Луна и Сова

День 1 июня. Начало клетки

***

Жара пришла в Питер не постепенно, а одним ударом — как будто кто-то открыл огромную духовку над городом. В девять утра термометр уже показывал +28, а к полудню воздух стал густым, влажным, липким. Окна в квартире были открыты настежь, но ветер не приходил — только горячий сквозняк из подъезда, пахнущий пылью и чужим борщом. Аня проснулась от того, что пот стекал по спине и собирался в лужицу под лопатками. Майка прилипла к телу, волосы слиплись в мокрый комок на затылке. Она лежала неподвижно, глядя в потолок, где медленно вращался вентилятор — бесполезный, как всегда в такие дни. Телефон на прикроватной тумбочке мигнул — уведомление от WiseOwl36. «Доброе утро, Moonlight. Как спалось? Надеюсь, жара не слишком мучает. Я здесь, если хочешь поговорить о чём угодно. Даже о погоде.» Аня улыбнулась — первая настоящая улыбка за утро. Она потянулась за телефоном, пальцы скользили по экрану от пота. MoonlightDreamer: «Доброе утро… Спалось плохо. Жара + мама уже в 7 утра начала график на день. Математика, физика, русский. Три репетитора. Я даже не встала ещё, а уже устала.» Ответ пришёл через минуту. WiseOwl36: «Три подряд? Это слишком много даже для взрослого человека. Ты имеешь право сказать «хватит». Хотя бы на один день. Ты не машина.» Аня вздохнула. Села на кровати. Майка задралась, обнажив живот — она быстро одёрнула её, хотя в комнате никого не было. Привычка прятать тело даже от самой себя. Мама вошла без стука — как всегда. — Анна, ты ещё в постели? Вставай. Завтрак на столе. Через час математика онлайн. И не забудь включить камеру — репетитор сказал, что ты вчера была с выключенной. Аня кивнула, не поднимая глаз. — Да, мам. Мама стояла в дверях, скрестив руки. — И не вздумай опять «забыть» про домашку. Я оплатила всё заранее. Ты понимаешь, сколько это стоит? — Понимаю. Мама вышла. Дверь хлопнула чуть сильнее обычного. Аня встала. Подошла к зеркалу. В отражении — бледная девочка с тёмными кругами под глазами, длинные волосы прилипли к шее, плечи опущены. Она провела рукой по лицу. «Я выгляжу как привидение. Может, я и есть привидение. Существую только для того, чтобы решать задачи и получать пятёрки.» Она открыла шкаф. Надела лёгкую футболку и шорты — единственное, что можно было носить в такую жару. Но даже это казалось слишком. Всё казалось слишком. Завтрак — овсянка на воде, яблоко, чай без сахара. Мама всегда говорила: «Сахар — это лишние калории и пустые углеводы. Ты и так полночка». Аня села за стол. Ложка в руках казалась тяжёлой. Она открыла ноутбук. Включила Zoom. Репетитор по математике — женщина лет пятидесяти, строгая, с идеально уложенными волосами — уже ждала. — Добрый день, Анна. Камеру включи, пожалуйста. И давай начнём с повторения тригонометрии. Аня включила камеру. Посмотрела на себя в маленьком окошке. Улыбнулась вымученно. «Я выгляжу как кукла. Улыбаюсь, потому что надо.» Репетитор начала объяснять. Аня записывала механически. Мысли были где-то далеко. Вспомнилось лето после восьмого класса. Тогда ещё была надежда. Она с Полиной ездила на залив почти каждый день. Они купались до посинения губ, ели мороженое, курили тайком за камышами. Поля тогда сказала: «Ань, ты красивая, когда смеёшься. Не прячь улыбку». Аня тогда поверила. Теперь она не верила даже себе. В 13:30 урок закончился. Репетитор сказала: «Молодец, Анна. Продолжай в том же духе». Аня закрыла ноутбук. Легла на пол — там было чуть прохладнее. Телефон в руках. MoonlightDreamer: «Первый урок закончен. Я устала уже. Хочу просто лечь и не вставать.» WiseOwl36: «Тогда ляг. Прямо сейчас. Поставь таймер на 20 минут. И просто дыши. Я буду с тобой. Напиши, когда таймер прозвенит.» Аня поставила таймер. Закрыла глаза. Вспомнилось, как в девятом классе она впервые почувствовала, что «неправильная». На физре девочки переодевались в раздевалке. Аня украдкой посмотрела на спину Леры — гладкую, загорелую. Сердце заколотилось. Она отвернулась, покраснела. Весь день ходила как в тумане. Ночью плакала в подушку: «Я не такая. Я не хочу быть такой». Теперь Вика угадала это. Или просто угадала, что Аня — лёгкая мишень. Таймер прозвенел. MoonlightDreamer: «Я полежала. Стало чуть легче. Спасибо.» WiseOwl36: «Всегда пожалуйста. Теперь следующий урок?» MoonlightDreamer: «Физика в три. Потом русский в шесть. Я не выдержу.» WiseOwl36: «Ты выдержишь. Потому что ты сильнее, чем думаешь. А после русского — напиши мне. Мы устроим вечерний марафон. «Над пропастью во ржи». Только ты и я.» Аня улыбнулась. Это обещание стало её спасением на весь день.

***

День 5 июня. Первые трещины

***

К пятому июня жара достигла +34. Вентилятор сломался — сгорел мотор. Мама сказала: «Купим новый, когда сдашь ЕГЭ». Аня сидела за столом в мокрой футболке, волосы собраны в пучок. Пот стекал по спине ручьями. Репетитор по физике сегодня был особенно строгим. — Анна, ты опять путаешь формулы. Это недопустимо. Ты хочешь поступить в МГУ или нет? Аня кивнула. Голос дрожал. — Да… — Тогда соберись. Ещё раз. Она повторила. Ошиблась снова. Репетитор вздохнул. — Ладно. На сегодня хватит. Но завтра двойной урок. И без ошибок. Аня закрыла ноутбук. Заплакала — тихо, без всхлипов. Слёзы капали на клавиатуру. Телефон мигнул. Поля: «Ань, я под окнами. Вышли хотя бы на 5 минут? Я мороженое принесла. Пломбир в вафле. Твой любимый.» Аня посмотрела в окно. Поля стояла внизу — в шортах, майке, с двумя рожками в руках. Улыбалась, махала. Аня написала: «Не могу. Мама скоро вернётся. И жара…» Поля: «Я поднимусь. Открой дверь.» Через три минуты Поля уже сидела на балконе. В руках — мороженое, уже начавшее таять. — Ешь. Пока не превратилось в суп. Аня взяла рожок. Сладость растеклась по языку. На секунду стало легче. Поля смотрела на неё внимательно. — Ты похудела. Очень. Глаза огромные. Ань… ты себя гробишь. Аня опустила взгляд. — Мама говорит — надо. ЕГЭ. Вуз. Жизнь. Поля фыркнула. — Жизнь — это не баллы. Жизнь — это когда ты дышишь. Когда смеёшься. Когда целуешься с кем-то под дождём. А ты даже на залив не едешь. Аня молчала. Потом тихо сказала: — Я боюсь. Если выйду — они увидят. Вика, Лера… Они будут смеяться. Про «лесбиянку». Про «ботанку». Я не выдержу. Поля обняла её за плечи. — Я буду рядом. Всегда. Давай завтра? Только мы вдвоём. На залив. На весь день. Мама твоя не узнает. Аня покачала головой. — Не могу. Репетиторы. Поля вздохнула. Поцеловала её в висок. — Ладно. Но ты пиши мне. Каждый день. Даже если «я живая». — Обещаю. Поля ушла. Аня осталась одна. Вечером — русский. Репетиторша заставляла писать сочинение за сочинением. Аня писала механически. Слёзы капали на бумагу, размазывали чернила. В 22:47 она написала Сове. MoonlightDreamer: «Я не могу больше. Сегодня опять плакала на уроке. Репетитор не заметила. А я заметила — я ломаюсь. По кусочкам.» WiseOwl36: «Тогда давай ломаться вместе. Но медленно. Я здесь. Расскажи, что сегодня было самым тяжёлым.» Аня написала всё — про жара, про маму, про Полину, про страх выйти на улицу, про воспоминания о восьмом классе, когда она впервые почувствовала влечение к девочке и испугалась себя. WiseOwl36 читала. Отвечала медленно, но каждый раз — точно в сердце. «Ты не ломаешься. Ты растишь крылья. Просто они пока болят.» Они начали марафон. «Над пропастью во ржи». Читали параллельно. Обсуждали каждую главу. WiseOwl36: «Холден говорит: «Я всё время притворяюсь». Ты тоже?» MoonlightDreamer: «Каждый день. В школе — сильная. Дома — послушная. С Полей — весёлая. Только здесь — настоящая. С вами.» WiseOwl36: «И со мной ты можешь не притворяться. Никогда. Я принимаю тебя всю. Со всеми трещинами. Со всеми страхами. Со всем, что ты считаешь «неправильным».» Аня заплакала — тихо, счастливо. «Я люблю тебя. Не знаю, как сказать. Но люблю.» Она не написала это. Ещё не решилась. Но подумала.

***

День 15 июня. Самый тёмный день

***

К середине июня Аня уже почти не выходила из комнаты. Весы показали минус 4 кг за две недели. Мама заметила, но сказала: «Хорошо, будешь стройнее. Меньше отвлекает». Поля приезжала почти каждый вечер. Сидела на балконе, заставляла Аню есть. Рассказывала сплетни, смешила. Но Аня всё чаще молчала. В этот день Вика написала в личку: «Эй, ботанка. Слышала, ты вообще из дома не выходишь? Боишься, что мы тебя увидим и опять скажем, какая ты странная? Лесбиянка-неудачница 😂 Выходи, покажись. Или ты уже сдохла от своих учебников?» Аня прочитала. Уронила телефон. Заплакала в голос. Мама зашла. — Что случилось? Аня не ответила. Просто плакала. Мама села рядом. Впервые за долгое время не кричала. — Аня… я вижу, что тебе плохо. Но я не знаю, как помочь. Я только знаю, что если ты не поступишь — твоя жизнь будет как моя. Я не хочу этого для тебя. Аня подняла глаза. — А если я сломаюсь до поступления? Что тогда? Мама молчала. Потом тихо сказала: — Мы переведём тебя в другую школу. С сентября. Новый старт. Аня кивнула. Слёзы текли. В ту ночь она написала Сове всё — про сообщение Вики, про маму, про слёзы. WiseOwl36: «Ты не неудачница. Ты выжившая. Ты сильнее, чем они все вместе взятые. И я горжусь тобой. Каждый день.» Аня заснула с мыслью: «Я люблю её. По-настоящему. И это пугает меня больше всего.»

***

День 30 июня. Последний день лета-убийцы

***

К концу июня Аня уже не считала дни. Она просто существовала — от урока к уроку, от сообщения к сообщению. Марафон с Совой стал ежедневным ритуалом. Они прочитали «Над пропастью», потом «Маленького принца», потом «Бегущего по лезвию травы». Обсуждали, плакали, смеялись через экран. Аня писала: MoonlightDreamer: «Вы — мой первый настоящий друг. Не по возрасту. Не по школе. По душе.» WiseOwl36: «И ты — мой. Самый важный за последние годы.» Вечером 30 июня мама объявила: — Мы едем подавать документы в новую школу. Завтра. Там будет спокойнее. Обещаю. Аня кивнула. Внутри — страх и надежда. Она написала Сове: MoonlightDreamer: «Меня переводят. Я боюсь. Но надеюсь, что там будет по-другому.» WiseOwl36: «Ты справишься. А я буду с тобой. Всегда.» Аня легла спать. Впервые за лето она почувствовала, что, может быть, не исчезнет совсем. Может, она просто изменится.