Потухшая свеча

эндрю не выдержал. не сейчас, не с этой болью, что пламенной пеленой не просто пожирает едва бьющееся сердце, а буквально сжигает его дотла. раньше хрупкий орган соединяла по маленьким деталькам, осколкам и самым различным фрагментам тонкая нить ярких чувств его возлюбленного. сейчас... всё рухнуло. нить разорвалась, само сердце словно перестало биться... да и с какой стати пустота начала подавать признаки жизни? там ведь нет ничего. и никогда не было... правда? — открой глаза... — продолжал шептать эндрю, совсем позабыв о своей почти безмолвной натуре. сейчас это не имеет значения. — открой блять глаза! пульса нет. дыхания нет. сердце остановилось десять минут назад. прямое столкновение с крупным деревом на окраине леса стало не самым приятным сюрпризом. эндрю никогда не ошибался за рулём своего собственного автомобиля... так почему... почему тормоз отказал? плевать. миньярд ещё раз повторил сам себе, что это не имеет значения. никакого. гораздо важнее тот, кого он считает своим миром. а мир рухнул... не осталось и следа. общие воспоминания проносятся перед глазами так, словно эндрю прощается с жизнью, а та преподносит ему последний подарок — воскрешает то, что однажды было утрачено, не смотря на феноменальную, идеальную память. — ты идиот... джостен, ты — самый настоящий придурок из всех! — эндрю сорвался на крик, зная, что никто, кроме леса его не услышит. тот в свою очередь примет и поглотит в себе всю боль блондина, всю тоску... всё отчаяние... — ненавижу тебя... рыжий не отвечал. нил потерял сознание спустя пол часа после автокатастрофы, но последнее время он ощущал как вечность. самую счастливую вечность в его жизни, ибо понимал, что другой у него просто не будет. и не нужна джостену никакая другая реальность без эндрю. без того, кто стал его домом, его смыслом существования помимо экси. без того, кого он сам так сильно ненавидел, что ненароком позабыл само значение конкретно этого слова. дурацкое, примитивное... но такое родное. спустя ещё пятнадцать минут, буквально за несколько мгновений до приезда скорой помощи, рука миньярда перестала чувствовать сердцебиение своего наркомана. лицо нила пусть и было заляпано его собственной кровью, но блондин всем телом ощущал эту детскую, невинную улыбку, какую видел только от джостена. не кровожадная улыбка, унаследованная от натана веснински, а поистине добрая, любящая, приковывающая... эндрю отказывается жить без своей рыжей бестии. не может... не хочет. лес действительно поглотит его боль, однако сам голкипер уже никогда не выберется из своей ямы. никогда. его свеча окончательно потухла.