Вдоль льда

— Пицца приехала — монотонно процедил он, не отводя глаз от телека. Юный фигурист выдохнул, подходя к столику и садясь за него: одна нога была под бедрами, другая согнута в колене. Его пальцы поползли к двум белым коробкам. В одной из них была барбекю, в другой сырная. Все, что он любил. Его тренер знал все о нем: что любит, а что терпеть не может. Перечислять можно долго. Но это все заставляет Джона пищать в подушку и писать в своем дневнике, что бы он сделал с Саймоном. Да, он рисовал и описывал безграничную похоть своего сознания. И самый большой страх для него — не стать инвалидом, не проиграть, а именно дневник. И если его главный актер узнает сценарий этого... Съев три кусочка, он отряхнул руки и неуверенно подошел к кровати. Вроде ничего такого, а вроде так близко впервые. Он лег с самого края, между ними можно было положить еще одного человека. Но для бедного сознания Мактавиша так будет лучше. Сон резко взял его, то ли спас, то ли наоборот, в любом случае. --- — ДЖОН! ПОДЪЕМ — громкий командный голос разразился в комнате. Еле разлепив глаза, парень тут же слетел с кровати. Перед ним стоял уже одетый Саймон. Мактавиш наощупь нашел свой телефон на тумбочке, время показывало 6:01. Он нервно выдохнул, проводя ладонью по лицу. Под ворчание он быстро оделся, умылся, почистил зубы, по пути съев покупной бутер, и в 6:20 он был в машине, что тихо ехала по дороге. В машине на всю громкость орала песня «House of the Rising Sun». Пейзаж менялся с лесов на пальмы и обратно, разные запахи и куча пограничных. Джонни лежал на открытом окне, теплый воздух врезался в его лицо, развевая его могавок. Саймон на водительском сиденье курил, его пальцы били по рулю в ритм песни. Он периодически поглядывал на фигуриста через боковые зеркала. — Джонни, не спать. — ровно отрезал тот, а Джон и не хотел, просто не мог терпеть этот взгляд. Но спустя время парень все же сдался: невозможно так долго ехать и не спать. Проснулся он от торможения машины и открытия двери. Джон вывалился из машины кубарем. — БЛЯТЬ! — он успел сгруппироваться за жалкие доли секунды. Встряхнув головой, перед ним стоял тренер с чемоданами. Тот сунул ему его чемодан и направился в какое-то здание. Ну точнее, отель. Мактавиш хлопнул дверью машины и побежал следом за Райли, вбегая внутрь. Там все было дорого и красиво, а еще Джон заметил других ребят.. черт Джон не знал всех, но троих он смог вычислить точно. Филипп, Руди и как же без Хон-джи. Саймон говорил про них многое: Филипп буквально стоять еще не мог, его сразу одели в коньки, опыта больше, техники лучше, Руди то же самое. А про Хона и подавно. Чистый тигр — зверь. Никак иначе. — Идем — в молчании они шли до лифта, ехали в лифте и шли до номеров. К счастью, у Джона был свой номер 167, а у Саймона 168. Коуч робко отдал ключ парню, но, перед тем как скрыться за дверью, указал: — Чтобы через 10 минут был тут: коньки, костюм, все. — и дверь громко хлопнула. Видимо, Саймон сам не в восторге от конкурентов. К положенному времени Мактавиш стоял по стойке смирно, тренер тихо вышел со своими коньками на плече. Джонни шел молча, не спрашивая. Волнение не отпускало, а лишь сильнее давило. Так не спеша для тренера и буквально бегом для Джона они дошли до льда. Он был буквально через дорогу, они переобулись и вышли на кипящий людьми лед. Мест не было от слова совсем. Но как-то у края ему все же удалось встать. Тренировка шла как в колодце: голос тренера был эхом, волнение и страх душили и пугали. Он знал, что все эти люди будут против него. Он работал на износ. Со временем лед пустел, освобождая больше пространства для трюков. Чем Джон и пользовался. Под конец было всего десять человек. Еле дыша, Джон подъехал к выходу. Ноги дрожали от сильной тренировки, со лба не текло, а лилось. Краем уха он заметил разговор: знакомый голос стал сдержанным и твердым. — Гоуст? Ты что ли? Не верю своим глазам, — какой-то незнакомец подошел к Райли, хлопая того по плечу. — Не называй меня так, — прорычал сквозь зубы тот. Но его проигнорировали. — Я думал, ты умер, все так думали. Эти победы для тебя были чем-то вроде наркотиков, верно? — мужчина почесывал седую щетину. — Да, я помню тебя, мы были вместе тут в 2011, я помню, как ты рвал и метал всех в клочья, — усмехнулся он. — Ты же помнишь? Это я, Шепард. — На это Гоуст лишь кивнул, но юркий взгляд пожилого пополз за спину Саймона к Джону. — А это твой выродок? Пф, это правда, что ты берешь детей из детских домов для эксплуатации?! — Тот разразился тихим смехом, хлопая его по спине. Райли отдернулся от него. — Не называй его так, — не выдержав, он резко двинулся вперед, хотев свалить того за грудки, но знакомый голос его прервал. — Тренер! — выкрикнул Джон, вставая, уже будучи обутым в кроссовки. Оба мужчины на него обернулись. — Мы пойдем ужинать? — ему пришлось что-то сказать, чтобы разбавить обстановку. Лицо Джона пошло красными пятнами, а рука схватилась за предплечье другой. Гоуст выдохнул и направился к выходу. Джон тоже выдохнул, идя следом за ним. Какое-то долгое молчание нервно тянулось между ними. Уже в приотельном ресторане они все так же не проронили ни слова. Джон катал горох в тарелке, а Саймон медленно попивал виски. Такое долгое липкое чувство то ли вины, то ли предательства за несказанное охватывало сердце Мактавиша. — Хочешь спросить? — уже понимая, наклонил голову Райли и, не дожидаясь ответа, продолжил. — В 2011 мне было 26, я прорывался в лидеры год за годом. Там я встретил Шепарда. Он был тренером, спонсором. Молил меня спонсировать. Но.. Я отказал.. — он сделал глоток. — Тогда я выступал с танцем «Призрак», и это поразило не только жюри.. — пауза, он посмотрел на Джона пристальным взглядом. — Я побил рекорд Гиноса, прыгнув пятиступенчатый тулуп.. И под именем «Гоуст» меня запомнили… — он залпом допил остатки. А внутри Джона что-то щелкнуло: его глаза горели, и сам он немного дергался от счастья и неверия, что вот эта легенда — его тренер. — Это же невероятно! — взорвался Мактавиш от радости. Но лицо Саймона было непоколебимо. — Из-за этого тулупа я получил травму.. — тихая пауза ударила наковальней, он говорил так, будто кто-то из родных умер. — Моя мышечная масса не равнялась с положенным весом.. Колено просто не выдержало напряжение, — он снова посмотрел на Джона, а потом махнул рукой. Обернувшись назад, Джон заметил милую даму, что обслуживала их стол. Она радостно поскакала к их столу. Конечно, кто к Саймону не поскачет, шлюха, — промелькнуло в юной голове. Она подбежала к столу, махая своими сиськами перед лицом Райли, крутила бедрами, дула губы, делала в общем все, чтобы наглотаться чужой спермы. Гоуст молча ткнул пальцем в одну из строк меню, а потом свистнул Джону, как собаке. Тот медленно оторвался от дамской груди, краснея. — Десерт будешь? — тихо произнес тренер, наклоняя голову набок. — А можно? — Сай часто запрещал ему сладкое со словами «у меня денег нет лечить тебе зубы» или «будешь как мальчик из виливонки». При этом он всегда сам пил чай с конфетами, чуть ли не дразня Джона, а тут такое. Саймон толкнул к нему меню. Синие глаза тут же стали бегать по меню, выискивая заветное слово «шоколад». Как же Джон его любил, готов бы все что угодно сделать ради него. — Мне, пожалуйста, шоколадный торт! — громко, с детской радостью воскликнул он. — И чай, пожалуйста, жасминовый, верно? — немного потупив, Джон сначала не понял, к кому обращение, но потом быстро закивал. Теперь он уверен на все сто процентов, что Саймон знает все про него. Абсолютно.