Особое блюдо Иллуги

Играми с Иллугой Флинс откровенно наслаждался. Ведь такое удовольствие - сплести замысловатую историю, чтобы другой с ног сбился, распутывая клубок недомолвок. Или загадочно представать в своем эксцентричном облике, трещащем по швам от любой проверки на принадлежность к роду людскому. Поэтому неудивительно, что подтвердив Иллуге свою нечеловеческую природу, Флинс забеспокоился, что развлечениям пришел конец. Но, к его радости, всё оказалось вовсе не так. Иллуга продолжал наведываться на Кладбище Ночи под предлогом доставки припасов. Флинс продолжал развлекать его историями, полными полуправды и откровенного вымысла. Они по-прежнему ловили рыбу, играли в карты и грелись на солнце. Единственное отличие заключалось в том, что Иллуга придумал себе новое, увлекательное занятие. Этот квест он так и этак пытался пройти каждый свой визит. — Юный господин Иллуга, — притворно сокрушается Флинс, когда молодой капитан ставит на стол в очередной раз измененную версию своего фирменного блюда, кусочки любимой рыбы Флинса, перемешанные с овощами. — Не тратьте свои драгоценные запасы на меня, скромного ратника, которому не нужна физическая пища. — Чепуха, сударь, — парирует Иллуга, подчеркивая выбранный им для Флинса титул. Своеобразная месть за «юного господина». — Я видел, что ты пьешь огненную воду, как обычную. Я знаю, что ты способен наслаждаться едой, и я таки найду, то, против чего даже твой привередливый вкус не устоит. — Надо же! Весьма зловещая угроза. — На этом Флинс и останавливается. Кто он такой, чтобы подавлять кулинарные фантазии молодого господина?

***

Несколько дней спустя Иллуга прибыл с ещё одним ящиком «необходимых» припасов. Он догадывается, что Флинс наблюдает за ним, и внимательно осматривает окрестности, опасаясь засады. Так-то опасения не напрасны. За полуразрушенным надгробным камнем, прячется в форме фонаря ехидная фея, ожидая подходящего момента для эффектной материализации. — Господин Флинс? Сударь? Я знаю, что ты где-то здесь! — крикнул Иллуга, направляясь по тропинке к маяку. Как удобно, что он шагает прямо мимо укрытия Флинса. — Флинс… БЕЗДНА ТЕБЯ ДЕРИ! — рычит Иллуга, чудом останавливая копье в нескольких сантиметрах от ухмылки Флинса. — Какая вульгарная лексика… — скорбно поднимает глаза к луне Флинс, ничуть, конечно же, не осуждая его. — Ты должен прекратить эти штучки! Однажды я тебя проткну… Флинс лишь пожимает плечами. По его мнению, оно того стоило. Он отводит копье в сторону, чтобы как следует поприветствовать гостя: — Добрый день, юный господин Иллуга, чем я обязан твоему визиту? — Я ненадолго, на секунду, только оставлю припасы. — Так быстро устал от моего общества? — надувается Флинс, всем видом стараясь изобразить глубочайшую обиду. Выражение лица Иллуги на мгновение меняется, прежде чем он догадывается, что его дурят. — Прекрати молоть чушь! У меня дела в Нашгороде, потом я вернусь. Ты же не думаешь, что тебе удастся избежать моих обеденных испытаний, правда? — Нет, разумеется! — надутые губы Флинса исчезают в мгновение ока, словно никакой горькой обиды не было (её и не было). Иллуга прощается, и Флинс остается один с призраками и очередным ящиком. Он относит его в подвал маяка, намереваясь оставить пылиться вместе с остальными, но почему-то останавливается. Будучи снежной феей, существом, созданным из света Морозной Луны, Флинс очень восприимчив к лунным стихиям. И именно следы куувяки чувствуются внутри неприметного ящика. — Запасы куувяки? — думает Флинс. Или какое-то, возможно, оружие, работающее на энергии куувяки? Но Светоносцы не используют такое. Риск того, что Бездна поглотит и нейтрализует куувяки, был бы слишком высок. Так что же там такое? Куухенки? Не может быть, чтобы добросердечный Иллуга похитил невинную куухенки. Есть только один способ это выяснить. Флинс перебирает обычный набор из бинтов, пайков и горючего, пока не находит источник. Горсть жёлтых, похожих на драгоценные камни кристаллов лежит, завёрнутая в ткань, словно яйца в гнезде. Он поднял один и обнаружил, что камень прикреплён к очаровательно пухлому существу. Ярко-жёлтые глаза, круглые и без зрачков, смотрели на него снизу вверх. Он невольно сравнил их со своими собственными. — Приветствую тебя, собрат-лунное создание. Могу я узнать твоё имя? Существо не ответило. Неудивительно, учитывая отсутствие у него рта. Флинс прижал существо к груди, наслаждаясь нежными волнами куувяки, которые пульсировали, как сердцебиение. Он должен был отдать должное Иллуге. После нескольких месяцев уговоров завести собаку— бесполезное занятие, учитывая, что животные избегают фейри, — Иллуга нашел для него более подходящего питомца. Пять питомцев, если быть точным. Флинс сгреб в объятия их всех. Между ними образовались потоки куувяки, и пять отдельных «сердцебиений» слились в один успокаивающий пульс. Каково это — отдыхать в своем истинном обличье рядом с этими существами? Должно быть, это умиротворяюще. Даже спокойнее, чем долгий столетний сон под землей. Чтобы проверить эту теорию, Флинс возвращает питомцев в их гнездо и устраивает свой фонарь посередине. Сбрасывая человеческий облик, он словно погружается в теплый прилив, с шуршанием накатывающий на берег Кладбища. По мере того, как куувяки проникает в него, он протягивает свои лазурные языки пламени, но не для того, чтобы поглотить существ, а чтобы обнять их. Так легко и прекрасно растворяться в мягком притяжении и отталкивании лунных энергий.

***

— Господин Флинс? — Звонкий голос будит фейри от сна. — Флинс, клянусь, если ты ещё раз подкрадёшься ко мне… Естественно, Флинс слышит предупреждение Иллуги. Естественно, он со всем усердием его игнорирует. Материализуясь в слепой зоне Иллуги, радостно объявляет: — Добро пожаловать обратно, юный господин. А я-то думал, вы обо мне забыли. — О тебе забудешь, — фыркнул Иллуга. — Надеюсь, припасы тебе понравились? — Несомненно! В этой посылке меня ждал очень приятный сюрприз. — Подожди, пока не увидишь, что я с ними сделаю! — Иллуга полез в ящик и вытащил одно из существ. — Это мандрагоры. Не обманывайся их мимикрией. Хотя они и похожи на животных, на самом деле это растения. И на вкус они… Флинс рассеянно кивает, не особо прислушиваясь к словам Иллуги, наблюдает за тем, как тот обращается с мандрагорой. До чего же славный молодой человек, крепко держит существо, но не причиняя ему страданий. Одна рука придерживает тело, а другая нежно обхватывает светящийся кристалл на его голове. Но затем вдруг руки крепко сжимаются и тянут в противоположные стороны. Светящийся желтый камень становится тускло-серым. Яркие глаза существа гаснут. Биение куувяки замирает. Флинс смутно слышит тонкий писк. Синие искры промелькнули перед его глазами, когда он бросился между убийцей и четырьмя оставшимися мандрагорами. Он чувствует, как его тело ускользает, крылья отрастают, огонь вспыхивает на лице, но ему все равно. — Флинс?! Флинс, что случилось? — Почему? Почему?! — Его слова звучат искаженно от горя и магии. — Что? Мандрагора? Я думал, ты говорил, что они тебе нравятся. Я собирался приготовить для тебя блюдо… Флинс, ты плачешь? — Иллуга выглядит еще более потрясённым, чем сам Флинс. Конечно же ответом ему было решительное «нет». Семисотлетний фейри определённо не плакал из-за очаровательных существ, которые, как он только что узнал, были всего лишь закуской для людей. Флинс заставил пламя в своих глазах гореть ярче и испарить любые возможные слёзы, на всякий случай. — Я… я не думал, что ты к ним привяжешься! Мне так жаль, Флинс!... — Иллуга снял пальто и накрыл им мандрагору, словно готовя ее к погребению. Возможно, глупый жест, но этого было достаточно, чтобы успокоить фею. Пламя рассеялось, и Флинс снова становится человеком, хотя и невероятно меланхоличным. — Эти существа… — прошептал Флинс, — Полагаю, я поддался их животной мимикрии, но в них тоже есть следы лунного света. Они мне как родные. Иллуга обнял Флинса, отчаянно прижимая его к себе, словно пытаясь выжать из него всю боль. — Клянусь жизнью, я больше никогда не съем мандрагору..

***

Даже спустя несколько дней после того, как Флинс искренне его простил, Иллуга продолжает извиняться. Следующая партия припасов включает целый ящик мандрагоры (не для еды) и ленивую овечку, которую Иллуга каким-то невероятным образом сумел затащить в лодку и довезти до кладбища. — Молодой господин, уверяю вас, я не держу на вас ни зла ни обиды. Вам не нужно так стараться, — уверяет Флинс, наблюдая, как Иллуга изо всех сил пытается вытащить ленивую овечку из лодки. — Да мне вовсе не трудно! Никаких проблем! — Пыхтение Иллуги звучало бы убедительнее, если бы он не проигрывал в сухую битву с ленивой овечкой. — Иллуга… — Моё кулинарное зазнайство заставило меня причинить тебе боль. Я не смогу спокойно спать, пока не буду абсолютно уверен, что загладил свою вину. Я даже буду писать за тебя отчеты целый месяц! И вот так Иллуга выиграл спор.