Двойственность бывает разной!

Серые панельные дома, продуктовые магазины, тусклые фонарики, плохо освещающие улицу — весьма типичная обстановка этого региона. Таких много, и жизнь здесь всегда была не лучшей, во всяком случае, сколько Чуя себя помнил. Родителей не выбирают, он понял это достаточно рано, потому и не обижался, сколько бы боли они ему не приносили. Время не лёгкое: от тяготы забот материнства в одиночестве, побоев гражданского мужа, мама Накахары тронулась умом, наконец найдя утешение на дне бутылки. Отец его же — не иначе, как грязный садист. Опьянённый безнаказанностью, да и не только ею, он бесконечно тратил сбережения семьи, избивал свою жену и ребёнка, постоянно изменял. Чего только не натерпелся Чуя за свои восемнадцать лет: был и голод, и ремень, даже стояние на гречке в углу, вспомнить всё сразу даже трудно, однако, что он не забудет никогда — так это день, когда всё наконец закончилось. В пятнадцать лет, когда он лицезрел очередное избиение матери, гнев, копившийся все эти годы, дал о себе знать. Он избил его, бил с такой ненасытностью, словно спустя годы скитаний в пустыне, наконец нашёл маленькую лужицу, намереваясь выпить её всю, до самой последней капли. Ему навсегда запомнился тот испуганный взгляд отца, сначала гнев, потом непонимание, и, в конце концов — страх. Кто знает чем закончилось бы всё это, если бы не его мама. Испуг в её глазах, словно зеркало, указал на черезмерную жестокость сына. Чем же он тогда лучше? «Лучше», — отзывалось в его голове. В тот же вечер он выкинул отца за дверь, долго кричал ему что-то в след, сначала просто, что хотел сказать все эти годы, затем матерное, но он точно знал одно — более никто не посмеет тронуть его мать. Спустя четыре года, можно сказать, ситуация стала гораздо лучше. Во всяком случае, теперь они только вдвоём. Дворовые уроки «боевых умений» пошли ему на пользу, и в своей банде хулиганов, Накахара сумел заслужить высочайшее доверие её членов, на столько, что стал «негласным королём». И хотя он всё ещё школьник, с тех же пятнадцати ему приходится работать так, как это возможно: где-то грузчиком, где-то долги со школоты выбивает, а где-то за некоторую сумму сходит на стелку за вас, в общем и целом, вертелся как мог. С приходом же совершеннолетия наконец решил, хватит скитаться по подработкам! Пора заняться настоящей работой. Полный решимости, он просматривал не одно объявление, в конце концов, обнаружив то, что подходит ему. Конечно, пришлось немного приврать в своём резюме, однако чего там уметь? Если чего-то Чуя и не умел, то быстро бы научился! Проблемы нет, а когда на его телефон раздался звонок, поспешивший уведомить о новости с состоявшимся собеседованием, он вовсе был готов прыгать от радости. Однако радоваться раньше времени не стоило. Собрав эмоции в кучу, парень принялся приводить себя в порядок. Теснились они в маленькой ободранной двушке, а всё же, этого казалось достаточно. На скорую руку причесав копну рыжих волос и одевшись, он выбегает из комнаты, бросив беглый взгляд на старые настенные часы. Взор останавливается на едва приметном среди кучи опустошённых бутылок силуэте женщины, раскинувшейся на грязном диване. Спутанный клубок чувств тяжёлым комом застревает в горле. С тихим вздохом Накахара тянет откинутый в сторону плед, укрывая мать в маленьком жесте заботы, который, в прочем, вряд ли заметят. В последний раз обернувшись, он скрывается за дверью. Относительно недавно его банда уведомила об участившихся похождениях на их "базу". Некто, систематически приходил на их территорию, коей являлось старое заброшенное здание завода. Большую часть территории они занимали количеством: где-то жили члены группы, а где-то находились склады пропитания, оружия и прочего. Однако часть завода была свободной, и сохранять её за собой, соответственно, было сложнее — для того Чуя однажды ввёл патрули. Теперь же кто-то и их более не пугается, а значит разбираться придётся именно ему. Тяжёлые шаги эхом раздавались по стенам одного из верхних дальних уголков завода, однако, придя на место, юноша ничего не обнаружил. Подозрительно оглядев пространство, он лишь нахмурился, тихо ругнувшись себе под нос. — Они опять меня разыгрывают? — Сжав ладони в кулак и стиснув зубы, Накахара уже был готов уйти, но в тот же момент кто-то дёрнул его за бетонную колону. Инстинктивно занеся ладонь для удара, парень в последний момент остановил себя, заметив Ширасэ рядом. Тихо ругнувшись под нос, он спросил: — Какого чёрта?! Округлив глаза от ужаса, парень отскочил, тут же оступаясь и падая назад. Девушка, стоявшая рядом, ошарашенно поглядела на обоих, непонимающе переводя взор то на одного, то на второго. — Чуя! — Улыбнулась Юан, осторожно приблизившись к юноше, обнимая за руку. Ширасэ, уколотый ревностью, наконец поднялся, со злобой подмечая: — Да хватит вам, этот задрот уже скоро будет здесь! Лёгкая растерянность отразилась на лице Накахары, стоило девушке броситься к нему. Он слегка отодвинул её, освобождая своё личное пространство. — Ты можешь наконец объяснить, в чём дело? — Скептически приподняв бровь, вопросил парень. — Я сегодня был занят и пришёл лишь потому, что вы сказали, это срочно. Юноша лишь цокнул языком, закатывая глаза. — Ну я же сказал тебе! На наш будущий склад начал шастать какой-то задрот, и я зуб даю, он вооружён и сто процентов из банды волков. Точно что-то замышляет! — Пригнувшись, дабы его точно не было видно, Ширасэ, наконец, перевёл взгляд на местность впереди. — Он прав, — уже тише начала девушка. Оба подростка были одеты достаточно скромно, из них двоих выделялись лишь розовые волосы Юан. — Этот парень появляется тут примерно в одно и то же время… — задумчиво прошептала она, — должно быть, он разведчик. Помнишь, как месяц назад волки пытались отобрать наш левый склад? После более внятных объяснений Чуя задумчиво нахмурился. Безусловно, стоит оставаться начеку, но что если они обознались? — Само собой, помню, — скрестив руки на груди, ответил он. Девушка, кажется, хотела сказать что-то ещё, однако её мгновенно осадил взгляд Ширасэ, и она тут же притихла. Прислушавшись, можно было и впрямь заприметить шаги, однако человека видно вовсе и не было. Девушка переглянулась с парнями, прочнее сжимая нож в своих ладонях. Наконец, на горизонте показался высокий шатен: очки, рюкзак, парочка значков и бинты… прикид и впрямь странный, даже для разведчика-шпиона. Накахара недоверчиво приподнял бровь, внимательно наблюдая за незнакомым подростком. Что-то не очень верилось в версию с чужим разведчиком. На какое-то мгновение его взор зацепился за значки на сумке, прежде чем Чуя перевёл многозначительный взгляд к товарищам, безмолвно говорящий: «вы уверены, что он настолько страшен?». Однако было уже поздно, Ширасэ и след простыл. — Слышь, ты! — Крикнул он, подходя к парню. Юноша удивлённо окинул взглядом Ширасэ, словно оценивая, лишь спустя несколько секунд отвечая: — И тебе привет, — на его лице проссияла небольшая ухмылка, которая, видимо, сильнее раззадорила подростка. — Ты хоть в курсе, чей это район? — Запрокидывая голову в попытке сравняться ростом с неизвестным, продолжал он. — Это территория овец, и каждый, ступивший сюда, получит в морду! — Словно став увереннее, Ширасэ приблизился к шатену. Следом выскочила и девушка, хмуря брови. — Да! Каждый, кто перейдёт дорогу овцам, будет иметь дело с Чуей! Юноша внимательно слушал, в конце концов, лишь хихикнув. — Овцы? Впервые слышу, — сдерживая смех, парень выпрямился. — Должно быть, вы не так всё поняли, это моё место для глубоких рассуждений, я тусуюсь здесь постоянно, и если вам хочется с кем-то подраться, найдите себе другую жертву, окей? — скрестив руки на груди, заключил юноша. Представители овец, ошеломлённые такой наглостью, были готовы вопить от злости. — Да как ты смеешь! Ты бы не решился и носа сюда сунуть... — прервал их лишь шум сзади. — Довольно, — резко бросил Чуя, выходя к ним. Он встал между странным парнем и овцами, окидывая первого цепким придирчивым взглядом. — Кто ты такой, и что ты здесь делаешь? Если ты приходил сюда раньше, то должен был быть предупреждён патрулём. — Патруль? Впервые слышу, — усмехнулся юноша, во взгляде которого читались задорные огоньки, по всей видимости, окончательно снёсшие крышу Ширасэ. — Чуя! Он лжёт, давай просто отпиздим его! Шатен нахмурился, делая осторожный шаг назад, всё же не удержавшись от колкого замечания: — Этот коротышка — ваш хвалёный Чуя? — Посмеявшись в кулак, и всё же, найдя в себе силы держать лицо, он добавил, — а ещё, если ваш патруль всегда под градусом, то я не удивлён, что не смог разобрать предупреждения. Ещё не научился, — улыбнулся шатен. Сжав ладони в кулак, Накахара огрызнулся: — Я ещё расту! Однако следующие слова с уст парня заставили удивление промелькнуть в его взгляде. С сомнением покосившись на Ширасэ, он сделал шаг в сторону юноши. — Ты что, решил набухаться на патруле? — раздражённо прищурившись, уточнил подросток. Ширасэ завозил глазами по полу, Юан перевела взгляд на Чую. — Ну... мы выпили чутка, — с лёгким оттенком вины пробормотала она. — Ой, да камон, Чуя! Все подростки так отдыхают. Что в этом такого? — Запустив ладони в карман, тот развернулся к своему «королю». — Вот, что в этом такого! — махнув рукой в сторону незванного гостя, ответил тот. — Не на патруле же, — поджав губы, он бросил острый взгляд на Юан, возвращая его к Ширасэ, — в остальное время делайте что хотите. Закипая от гнева и безысходности, Буичиро зацепился взглядом за значок, висевший на рюкзаке шатена. — Да посмотри на этого ботана! Я могу одним пальцем разобраться с ним, он любит девичьи мультики! Даже Юан такое не смотрит, — рассмеявшись, он стремительно приблизился к парню, с силой толкнув его. Что бы он сейчас не говорил, было понятно, что он ужасно зол, и это точно не играет на руку незнакомца. Пусть высокий, но точно не сильный, он упал на грязный бетон. Тёмный взгляд устремился на обидчика, гнев подступил к горлу. Хочется вцепиться в него. И юноша это и сделал: пока Ширасэ хохотал, парень дёрнул его за штанину, заваливая вслед за собой, тут же ухудшая своё положение. В шоке от такой самоуверенности, подросток решает усмирить её раз и навсегда. — Ты чё, охренел, ботан? — Его кулак с силой ударил об лицо шатена, заставляя нос обливаться кровью. Жмурясь от боли, тот таки пересилил себя, злобно глядя на Ширасэ. — Пизда тебе, щенок. — Поднявшись и отряхнувшись, парень был готов продолжить, когда перед ним скользнул женский силуэт. На мгновение Буичиро опешил, вопросительно глядя на Юан, однако стоило той встать позади незнакомца, а затем и вовсе скрутить, и без того хищный взгляд жестокого подростка просиял. — Я преподам тебе урок, — усмехнулся парень, переглянувшись с девушкой, в глазах которой так же весело заиграли тёмные искорки. Сердце парня забилось чаще, взгляд заскакал в поисках своего спасения: завод заброшен, всюду эти тупые дети, а драться он не умеет. Забавная кончина. — Хватит! — Внезапно встревает лидер овец, рявкнув на обоих. Он словил на себе их полные удивления взгляды, прежде чем добавить: — этот педик того не стоит. Не тратьте на него силы, поберегите на того, кто правда предоставляет нам угрозу. И чтобы в следующий раз на патруле были трезвыми. От такого действа опешили все трое, Ширасэ хотел было возразить, но взгляд голубых глаз, весьма знакомый ему, твердил, что не стоит, поэтому вскоре шатен был отпущен. Только незнаконец и оставался в недоумении, скривив такое лицо, словно от факта такого прозвища было хуже, чем если его бы там избили. — Педик!? — Недоумевающе вскрикнул шатен, наконец поднимаясь и оттряхиваясь. — А умнее ты ничего не придумал? — Однако ответа не последовало, подростки уже скрылись в темноте стен завода. Время подходило к шести, именно тогда, когда Чуя должен был быть на собеседовании. Потому, он спешил в сторону назначенного места, а именно кафе: небольшого и уютного, тем не менее, достаточно популярного. Кто-то коротал там часы после пар, работы, просто встречался с друзьями, в общем и целом, контингент его был обширен. Звон озарил помещение, прежде чем рыжая макушка покажется на пороге. Голубые глаза бегло оглядывали кафе изнутри, а найдя нужного человека, Чуя скользнул к нему. — Здравствуйте, — с кивком, не слишком громко сказал Накахара. Мужчина улыбнулся, бегло оглядев парня. Внешне Чуя всё же был очень притягательным, по-своему нежным. Пусть и одет в спортивный костюм «Адидас». — Рад знакомству, Накахара, — улыбнулся мужчина, поспешив пройти за стойку. — В резюме вы писали, что уже имели дело с данной профессией, я бы хотел поглядеть за вашей работой. Оно ведь лучше, нежели я буду тестировать вас устно. Чуя, одевавший фартук, слегка опешил. Что ж, придётся выложиться на полную. К его везению, посетителей сегодня было не так уж и много: несколько наспех проходящих студентов и двое женщин. Вкусы у всех них по счастливым обстоятельствам сошлись на латте — том, на чём глубокие познания подростка и заканчивались. Когда казалось уже, что всё худшее позади, колокольчик предательски зазвенел. И сколько их тут ещё придёт? Сердце упало в пятки, при виде… того самого странного незнакомца. По всей видимости, и он узнал Чую, ехидно улыбаясь, лишь проведя карими глазами по витрине с какими-то сладостями. Большие пальцы его рук придерживали лямки рюкзака, слегка пыльного после драки, зато на лице почти не осталось следов. А эти бинты, они всегда на нём были? Уж куда, а в шею его точно не били. — Это один из наших постоянных гостей, Дазай, обычно заказывает латте, — прошептал на ухо рыжего мужчина, заставляя Чую проссиять. «Есть, латте, его я делать и умею!» — Ликовал парень, руки его уже тянулись к стакану, однако стоило Дазаю приблизиться, сердце его вновь упало в пятки. — Приветик, можно мне... — кареглазый задумался, окидывая взглядом меню над головами барист. Чуя с надеждой смотрел на клиента, нервно сжимая в руке какую-то посудину. — Можно мне кофе со льдом Venti, с дополнительным карамельным покрытием, взбитыми сливками, порошком ванильных бобов, смесью мёда, сиропом ириски, дополнительным карамельным покрытием, Venti Caramel Crunch Frappuccino, солёной карамелью, мока-латте, карамельным маккиато, добавить лёгкий лёд, молоко с половины быка и кокосовое молоко, а также взбитые сливки, холодный эспрессо и карамельный соус, — наконец закончил он, заставляя и без того увеличенные в три раза с момента первого слова глаза Накахары ещё и дёргаться. Жалел ли он в эту секунду, что не позвонил убить его на заброшке? Определённо так. Однако не только он так думал, ведь владелец, будучи в не меньшем шоке, пыхтел над тем, чтобы записать сие шедевр. — Лёгкий лёд, взбитые сливки с карамельным сиропом, карамельный соус, молоко с половины быка, ириски, эспрессо… что? — Он перевёл взгляд на Дазая, с довольной улыбочкой смотрящего на этих двоих. — Кстати, куда делась та симпатичная бариста? Неужели вы решили заменить её на это? — Подперев голову рукой на стойке, шатен указал взглядом на Чую. — Её сбила машина, — не отводя взгляда от кассы, ответил мужчина, пока Чуя молча смотрел на парня так, словно кричал о том, что, если сейчас он не прекратит, то домой не вернётся. — Насмерть? — Помрачнев, спросил шатен, переведя взгляд на мужчину. Тот лишь пожал плечами, бесстрастно добавляя: — Не, ногу сломала. Карий взгляд расслабился, а с губ сорвался тихий вздох облегчения. И всё же, в войне все средства хороши, так что Дазай, убеждённый этими глазами, таки добавляет: — А ещё, я передумал. Латте с карамелью, пожалуйста, — наконец заключил он, от чего мужчина удивился ещё больше. — …Хорошо, — тихо пропыхтел он, однако нахмурился, стоило пробить заказ. — Тц, чековая лента закончилась... — буркнул мужчина, ускользая за ширму. — Ты совсем придурок? — Резко притянув к себе шатена за воротник, прошипел рыжий. Дазай удивлённо захлопал ресницами. — У тебя, видимо, беды с самосохранением, но просто запомни, мне дорогу переходить опасно, — задиристо приподняв подбородок, выпалил Чуя. — Но это ты пришёл работать в мою любимую кофейню, я не собираюсь менять её из-за какой-то мелкой выскочки, — беззаботно отрезал Дазай, однако Чуя лишь сильнее взбисился, особенно от последних его слов. — А где здесь написано, что это твоя кофейня? — Фыркнул рыжий. — К тому же, раз ты такой опасный, что ты забыл здесь? — Хихикнул юноша, а заметив, как в голубизне глаз начинает полыхать пламя сильнее, с забавой добавил: — Тебя же пацаны засмеют. Словно удар по причинному месту ощущались эти слова. И до чего же метко, ведь правда. Устроился сюда он по-тихому, не столь мужицкая это работа, во всяком случае, по мнению большинства. Выходит, они оба не в лучшем положении? Солнце скрылось за горизонтом, последний раз за этот день согревая землю своим светом. Серость улиц, столь привычная, редко играла красками, тем более, теплом. Сегодня кофейня закроется рано. — Что ж, вы приняты на работу, не растерялись, — улыбнулся мужчина. Чуя, в свою очередь, кивнул, прощаясь и покидая кафе. — Значит, ты Дазай? — Приподнимая одну бровь, спросил рыжий. Шатен, как оказалось, всё это время ждал его на улице. Руки его грелись в карманах, а взгляд, словно две холодные ледышки, впивался в самую душу. — А ты очень наблюдательный, Чуя, — хихикнул тот, плотнее затягивая бинты на руке. — О том, что ты сегодня видел в кофейне, никому не слова, — подойдя ближе, больше утвердительно, нежели в формате просьбы, заключил Накахара. — С чего это вдруг? — Хмыкнул подросток, однако Чуя успел обдумать и это за оставшееся время своей смены. — Ты учишься в одной школе со мной, я часто видел твою рожу на доске почёта. Если кто-то узнает, где ты шляешься, думаю, нагоняй получишь, — хмыкнул Чуя, тут же добавляя: — Ну и отпиздить тебя труда не составит. А тебе, вижу, и так часто достаётся. Дазай недовольно фыркнул, спустя пару секунд протянув ладонь: — Уговорил, Чуя как-тебя-там. Рыжий с силой сжал чужую ладонь, заставляя шатена отдёрнуть руку, болезненно жмурясь. — Накахара Чуя, 11-б, — кратко ответил юноша. — Осаму дазай, 9-а, — чуть помедлив, фыркнул парень наконец. — Чудно, — уже уходя, бросил Чуя, растворяясь где-то за гаражами.

* * *

Следующее утро началось с не слишком громкого, но не менее назойливого будильника: Накахара с детства был внимателен к самому незначительному шуму и спал чутко. Нехотя потянувшись к телефону, он выключил сигнал, лениво перевернувшись на бок. Вставать ой как не хотелось, а всё же, надо. Насилу заставив себя подняться, парень протёр глаза, потянувшись. Скинув старое одеяло, подросток прошествовал в ванную. Чистя зубы, он остановил взгляд на растрепавшихся после сна волосах. Приходится смириться с тем, что их опять надо вычёсывать. Закончив со сборами, Чуя шустро выбежал из дома, прихватив рюкзак, который небрежно перекинул через одно плечо уже на ходу. Привычное здание встретило его куда более молчаливыми коридорами, что обычно забиты суетливыми толпами учеников — сегодня у младших классов линейка, и можно было дышать свободнее, пока те заняты. Мельком глянув в окно, юноша поискал глазами Дазая, но не нашёл. Странно, при всём громоздком росте шатена. Отмахнувшись от глупых мыслей, он двинулся к нужному кабинету. Там всё тоже по-прежнему, Чуя спокойно занял своё место, вытащив тоненькую тетрадь вместе с учебником и ручкой. Через несколько минут раздался звонок на урок. В кабинет вошёл учитель, слова его пролетали где-то мимо ушей Чуи, мысли были заняты отнюдь не детскими заботами. Юноша устремил взор к окну, выискивая неведомо что, расслабленно покачиваясь на стуле. Краем уха он уловил речь, явно отличающуюся от привычной. Переведя взгляд, в недоумении глядя на... Осаму? И что только этот ботан делал здесь, да ещё и с директором? — Дорогая Коё, от сердца отрываю, но отдаю в твой класс свой алмаз, — улыбался темноволосый мужчина. Рука гладила макушку шатена, косо посматривающего на взрослого. Кажется, они близки? Женщина устало выдыхает, видимо, уже представляя то, какой «алмаз» ей достался. — Дети, поприветствуйте Дазая Осаму. Просьба любить, не обижать, — раздражённо выдала она, ускользая с мужчиной за дверь. Это звучало как строгий приказ. Кажется, словно карий взгляд смотрит на весь класс, но Чуя уверен, уверен как в себе самом, что этот нерд смотрел именно на него.