Оказывается Мобей любит давить...

Сколько бы времени не прошло, где бы не находился неловкий человек, его эстетической проблемой будут оставаться прыщи, акне и другая неприятная дрянь, что возникает в период взросления или же просто так, в самый неожиданный момент у человека взрослого, но нервного. У культиватора же, который сформировал свое ядро рано, в этот самый злополучный период, шансы на нормальную кожу есть - при повышенном внимании к очищению организма, но увы и ах, Шан Цинхуа был культиватором занятым, многозадачным, суетным и совершенно за собой неухаживающим. Жаль бедолагу, ох как жаль. Достигнув формирования золотого ядра в подростковый период и перестав взрослеть, он столкнулся с такой проблемой как невозможность вывести прыщи. Эти подкожные демоны возникали у него на лице, холке, шее, спине, груди и худых ягодицах. Тяжелая работа на Аньдин не оставляла ему шанса. Сколько же средств он перепробывал! Начал стандартно - хоть и не любил, но обратился к лекарям. Те же дали ему гору и маленькую тележку мазей, притираний, различных мыл, настоев на травках - сначала обычных, потом базовых духовных, а потом и редких. Нужно сказать, что Цинхуа добывал последние кровью и потом, к слову, после таких поисков у него прыщей только прибавлялось. Травы, известное дело в итоге не помогали, а если и помогали то только на пару дней, после эффект сходил на нет. В чем заключался секрет живучести прыщей на Цинхуа так никто из медиков и не разгадал. Кто-то ставил на то, что прыщи научились культивировать энергию, это все конечно шутки, но ставки были. Даже Му Цинфан, который взялся за своего шиди с особой лекарской извращенностью ничего сделать не смог, лишь посоветовал обратиться на пик монахов. Правда еще посоветовал попробовать разнообразить личную жизнь. Была ли это тонкая насмешка со стороны лекаря неясно. В любом случае воспользоваться советом ему не удалось. Резко навалилась куча проблем начиная от системы в голове, заканчивая последним торговцем, который решил резко сменить поставщика. Хотя это все отговорки. Но недавно случилось чудо! Лорд Аньдин выспался, потому что не было срочных дел! И что же делать благородному прыщавому лорду в редкое свободное время? Все верно! Подгадать момент и во время перерыва между очень важными ритуалами, которые Самолет конечно же прописывал лишь для очередного горячего момента между героем и красоткой с великими достоинствами, влететь на пик монахов и неловко нашептать на ушко о своей проблеме главе пика. Тот на удивление самого Цинхуа важно покивал на его вопрос и пригласил в один из залов очищения. Он усадил Шан Цинхуа в центре, а сам достал четки, начал их перебирать и методично что-то нашептывать, следом положил свою ладонь (волосатую!) прямо на лицо Цинхуа и сказал что-то про изменение в жизни культиватора и про сонму давлеющих на него дел. А потом просто начал окуривать главу Аньдин каким-то едкими травками. Буксующий мозг не успевал за развитием действий и потому подчинился событиям. А дым продолжал сгущаться. Когда тихо хихикающие главы пиков шатаясь вышли из зала полного подозрительного дыма, начинался другой очень важный ритуал, который обязательно требовал присутствие главы. Так, конечно, выразился сам глава, но Цинхуа был уверен, что собрат просто пошел догоняться. Но собственно он и сам не прочь сейчас где-нибудь уединиться и что-нибудь съесть. Очень хотелось есть. Кстати, Шан Цинхуа так и не вспомнил как зовут главу пика монахов. По итогу с прыщами так ничего и не удалось сделать. Они так и остались на теле Цинхуа вместе с родинками и веснушками, украшавшие все его тело. Сам носитель этого бремени особо не страдал, исключая те моменты когда на этой небольшой особенности заострял внимание Шень Цинцю. Нет, в принципе страдать смысла нет, раз вылечить нельзя, а о своем отвратительном виде он и сам прекрасно знал. Большинство стен дворца Его Короля восхитительно отражают его лицо, да и на пике Аньдин нет-нет, да и в чернильнице отражение найдешь. Так что Лорд Аньдин прошел все стадии принятия, проблему проработал и просто забил. Все равно он человек небольшой, по крайней мере не лицо секты и не посол северный земель. Бухгалтеру и рабу можно не беспокоиться о лице. Так что на все оскорбления друга он отвечал так, а тот всегда после этого затыкался чаем. На самом деле действительно большой проблемы в этом нет. Шан Цинхуа живет свою жизнь спокойно, периодически огорчается, но в принципе все у него хорошо, ведь система наконец-то по окончанию основных событий заглохла, главный герой, его сыночка, привязан к его другу и практически не создает проблем, его король после случая с дядей, тележкой и лапшой совсем раздобрел к нему и даже бьет уже не так сильно, что радует необычайно. Так что Цинхуа счастлив, хоть и устал как вол. Прямо сейчас необходимо вернуться в замок после разгрома очередной группы восставших демонов на границе. И чего они бастуют! Цинхуа же лично позаботился и проконтролировал чтобы у них был постоянный привоз продовольствия, а они восстают! Против него! Против Его Короля! Слуга севера устал, что порой его благие намерения не понимают или не хотят понимать. Даже сейчас он уверен, что произошло культурное недопонимание из-за его слишком человеческого мышления, но Мобей ничего не говорит, хотя ему и не зачем - все вопросы решит кулаком чуть позже, когда до дворца доползем. Ничего, что колкий снег бьет в лицо, а нижние одежды пропитаны потом и оттого еще сильнее охлождают тело. Так же не имеет значение и темное небо над головой, которое неуловимо напоминает о трупах. Ничего не имеет значение, когда есть цель к которой нужно доползти.... Доползти это конечно он прибеднился, личный телепорт у него все же был, правда своенравный и холодный, но зато был. Так что грязный, опять потный и истощенный заклинатель через каких-то пару минут уже стоял рядом с королевскими купальнями. Мобей же шагал впереди, по пути скидывая сначала мантию, потом клановые одежды, оставаясь в одном нижнем белье, которое не скрывало его шикарной белоснежной спины. Как Цинхуа любил все мышцы короля это не передать словами. Но ему порой хотелось воздвигнуть алтарь в честь спины Его Величества. Будем честны, Шан Цинхуа любил все части тела Мобея. Алтари бы заполонили мир. Кстати следом полетели сапоги Короля и у самой купальни наконец-то были сброшены штаны. Цинхуа нравилась такая тенденция. Любил он такую эротику, ох как любил! Благо плотные одежды скрывали его немаленькие чувства. Наслаждение для глаз... Но даже в такие моменты он все еще оставался слугой, поэтому ему стоило прибраться и выметаться из купальни, попутно приводя себя в порядок. Раб-Цинхуа так и поспешил сделать. Не спеша, но и не медля он аккуратно собрал вещи, цепким взглядом облизал спину Мобея и тихонечко направил свои ноги в сторону больших резных дверей, которыми наверное только он и пользовался. - Цинхуа, стоять. - Мобей хмуро глядел на жалкого человечешку, который от его окрика чуть съежился. - Да, Мой Король. - Обернувшись, Цинхуа натянул дежурную улыбку, надеясь смягчить гнев, ведь он еще не получал сегодня законных побоев за ошибку. - Раздевайся и садись рядом. Свои слова король севера сопроводил забавным жестом, словно собаку подзывал. - Простите? -Садись. - припечатал мужчина мечты. - Ну раз сказано, значит этот покорный слуга конечно исполнит, он же абсолютно точно не глухой, но боюсь вид этого слуги может прийти вам не по вкусу и испортит настроение, которое я уверен, не так прекрасно после столь долгого и муторного дня. Поэтому позвольте вам предложить альтернативу! Я сейчас же переоденусь и умоюсь, вернусь и помогу вам с купанием. Всего пара минут! Цинхуа применил свою самую продвинутую и всегда работающую технику - начал заговаривать оппонента. Даже его король не мог ей ничего противопоставить. В словах он слаб, а вот для Цинхуа в этом искусстве равных нет. И вот так ему удалось смыться из купален, удачно добежать до своей комнаты, наспех побросать всю одежду короля в деревянные тазы, туда же закинуть свою и вс е это замочить подготовленной водой. После переодеться в новую и так же на ходу умыться. Цинхуа не любил смотреть в зеркала и потому в его комнате их нет, но стены замка все-таки его отражали. Он бежал обратно и ловил на себе собственный взгляд отраженный от стены. Не прошло и десяти минут как он был на месте. Тактично постучав, словоблуд-Цинхуа тихонько приоткрыл дверь, юркнул внутрь и плотно закрыл за собой. Обернувшись он проследовал к ширме и стеллажам, где хранилось большое количество им лично изученных и отобраных благовоний, масел и притираний. Хвастаться конечно не прилично, но в этом Цинхуа нереально хорош. На опыте, так скажем. Каждая бутылочка могла похвастаться чудесными свойствами, ароматом, а так же редкостью. Конечно, это все богатство, которое в таком количестве даже в императорском доме не водилось, было исключительно для его любимчика. Его Король достоин только лучшего. Мысленно представляя, как же сейчас он будет касаться своего короля, дабы очистить его идеальную кожу, хомяк-Цинхуа подошел к краю бассейна и разложил скляночки-баночки в специальную деревянную подставку. Пара колб для волос, еще тройка для тела, несколько для лица. Так же две чудесные губки с морских глубин для рук и пяточек. О, и конечно же полотенца- для рук, ног, тела, волос и лица. Цинхуа обожал возвращаться с задания и заниматься ванной Мобея. В такие немногочисленные моменты он ощущал спокойствие и душевное равновесие, особенно в последние время. Закончив все сортировать и раскладывать Цинхуа поднял взгляд и не понял. Оглядел всю купальню и все равно ничего не понял. Его короля не было. Тогда верный слуга подскочил и просто напросто обошел купальню, но все равно никого не обнаружил. - Мой Король... Никто естественно не ответил. - Мой Король, ну зачем вы ушли? Ох, я только все принес... Эх... Цинхуа тяжело вздохнул прошел к выходу и сел на скамеечке, подперев ладонями подбородок. Теперь ему придется все ставить обратно и сразу приступать к написанию отчетов и объяснительных почему же те идиоты восстали. Никакого ментального и эстетического отдыха. Неужели вся его жизнь будет такой? Мобей его не дождался, дел снова невпроворот, да еще и все убирать надо. Цинхуа устало потер переносицу и прикрыл глаза. Ничего не хотелось делать. От недавнего порыва энергии не осталось и следа. Снова начнется эта работа, от которой много лет тошнило и еще будет тошнить. Снова будет бег, пот, затрещины и тонны бумаг. Снова... - Почему не раздеваешься? Говорить о том, что Цинхуа подлетел на полметра будет конечно преувеличением, но двадцать сантиметров он точно преодолел. - Мой Король! А я подумал, что вы уже закончили с омовением... Вас не было и я тут позволил себе немного обдумать...отчет! Сейчас же отправлюсь его писать! Я уже понял как можно бороться с бастующими.... Шан Цинхуа тараторил, пока на него внимательно смотрел Мобей. Для него было обычно так появляться и пугать культиватора. Он ничего не делал. Просто смотрел на то, как Цинхуа пытается проскользнуть мимо него и убежать. А Цинхуа очень пытался! Он чуть ли не пополз по скамье, но Мобей медленно поднял руку и преградил путь отступления. Загнал в ловушку. Шан Цинхуа это понял и потому просто закрыл свой рот и опустил взгляд вниз. Ничего не происходило. Мобей все так же стоял вплотную у скамьи и зажимал Цинхуа, а культиватор нервно рассматривал узор на лакированных досках. Молчание давило очень сильно на атмосферу, но видимо Мобей-Цзуня это особо не волновало. Он смотрел. Смотрел на макушку своего человека, который так любит трещать без умолку, впитывал его запах, ощущая его страх, нервозность и панику. Мобей искренне его любил. Эти чувства он принял и воспел в своей душе, хотя такое и не скажешь про ледяного демона. Но все же это произошло, но человек правда не понял. Это огорчяло Властителя северных земель. Долго он не мог их донести и чем дольше не мог, тем сильнее злился. Сначала на человека, а сейчас на себя. Цинхуа не глуп, просто Мобей его запугал. Он обозначил отношения и теперь после стольких лет все изменить очень тяжело. Осознание этого давалось с трудом. Потому Мобей решил начать с малого. Все просто и прозрачно как лед под ногами - надо заботиться о человеке, так же как и он заботиться о Мобее. Если человек его одевает, значит и он должен одевать человека. Если он его сопровождает в купальнях, значит и он должен его сопроводить и помогать. Сейчас просто идеальная возможность, но перейти к действиям для демона было тяжеловато. Чем это было вызвано он точно назвать не мог. Но он искренне хотел, чтобы Цинхуа ему доверился. - Цинхуа, я помогу тебе с купанием. - Мой король, о чем вы? Мне это не нужно. Этот слуга способен сам о себе позаботиться.- паника в сердце человека резко подскочила. - Ты помогаешь мне. Я помогаю тебе. - Мобей внимательно смотрел на растерянного культиватора и не понимал как же ему донести...- Цинхуа, полезай в купель. Так проще. -Да, Мой Король... Для королевского слуги такой непривычный приказ был очень странен, но все-таки это приказ... Конечно, Цинхуа не дурак и его разум достаточно испорчен, чтобы в голове пронеслось сотни картин как его могут или он может (все ограничения в голове!) выебать объект обожания. Но все-таки страх был сильнее. Мобей к тому же сдвинулся в сторону и только сейчас культиватор заметил, что он в одном нательном халате стоит такой красивый перед ним вплотную, а он такой испуганный, зажат. Ну разве не прекрасно? Цинхуа поднимается, аккуратно семенит к ширме, встает за нее, скидывает недавно надетые одежды и складывает их на столик, оставаясь в одной нижней рубахе и штанах. Все делает четко, без лишних движений. Страшно ему конечно, но упираться и не выполнять такого приказа - это был бы идиотизм. Выходя из-за ширмы, Шан Цинхуа встречается с пристальным взглядом демона. Противостоять этому просто. Слуга научился. - Мой Король, позвольте тогда я сначала позабочусь о вас.- тянет человек, пропуская господина вперед. - Конечно. Цинхуа осторожно вышел из-за ширмы, застегивая нижнюю рубашку. Его движения были точны и аккуратны, словно выполняли танец подчинения. Страх присутствовал, но противиться приказу казалось абсурдным. Демон внимательно наблюдал за человеком, пытаясь уловить малейшие изменения в выражении лица.Что-то необычное пробуждалось внутри, но осознавать было тяжело.Потому он набрал крейсерскую скорость и вошел в прохладные воды купальни. На берегу оставил свои одежды и видимо стыд. А еще Цинхуа сейчас отчетливо видит его плохо скрываемое нетерпение. Вот это действительно удивительно.Хоть Цинхуа и боится своего господина, но чувствует и знает его лучше него самого Мобей смотрит как его человек прикрывает глаза в раздумье, после криво улыбается и садиться на край купальни, опуская в прохладную воду свои тонкие ноги. Его штаны быстро намокают и ткань в воде поднимается к поверхности, оголяя кожу. Для демона было обычно видеть человека в потрепанном или просто плохом виде, как тогда, с тележкой, но сейчас человек выглядел чуть расслабленным, чем обычно и потому восхитительно в глазах Короля. А это наводило на мысли. Мобей подплыл и сел прямо в ноги к Цинхуа. Его руки обхватили стопы и развели их в стороны, дабы уместиться между ног, поближе к человеку. Сердце Цинхуа забилось быстрее, пульс ускорился, стало нервно. Ситуация заставляла думать о неизбежности прикрытия личных чувств между ног. Мобей хотел видеть себя именно здесь и именно так. Голова короля прямо между ног своего слуги - что может быть лучше? - М-мой король, что вы делаете? - голос дрогнул, выдавая волнение. - Хочу так. Цинхуа обещал помощь. Мобей бросил взгляд через плечо на человека. Тот его поймал. - Да, Мой Король. Как пожелаете. - тихо произнес он, беря в руки пару склянок с жижой для волос, чтобы позаботится о своем короле и при этом занять себя чем-то, а то иначе младший Хуа очень скоро себя проявит. Надо ли говорить, что Глава Аньдин специалист по намыванию головы и уходом за нею же. Естественно если это касается Его Короля пальцы человека пархают, словно божьи перстни над миром. Скурпулезность у альдиновца на высоте, нет на свете более профессионального человека. Каждая прядь будет промыта, расчесана, увлажнена. Каждый локон будет облюбован и поцелован. Только так. Мобей сидел и млел от горячих прикосновений к его волосам. Он наслаждался тем, как ноги Цинхуа могли неожиданно сжать его, потом немного отпустить, поменять положение. Королю понравилось как человек, незамечая собственных действий, закидывал ноги ему на плечи. Демону было очень хорошо. Еще ему приглянулись странные пятнышки разного оттенка и размера, разбросанные по ногам и видимо всему телу Цинхуа. Некоторые темные скопления напоминали звезды на небе. Тоже кажется, что они несбыточно далеко, но в тоже время близко. Смотря на них, будто бы становилось теплее, безопаснее даже. Мобею вдруг захотелось повернуться и всмотреться в своего человека. Эти пятнышки определенно украшали и создавали на теле заклинателя звездную карту. Никогда его еще так сильно не тянуло к астрономии. Он водил своими руками по ногам Цинхуа, чувствуя под пальцами каждое мимолетное изменение - то мышца напрягалась, то нога чуть-чуть развернулась, то на встрече оказалась россыпь темных звезд. Ему нравился переход голени к лодыжкам, выступающая косточка была особенно острой, а маленькие пальчики смешно сжимались от прикосновений его руки. - Мой Король, прекратите пожалуйста... Я отвлекаюсь и не могу сосредоточиться. Цинхуа неосознано чуть натянул волосы короля, отчего тот поддался назад и положил свою голову на низ живота человека, смотря прямо тому в глаза. - Мой... Мой Король, очень вас прошу... Ноги культиватора сначала сжали королевское тело, а потом испуганно разошлись в стороны, отчего Мобей-цзунь почувствовал пустоту. Ему видимо с недавних пор человек просто необходим. Нужно ощущать его везде и всегда. - Цинхуа, мне кажется теперь пришла моя очередь. Садись, я помою тебя. Мобей чуть приподнялся и оперевшись о бедра охнувшего человека встал. Вода начал бежать с его тела ручьями. Ретироваться из опасной зоны Цинхуа не успел и потому прямо любовался королевской задницей вблизи. Перед смертью это будет первое и возможно единственное воспоминание, которое он будет лелелять до последнего вздоха. Мобей же уже развернулся и потянул человека в воду, чтобы тот занял его место. Этого последний не ожидал и потому вскоре уже сидел там, где раньше был демон и иступленно смотрел перед собой, заливаясь краской. Тело короля это не то, что можно игнорировать. Такое не игнорируется, тем более если оно уже вставшее. Да, член короля стоял как лучший гвардеец на посту. А Цинхуа такой маленький и беззащитный под ним. По крайней мере он так себя ощущал. Казалось, что сейчас его король просто схватит его за затылок и скажит грозно; "ублажай". А Шан Цинхуа и подчиниться рад! Ему терять нечего. Он с удовольствием опробует такой леденец. Все равно давно уже облизывался. Это станет еще одним из любимых воспоминаний перед смертью. И только Цинхуа приоткрыл рот и нацелился, как цель от него ушла, точнее обошла и исчезла из поля зрения, а его тушку крепко схватили за плечо и прижали к бортику, видимо чтобы не убежал. Да еще и за подбородок схватили, приподнимая голову. Цинхуа часто-часто заморгал, хотел было уже что-то пробубнить, подумав грешным делом, что королю хочется сменить свою позицию, как на его волосы тут же вылили пол баночки вкусно пахнувших средств, а после хлестнули водой из бассейна, отчего Цинхуа лишь жалобно запищал, зафыркал и крепко закрыл глаза. Скребли волосы Цинхуа так, будто собирались снять скальп. Тщательно и сильно. Было ощущение, что его голову просто сейчас возьмут и сожмут, и все, не будет больше верного слуги. Мобей старался быть аккуратнее, он буквально прикладывал все нейроны своего мозга, дабы сильно не навредить. У него это получалось. В какой-то момент, он подобрал тактику и сейчас с необходимой нежностью дерет волосы своего человека до скрипа так, что тот даже не жалуется. А еще Король осмелел и отправил свои руки гулять по телу человека.Он ощущал напряжение под когтистыми пальцами, когда касался шеи, плеч, локтей, кистей.Но когда его руки медленно начали массировать спину человека, да так хорошо, что тот застонал, Король Севера понял, что делает все правильно. От его рук человек начал плыть. Он стал расслаблен, нежен, а еще неосознанно прижимался к королю и его рукам. От прохладного тела, рук и такой же прохладной воды Цинхуа млел. И король это видел. Он видел обнаженное тело человека, которое как он и предпологал было покрыто крапинками разных цветов и видимо видов. Король нагибался и всматривался в карту мира перед собой, пока в это же время мял и гладил бока человека. Мобей все сильнее хотел. В его сердце все сильнее разгоралось чувство. Он уже знал ответ, что это за чувство. Бороться с ним он не спешил. Оно подпитывало его тело и заставляло разум работать куда лучше, ведь кровь-то вскором времени уходила в известное направление, желая поучаствовать в веселье, которое он с таким трепетом ждал. И еще подождет. Цинхуа еще не принял. Не понял. Не осознал. Надо ждать, изучать карту мира из далека в надежде ее в скором времени облизать. - Мой король! От мыслей, поглотивших Мобея, отвлек голос разнеженного, но почему-то обеспокоенного Цинхуа. - Мой Король, простите этого человека, но не могли бы вы не трогать мои прыщи или хотя бы не гладить их... Мне сложно доставать до спины, не могу их выдавить, а если просто их теребить, прямо как вы сейчас, то они станут болезненными. - Прыщи? Это что еще...- Мобей-цзунь вгляделся в то, что делали его руки и понял, что они прямо сейчас нежно оглаживают чуть белесоватую и красноватую росыпь на верхней части спины Цинхуа. Цинхуа вздохнул и странно улыбнулся, откинув голову и всматриваясь в задумчивое лицо Короля. - Мой король, я вам завидую, что вы не знаете, что такое прыщи, вам это простительно.- то ли массаж, то ли что-то иное так расслабило Цинхуа, что тот осмелился так легко говорить. Ну в целом, все чувствовали себя приятно. - Ну, понимаете, Мой Король, - аккуратно поднимая руки и оглаживая грудь и переходя пальцами на ключицы, объяснял Цинхуа - прыщи неприятны на вид. Они говорят о каких-то проблемах у человека. Это может быть например, аллергия, но не в моем случае. Мой как раз о том, что я плохо забочусь о коже, очищении и об организме в целом. Ем всякое, сплю кое-как. Мало времени, понимаете... Цинхуа как-то собенно нежно улыбнулся. Но хроническая усталость залегла в его черты уже навечно. Это всегда чуть раздражало Мобея. Ему уже давно хотелось увидеть его отдохнувшим. - если меня досаждает особо неприятный прыщ, то я его просто выдавливаю. Это конечно не рекомендуется, но мне это безразлично. - давишь? - Мобей чуть прошелся своими коготками по спине, все еще продолжая всматриваться в него. - да-да, знаю. Но это быстрый способ, да к тому же он вызывает привыкание. Мобей чуть наклонился, потом еще немного и наконец прислонился щекой к спине, которая чуть дрогнула. По крайней мере, Цинхуа не убегает - только чаще дышит... - н-ну, в общем да...ах, Мой Король, вам не стоит так прислоняться. Мобей приобнял Цинхуа за плечи и втянул его влажный человеческий запах. Ему нравилось вот так держать вздрагивабщего человека. Королю приятны нотки страха и чего-то иного, большего, что он чувствовал от тела слуги. Какого слуги? Давно уже не слуги, а собственности. Да, Цинхуа его и только его. И Мобей может делать с ним очень многое. И раз Цинхуа нравиться давить прыщи, почему бы не избавиться от них самолично, тем самым принести ему удовольствие. Это его забота о нем. Мобей все так же нежно гладил кожу человека, чуть сжимая и щипая. Шан Цинхуа замолк, приподнял голову и прикрыл глаза, сосредоточиваясь и запоминания каждый момент. Он понимал к чему это идет. Он давал молчаливое согласие. Его удивляла ласка, но он был рад ей. Его руки расслабились, тело чуть обмякло, стало податливым и открытым чуду. Мобей это видел и внутренне был удовлетворен. Его руки выявляли наиболее выступающие прыщики на теле человека и оглаживали их, запоминания, дабы не спутать с родинками, которые так же обильно украшали тело человека. Цинхуа почувствовал как два пальца чуть ущипнул его кожу, а потом даванули один многострадальный прыщ. — Ах, мой король! Не надо! — Этот король хочет. — Мобей поцеловал закровичшее местечко на плече и облизал. Чуть солоноватая кровь приятно обволокла кончик языка. Совсем немного, но достаточно, чтобы крепче прижать и укусить вырывающуюся жертву. — Мой король, зачем это вам. Бросьте меня! Мобей зарычал, оторвался от плеча и в отместку нащупав еще один плотный болезненный прыщик попытался его выдавить. Этот кожный демон не дался, но на третью попытку под скулеж человека, все-таки поддался власти грозных холодный пальцев. Прыщ был выдавлен и белые сгусточки выскочили, их с какой-то извращенной улыбкой смахнул водою Мобей. — Ну, Мой король! Я могу сам! Слышите? Сам! Голый король ничего не ответил. Он продолжил продвигаться по телу человека. Изучал звездную карту, давил прыщи, целовал и кусал. На его пути пали плечи, шея, лопатки, грудь, лицо. Ох лицо он очень много целовал! Давить ничего не стал, а лишь расцеловывал и вылизывал, прикусывал губы. Мобей упивался этим моментом. Он двигался ниже, по голому телу, доставляя человеку дикое удовольствие и ласки. Он прекрасно видел вставший член человека. Кстати говоря, член у человека был неплох, такой хорошенький, розовенький, приятного вида. На нем его взгляд особенно долго задержался. В этом он видел честность Шан Цинхуа. Что ж, его собственная честность тоже давно себя высказывала собственную мысль. Но доказывать друг другу свою правоту Мобей сегодня не планировал. Он боялся, что человек сломается. Нужно действовать размеренно, с чуть большим уважением к человеку. Нужно дать ему время. Голый Мобей, целующий бедро человека, практически лежа в воде по шею, приподнял голову и вгляделся в затуманенные и полные надежд глаза. Когда он успел оказаться в воде и тем более в положении лежа перед сидящим Цинхуа он не помнил, но ему все нравилось. Что ж, выдержки понадобиться чуть больше чем он ожидал. Руки уже скользили по бедрам, двигаясь к ложбинке и чуть поворачивая человека боком.Мобей помнил, что там была парочка замечательных прыщиков, которые он надеялся убрать с кожи его человека.