркалом и наставил на его горло палочку. Вдруг заговорил какой-то голос, от которого у гриффиндорца пошли мурашки по коже.       — Дай мне взглянуть на мальчика, — тот доносился сзади профессора, но Гарри там никого не видел.       Лицо Квиррела исказилось в ужасе.       — Но, Повелитель, вы еще недостаточно окрепли после испития крови единорога...       — Плевать, — грубо возмутился голос.       Профессор начал снимать со своей головы тот самые странный тюрбан, в который летом близнецы Уизли кидали снежки. Мужчина обернулся и открыл вид на свой затылок, на котором было второе, мать его, лицо! Гарри впервые видел такое явление, да и в книгах о подобном не было написано, но это сейчас было совсем неважно. Искаженное и кислотно-желтое лицо исказилось в ужасной ухмылке, которое не предвещало Гарри ничего хорошего.       Вдруг его шрам в виде виде молнии заболел настолько сильно, что он не смог устоять на ногах и упал на пол. Гарри истошно закричал, когда из шрама начала капать черно-красная кровь. То лицо удивленно посмотрело на мальчика, но ничего не говорило, наблюдая за страданиями Гарри с улыбкой на лице. В глазах у мальчика начало темнеть и он почувствовал, что потерял сознание от боли, но его грубо схватили за руку и поставили обратно.       Все еще не понимая, что происходит, мальчик завопил от боли, когда какой-то красный луч попал по нему. До этого он услышал те слова, которые никогда больше не забудет.       — Crucio!       Все нервы в его теле моментально начали гореть в адском пламени, выгибая тело мальчика то так, то этак. Его конечности начали принимать такие позы, в которые не могли бы приняться, если бы не сломались. Всепоглощающая боль заставила Гарри Поттера закричать настолько громко, что тот сорвал свой голос и мог только хрипеть от боли, которую ему наносила каждое движение. Даже простое движение груди во время дыхания отдавалось настолько жуткой болью, словно легкие протыкали тысячей иголок.       Однако действие заклинания похоже кончилось и Гарри сумел лечь на пол, стараясь поменьше дышать, чтобы не вызывать болезненные чувства.       — Выдохся? А теперь говори, где Философский камень! — потребовало второе лицо Квирелла.       Гарри с трудом открыл свои глаза и обнаружил себя лицом к зеркалу, в отражении которого он увидел как он сам достаёт из своего же кармана кроваво-красный камень и кладёт его обратно. В его карман действительно что-то попало, ведь тот стал весить тяжелее, но у мальчика не было даже сил сказать об этом Квиреллу.       — Спрашиваю в последний раз: где Камень? Я знаю, что Зеркало показало тебе это! — Квиреллл присел около мальчика и зарычал эти слова прямо ему в лицо, однако не дождавшись ответа, тот встал и выкинул палочку, — Тогда мы будем играть дальше, мальчишка.       — Crucio!       И его тело снова начало биться в конвульсиях, а горло магическим образом обрело способность кричать. И он закричал от всей той адской боли, которую испытывал от заклинания профессора.       Однако долго это не продлилось, его сознание начало медленно угасать и он погрузился в тёмное царство бессознательности.       

***

Больница Святого Мунго.

      Стоял простой летний денек и в одной из множества палат находилось два человека. Один мальчик, которого доставили сюда прямо во время учебного года, и молодая девушка, крепко прижимающая к себе свои колени.       Девушка совсем недавно сидела у себя в комнате в Шармбаттоне, когда внезапно туда ворвалась встревоженная мадам Максим и ее отец, который приказал девушке собирать вещи первой необходимости и идти с ней в больницу.       Тогда она и подумать не могла о том, что будет навещать Гарри, с которым разговаривала буквально несколько часов назад. Однако сейчас Флёр сидела перед лежащим мальчиком, который всякий раз хмурился, когда его касались.       Как оказалось его два раза проклинали с помощью пыточного проклятия, что очень напугало девушку. Она очень беспокоилась за своего друга, ведь даже колдмедики давали лишь смутные предсказания насчёт его будущего здоровья. А ведь последствия от Непростительных проклятий – особенно от пыточного — бывают крайне серьёзными.       Но она верила в силу своего друга и сжимала его руку в своих руках. Она уже тысячу раз пожалела о том, что не настояла на своём, когда мальчика чуть не убил горный тролль. Лучше бы они хоть бы поссорились, но сидели бы тихо-мирно в Шармбаттоне, выполняя домашнее задание.       А когда девушка узнала от кого мальчик получил проклятие, то ужаснулась от безответственности тамошнего директора. Как можно не замечать одержимого духом преподавателя, который преподавал в вашей школе, полной учеников? Это же каким слепым старцем быть нужно!       Если бы не обещание её отца надавать по шапке и руководству школы и самому Министерству Магии в частности, то девушка сама бы побежала в кабинет директора Хогвартса и прокляла чем-нибудь этого старика. Однако отец приказал ей сидеть на месте и ждать, пока мальчик очнется.       

***

      Когда Гарри очнулся в первый раз, то не мог открыть глаза, он лишь чувствовал неимоверную боль и усталость во всем теле. А еще кто-то держал его за руку, однако долго его сознание не продержалось и он снова погрузился в глубокий сон.       В следующий раз мальчик пришел в себя через несколько часов от жуткой боли на своей груди. Открыв глаза, он обнаружил на ней какое-то светлое пятнышко, но из-за отсутствия очков мальчик не смог разглядеть что это было.       Он попытался пошевелиться, однако когда все-таки сумел забрать свою руку из чьих-то рук, то мигом пожалел об этом. Девушка, лежащая на нем, начала шевелиться, причиняя ему сильную боль. Каждый нерв его тела болезненно реагировал на всякий внешний раздражитель, похоже те еще не сумели оправиться от проклятия Квирелла.       — Гарри?       Этот голос мальчик бы всегда узнал, поэтому он очень обрадовался тому, что сейчас около него находилась его подруга.       На него надели очки и он наконец смог увидеть полувейлу, беспокойно поглядывающую на него. Гарри попытался улыбнуться, но не сумел вынести сильную боль, поэтому успокоился.       — Тебе дать воды? — Гарри моргнул, надеясь, что девушка его поймет.       В его рту словно был сильнейший пожар, если все его тело реагировало только на раздражители, то полость рта болела просто так. Он надеялся, что глоток воды сумеет исправить это положение.       Флёр налила воды в открытый рот мальчика, в глазах которого читалась глубокая благодарность и боль. Вспомнив слова медиков о том, что как только мальчик очнется, то будет испытывать сильную боль, поэтому лучше всего дать ему обезболивающее зелье, девушка нашла нужную колбу и дала выпить его мальчику.       Болезненные покалывания со временем прекратились, поэтому Гарри попытался открыть свой рот, чтобы поговорить с девушкой, но та положила на его губы палец. С суровостью посмотрев на Гарри, она нажала на кнопку, вызывающую колдомедиков.

***

       Спустя время мальчик пошёл на поправку. Однако не все в его жизни обстояло радужно.       На следующий же день его навестил директор и месье Делакур, которые снова ссорились и смотрели друг на друга как на заклятых врагов.       Как позже выяснялось для Гарри, то вторым лицом Квирелла оказался Лорд Воландерморт, завладевший его телом. Они с Флёр подолгу дискуссировали по поводу того, как можно было, являясь директором, не замечать перемен в своём же работнике, но ни к чему они так и не пришли.       Доминик Делакур — на правах магического опекуна Гарри — подал на школу в международный суд. Суд проходил в Австрии, где Дамблдора знали, но не почитали так сильно, как на Родине. В результате суд вынес вердикт о халатности директора и некоторых руководящих должностей в Министерстве, которые должны были отвечать за безопасность в школе. Некоторые из работников Министерства посадили на пару месяцев в международный суд, ведь преступление было не таким тяжким, чтобы попасть в Азкабан.       Директору же сделали выговор и заставили усилить охрану в школу, также теперь в Хогвартсе всегда пребывало два аврора из Аврората. Помимо этого Гарри была назначена немалая такая компенсация за моральный и физический ущерб.       Также Дамблдор разрешил мальчику сдать экзамены в начале следующего года, когда Флёр услышала эти слова, то фыркнула.       — Ты уверен, что хочешь остаться здесь, 'Арри? — спросила девушка, когда директор вышел.       Весь ее вид говорил о том, что она беспокоиться. Пальцы термошили рукав мантии, а голубые глаза бегали по лицу мальчика.       — Прости.       Девушка лишь устало вздохнула и прекратила спор, даже решив не начинать его. Она уже давно все уяснила: мальчик уйдет из этой школы лишь тогда, когда та сама разрушиться.       Последующие недели мальчика проходили в поместье Делакуров. Он сначала протестовал, ведь хотел навестить свою семью, однако колдомедики доходчиво объяснили ему, что сейчас Гарри лучше жить в среде, наполненной магией, чтобы восстановиться как можно быстрее. Те давали прогнозы около двух месяцев до полного восстановления, если не случится чего-то экстраординарного. Но они также предупредили мальчика, что в ближайшие годы его могут мучить фантомные боли и кошмары, на что мальчик лишь устало вздохнул, сжимая в руках ладонь подруги.       Однако он все еще желал общаться со своей семьей, поэтому очень сильно попросил месье Делакура навестить родственников и передать им зеркало, с помощью которого можно было бы общаться с ними. Доминик с улыбкой выполнил просьбу мальчика и теперь тот мог каждый день разговаривать с тетей, дядей и Дадли.

      Конец первого курса.