Сломанный механизм

      С самого утра во дворе шли сборы. Солдаты снаряжали повозки и коней в экспедицию за стены. Людей было настолько мало, что поедут даже новобранцы, которые казалось только увидели свет. Эрвин уже сидел на лошади и готов был отдавать приказ на отбытие, все засуетились. Леви сидел следом за ним — чуть правее, левее — Ханджи, а далее крупная повозка.       Ханджи Зое оказалась достаточно интересной особой, хоть и вопросы были у нее незаурядные. Она расспросила у Грейс всё: как работает УПМ внутри, как девушка стала механиком, почему решилась на это и куча всего другого. Любопытства и любознательности ей, конечно, не занимать. Интересно, чем именно она занимается в развед-корпусе? Вроде бы она стала капитаном, долго ли она здесь?       Тем временем колонна двинулась. До Сигансины — крайнего южного города стены Мария — езды было пару часов. Грейс ехала в одной из повозок, ей необходимо было осмотреть устройства местного гарнизона и вернуться в штаб. Она надеялась быстро разобраться в этом, попытаться отдохнуть и осмотреться получше, пока никого из солдат не будет. В дороге она еще раз увидела Сайли — та была безумно веселой и рассказывала какие-то шутки таким же новобранцам, форма на ней сидела отменно, белая кожа блестела на солнце, а глаза сияли. — Я обязательно узнаю, что находится за Стенами! — крикнула та.       Грейс улыбнулась такому спокойствию и беззаботной радости, ведь у нее в голове был целый ворох мыслей. Она никогда не была так далеко, никогда не видела стены Мария и, уж тем более, никогда не видела титанов. К счастью, ей и не придётся, ведь в экспедиции она не участвует.       Хотела бы она когда-нибудь выбраться за стены? Конечно! Готова ли она к этому? Наверное, нет. Слишком обыденной казалась жизнь здесь — внутри стен — и слишком чуждым, будто в этой жизни это совершенно невозможно, казалась вылазка за стены. Может там будут необъятные поля, засеянные местными людьми? А есть ли там другие люди? А где тогда граница, если нет стен.       Повозка остановилась. — Твоя остановка, Лефевр, — произнес Эрвин. — Тебя уже ждут и всё покажут, не задерживайся здесь.       Грейс сошла на землю и колонна двинулась дальше без неё в сторону ворот. Сигансина выглядела совершенно иначе, нежели её родная Крольва. Здания более старые, кое-где была побитая черепица и краска, в одном доме могло жить, судя по всему, несколько семей, не было земли около дома, ощущалась теснота.       Девушка зашла в здание и там её встретил один из солдат местного гарнизона, показал их склад. Грейс удивило, что он оказался меньше, чем даже склад разведки. Оно и к лучшему — быстрее управится.       Не задерживайся здесь.       Отголоском всплыли слова командира в голове. Не сказать, что у девушки были планы на погулять по городу, но и сверх себя торопиться не хотелось. Мерзкое ощущение подкрадывалось к горлу и начинало душить, будто эти слова имели больший смысл, чем есть.       Меж пальцев перебирались винты, на ладонях — следы масла, в зубах зажата отвертка. Пот стекал по лбу, а волосы неприятно липли к щекам так, что хотелось их тут же отрезать. Сделано только половина работы, а уже такая усталость. Эти солдаты совсем не ухаживают на устройствами, они в еще более ужасном состоянии, чем разведческие.       Внезапно обрушился гром.       В ушах зазвенело, из окон вылетели стекла, небольшой осколок больно засел в щеке. Грейс попыталась встать на ноги, держась за стол рядом, в помещение ворвался солдат, что-то крича, но из-за звона в ушах девушка его не слышала. — … беги…тут…таны…опасно!       И в этот момент крышу проломило огромным камнем. Солдат еле успел дернуть девушку за руку, чтобы вытащить из-под траектории валуна. Мужчина быстро взял УПМ, что отлетело к его ногам и начал его надевать. Грейс одолел кашель, она хрипела и не могла вымолвить ни слова. Глаза слезились от пыли, а руки дрожали от неизвестности. — На север, слышишь! На север!       Солдат подтянул последний ремешок и выскользнул из двери на соседнюю крышу.       Что произошло?       Все ещё ошарашенная, она встала и потянулась к выходу. От увиденного крик замер где-то в груди, не набрав достаточно воздуха. Над стеной Мария возвышался огромный титан, от него исходил густой пар, а гул его шагов разносился по всей Сигансине.       Прогремело второй раз.       Ниже у ворот клубился едкий дым, оттуда тут же полетели куски зданий и еще более мелкие обломки. Грейс не поняла что это. Она решила забраться повыше и, поправив свой УПМ, взмыла в воздух на ближайшее трехэтажное здание. Крик заполонил улицы, начали образовываться толпы на узких дорогах. Она перепрыгнула еще пару зданий, подобравшись поближе, но тут её парализовало.       Это были не обломки. Это были люди.       Огромный бронированный титан пронёсся по главной дороге, уничтожая всё на своем пути. В стороны летели трупы. Бездыханные тела, которые еще недавно занимались своими бытовыми делами. Там были дети. Позади всего этого виднелась большая дыра вместо ворот, через которую рекой полились титаны.       Грейс не могла пошевелиться, это просто невозможно. Титаны начали сбиваться в разные кучи и бежать за людьми, кого ловили — тут же ели, давили ногами, падали. В глазах девушки застыл страх, руки все ещё тряслись, в горле было так же сухо.       Давай же, ну. Уходи! Сделай хоть шаг!       Ноги застыли и будто вросли в землю, тело не слушалось, голову заполнили крики людей вокруг. В каких-то зданиях начался пожар, дыма становилось всё больше, а людей — всё меньше.       Где же разведкорпус, где вы, ребята…       Она увидела, как один из титанов бежал к её зданию, видимо, внизу собралась толпа. Грейс не шелохнулась, титан подошел и схватил кого-то из толпы — мужчина начал кричать о помощи, взглянул последний раз на Грейс и его разорвали пополам. Кровь брызнула в разные стороны, титан доедал нижние конечности, а девушка все ещё стояла и смотрела.       Рука титана потянулась в её сторону, в панике Грейс сжала кулаки и активировала выпуск гарпуна, перелетев на другое здание. Там она упала, не устояв после прыжка, и начала кашлять.       Больно…       Подняв голову, она увидела еще одно громадное человекоподобное тело, что двигалось в её сторону. Она не знала, что делать и как ей спастись.       Сыграли инстинкты.       Мышечная память начала управлять УПМ сама. Даже не поднимаясь на ноги, она выпустила трос через пару зданий и оторвалась от погони, хоть и ненадолго. Посмотрев по сторонам, паника начала нарастать — титаны были везде. Со всех сторон двигалась толпа нелюдей и их было не остановить. Перепрыгивая с одной крыши на другую, Грейс вспомнила — север, стена Роза. Надо уходить. Но путь отступления был уже в дюжине титанов, нужно искать обход. Девушка повернула в сторону, где ей показался небольшой просвет, она перепрыгивала с крыши на крышу, миновав уже с десяток зданий.       Она была невнимательна. Один из титанов оказался слишком близко и взмах его руки оборвал тросы — Грейс упала на здание под ней. С двух сторон приближались монстры, нужно было что-то делать. Что-то придумать. Выжить.       Давай, Грейс, вставай!..       На дрожащих руках девушка смогла подняться и осмотреть пути отхода, но их не было. Единственным выходом казалась только смерть.       Вдалеке Леви пересёк стену над воротами и увидел ад. То, что он предпочел бы никогда не видеть. Он стремительно понесся вперед, убивая титанов по пути, но его клинки были на исходе, а запаса газа в баллоне не хватило бы на бойню. Впереди он услышал характерный звук и узнал в нём УПМ, только не такой шумный, как у него.       Он свернул в сторону звука и приземлился на ближайшее здание. Перед собой он увидел свою подопечную Лефевр и два огромных титана возле неё. Юноша уже обнажил клинки, но девушка тут же взмыла в воздух в сторону одного из титанов, но что-то с ней было не так…       Вот, идиотка! Она без клинков!       Девушка впилась гарпуном в плечо титана и начала кружить вокруг него, цепляясь то за здание рядом, то за второго титана.       Она попусту тратит газ… Что…       Леви нахмурился. Титан, здание, титан, другой титан… Она повторяет это из раза в раз, не делая ничего больше, она специально.       Грейс делает завершающий круг в этой замкнутой цепочке, и итогом становится столкновение этих двух нелюдей. Оттолкнувшись от спины одного, она импульсом помогает ему с силой упасть на второго, что открывает ей дорогу к стене. Она пролетает между ними и отталкивается ввысь. Руки сами управляли УПМ, голова совершенно не думала и была перегружена.       Девушка услышала знакомый свист троссов. Разведчики. Они вернулись. Девушка оглянулась и увидела, как по городу заиграл зеленый цвет плащей. Она добралась до стены, следом за ней приземлилась Сайли. Она улыбалась. — Ты жива! Я так рада! — Грейс открыла рот, но ничего не смогла сказать. Сайли протянула ей руку. — Мы вернулись сразу, как услышали шум. Я уже…       Её схватили. Толстые пальцы обвили её тело, глаза блеснули на солнце, волосы покрылись кровью и из-за здания показался вставший титан. Сайли кричала. Послышался свист тросса рядом. Грейс не успела и шага сделать, как гигант разорвал её на части. Её крик оглушал, всё остальное вокруг затихло. Девушка открыла рот и рванула вперёд, но тут её тоже схватили. Она моргнула, но морда титана становилась дальше и дальше. Её точно кто-то держал, она обвила руками спину, чтобы не упасть и заметила знакомую эмблему на форме. Подняв глаза, она увидела того темноволосого юношу, Леви кажется. — Отпусти! Там Сайли! — она начала колотить спину кулаком. — Она… — Уже мертва. Не смотри!       Но она не слышит. Она продолжает смотреть и видит, как вторая часть тела бездыханно вываливается из руки титана и бьется об землю. Внутри всё горит, в горле застывает крик, подходит тошнота, в глазах отражаются удаляющиеся дома, а затем и стена Мария.       Леви сажает её на лошадь, садится следом и тут же мчит вперёд — подальше от здешних гостей. — Остановись же! Она жива! Стой!       Леви крепче сжимает руку на ее спине, вжимая в себя, а она стучит кулаками, всматриваясь через его плечо на других разведчиков рядом и на стену Мария, которая сегодня пала.

<>

      В штабе стояла тишина. Было слышно только чей-то тихий плач, стоны раненных и тяжелое дыхание лошадей. Грейс сидела на лошади и смотрела в стену перед собой, когда на ее поясе сомкнулись чьи-то руки и поставили её на землю. — Стоишь? — Леви отпустил девушка и отряхнулся сам. — Не отключайся.       Грейс слабо кивнула, даже не понимая, что именно ей сказал лейтенант. Она побрела в сторону солдат, которые сидели на скамейке. Они держали на руках своего раненного товарища. Рана была открытая в районе живота, сильно кровоточила, парнишка ежился от болит и часто дышал. Грейс достала из кармана платок и села рядом с раненным, прикладывая платок и нажимая на рану.       Слишком сильно. — Ничего-ничего, вот как починим всех вас, как улучшим устройства — запархаем! — Грейс нервно улыбнулась. — Ничего страшного, подумаешь, я вот в детстве так упала!       Парень вскрикнул.       Грейс отпрыгнула. Она хотела помочь, но сделала хуже. Сделала больно. Как ему помочь? Как помочь остальным? Она с горечью и сожалением взглянула на парня, который успокоился после её «порыва милосердия». Они встретились взглядом, но девушка не выдержала его на себе. Его друзья рядом помотали головами, и Грейс опустила глаза.       Чертова дура, сделай хоть что-нибудь, кроме своих железяк.       Руки. Они были все в крови. В чужой крови. Девушка начала пятится назад, не отрывая взгляд от рук. Перед глазами застыла картинка, как Сайли тянет ей руку и тут же оказывается съеденной. Она тоже была вся в крови.       Послышался шум. Леви обернулся, стоя на пороге казарм. Он увидел, как Лефевр повалила бочки и будто окаменела.       Ей сорвало крышу, потому что она оказалась в центре бойни впервые в жизни.       Грейс же моргнула и кинулась к себе в мастерскую, сжимая руки в кулаки. Дверь хлопнула, в ванной зажурчала вода. Девушка тёрла руки со всей силы, вода приобрела темный красный оттенок, кровь будто не отмывалась. Она судорожно начала тереть рукавом формы свой УПМ, чтобы тоже избавиться от красного цвета на нём. Часто. Сильно. Долго. В конце концов она набирает воду в ладони и протирает лицо, делает глубокий вдох.       Слышит крик.       Истошный. Громкий. Резкий. Крик Сайли. Грейс хватается за голову, в глазах темнеет и она врезается в верстак, роняя некоторые инструменты. Она сама падает на пол и зажимается в угол, всё тело трясёт, грудь сжимает. Голову вновь заполняет крик, и она отключается.       Она снова едет в картеже, который вёз её в развед-корпус. — Я Сайли! — верещит знакомый голос, но картинка перед глазами мутная. Грейс протягивает руку и её пожимает та самая белокурая улыбчивая девушка, что и в первый раз приветствовала её в карете. — Я… Я Грейс…       Девушка не понимает, почему перед ней сидит и улыбается та, которой уже не должно быть. Через пару мгновений из их рукопожатия начинает сочится кровь. Грейс одёргивает руку и осматривает её — вся красная, но раны нет. Она поднимает голову и видит перед собой Сайли всю в крови, её лицо покрылось ссадинами, а форма порвалась. — Ты меня бросила…       Она открывает глаза. Их слепит свет лампы из окна, фокус еще не был пойман. Грейс тряхнула головой и сжала кулаки. Сон. Ужасный сон.       Девушка подняла голову и застыла. Она увидела чьи-то сапоги, а подняв взгляд выше поняла — перед ней сидел лейтенант Леви и крутил в руках её универсалку.       Леви внимательно осмотрел вещицу, пока девушка спала. В ней была и отвертка, и нож, и штопор… Как это вообще можно было запихнуть в один инструмент? Девушка стонала, кровь на лице запеклась и превратилась в бордовые пятна. Он только сейчас увидел, что в щеке застряло стекло. Как она вообще с ним выходила всё это время?       Заражение же будет… Никакой гигиены. — Не теряй контроль, — он воткнул нож из универсалки в столешницу. — Потеряешь — умрешь.       Леви продолжил смотреть на неё. Она опустила голову и увидела перед собой чашку чая, еще горячего. Грейс только открыла рот, чтобы поблагодарить, но её прервали: — Тебе надо к врачу, — он коснулся своей щеки. Грейс отзеркалила жест. — Заражение будет.       После этих слов он встал и растворился за пределами двери. Щека резко заныла. Грейс не оторвала взгляд от закрывшейся двери, в голове стало тише. Он не жалел её, даже когда она сама бесконтрольно жалела себя.