Вызов принят, или Практическое руководство по достижению оргазма

Да, Драко решил везти её в клуб именно сегодня. Среди недели, когда на утро нужно будет идти на лекции. Но логическая цепочка, которая выстроилась в голове, казалась ему безупречной. Пока у Гермионы ещё не закончились месячные, она будет более закрытой и менее расположенной к флирту. Конечно, у неё останутся варианты ответить согласием кому-то из этих искателей ненапряжного секса на одну ночь… Существовала масса альтернативных вариантов… Но Драко подозревал, что после истории с Крамом у Грейнджер жёсткий блок на “альтернативу”. К тому же он подстраховывался ещё и другим способом. Видел, как она относится к его миру — искренне не понимая, как можно тратить оргомные деньги на сиюминутные удовольствия или ради комфорта. И он предполагал заранее, что все эти богатенькие мужчины в клубе “Gabbia di Velluto”, вызовут у Грейнджер лишь отторжение. Зато она действительно потренируется на них отвечать отказом, а он, если что, вмешается и поможет. План казался идеальным. Чего Драко никак не предполагал, так это того, что среди всех бизнесменов, около-медийных личностей и просто богатеньких сыночков богатеньких родителей, Грейнджер западёт на обычного бармена. Он смотрел, как она улыбается этому воплощению женских грёз, расслабляется под его тёплым взглядом, становится собой — живой, настоящей... И внутри что-то оборвалось. Драко вдруг осознал, что на этом всë может закончиться. А даже если она и останется с ним до конца соглашения… Что будет дальше? Когда срок их пари закончится или… если они достигнут цели раньше? Не уйдёт ли она в тот же день? Не выдохнет ли с облегчением, захлопнув за ним дверь? Пока Драко прокручивал в голове кадры, нарисованные услужливой фантазией, и пытался понять, почему под рёбрами разверзается пустота, бармен направился к помещению “только для персонала”, на ходу снимая жилет. Малфой облегчённо выдохнул. Но волна яростного страха поднялась в нём, когда несколько минут спустя навязчивый брюнет подсел к Гермионе уже как клиент и поставил перед ней коктейль. И она, чёрт возьми, буквально светилась от радости. Пальцы Драко сжались на стакане с водой и медленно, со скрежетом, отодвинули его. Плевать на машину. Сейчас нужно было что-то покрепче. — Виски, — бросил он подошедшему официанту. — Двойной. Безо льда. Следующие полчаса он коршуном наблюдал за парочкой у стойки. Его корёжило изнутри, выжигало лютой злобой и страстным желанием, чтобы Гермиона улыбалась так ему, а не первому встречному парню. Он машинально открыл принесённое меню, перелистнул на страницу с едой. Да уж, выбор был не ахти. Лёгкие салаты, закуски, ничего серьёзного. В этом месте акцент делали на алкоголе. Похоже, и клиентам, и руководству было выгодно, чтобы девушки не перебивали градус коктейлей. Здесь ценилась их расслабленность, а не трезвый ум. Драко снова подозвал официанта. — У вас есть нормальная еда? Что-то сытное? — спросил он вполголоса. Лицо паренька вытянулось. — Нет, сэр. Только то, что внесено в меню. — А если заказать доставку из ближайшей пекарни? — Простите, сэр, но у нас здесь так не принято. Малфой не раздумывая полез в карман рубашки, где на всякий случай лежало несколько пятидесятифунтовых купюр. Это было щедро. Нет, это было охренеть как щедро за такую услугу. Но Драко было наплевать. Он платил не за еду. Он платил за надежду на то, что когда дело дойдёт до принятия решения, Гермиона сможет оценить все последствия своего ответа. Что у неё будет возможность принять решение не на голодный желудок и под градусом. — Организуй грушевый пирог вон той девушке за стойкой. И поживее, — не терпящим возражений голосом велел Малфой. Официант быстро спрятал деньги под счётницу на своём подносе, коротко кивнул и ушёл в сторону служебного помещения. Драко сделал большой глоток виски и перевёл взгляд на заступившего на смену бармена. Следил, надеясь, что тот в сговоре со своим коллегой. Что он сделает что-то с коктейлем Грейнджер — подменит, что-нибудь плеснёт незаметно, пока она занята разговором, будет подливать алкоголь, лишь бы её бокал не пустел. Хоть что-то, чтобы у Драко было право выдернуть её из их цепких лап. Открыть глаза на обман. Спасти. Но парень за стойкой лишь кидал неодобрительные взгляды на своего сменщика и продолжал протирать бокалы. И когда Гермиона вдруг поправила платье и провела ладонью по ноге, разум Малфоя буквально залило чем-то раскалённым. Она откровенно кокетничала. И если сейчас она захочет сказать этому бармену “да”, Драко будет вынужден отступить. Он же ей обещал. Следующие минуты превратились в ад. Он чувствовал такую беспомощность, какой не испытывал даже под давлением своей тётки. Подобные эмоции были ему совершенно незнакомы. Просто не с кем было... Никто не забирался Малфою так глубоко под кожу. Ни с кем он не ощущал такого затмевающего логику желания защитить, обезопасить, сделать окружающий мир добрее для неё. И кажется… это был первый раз, когда Малфой испытывал не вспышку собственничества, а самую настоящую, чистую, концентрированную ревность. У него потемнело в глазах. То ли от этого осознания, то ли от того, что собеседник Гермионы прямо сейчас наклонился к ней и почти коснулся губами уха. Взял за руку, провёл большим пальцем по тыльной стороне ладони. И Гермиона опустила взгляд к точке их соприкосновения. Не отстранилась, не поставила зарвавшегося нахала на место. Просто смотрела, как он гладил её, и, очевидно, прямо в этот момент принимала решение. Вот только для неё это был выбор — как провести остаток вечера. А для Драко что-то более важное и весомое. В висках настойчиво пульсировало. Он даже не слышал музыки — настолько громко в ушах стучала кровь. Из-за двери служебного помещения появился тот самый официант. Нёс к барной стойке тарелку с двумя дымящимися кусками пирога. А у Малфоя в голове пульсировало паническое: “Уже может быть поздно…” Он мог только догадываться, что произошло между Гермионой и барменом дальше, о чём они говорили и почему так быстро разошлись. Увидел, что она идёт к нему от стойки, и не знал, что услышит. Возможно: “Я сказала ему “да”, и он ждёт в машине у входа?” От этого ледяного незнания каждый шаг Гермионы отдавался болезненной пульсацией в висках. Она остановилась напротив. Наклонилась. — Наверняка я сейчас нарушаю какое-то супер важное правило этого чудесного места, но, может, разрешишь к тебе подсесть и угостить коктейлем? Он подумал — послышалось. Не заметил, как бровь поползла вверх от удивления. — Купить тебе виски или предпочитаешь коктейль? Мысль пронзила своей пикантностью. Она что, меняла правила? Снимала ЕГО? Что ж, он готов был поиграть… — Виски. Двойной. Без льда. Голос сел — он сам это слышал. Усмехнулся. Кого он, чёрт возьми, обманывал? Он готов был на что угодно, лишь бы Гермиона сидела с ним, а не с другими мужчинами. Ему было так хорошо рядом с ней. Тело расслабилось, как будто весь выпитый виски резко поступил в кровь единой порцией. Напряжение последнего часа ушло, в голове наступил штиль после того, как там царил настоящий ураган. Драко буквально плыл... До того момента, как официант принёс её пирог, а с ним записку. Драко не успел прочитать — Грейнджер отвернула салфетку, но он заметил цифры телефонного номера. И вроде бы — что такого? Мало ли, как некоторые любят издеваться над собственным самолюбием, оставляя себе жалкую надежду после отказа. Но Гермиона вдруг свернула записку и спрятала под чехол телефона. Оставила себе на случай… Чего? Притихшая было ревность вспыхнула с новой силой. А потом Грейнджер поцеловала его на танцполе, и Драко вдруг понял, про что были все те дурацкие романтические фильмы, и о чём писали в любовных романах, которые читала Гермиона. Музыка смолкла. Люди исчезли. Осталась только она, её дрожащие губы, пальцы, зарывшиеся в его волосы. Он замер на долю секунды, поражённый интенсивностью ощущений. Это же поцелуй! Простой поцелуй! Сколько их было в его жизни? Но не так… Драко отчаянно выдохнул прямо в её губы и ответил. Целовал, уже зная, что сделает всё, чтобы она осталась с ним на оставшиеся десять дней их соглашения. А потом — сделает ещё больше, чтобы не ушла.