i saw mommy fucking santa claus

У Сону был плохой день. Вообще-то плохая неделя. Мало того, что он отвечал за организацию «Тайного Санты» для сотрудников своей школы и взялся устроить первый рождественский ужин для своей семьи (предразводный не считается, как он сказал Рики), он ещё и был на четвёртом месяце беременности. — Ну и что же натолкнуло тебя на то, чтобы принимать гостей в этом году? — раздражённо спросил Сонхун по телефону. — Прости, что я радуюсь возможности собрать всех, кого люблю! — надулся Сону. — Я тебя целую вечность не видел! Через месяц я снова выхожу замуж, и мне просто нужен один вечер, когда мы все сможем побыть вместе, прежде чем начнётся свадебная суета. Сонхун громко фыркнул: — Вот именно, твоя свадьба через месяц. Тебе бы лучше отдохнуть и полистать свадебные журналы. К тому же, ты же знаешь, что Рики ни за что на свете не позволит тебе заниматься всеми организационными вопросами свадьбы, особенно когда ты носишь его отпрыска. — Не называй моего ребёнка отпрыском! — возмутился Сону. — Что с тобой вообще не так? И Рики позволит мне делать всё, что я захочу. Это он меня оплодотворил и настоял на том, чтобы свадьба была до того, как я рожу. — Ты ведь не особо жаловался, когда он это сделал, — поддразнил Сонхун. — И ты мог отказаться от свадьбы, если бы действительно этого хотел. — Нет, не мог, — простонал Сону, откидываясь на подушки. — Рики такой традиционалист. Он сказал, что его мама убила бы его, если бы он сделал меня беременным вне брака. Что мне оставалось делать? Это же Рождество, он больше всего скучает по ней в праздники. — Ого, он реально хотел тебя закрепить за собой, — усмехнулся Сонхун. — Беременность и карта умершей матери — это называется двухфакторной аутентификацией. — Надеюсь, твой самолет разобьётся, — произнёс Сону, а затем тут же разрыдался. — Нет! Я не это имел в виду! Боже мой, а вдруг это правда случится и это будет последнее, что я тебе сказал? Ты должен перенести свой рейс– Если бы Сону не был так эмоционален из-за гормонов, он бы услышал долгий и измученный вздох Сонхуна: — Сону, всё нормально. Конечно, я понимаю, что ты шутишь. Ты мой лучший друг. Успокойся и подумай о своём давлении! Сону шмыгнул носом и вытер уголки глаз: — Прости, ничего не могу с этим поделать. — Знаю, — рассмеялся Пак. — Тебе повезло, что ты такой милый. Слушай, «Тайный Санта» — это просто. Разошли всем электронные письма, оплати кейтеринг на рождественский обед, а остальное пусть сделает твой богатый муж. — Звучит… неплохо, — неохотно признал Сону. — Можешь даже переложить еду в свою посуду, и никто не догадается, что ты её не готовил! — предложил Сонхун. Сону хихикнул: — Я очень рад, что ты скоро приедешь. Я скучаю по тебе. Дети скучают по тебе. — Я очень нервничаю, — признался Сонхун. — Клянусь, если бы ты не был беременным, я бы, наверное, пропустил твою свадьбу. — Эй! — Я уже видел как ты выходишь замуж! — Всё будет нормально, Хун, — сказал Сону. — Ты ведь уже видел Джея, да? Когда он был в Японии по работе? — Да, — согласился тот. — Но всё равно было странно. Я думал, что уже давно это пережил. — Да, я тоже так думал о Рики, — ответил Сону. — Нам с тобой будет о чём поговорить, когда ты приедешь. — А это обязательно? — спросил Сонхун. — Я дал тебе два года покоя, — напомнил ему Сону. — Ты украл обручальное кольцо, которое вернул Джею из его дома и уехал из страны, не попрощавшись ни со мной, ни с моими детьми. Пора вернуться домой и ответить за свои поступки. Сонхун драматично вздохнул: — Это вообще-то было моё кольцо. — Ты останешься? — осторожно спросил он. — Меня можно было бы уговорить, — ответил Сонхун после долгой паузы. — Я рад, — Сону с улыбкой погладил свой живот. — Мы скучаем. Некоторые больше других. Щелчок входной двери подсказал Сону, что у него осталось примерно пятьдесят секунд, прежде чем муж потребует всё его внимания. — Мне пора идти, Хун, — сказал Сону. — Отец моего отпрыска пришёл. Сонхун расхохотался и попрощался. — Где ты был? — спросил Сону, услышав шаги за дверью. Рики осторожно заглянул в дверь. Он быстро понял, что третья беременность Сону проходит довольно бурно. — Ты отправил меня за мороженым? — Рики поднял пакет, и Сону увидел две баночки, в которых, судя по всему, было мятно-шоколадное мороженое. — А, точно, — кивнул Сону. — Что так долго? Иди сюда. Альфа улыбнулся и поспешил к кровати, позволив Сону притянуть себя и устроить так, как ему нравилось. Он обнял своего омегу и погладил его по волосам. — Скучал по мне? — спросил Рики. — Да, — Сону потянулся к пакету. — Покорми меня. Фыркнув, муж достал ведёрко двойного мятно-шоколадно мороженого — Боже, сегодня вечером он точно переспит — и ложку, медленно кормя его. — Сонхун звонил, — сказал Сону между перерывами. — Ах да, он уже забронировал билеты? — спросил Рики, вытирая каплю мороженого с губ омеги. — Мгм, но он был какой-то потерянный, надеюсь, он не сбежит, — вздохнул он. — Он такой с тех пор, как увидел Джея в Японии в прошлом году, — сказал Рики. — Ты знаешь, Джей до сих пор не рассказал мне, что произошло между ними в те выходные. — Ты думаешь… — А что, если они… Они обменялись ошеломлёнными взглядами. — Они точно переспали, — заключил Сону, похлопывая Рики по руке, требуя ещё ложку мороженого. — Это объясняет, почему Джейк был тогда таким несчастным, — размышлял альфа. — Почему эти трое не могут быть нормальными, как мы? — закатил глаза Сону. Рики с нежностью посмотрел на него: — Как мы? Сону кивнул. — Мы со вторым браком и с третьим ребёнком, кстати, незапланированным– — Я бы сказал, что ты прекрасно знал, что делаешь, когда сделал меня беременным, — заметил Сону. — Я бы сказал, что ты позволил мне осуществить мои планы без жалоб, — усмехнулся Рики. — Мы со вторым браком и третьим запланированным ребенком, — с улыбкой поправил Сону. — О, это сыграло тебе на руку, хитрец, — надулся Рики и откусил кусочек мороженого. — Это моё, — надулся Сону. — Я тебе ребёнка вынашиваю. Ты не можешь есть мороженое и одновременно наслаждаться им. Рики виновато посмотрел на него и с извинениями попытался вернуть ему в руки баночку с мороженым. Сону хихикнул и засунул ложку обратно ему в рот. — Я шучу, глупый, — он чмокнул его в губы, нежно проворковав, когда Рики снова надул губы. — Ты такой милый. Ешь сколько хочешь. Почему ты вообще такой накаченный? Разве ты не знаешь, что я беременный, и тебе нельзя выглядеть так горячо? Наблюдая, как глаза его мужа темнеют от его слов, Сону почувствовал невероятную власть. — Но я же должен хорошо выглядеть для тебя, верно? — Рики притянул Сону к себе на колени, томно опустив взгляд на его тело. — Чтобы ты мог пользоваться мной когда захочешь, и быть довольным. Ты же знаешь, каким становишься во время беременности. Сердце Сону замерло от прикосновений мозолистых рук, скользнувших под его ночную рубашку и медленно двигавшихся вверх и вниз по бокам, не приподнимая ткань. — Каким я становлюсь? — игриво спросил он. — Жадным, — Рики притянул его ближе, проскальзывая языком ему в рот и простонав от прикосновений. Это было правдой: Сону, если это вообще возможно, становился безумно возбуждённым во время беременности. Когда он был беременен Чонвоном, была неделя, когда он так активно использовал своего альфу, что Рики пришлось ставить капельницу в больнице, а с Хисыном было ещё хуже. На этот раз он испытал всё в десять раз сильнее. Каждая минута бодрствования была пыткой. Рики доверил свою компанию своим сотрудникам и большую часть дней проводил дома, выполняя каждую прихоть Сону и заботясь о Хисыне и Чонвоне. Это значительно облегчило жизнь Сону, особенно учитывая, что он всё ещё работал учителем и только недавно ушёл на зимние каникулы. И это было очень удобно, ведь наличие его очень сексуального и любящего мужа под рукой в любое время суток означало, что первые несколько месяцев беременности были полны страстной любви на любой доступной поверхности. В последние месяцы это немного поутихло. Сону знал, что Рики никогда не станет давить на него в вопросах секса, — более того, альфа, скорее всего, будет соблюдать целибат на протяжении всей беременности, если Сону попросит, — но он понимал, что его альфа начнёт переживать, если Сону продолжит отказывать, особенно учитывая, что обычно инициатором был именно он. — Не сейчас, малыш, — прошептал Сону ему на ухо. Рики вздрогнул, услышав шепот мужа, но понимающе кивнул: — Мальчики скоро вернутся домой. Сону понимал, что Рики даёт ему отговорку. Они занимались сексом в гораздо более короткие сроки, и у них были гораздо более срочные дела, но он всё равно согласился. Его альфа в конце концов выведает это у него. — Я приготовлю ужин, — Рики снова поцеловал его, на этот раз нежнее, и мягко обнял. Он игриво ткнул Сону в нос, когда тот отстранился, и в животе у него закипело чувство вины. — Я люблю тебя, — крикнул ему Сону. Оглянувшись назад с удивлением, Рики выглядел так, словно собирался задать вопрос, на который Сону не был готов ответить. — Со мной всё в порядке, — заверил его Сону. — Просто в этот момент я почувствовал, что очень сильно тебя люблю. Рики вернулся, опустился на колени рядом с ним и нежно вдыхал его аромат: — Я тоже тебя люблю, малыш. Выйдя из комнаты, Сону встал перед зеркалом, приподняв свою ночную рубашку, чтобы рассмотреть тёмные растяжки на животе — новое проявление беременности, с которым он раньше никогда не сталкивался. Это было пугающе и напоминало ему, что он становится не моложе. Он потрогал покрасневшие, полные гнева слёзы, которые наворачивались на глазах. Это было глупо с его стороны. В глубине души он знал, что Рики не будет против, что у него есть растяжки. Ведь так? Не будет? К всеобщему раздражению, Рики продолжал тренироваться так, будто готовился к Олимпийским играм, утверждая, что ему нужно поддерживать форму, чтобы быть хорошим отцом и мужем. Его тело было таким же рельефным, как и прежде, и с ним постоянно флиртовали, куда бы они ни пошли. Сону был всего на четвёртом месяце беременности, но уже чувствовал себя огромным, как дирижабль, и его эмоции были просто зашкаливающими. Не говоря уже обо всех проблемах, с которыми он сталкивался в данный момент: предстоящая свадьба, возвращение Сонхуна, бурные отношения Хисына с Бомгю, которые, казалось, не продлятся и четырёх месяцев, и плохо скрываемая ревность Чонвона к новорожденному. Неловкое волнение в животе привлекло его внимание глубже. Сону улыбнулся своему отражению, его рука всё ещё лежала на животе. — Ты рада, что скоро появишься? Я тоже, дорогая. Ты стоишь всех растяжек на свете. X X X Сону следовало бы быть осмотрительнее и не пытаться что-либо скрывать от своего альфы. Рики был как гончая, когда думал, что что-то не так, и Сону не мог его за это винить. Особенно после развода. Прошло всего несколько дней, прежде чем муж вытащил из него суть проблемы, прибегнув к надутым губам и щенячьему взгляду, чтобы должным образом показать своё беспокойство. — Ничего страшного, клянусь! — Сону попытался отмахнуться, но Рики пригрозил визитом к врачу с Джейком, и в итоге это сработало. Они сидели одни на диване, дети ночевали у Джея и Джейка, Рики был без рубашки, а Сону был слаб. — Уменяестьрастяжки! — Хах? Сону сердито посмотрел на него, затем заскулил и уткнулся лицом в плечо Рики. — У меня… растяжки, — медленно сказал он. Альфа нежно погладил его по спине: — Да, я знаю. Сону с тревогой поднял голову: — Откуда? Альфа уставился на него: — В смысле откуда? Я постоянно пялюсь на тебя, когда ты переодеваешься, и ты вчера вечером не мог выбраться из ванны и позвал меня! — Но ты был без очков! — Сону сильно покраснел. Рики усмехнулся и поцеловал его в щёку. — Малыш, я близорукий, а не слепой. — Но ты ничего не сказал! — вскрикнул Сону. — Зачем мне это? — Они уродливые! — выпалил он. Не часто на лице Рики появлялось раздражение. Если что, у его альфы было ангельское терпение. Он утешал Сону во время его иррациональных срывов и обнимал его, даже когда тот вёл себя как избалованный ребёнок. Но на этот раз он был по-настоящему разозлён, и Сону не смог сдержать слёзы. — Эй, эй, эй, прости, — Рики притянул его к себе на колени. — Я не это имел в виду! — Ты на меня злишься! — завыл Сону. — Ох, малыш, нет, — Рики покачивал его. — Ты просто иногда немного глупый, но я не злюсь. — Но ты выглядел злым! — Прости, — Рики поднял его подбородок и вытер слёзы большим пальцем, — Боже, ты такой красивый. Посмотри на себя. — Прости, — всхлипнул омега. — Мне всё равно, есть ли у тебя растяжки, милый, — Рики мягко поцеловал его в щёку, потом в другую, а потом в лоб. — Для меня ты идеален. Я без ума от тебя. У меня сейчас стоит. — Ты странный, — шмыгнул Сону, но признал, что его муж действительно был твёрдым под его бедром. — Для тебя, — ухмыльнулся Рики. — Поэтому ты был таким отстранённым? Я сходил с ума, Сону. Я думал, ты больше меня не хочешь. Сону покачал головой. — Хочу! Ох, Рики! Его нижняя губа задрожала, и остаточная вина за их двухлетнюю разлуку вырвались наружу. Почувствовав новый надвигающийся срыв, Рики прижал их губы друг к другу, крепко целуя его и отгоняя плохие мысли. — Сону, — он отстранился на волосок. — Я никогда не думал, что ты снова меня поцелуешь. Я всё это время мучился, пытаясь вспомнить, какими на ощупь были твои губы и какой мягкой была твоя кожа под моими ладонями. В первый раз я напился до беспамятства, потому что забыл, где именно находится родинка на твоей руке. Сону был тёплым под руками и словами своего мужа. — Не могу поверить, что ты у меня есть, — сказал он, запуская руку в волосы Сону, которые росли быстрее, теперь, когда он был беременен. — Я ничего в тебе не принимаю как должное. Ни трепет твоих ресниц на моём лице, когда мы целуемся. Ни тепло твоей шеи, когда я обнимаю тебя ночью. Из его дырочки сочилась смазка, увлажняя штаны Рики. — Если в твоём теле появится что-то новое, я изучу это и полюблю так же, как люблю каждый твой сантиметр, — пообещал он. — Ты самый красивый человек на свете. Жар между ними был невыносимым. Глаза Сону метались из стороны в сторону, но в глазах своего альфы он видел только любовь — обожание, принятие, восхищение, неукротимую страсть и любовь. Он толкнул Рики назад на диван и сорвал с себя ночную рубашку. Запах альфы усилился, и воздух вокруг них стал густым, как в жаркий влажный день, наполненный подавляющими феромонами возбужденного альфы. Рики посмотрел вверх, его взгляд пылал, когда он осматривал тело Сону, замечая набухшие соски, небольшой округлый живот, тёмные растяжки и расширившиеся бёдра. — Блять, — простонал он, когда Сону подвинулся ближе и начал тереться о его член. — Рики, — омега тянулся к нему, кусая его ключицы, царапая живот и помечая его ногтями и запахом. — Ты мне нужен, сейчас– Не успел он договорить, как уже оказался на спине, а Рики слизывал смазку прямо из его дырочки, громко стоная, словно человек, умирающий от жажды. Грубость его языка и повышенная чувствительность заставили Сону задохнуться. — Ах! Рики, я– Палец скользнул внутрь, но рот Рики не отрывался от распухшего края, чавкая и дразня его, пока Сону не начал рыдать от нужды. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, внутрь меня! — умолял он. — Мне это нужно, я выдержу. Рики опёрся лбом о бедро Сону и глубоко вздохнул: — Ты звучишь так… — Малыш, пожалуйста, — Сону схватился за предплечье альфы, сжимая свою дырочку в знак обещания. Рики легонько провёл ладонью по животу омеги: — Я буду осторожен. — Я хочу грубо, — Сону обхватил ногами талию Рики, притягивая его ближе и изо всех сил пытаясь направить его член к своей дырочке. — Давно это было, — Рики проигнорировал его и переместил руку выше, к груди Сону, обхватив её ладонью. — Ох! Сжав бёдра вокруг мужа, Сону замер, пока Рики продолжал сжимать набухшую грудь, завороженный молоком, выступающее из сосков. — Не надо, это... АХ-Х! Особенно сильное сжатие заставило Сону громко вскрикнуть, и из его соска хлынуло молоко фонтаном. Когда белые пятна перед глазами исчезли, он увидел знакомую картину — лицо его альфы, залитое молоком, язык высовывался, чтобы попробовать капли, стекающие по лицу, и глаза, полностью красные. — Сначала трахни меня! — потребовал Сону. — Даже не думай– ах! Рики уткнулся лицом в грудь омеги, слизывая и посасывая истекающий сосок, как голодный младенец, иногда покусывая его. — Хуже щенка, — проворчал Сону, хотя втайне наслаждался тем, как Рики его пожирает. Его заводило наблюдать, как его альфа сходит с ума, зажатый между тёплыми бёдрами Сону, держась за его талию и сосущий его грудь. Он всё ещё осторожно держал свой вес над животом Сону, и эта мысль согревала его сердце. Рики был лучшим альфой, о котором он мог только мечтать. Сону, невероятно мокрый, обхватил другую грудь ладонью, из которой уже обильно текло молоко, и прошептал на ухо своему альфе: — Ты зря тратишь, щенок. Рики быстро переключился на другую грудь. Сону почувствовал прохладный воздух на оставленном соске, и тот затвердел. Чёрт, это выглядело так хорошо. Сону выглядел хорошо. Покрытый тонким слоем пота, он сиял в тусклом свете лампы, а его напряженный сосок, из которого всё ещё брызгало молоко, выглядел как из мокрых снов Рики — Сону это знал, потому что они были очень конкретными. Он был так счастлив, что чуть не расплакался. Он так давно не чувствовал себя красивым или желанным, но Рики был настолько искренним, что у него не было выбора, кроме как принять то, насколько его хотят и любят. Внезапно его желания стали неконтролируемыми. — Рики, я больше не могу, — всхлипывал он. — Ты мне нужен прямо сейчас! Альфа поднял голову, растерянный, рот перепачкан молоком, как у котёнка, потерявший дар речи. Сону извивался в его объятиях, приподнимая бёдра и скуля: — Альфа, хочу тебя сейчас! Тёплая кожа на мгновение успокоила его, но этого было достаточно, чтобы Рики полностью вошёл в Сону. Они застонали в унисон. Сону сильно сжал его, не желая терять восхитительное растяжение, которое будто разрывало его. — Иисус, блять– о Боже мой, — простонал Рики ему в ухо. — Блять, дай мне передышку, мне нужен мой член, чтобы трахнуть тебя. — Ты так хорошо чувствуешься внутри меня, — Сону окончательно потерялся. Рики расплывался перед глазами, и Сону был уверен, что изо рта у него течёт слюна, но член был просто слишком хорош. Он почувствовал, как альфа попытался вытащить его, но Сону сжал его сильнее. — Нужен глубоко, — пробормотал он. Рики рухнул ему на плечо, всё ещё осторожный из-за их не родившегося пока ребёнка, тяжело дыша и балуя его столько, сколько мог. Сону чувствовал себя прекрасно — наполненный членом, сытый, красивый и любимый. Они лежали так некоторое время: Сону мстительно оставлял фиолетовые следы на шее Рики, бросая вызов любой омеге, которая посмеет приблизится к тому, кто теперь принадлежал ему, в то время как бедный альфа изо всех сил старался не кончить от каждого сжатия тёплых стенок Сону вокруг его члена. — Милый, я не могу, пожалуйста– — Трахни меня, — разрешил Сону, и в следующую секунду сдвинулся примерно на фут вверх по дивану, когда Рики врезался в него. — Прости! — извинился альфа. — Ещё! — потребовал Сону. — Не тебе! Ребёнку! Следующий толчок был менее сильным, но растяжение всё равно было таким же потрясающим, как и в первый раз. Рики задал быстрый темп, приподняв тело Сону за ягодицы, чтобы достать лучший угол для трения о губчатую точку внутри. — Ах! Ах! Блять! После такого долгого воздержания и нарастающего между ними дикого желания, Сону кончил быстро и сильно, выплеснувшись из дырочки и члена, забрызгав диван и своего мужа. Это, казалось, только подстегнуло Рики, и альфа яростно трахал его, держа его бёдра поднятыми и жадно наблюдая, как его член снова и снова проглатывается податливым отверстием его омеги. Сону, находясь в состоянии глубокого оргазма, стонал всё громче и громче, отвлекая взгляд Рики от того места, где они находились. Красные глаза его альфы впились в его собственные, затем опустились вниз по его телу. Его толчки стали неглубокими и беспорядочными, и сердце Сону забилось быстрее. Прошло так много времени с тех пор, как его наполняли до краёв тёплым семенем. — Глубоко внутрь, малыш, — умолял Сону. — Наполни меня. Рики врезался в него до основания, заливая в него сперму как пожарный шланг. Сону почувствовал, как тёплые струи спермы обволакивают его внутренние стенки, и счастливо вздохнул. Он задумался, наденет ли Рики костюм Санты, если он попросит. Счастливого, блять, Рождества ему.