Ты мой бог 5

Глава 9 ч5. Рене не знала, сколько прошло времени. Секунды? Минуты? Боль была такой, что время перестало существовать. Она смотрела в серое небо сквозь ветки кедров, и где-то на периферии сознания пульсировала одна мысль: "Не здесь. Не так. Я не хочу умирать здесь." Биононики выли на пределе, впрыскивая в кровь последние запасы анестетиков и регенераторов. Юз-дубль разрывался сигналами тревоги, которые уходили в пустоту, унисферы не было, связи с Содружеством не было, но локальный ИИ продолжал орать на все частоты. «Критическое повреждение! Сквозное ранение брюшной полости! Массивная кровопотеря! Требуется экстренная эвакуация!» Рене заставила себя дышать. Медленно. Один вдох. Второй. Руки дрожали, когда она попыталась опереться на локоть. Тело слушалось плохо, словно она была куклой, у которой обрезали нити. — Встать, — прошептала она одними губами. — Встать, твою мать. Она перевернулась на живот. Трава под ней мгновенно пропиталась кровью. Перед глазами всё плыло, но она видела край леса. Метров десять. Всего десять метров. Рене поползла. Каждое движение отдавалось вспышкой боли в позвоночнике. Руки впивались в мох, ноги беспомощно волочились сзади. Изо рта текла кровь — она чувствовала её солёный, металлический вкус, но не могла даже сплюнуть, только дышала, хрипела и ползла. Юз-дубль продолжал выть. «Потеря крови критическая! Биононики на исходе! Экстренная помощь необходима немедленно!» — Заткнись, — прохрипела она, но ИИ не слушал. Он просто делал свою работу. Пять метров. Сознание начало меркнуть. Картинка перед глазами сворачивалась в туннель, но Рене упрямо тянула себя вперёд, цепляясь за корни, за камни, за собственную жизнь. Она уже не чувствовала рук. Только волю. Только мысль: "Не здесь. Не так." Тень леса накрыла её, как спасение. Рене уже не чувствовала конечностей. Руки и ноги стали кусками льда. Она переставляла их механически, как робот, считая каждый метр, каждый шаг, перед глазами потемнело, она их закрыла и продолжала ползти наощупь, сдирая ладони, царапая лицо, в голове молотом била мысль. “Не останавливаться. Пока есть хоть малейший проблеск сознания, не останавливаться.” Страх притупился. Боль ушла. Рене больше ничего не чувствовала. Не видела. Звуки леса и сигнал нейроинтерфейса стали глухими и далекими и наконец пропали. Осталась только маленькая белая точка перед закрытыми глазами. Рука соскользнула с мокрого выступающего корня и Рене рухнула на землю вниз лицом. Всё её сознание сосредоточилось на этой воображаемой точке. Она знала, пока эта точка здесь, она жива. --- Найджел не торопясь поднялся по склону. Он был уверен, что попал. Женщина упала и не шевелилась. Обычная землянка? Туристка? Какая разница. Свидетельница, которую нужно убрать. Он вышел на край ущелья и замер. Никого. Только примятая трава и тёмный, влажный след, уходящий в лес. Найджел нахмурился. Прошёл по следу несколько метров, вглядываясь в кровавую полосу. Она тянулась к деревьям, исчезая в тени. Он шагнул в лес. Осмотрелся. Прислушался. Тишина. Только тихо ветер шелестел кронами деревьев. Он прошёл ещё немного, раздвигая кусты, но след обрывался. Найджел постоял минуту, вглядываясь в чащу. Потом усмехнулся. — Хрен с тобой, — бросил он в пустоту. — Подохнешь в лесу. Станешь обедом для медведей. Он развернулся и зашагал обратно к кораблю. —------ Родсидер стоял, лениво опираясь на стену полицейского участка. Окна столовой на втором этаже находились как раз на уровне его оптики, что позволяло ему вести непринужденные похабные разговоры с полицейскими, забежавшими на перекус. Формально, он патрулировал улицу, на самом деле просто болтал с местными копами. – Билли, положи пончики, – говорил он, – скоро не сможешь забраться в патрульную машину. Пухлый полицейский отмахнулся. – На следующем омоложении весь этот жир исчезнет, и перед тобой будет совершенно другой, молодой и подтянутый Билли, – ответил коп добродушно. – Лишь бы этот подтянутый Билли не начал снова отьедаться халявными пончиками– хохотнул кто-то за соседним столиком. Внезапно автобот замер. Канал связи с Рене, который он всегда держал активным, взорвал его комлинк сигналом бедствия. Координаты её юз-дубля обозначились четко. Спарра, мир третьей зоны. Она находилась в самом центре глухого леса. Он трансформировался и рванул по улице, напугав прохожих. – Кто-нибудь! – орал он в комм в обший эфир, – откройте Спейсбридж на Спарру! Координаты… В пятидесяти метрах перед ним вспыхнула воронка телепорта, и он на всей скорости влетел в зеленое сияние. Рене лежала на животе, под серым холодным небом, биононики больше не производили лекарств. нейроинтерфейс отключился, зафиксировав время смерти. Эта невероятная отчаянная девушка теряя кровь и сознание на одном только усилии воли смогла выползти из тайги земной Аляски, и упасть под деревом в Содружестве. Она попала на тропу. Она вышла. Но было уже поздно. Сильфен наклонился над ней и его кошачьи глаза наполнились страданием. Длинные узловатые пальцы чужака погладили черные, кудрявые, жесткие как проволока волосы Рене. – Рене уходит, – тихо сказал он на своём языке, – Рене идёт. Рене возвращается. В паре десятках метров открылась червоточина и в неё влетела длинная белая капсула экстренной помощи. Сильфен скрылся в лесу. Тут же, совсем рядом с Рене, вспыхнула воронка спейсбриджа и на полянку, как кинетический снаряд влетел патрульный спидбайк. Родсидер транформировался, выдергивая с корнем пару молодых деревьев и остановился. Он увидел её сразу. Лежащую ничком на земле. С огромной окровавленной дырой в теле. Без движения. Юз-дубль молчал. Но он не верил. Не мог верить. Он подскочил, переворачивая, бездыханное, холодное тело. – Нет… – прошептал он. – Нет, Рене! Он тряс её за плечи, прижимал к нагрудной броне, пытаясь уловить хотя бы один удар сердца. – Нет! Голубая оптика-визор наполнилась омывателем. Процессор выдавал сбой, а искра сжалась до состояния атома. Капсула экстренной помощи остановилась перед ним, медики дружно выскочили, и бросились к девушке. Они что-то говорили, пытались забрать её, но его манипуляторы словно окаменели, прижимая её. Родсидер не слышал. Не понимал. Не верил. Голосовой модулятор отказал. Один из медиков вздохнул и приложил его носимым дефибрилятором. Мощный разряд замкнул все системы и процессор отключился. Автобот рухнул на траву, так и не разжав манипуляторы, не отпустив Рене. —------ С того момента прошёл день. Рене забрали. Медики готовились к клонированию. Мемо-кристалл Рене Кампасы находился в хранилище, ожидая пересадки в новое тело. —--- Родсидер висел на тонком, почти невидимом тросе в полуметре от окна десятого этажа. Ветер раскачивал его четырёхметровое тело, но он даже не замечал этого. Оптика была прикована к стерильно-белой двери с табличкой "Хранилище № 2” Он рассчитал всё. Камеры, график обходов, систему вентиляции. Всё, кроме одного — высоты потолков. Три метра. Для человека норма. Для автобота ростом 4,2 метра, унизительное испытание. Ему придётся ползти. Родсидер взломал замок окна за три секунды (спасибо старой полицейской привычке), бесшумно просочился внутрь и... тут же вписался головой в подвесной потолок. — Твою ж... — прошипел он, потирая шлем. Дальше было унизительно. Великий автобот, патрульный полицейский, гордость отдела, полз по коридору на четвереньках, задевая плечами стены и чудом не опрокидывая стойки с документацией. Где-то на середине пути сработала сигнализация. — Нарушитель на десятом этаже! — заорал динамик. — Блокировка сектора! Родсидер рванул вперёд. Он выбил дверь хранилища плечом, потолок выдержал, чем очень удивил автобота, и замер перед огромным стеллажом, усеянным маленькими светящимися кубиками. — Рене Кампаса, — прохрипел он. — Где ты? Его нейроинтерфейс считал данные за секунду. Ячейка 734, ряд 12. Он выдвинул ящик и взял кристалл. Маленький, холодный, безжизненный кубик. Внутри него была вся Рене. Все её воспоминания, вся её боль, вся её любовь, вся её жизнь. Родсидер осторожно сжал его в манипуляторе. — Я заберу тебя, — прошептал он, а затем развернулся и рванул обратно, сметая всё на своём пути. Медики с визгом разбегались, охранники палили из бластеров, но ему было плевать. Он разбил окно, вылетел в него, уцепившись за трос и исчез в ночи, оставив клинику в состоянии полного хаоса. --- Сфера служебноно интеллекта вспыхнула перед Паулой когда она пыталась сосредоточиться на очередном отчете этического отдела. — Агент Мио, — бесстрастно обратился СИ. — Только что совершено ограбление в клинике "Новая Жизнь". Паула выдохнула и медленно закрыла глаза. – Раз ты решил, что вместо местной полиции, об этом должна знать я, тогда, не тяни. – Похищен мемо-кристалл Рене Кампасы. Преступник — автобот Родсидер. Паула закрыла глаза. Медленно выдохнула. — Соединяй. Через секунду в её экзо-зрении загорелась иконка вызова. Родсидер ответил сразу. — Паула. — Родсидер. — спросила она ледяным тоном — Ты понимаешь, что только что сделал? — Забрал то, что принадлежит Рене, — ответил он. — Она не хотела воскрешения. Ты знаешь это. Паула вздохнула. — Я знаю. Но закон есть закон. Ты нарушил его. Я не могу закрыть на это глаза. Ты в розыске, Родсидер. Мне придётся арестовать тебя. Он горько усмехнулся. — Попробуй. Паула молчала несколько секунд. Потом тихо сказала: — Ты понимаешь, что теперь тебя будут искать? Всё Содружество? — Понимаю. — Родсидер уже открывал комм-канал Саундвейву. — Саундвейв, открой спейсбридж на Энос. В башню Мегатрона. Голос Саундвейва прозвучал ровно, без эмоций: — Запрос получен. Координаты подтверждены. Открываю портал. Перед Родсидером вспыхнула зелёная воронка. Он шагнул в неё и на прощание бросил Пауле: — Прости. Но я не мог иначе. Связь оборвалась. Паула осталась стоять у окна, глядя на звёзды. — Чёртов автобот, — прошептала она. — Чёртова Рене. Чёртов закон. Она развернулась и отдала приказ: — Объявить автобота Родсидера в розыск. Приоритет — высший. --- Венера сидела в истинной форме на коленях свего тирана и сладким,как мед голосом, что-то шептала ему в аудиосенсор, когда зелёная воронка выплюнула Родсидера прямо в центр зала. Венера вскрикнула, Мегатрон схватился за аудиодатчик и и с рычанием повернулся к нарушителю идиллии. — Патрульный? — его голос звучал как удар топора об металл. — Ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю? Родсидер разжал манипулятор. На его ладони лежал крошечный светящийся кубик. Мегатрон посмотрел на кристалл, потом на автобота, потом на Венеру. Она наклонилась, разглядявая кубик, – Это же человеческий мемо-кристалл, – сказала она, – Чей? — Рассказывай. — сказал Мегатрон коротко. — Судя по тому, что я видел в унисфере, тебе конец. Родсидер сел на пол, не в силах больше держаться на ногах. – Это Рене Кампаса, – тихо сказал он. – Она умерла? – Венера подняла бровь, – как? – Её застрелили. – вентиляция шумно сработала, – она ушла бродить по тропам сильфенов две недели назад, а вчера на Спарре её юз-дубль отправил сигнал вызова экстренной помощи. – И почему ты пришёл именно ко мне? – спросил Мегатрон. Родсидер поднял голову – Я знаю про проект. Про возрождение расы. Я хочу, чтобы вы встроили этот мемо-кристалл в процессор одной из протоформ. На секунду в зале повисла почти осязаемая тишина. Венера медленно сползла с колен Мегатрона, в её розовых глазах мелькнуло понимание. Мегатрон подошёл к высокому арочному проему и уставился на звезды. — Ты понимаешь, что это не будет Рене? — спросил он тихо. — Это будет новый кибертронец с её воспоминаниями. – Её уже клонировали. Оживляли. И всё время она сомневалась. Она настоящая или просто скопированный файл. Если закон Содружества настаивает на этом, то пусть у неё будет максимально неуязвимое и практически бессмертное тело. Венера молчала несколько секунд. Потом подошла к Родсидеру. — Ты понимаешь, что это эксперимент? Что мы никогда такого не делали? Что если что-то пойдёт не так, то по законам Содружества, ты станешь убийцей. – Понимаю. – тихо отозвался Родсидер. – Но она заслуживает этот шанс. Мегатрон хмыкнул. – Мы скажем Прайму. Родсидер дёрнулся. — Зачем? Он может запретить! – Мы теперь союзники. И я не стану за его спиной играть с законом дружественной цивилизации. – Тем более, Мегатрон первый не-человек, добившийся поста разведки флота Содружества, – заметила Венера. – Но, в поддержку твоего безумного плана, могу сказать, что у нас есть Ноя. Молись Праймусу, чтобы её энергия смогла вернуть твою возлюбленную. —-- Оптимус стоял у балкона, Соединённого с мостом. Он видел как из башни Мегатрона словно комета вылетел сверхзвуковой джет. Через мгновение бывший лидер десептиконов влетел в его золотй зал и трансформировался, громко грохнув ступнями по зеркально-гладкому полу. Венера и Родсидер вошли через телепорт. Оптимус уже был в курсе. Он только что говорил с Паулой Мио. Венера сделала шаг вперёд, и заговорила. Она рассказала про Рене, про её послднюю волю. Про безумный план Родсидера, про возможность Рене обрести практически неуязвимое, бессмертное тело, и в конце концов, если её это не устроит, она всегда сможет прибегнуть к классическому клонированию. Оптимус выслушал её не перебивая. А затем перевёл тяжелый взгляд на Родсидера. – Мы сообщим Пауле. – железным тоном сказал он. – И ты приведешь ей все доводы. Рене гражданин Содружества. И мы не в праве вмешиваться в его законы. Но если Агент Мио согласится с тобой, мы сделаем это. --- Паула стояла у окна, когда за её спиной вспыхнула зелёная воронка спейсбриджа. Она даже не обернулась. Родсидер шагнул в кабинет. Ему пришлось согнуться, и вжать голову в наплечники, чтобы не проломить потолок. — Ты вовремя, — холодно сказала Паула, не оборачиваясь. — Я как раз собиралась подписывать ордер на твой арест. — Я знаю, — тихо ответил Родсидер. — Но прежде чем ты это сделаешь... выслушай. Паула медленно повернулась. Её глаза, окружённые лёгкими следами усталости, встретились с голубой оптикой автобота. — Я слушаю. — Я знаю, что нарушил закон, — продолжил Родсидер. — Знаю, что меня будут судить. Но прежде чем ты отдашь приказ, скажи, она хотела этого? — Она приходила ко мне, — тихо сказала Паула. — Сказала, что не хочет снова проходить через это. Что если умрёт ещё раз, пусть остаётся мёртвой. Что клон, это не она. — И ты согласилась? — Я не могла согласиться. Закон есть закон. Родсидер шагнул ближе. — Так услышь её сейчас, Паула. Она не хотела возвращаться в человеческое тело. Она боялась, что клон — это просто копия. Но если она станет кибертронцем... если её память, её личность, её душа перейдут в новую форму, которую нельзя просто скопировать — это будет не клон. Это будет она. Новая. Другая. Но она. Паула молчала. Её пальцы сжимали подоконник. — СИ, — позвала она. Голубая сфера материализовалась в воздухе. — Слушаю. — Проанализируй ситуацию. С учётом... с учётом воли Рене Кампасы. СИ мигнул. Пауза длилась несколько секунд — вечность для искусственного интеллекта. — Анализ завершён, — наконец произнёс СИ. — Ситуация не имеет прецедентов. Воля Рене Кампасы, выраженная ею при жизни, зафиксирована в вашем личном деле, Агент Мио. Она просила не воскрешать её в случае смерти. — Я помню. — Однако закон Содружества предписывает обязательное воскрешение граждан с сохранённым мемо-кристаллом. Возникает конфликт: воля личности против закона. — И что ты предлагаешь? — Я не предлагаю, Агент Мио. Я констатирую: предложение Родсидера создаёт третий путь. Не воскрешение в человеческом теле, против которого возражала Рене, и не окончательную смерть, противоречащую закону. А переход в иную форму существования. Паула прищурилась. — Ты серьёзно? — Данный вариант не нарушает букву закона, а также не противоречит воле Рене, поскольку она не высказывалась против существования в не-человеческой форме. Формально, это не воскрешение, а создание нового кибертронца с импортированной личностью. Родсидер замер. — То есть... это законно? — Это — серая зона, — поправил СИ. — Ни один закон прямо не запрещает подобного. Но и ни один не разрешает. Решение остаётся за вами, Агент Мио. И за судом, если дело дойдёт до разбирательства. Паула отвернулась к окну. Долго смотрела на звёзды. — Если она проснётся, — тихо сказала она, — если она действительно будет там, в новом теле, и подтвердит, что это её воля... тогда твоё ограбление станет мелким хулиганством. Штраф, общественные работы, может быть, выговор. — А если нет? — спросил Родсидер. Паула повернулась. В её глазах блестели слёзы, которые она не позволяла себе пролить. — Если нет — ты будешь судим за убийство. Потому что если она не проснётся, ты забрал у неё последний шанс. Родсидер сжал кристалл. — Я согласен. — Я знаю, — Паула подошла к столу и активировала голограмму. — Я приостанавливаю ордер на твой арест на 72 часа. Этого хватит? — Должно. — Тогда вали. — Она махнула рукой. Родсидер шагнул к порталу и обернулся. — Спасибо, Паула. — Не благодари. — Она уже смотрела в отчёты. — Я всё равно тебя ненавижу за то, что ты со мной сделал. — Я знаю. Он исчез в зелёном сиянии. Паула осталась одна. Долго смотрела на звёзды. — Чёртов автобот, — прошептала она. — Чёртова Рене. Чёртов закон. СИ бесшумно висел над столом, ожидая новых распоряжений. — СИ, — позвала Паула. — Да, Агент Мио? — Пожелай им удачи. От меня. — Пожелание зафиксировано, — ответил СИ. — Хотя удача не является статистически измеримой величиной. — Заткнись.