Будни астрофизика

Декабрь. Первое число. 7:36 по Берну. --- Первый день зимы встретил Келла не тишиной и покоем, а настырным жужжанием дрона доставки, который, судя по звуку, кружил над гаражом уже пару минут. Следом раздался глухой стук деревянной коробки об пол, потом удаляющееся жужжание — и снова тишина. Только снег скрипел за окном. Келл зевнул, потянулся, хрустнув шеей, и с удивлением обнаружил, что чувствует себя полностью здоровым. Ни слезящихся глаз, ни ломоты в теле, ни заложенного носа. Будто и не было вчерашнего пиздеца с температурой и дрожью. — Сука, — сказал он, садясь на кровати. — Я ничего не заказывал. К чему посылка? Он натянул штаны, накинул кофту и спустился на первый этаж. В гараже его ждала коробка. И не просто коробка, а здоровенный деревянный ящик, раза в два выше обычного, почти в рост человека. Келл остановился перед ним, почесал затылок. — Это новый терминал? — спросил он. — Или это, блять, что? Келл взял монтировку, и вскрыл ящик. Доски с треском отошли, и внутри оказалось... На удивление, ëлка, настоящая, пушистая, зелёная, с легким запахом хвои. Не огромная, метра полтора, но красивая. Снизу лежали украшения — две гирлянды, около тридцати ёлочных игрушек в картонной коробке, звезда на макушку и даже мишура. Там же, на самом дне, притаился конверт. Келл взял его, развернул. Внутри — короткая записка, напечатанная на принтере: «С наступающим Новым годом, доктор Келл. Надеемся, этот месяц и следующий год выдадутся продуктивными, и вы не будете забывать отправлять отчёты вовремя. С уважением, доктор Бао». Келл прочитал дважды. Потом ещё раз. — Бао, — сказал он медленно, — ну нихуя себе, ты умеешь радовать? Он осмотрел ёлку, прикинул вес. Кило двадцать, не меньше. Вздохнул, упёрся ногой в ящик и начал вытаскивать. Тащить её пришлось через весь коридор в сигналку. Потому что где ещё ставить ёлку в этой обсерватории? В гараже? Рядом с канистрами бензина? В спальне? Там места нет. А в сигналке — просторно, окна панорамные, терминалы стоят, ёлка будет смотреться... ну, хотя бы не хуже, чем всё остальное. Тридцать минут ада. Келл тащил, матерился, останавливался перевести дыхание, снова тащил. Ветки цеплялись за косяки, иголки осыпались на пол, оставляя за ним зелёный след. В какой-то момент он чуть не уронил ёлку на терминал и мысленно попрощался с баллами. Но в итоге — поставил в углу, рядом с картой. Кривовато, но стояла. Коробку с украшениями задвинул под стол — потом, как нибудь, на новый год. А потом вспомнил, что сегодня понедельник, рабочий день, мать его. --- Келл сел за компьютер, проверил загрузки. За выходные накопилось пять сигналов — нормально, хватает на сегодняшний отчёт. Три диска он закинул в коробку, два оставил на полке — про запас. Потом сверился с картой, записал нужные радиотелескопы, разбросаны они не сильно далеко, не смертельно, открыл ворота гаража, завёл квадроцикл. Первый сервер нашёлся быстро, минут семь — и готово. Второй — минут тридцать, пришлось объезжать все кочки и неровности. Третий — двадцать, почти без приключений. Келл вернулся в обсерваторию, загнал квадрик в гараж, закрыл ворота, отправил отчёт. Всё как обычно, рутина. И тут он задумался, а где Керфур? Он же отправил его вчера чинить сервера, тот уехал, пропал... и не вернулся. Келл подошёл к радару. Бело-чëрный экран, вращающаяся линия, метки. Одна из них — маленький мигающий синий огонёк с пометкой «KF-01» — стояла на месте, Келл сверился с картой. И его словно облило холодной водой. Точка была у радиотелескопа Ромео, того самого, где он встретил то существо, у которого светились глаза, с клешнями вместо рук и шитым телом. Которое смотрело на него и не обращало внимания, будто Келл был просто деревом или камнем. — Та ну его нахуй, — сказал Келл, отворачиваясь от радара. — Не нужен мне этот Керфур. Он сделал шаг к выходу, остановился, вздохнул. — Да кому я пизжу... — прошептал он. Потом громче, с вызовом: — Блять, ладно. Сейчас я этому пидорасу покажу, что такое получить по ебалу монтировкой! Он зашёл в гараж, схватил монтировку, отворил ворота и газанул в сторону Ромео. --- Лес, примерно в пятидесяти метрах за обсерваторией. Аргемия сидела на ветке, свесив ноги, и наблюдала за обсерваторией. Эсраника стояла внизу, опершись спиной о ствол. — Как думаешь, куда он сейчас? — спросила Аргемия, не отрываясь от наблюдения. Эсраника посмотрела в след Келлу. — Не знаю, — ответила она. — Но судя по его настрою... Нам точно нужно проследить. На случай, если что-то пойдёт не так. — Он же просто катается, — фыркнула Аргемия. — Что может пойти не так? Эсраника посмотрела на подругу, потом на небо, потом в глубь леса, где между деревьями уже начали сгущаться тени. — С этим парнем? — сказала она. — Всё. Они спрыгнули с дерева и, оставляя на снегу следы, двинулись за Келлом. Их скорость была выше человеческой — они не отставали, держась на расстоянии, достаточном, чтобы не попадаться на глаза, но достаточно близко, чтобы успеть вмешаться. --- Келл доехал до знакомой поляны. Той самой, где несколько дней назад встретил существо. Снег всё скрыл — не осталось ни следов, ни той странной тишины, которая висела тогда. Только чёрный туман пещеры в склоне холма и холодный ветер. Келл заглушил двигатель, слез с квадрика, сжал монтировку покрепче. — Ну, выходи, уёбок, — сказал он громко. — Пиздиться будем. Тишина, он подошёл к пещере. У входа, на камне, лежал человеческий череп. Старый, выбеленный временем, с трещиной на лбу. Келл взял его, осмотрел, внутри — пусто, только паутина. — Бедолага... — тихо сказал он. — Я отомщу за тебя. Размахнулся и кинул череп подальше — в лес, в сторону, где, как ему казалось, никого не было. Череп пролетел метров пятнадцать и со стуком ударился... о воздух и отскочил. Келл замер. Череп лежал на снегу, а рядом с ним — следы. Чьи-то следы, которые появились только сейчас, будто кто-то стоял там всё это время, невидимый, и смотрел. — Ага, — сказал Келл, глядя в пустоту. — Тоже пришли моего котю вызволять? Раз вы здесь, то теперь вы соучастники, помогать мне будете. Тишина, следы не двигались, Келл вздохнул, махнул рукой и вошёл в пещеру. --- Снаружи, у входа. Аргемия и Эсраника стояли неподвижно, глядя на череп, который каким-то чудом угодил прямо в плечо Эсранике. — Как ты думаешь, — прошептала Аргемия, — он что-то заподозрил? — Он нас назвал «соучастниками», — так же тихо ответила Эсраника, смотря на череп. — Думаю, да. — И что будем делать? — Пойдём за ним, как и планировали. --- Внутри пещеры было темно, сыро и воняло так, что Келл пожалел, что не взял с собой, хотя бы, мокрую тряпку. Фонарик вырывал из темноты стены, покрытые чем-то склизким, корни, проросшие сквозь камни, и... мусор, много мусора. Пройдя дальше, он упёрся в баррикаду — своеобразный пиздец из всего, что можно было найти. Кожа какого-то существа, высушенная, ветки, трава, грязь, какие-то кости, тряпки. Всё это было свалено в кучу, переплетено, скреплено непонятно чем и преграждало путь дальше. Вонь стала невыносимой. Келл развернулся и выбежал наружу, жадно глотая холодный воздух, согнулся пополам, закашлялся. — Ебучий... кх-кх... случай... — прохрипел он, вытирая слёзы. Выпрямился. Посмотрел в сторону, где стояли невидимки. Их следы были видны чётко — они не ушли, стояли рядом, смотрели. — Вы, блять, хомяки инопланетные, — сказал Келл, зло. — Помогайте давайте! Я один не справлюсь! Следы не двигались. — Блять, ну так нахуй вы тут стоите?! Тишина, даже намëка нет на движение. Келл махнул на них рукой, плюнул и пошёл к генератору, который стоял неподалёку. Раз уж вход забаррикадирован, нужно было что-то придумать. А в генераторной будке, если он правильно помнил, были красные бочки. --- Лес, поляна перед пещерой. Аргемия и Эсраника смотрели на удаляющуюся фигуру Келла. — Напомни, — сказала Аргемия, — зачем мы здесь? — Проследить, чтобы этот искатель приключений не убился, — ответила Эсраника. — Ну да, точно... — Аргемия задумалась. — Может, пойдём, полезным чем-нибудь займёмся? — Предложения? Аргемия посмотрела на снег, белый, чистый, нетронутый. На секунду она вспомнила детство — первую зиму на их родной планете, когда они с Эсраникой были ещё маленькими и валялись в сугробах. — А может... — сказала она неуверенно. — Ну, знаешь, у людей есть некая традиция. Снежных ангелов делать, может, попробуем? Эсраника посмотрела на подругу, потом на снег, потом снова на подругу. — Ну, допустим, — сказала она и плюхнулась в сугроб. Через минуту в лесу, у входа в пещеру, красовались две фигуры — ангелы, раза в полтора больше обычного человека. --- Келл дошёл до генератора. Внутри будки было тепло, и Келл с наслаждением вдохнул воздух без запаха разложения. Он ткнул кнопку, раз, генератор загудел, замигал залëным, ткнул второй раз — горит зелёный, и тут его осенило. — Сука, — сказал он, глядя на красную кнопку. — А почему здесь всё через пизду работает? Хэш-коды на листочки, сука, записывать надо. Сигналы в дисках отправлять. Чтобы генератор запитать — кнопку нажать... Ну сука, бред же ёбаный! Он постоял, посмотрел на генератор, пнул его ногой, вздохнул и пошёл во вторую комнату будки. Там было что-то вроде склада. Несколько записок на столе, пачка сигарет, зажигалка, канистра бензина, ящик с инструментами и красные бочки, две штуки, с надписью «ВЗРЫВООПАСНО». Келл взял одну, осмотрел. — А вот и то, что мне нужно, — сказал он. Потом заметил записки на столе. Старые, пожелтевшие, с корявым почерком. Он взял одну, прочитал: «Они вылезали из-под земли словно зомби. Молотов помогает, но ненадолго. Если читаешь это — бери бочки и взрывай вход. Другого способа нет». Келл прочитал ещё раз. Потом порвал записку, бросил в урну. Взял вторую — там было примерно то же самое, тоже порвал. — Сука, ну и жуть, — сказал он. — Как обычно. Красную бочку он выкатил наружу, дотащил до пещеры, отступил на несколько метров, размахнулся и закинул внутрь. Бочка с глухим стуком ударилась о баррикаду, отскочила, покатилась дальше, снова ударилась... И взорвалась. Оглушительный грохот расколол тишину леса. Из пещеры вырвался огненный язык, пыхнуло жаром, камни посыпались наружу. Где-то вдалеке испуганно заорали птицы. Двое Ариралов, которые в этот момент как раз заканчивали свои художества в сугробе, подскочили на месте. — Сука, — выдохнула Аргемия, отряхивая снег с брони. — А не пора его останавливать? Эсраника, глядя на дым, валящий из пещеры, задумчиво покачала головой. — Ещё рано, — сказала она. — Пока что он не пытается никого убить, как и себя. --- Келл вошёл в пещеру. Баррикады больше не было — бочка разнесла её в щепки. Проход открылся, и Келл, включив фонарик, двинулся вглубь, и тут на него выбежала она — огромная сороконожка. Длиннее человека раза в восемь, с твёрдым панцирем, блестящим в свете фонаря, с множеством ног, которые перебирали так быстро, что сливались в одно движение, из пасти торчали жвалы. Келл прижался к стене, вжал голову в плечи, сжал монтировку — но сороконожка даже не обратила на него внимания. Пробежала мимо, вылетела из пещеры и скрылась в лесу. Келл стоял, не дыша. Сердце колотилось где-то в горле. — Сука... — прошептал он. — Я же спать спокойно не смогу теперь. Он сделал пару глубоких вдохов, выдохов, потряс головой и пошёл дальше. Внутри пещеры оказалось просторнее, чем казалось снаружи. Своды уходили вверх, стены были покрыты наростами — то ли сталактитами, то ли корнями, то ли чем-то ещё, что Келл предпочёл не разглядывать. Он вышел в большой зал. Его встретили два гнезда, огромные, сделанные из веток, травы, мха и каких-то тряпок. В одном из них — оно, то самое существо. С шитым телом, металлическими клешнями вместо рук, светящимися глазами-фарами. Оно сидело в гнезде, поджав под себя ноги, и смотрело на Келла. А рядом, в углу, выключенный, присыпанный листьями и грязью, лежал Керфур. Келл сглотнул и осторожно заговорил. — Слушай, — сказал он, стараясь говорить ровно. — Мы с тобой, конечно, не сильно в ладах, но... Эта консервная банка моя. Можешь мне её отдать? Существо наклонило голову. Его глаза светились ярко, слепили, мешали смотреть. Оно издало странный звук — не то рычание, не то шипение, не то что-то ещё, похожее на вопрос. Сзади, у входа в зал, стояли двое Ариралов. Аргемия шепнула Эсранике: — Мне кажется, или это одно из неудачных творений Розиталов? — Не кажется, — так же тихо ответила Эсраника. Келл, не дождавшись ответа, попытался показать жестами — показал на Керфура, потом на себя, потом сделал «дай сюда» движение. Существо снова издало звук, потом медленно, неохотно отодвинулось в сторону. Келл подошёл, подхватил Керфура, прижал к груди. Робот был холодный, грязный, но целый. На выходе он обернулся. — Костей будешь, — сказал он существу. — Думаю, мы с тобой подружились. Или хотя бы коллеги. Существо моргнуло светящимися глазами, провожая его взглядом. Келл вышел на свежий воздух. --- Керфур был разряжен в ноль. Аккумулятор показывал 0%, и робот даже не пискнул в ответ на попытки включить его. Келл вздохнул, закинул Керфура на квадроцикл, примотал его ремнëм и поехал обратно. Через двадцать минут Керфур уже стоял на зарядке в гараже. Келл закрыл ворота, проверил все двери — ящики на месте, кодовый замок работает, дверь заперта. Потом пошёл в сигналку ловить сигналы, других развлечений тут не было. --- Пещера. Час спустя. Ариралы, убедившись, что Келл благополучно добрался до обсерватории и не собирается больше взрывать ничего в ближайшее время, вернулись в пещеру. Существо — Костя, как назвал его Келл — сидело в гнезде и смотрело в стену, задумавшись, если у него вообще было чем думать. Аргемия и Эсраника перенастроили волну голоса с внутренней на внешнюю — теперь их могли слышать те, кто не был подключён к их частоте. — Слушай, ты это, — сказала Аргемия на языке, который Костя, судя по реакции, понимал. — Человека нашего не пугай. Вещи его не воруй, сиди тут у себя в лесу, грибы собирай. Она сделала паузу. Костя повернул голову — светящиеся глаза уставились на источник звука. — Если будешь паинькой, — продолжила Аргемия, — будем тебе раз в какое-то время грибы приносить, по возможности, ну и другой еды. Договорились? Костя издал звук, гортанное рычание, но без угрозы. Скорее — согласие. — Вот и удачи тебе, — сказала Аргемия. — А у нас дела ещё есть. Они вышли из пещеры, оставив Костю одного. --- Обсерватория, гараж, три часа спустя. Керфур зарядился. Зелёная лампочка на панели мигнула, робот издал короткий писк, отсоединил шнур от себя и включился. — Мяу! — сказал Керфур, заморгал глазами-экраном. Келл, который как раз зашёл проверить, отложил монтировку и присел на корточки. — Ну что, Кёфа, — сказал он. — Рассказывай, какого хуя? К серверам вопросов нет, пиздато задачу выполнил. Вопрос в том, как тебя та ебака к себе в логово забрала? Керфур задумался — его экран замигал, забегали строчки кода. — Мой заряд батареи подходил к концу, — сказал он наконец. — Мне пришлось объехать большое количество серверов. Я отключился. Последнее, что помню — свет, яркий свет, исходящий от, возможно, ламп. Келл пристально смотрел на робота, рассматривая его. — Ну ты и зануда, ебать его рот, — вздохнул он. — Ладно, понятно. Надеюсь, такого больше не повторится. Ещё одно такое приключение — я не вывезу. Он нажал кнопку выключения. Керфус издал жалобный «мяу?» и погас. Келл пошёл наверх, разделся, рухнул на кровать и уставился в потолок. Второй ярус кровати маячил над ним, как напоминание о том, что кто-то тут жил до него. И кто-то, возможно, спал наверху. Он задумался о завтрашнем дне. — Надо будет сгонять на КПП, — сказал он вслух. — С этими инопланетянами вопрос решить, а то они как сталкеры ебаные меня преследуют. Заодно сгонять по генераторам, перезагрузить их... Ну и другой хуйнёй заняться. Дел много, даже слишком. С этими мыслями он и уснул. Снег за окном всё падал. Реки и озёра начинали замерзать. Зима вступала в свои права. А на первом этаже, в коридоре, были слышны едва уловимые, но отчётливые топотания маленьких ножек.