Сердечная жила дракона

ГЛАВА 4. 

«Однако, тот, кто любит,

должен разделять участь того,

кого он любит.»

/Михаил Булгаков,

«Мастер и Маргарита»/

      Сентябрь пролетел для Гермионы, как один день. Она так изголодалась за прошедший год по учебе, что читала взахлеб все, что попадалось ей под руку. Помимо учебных предметов она успела выучить и шесть новых заклинаний по книгам Нарциссы.        Свой день рождения девушка отметила тихо, в узком кругу. Совершенно не хотелось праздновать его в год, когда погибло столько общих друзей. Невыносимо было осознавать, что счетчик их дней рождений навсегда замер и они остались вечно молодыми, отчаянными и недолюбившими.. навсегда в прошлом.       Гермиону все поддержали, и устроили простую посиделку в гостиной, за бутылками пива.              Домашние эльфы с кухни, передали им закуски и небольшой торт. Винки, бывший домашний эльф Барти Крауча, обняла девушку и рыдая поздравила от имени остальных. Гермиону это тронуло до глубины души. В итоге, гриффиндорцы стали вспоминать все ее истории со значками фонда Г.А.В.Н.Э., а за ними подтянулись истории, как Симуса и Дина поймал полтергейст Пивз, когда они подглядывали за девочками, в ванной старост, и как Невилл, прячась от Снейпа, провел два часа в туалете с Плаксой Миртл, отбиваясь от ее назойливого флирта. Оказывается у них было так много историй, случившихся до войны, о которых они забыли.       Вечер неожиданно закончился на позитиве, хотя каждый из них мысленно отдергивал себя, начиная смеяться слишком громко. Все они будто стыдились того, что остались живы, стыдились своего чрезмерного веселья.       В той или иной мере, но синдромом выжившего страдали все гриффиндорцы.       Что касается Малфоя, его Гермиона храбро избегала. Не разговаривала с ним, не смотрела на него. Малфоя это задевало, но он никогда не признался бы в этом даже себе.       В прошлую среду они буквально столкнулись друг об друга на входе в теплицу профессора Спраут. Гермиона вежливо извинилась и обошла его. Малфой разозлился. Она откровенно потеряла к нему интерес, а он как бездомный пес, которого погладили, все еще тянулся за ней.       Он и представить себе не мог, что причиной ее вежливой холодности стала игра, которую девочки затеяли в спальне старост.       Игра называлась «Что, если?!», на манер «правды или действия», только условия немного отличались.       Игроку накидывались вопросы, на которые он обязался отвечать честно.       Но кто мог подумать, что все вопросы в спальне девочек будут только о сексе!?       Гермиона не хотела делиться ни своими откровенными фантазиями, ни своим скудным опытом, но по условиям, если игрок начал играть, а после отказался говорить правду, он обязан был выполнить желание остальных.       В этот раз, все проигравшие должны были выпить зачарованное зелье, придуманное  Полумной. По составу оно походило на легкую форму зелья похоти, но действовало только в режиме сна. Зелье Полумны развязывало проигравшему язык и давало сновидения, фантастически наполненные эротикой. Фишка была в том, что выпивший зелье, хочет он того или нет, произнесет имя человека, которого хочет на самом деле и озвучит какие формы секса предпочитает.       Гермиона не хотела играть, не хотела раскрываться перед остальными, но Джинни умеет быть убедительной и впутывать ее в авантюры. Как итог, она проиграла и выпила зелье.       Часы на полке мягко светились в темноте и показывали полтретьего ночи. Девушка из последних сил старалась держать глаза открытыми и дожидалась, пока все уснут.       Падма, также проигравшая, металась по кровати и громко стонала имя Рона. Гермиона фыркнула, наложила заглушающие чары на свою кровать и спустила от греха подальше балдахин. Неизвестно еще, что она будет вытворять и чье имя стонать.        Всю ночь ей снился Малфой. Голый Малфой. Малфой, с порочными губами и руками. Малфой, который приказывал и она подчинялась!        Все ее тело горело от желания, а сон был настолько явственным, что она испытала невероятной силы оргазм и на пике тихо выдохнула его имя.        Джинни никак не могла забыть вопрос Ромильды о Гарри. Он мучил ее. Мучил так, что ее собственный мозг стал играть с ней в дурную игру, услужливо подкидывая всякие воспоминания и диалоги, где Гарри и Гермиона, не замечая того прикасались друг к другу или смеялись над чем-то, известным только им двоим. Все это выворачивало ее наизнанку. Джинни понимала, что поступает подло, но ее разум оказался полностью под контролем демона по имени Ревность.       Вытерев вспотевшие ладони об пижамные шорты, она сняла заглушающее заклинание и откинула со своей стороны полог Гермионы.       Джинни безумно боялась услышать имя Гарри, ведь тогда ее сердце разлетится вдребезги и их дружба прекратится. Чем больше ее накрывал страх правды, тем сильнее оказалось удивление!       Краснея от стыда она стала наблюдать за тем, как Гермиона жалобно стонет и зажимает ладони между ног, как ее белые хлопковые трусики намокли, а голубой топ задрался, оголив живот и грудь. Густые волосы разметались по подушке и взмокшие пряди прилипли к вискам. В какой-то момент девушку выгибает дугой, Джинни слышит громкий стон и на одном дыхании отчетливое: «Драко!».       Джинни осела на свою кровать и ошеломленно зажала рот рукой.  «Как такое может быть!? Гермиона и Малфой? Такого просто не может быть!»       Наступившее утро оказалось серым и дождливым, а Гермиона тихой и подавленной. Джинни было очень жаль ее, поэтому она решила никому не говорить о том, что видела. Ни самой Гермионе, ни тем более Гарри.       Вечером, во время патрулирования школы, Луна и Гарри услышали тихий плач. За дальней лестницей, в углу они нашли двух мальчиков со Слизерина, с разбитыми лицами. Один успокаивал другого. Обоим не больше двенадцати лет. - Кто это с вами сделал? - строго спросил Гарри.        Мальчики понуро молчали. Один, тот чье лицо было залито кровью отвернулся, второй опустил голову.  - Гарри, - своим задумчивым нежным голосом начала Полумна. - Это повторяется не первый раз. Всех студентов Слизерина задевают, кроме Блейза и Грегори. Их боятся. А остальных постоянно бьют или унижают. Они молчат и терпят, потому, что все тут против них. Недавно дошло даже до угроз девочкам. Меллисенту в прошлый понедельник зажали вчетвером в угол и облапали. Хорошо, что завхоз Филч успел и спугнул их.       Гарри вскипал. Он почувствовал, как от злости кровь забилась в висках. - Кто? Фамилии!! - Трое с нашего Когтеврана и один с Гриффиндора. Это те, о ком я знаю точно. Может есть еще. - Поднимайтесь, пойдем в больничное крыло! - Гарри заставил мальчиков встать.        По дороге, в разговоре выяснилось, что эти мальчики родные братья-погодки, а их дядя пожиратель смерти и сейчас находится в Азкабане.        Мадам Помфри при виде избитых детей разозлилась так, что ее аккуратный, вздернутый носик задрожал от возмущения. Она взяла с Гарри слово, что тот утром же поговорит с Макгонагалл. Гарри дал это обещание, так как не был уверен в том, что не натворит делов, если в это дело не вмешаются взрослые.       Во время завтрака, прозвучал четкий, ледяной голос директора. Все притихли. - До меня дошли слухи, что некоторые наши студенты возомнили себя выше и лучше других! Стали позволять себе слишком много, распускать языки и руки! Так вот, - она холодно и строго оглядела зал. - Всех нарушителей я знаю поименно. Следующая подобная выходка и на факультете Когтеврана и Гриффиндора появятся свободные места! Я не позволю завестись в моей школе новому подвиду пожирателей! Они также начинали с мысли, будто они лучше остальных! Чувство безнаказанности, в некоторых людях пробуждает все самое подлое и гнилое! И если человек не пресекает сам себя, он превращается в морального урода. Я хочу, чтоб вы подумали об этом! Это мое первое и последнее предупреждение! А пока, нарушителей ждет два месяца ежедневных отработок, без применения магии! Без квиддича, без Хогсмита, без бала на Хэллоуин! Надеюсь физический труд направит в нужное русло вашу энергию! Общефакультетские баллы в этот раз я снимать не стану, дабы не наказывать остальных студентов, которые действительно учатся и не порочат честь своих факультетов. Все свободны! Можете продолжать завтрак.       Зал загудел.        С младшим братом Захарии Смита Гарри и Рон разобрались сами. Рон правда немного переборщил с оплеухами, но гриффиндорец все понял и пообещал, не создавать больше проблем.       Совы принесли почту. Полумна привлекла внимание сидящих за столом: - Ребят, семью магов убили... - Уже второе нападение. Долиш сказал, нападают на семьи тех, кто предал Реддла и перешел на нашу сторону, - ответил ей Рон. - Кто-то зачищает свидетелей, или мстит за проигрыш.        Они с Гарри переглянулись и Гермиона поняла, что мальчики что-то знают, но скрывают от нее. Она сразу подумала о Малфое, хорошо, что он здесь, в безопасности. Остается Нарцисса, но менор неприступная крепость. Родовая магия защищает ее обитателей. - Давайте вечером сходим к Хагриду?  - Я за! - ответила Луна. Потом смутилась, вдруг ее не звали. - Отлично! Тогда после тренировки встретимся у главного входа.       После выволочки Макгонагалл, обстановка в замке внешне успокоилась. Любители групповой терапии размахивания кулаками теперь, ежедневно, драили котлы после уроков зельеварения, мыли полы в аудиториях, и все это без применения магии. Громко никто не возмущался, но было понятно, что эти личности просто затаились.        Нападения на волшебников тоже прекратились, не было и следов Пожирателей, будто все разом исчезли. Гермиона чувствовала, это затишье перед бурей.           В конце сентября, в день осеннего равноденствия, ночью должен был пройти метеоритный поток. Полумне Лавгуд, как лучшей ученице профессора Синистра, разрешили провести общий открытый урок астрономии, на Астрономической башне.        Слизеринцы ввалились вместе с Пуффендуйцами шумной толпой, и заняли лучшие места на смотровой площадке. Драко кивнул Гермионе и встал неподалеку от нее.        Тео с Анджелиной дурачились, пока не пришли остальные. Неизвестно, что он  сказал девушке на ухо, но ее смех внезапно стих и она удивленно уставилась на него. Потом нахмурилась и сердито отошла. Остаток урока Тео физически присутствовал, но его мысли где-то витали и лицо у него было расстроенное. - Добрый вечер, класс! - чуть громче обычного начала Полумна. Ее голос обладал гипнотическим свойством, все затихли. - Сегодня мы с вами поговорим об осеннем равноденствии, станем свидетелями метеоритного дождя, и заполним пустые карты звездного неба, с описанием созвездий, их местоположения и движения их спутников. Пока мистер Симус и мистер Уизли помогают мне с настройкой линз на телескопах, мы с вами пожалуй начнем.       Рон и Симус пересмеиваясь друг с другом стали проверять телескопы.  - Как вы все знаете, осеннее равноденствие — одна из четырёх ключевых точек на эклиптике годичного движения Солнца по небесной сфере. В этот момент продолжительность дня и ночи становится равной. Это время для настойки сильных ядов и особо сложных зелий. Планеты и их расположение в разные сезоны года, напрямую влияют на эффективность и качество зелий, а также некоторых заклинаний, поэтому без знания истоков магической теории вы не сможете создать что-то действительно грандиозное..        Она задумчиво посмотрела на Тео. - Мистер Нотт, вы с нами?  - Да, мисс Лавгуд, я тут.        Она кивнула и продолжила. Гермиона заметила, как Анджелина краем глаза поглядывает за Ноттом. Один из студентов Когтеврана стал медленно, будто невзначай продвигаться в сторону Тео. Гермиона с удивлением вспомнила, что этот тот самый студент, который бил его ногами. Неизвестно, что произошло в этом году и какой бес вселился в этих людей, неужели они не сделали никаких выводов!? Гермиона просто не понимала.  - Тео, - тихо позвала она. - Поможешь мне? Не могу настроить этот чертов телескоп.       Тео подошел. Пока он возился, она строго уставилась в высокомерное лицо парня, которому в прошлый раз зашила рот. Гарри, стоявший рядом, с удивлением заметил, что никогда не видел таких ледяных глаз у своей подруги. Он перевел взгляд на когтевранца и спокойно спросил:  - Проблемы? - Никаких, Поттер!  Он зло зыркнул напоследок на Гермиону и отошел.  - Спасибо, Гарри! - шепотом поблагодарила она.  - Ты ничего не скрываешь от меня? - Нет, не переживай! Все под контролем! - она погладила его по плечу.        Тео даже не заметил всего этого. Его лицо оставалось печальным и задумчивым. Зато Малфой внутри горел. «Что между ними? Почему она позвала Тео, а не Поттера или Рыжего Уизела?».        Внезапно в голову пришла жалящая  мысль, что Тео красив внешне, умеет поддержать любую беседу с девушкой, от него буквально исходят флюиды бунтарства, черт, он даже одевается, как рок-звезда, а девушки любят таких. Вдруг и Грейнджер запала на него?        Змея по имени Ревность подняла голову в его груди. Он удивленно замер и одернул себя. «Я не имею права ревновать! Не надо обманываться». До войны он был недоступен для нее, в силу своего положения и статуса, а теперь, после войны, недоступной для него стала она.       Он нахмурился и отвернулся.        Когда начался метеоритный дождь, Симус Финниган громко сказал:  - Загадывайте желание! У маглов принято загадывать желание на падающую звезду!        Парни насмешливо фыркнули, а девочки быстро сориентировались и смеясь стали загадывать желания. Малфой исподтишка смотрел, как Грейнджер зажмурилась и ее губы что-то быстро прошептали. - Технически, метеоритный поток - это не падающие звезды, но в магии ведь главное посыл! - улыбаясь сказала Полумна. - Так, если все успели загадать желание, займемся картами. Рональд, прошу раздайте карты остальным.       Рон притворно закатил глаза, но подчинился.        Урок прошел легко. Как-то просто  и спокойно студенты помогали друг другу. Никто не бесился, не мешал преподавателю. У Гермионы сложилось впечатление, что Полумна применила успокоительные чары к студентам, чтоб они не перегрызли друг друга.        Эти чары стоило бы применить и неделю спустя. На матче по квиддичу, между Когтевраном и Слизерином.        С утра небо затянуло серыми плотными тучами. Воздух был холодным и сырым от мелкой моросни. Рваный белый туман клочьями стелился над темными макушками елей и одетыми в золото деревьями. Стадион был наполовину заполнен. Все, от преподавателей до студентов, кутались в теплые пальто и куртки, пряча покрасневшие носы в шарфы. По трибунам очень кстати пронесли горячий шоколад и чай с лимоном.        Игроки разминались на поле, одетые в утепленную форму. Взгляд Гермионы волей неволей ловил ярко-белую макушку Малфоя. Он выглядел очень хорошо в зеленой форме ловца. Кровь прилила к ее щекам и несмотря на прохладу, она зарделась, как гриффиндорский флаг.       В воздухе, на метле зависла Джинни, ее рыжие волосы, забранные в высокий хвост не мокли, так как она применила к себе водоотталкивающее заклинание. Сегодня она была вторым судьей.       Мадам Трюк стояла на противоположном конце поля и инструктировала команды.        В комментаторской кабине сегодня снова был Дин Томас. Значит матч будет приправлен и колкими репликами, и ругательствами, и остроумными шутками.        Раздался свисток мадам Трюк и матч начался.       Игроки поднялись в воздух и заняли свои позиции. Малфой и Джоу Чанг как ловцы поднялись и зависли выше остальных.       Капитан команды орлов, Дэвис начал игру. На первой же минуте Слизерин оказался впереди и забил первый квофл. Все удивленно ахнули.       Это отличился Забини.       Тут же не расслабляясь, капитан змей Урхарт забил второй мяч. Стадион разочаровано взревел. Большая часть студентов  болела за Когтевран.        После такого хорошего начала счет заморозился, бладжеры легко отбивались охотниками, а вратари стояли намертво, каждый напротив своих колец.       Джинни носилась огненной стрелой над полем, чтоб не упустить ни один спорный момент.       Наконец, через полчаса, когтевранцы распечатали ворота Слизерина. Стадион снова взревел. И в этот момент Малфой увидел мерцание золотых крылышек под левой трибуной.       Отвлекая внимание Чжоу, он направил метлу в противоположную сторону и когда она повелась и бросилась вслед за ним, сделал резкий финт и кинулся за снитчем.       Чжоу слишком увлеклась погоней и чуть не влетела в трибуну. Зло развернувшись, она припустила за Малфоем.        За секунду до того, как длинные пальцы Малфоя ухватили снитч, загонщик Когтеврана запустил в него бладжер. Тяжелый крутящийся железный шар с жутким стуком влетел ему в грудь, выбив из него дух и в ту же минуту, второй загонщик специально сшиб Малфоя ударом кулака в лицо.       Гермиона с ужасом увидела, как тело Малфоя накренилось, он разжал пальцы и соскользнул с метлы, падая с огромной высоты.       Не помня себя от ужаса, она так истошно закричала: «Малфой!», что неизвестно, как при этом успела вскинуть палочку и Парящими чарами, замедлила его падение.             Реакция Джинни оказалась молниеносной, она кинулась коршуном вниз и успела ухватить тело парня за плащ практически у самой земли. Подтянула его на свою метлу и полетела к краю поля.        Гермиона не думая ни о чем, кинулась вниз, сбивая колени об сиденья трибун. Джинни опустила Малфоя около здания раздевалки рядом с мадам Помфри и вернулась на свою позицию.        Мадам Трюк исключила из игры загонщика, который напал на соперника, а команда Слизерина заменили ловца.       Игра продолжилась, так как Чжоу также упустила снитч.       Дождь лил уже стеной, когда Гермиона вбежала в помещение раздевалки.       Малфой сидел на скамье. Мадам Помфри дала ему обезболивающее  зелье и проводила полную диагностику повреждений. Лиловый шар висел в воздухе наподобие магловского рентген снимка. Кроме трещины в ребре и сильных ушибов, не было ни одного перелома. Мадам Помфри влила ему в рот пузырек с горьким костеростом и теперь обрабатывала ушиб экстрактом бадьяна. Вся процедура вместе с осмотром заняла около двадцати минут. Идти в больничное крыло Малфой отказался.        Гермиона стояла в дверях, ее била мелкая дрожь, то ли от холода, то ли от произошедшего. Она нервно стянула с себя шарф. - Грейнджер? - наконец заметил он ее.        Она двинулась в их сторону. - Мадам Помфри, я присмотрю за ним.        Та кивнула и поспешила обратно на трибуны.        Оставшись наедине, они уставились друг на друга, Малфой исподлобья, Гермиона на грани нервного срыва.       Он был абсолютно мокрый, с его волос все еще стекала вода. Она взмахнула палочкой, наколдовала из своего шарфа полотенце и подошла к нему.       Малфой не шевелился. Гермиона накинула полотенце ему на голову и стала сушить ему волосы. Он замер, а потом его руки обвились вокруг ее талии и прижали девушку к себе.       Она замерла, еле дыша от восторга и ужаса, потом спустила полотенце ему на шею и потрогала пальцами его лицо, куда пришелся удар соперника.  - Как ты меня напугал!.. - тихо сказала она и из ее глаз почему-то заструились слезы.       Он уткнулся ей лицом в грудь. Всё это стоило того, что сейчас она рядом.  - Не плачь, все же обошлось. - Очень больно? - Нет. На поле мне показалось, что ты кричишь. Ты кричала?  - Я не знаю, не помню.        Дверь с грохотом ударилась об стену и в помещение ввалились счастливые и продрогшие  слизеринцы. Грейнджер и Малфой резко отпрянули друг от друга. Игроки удивленно уставились на них. А на губах Блейза расползлась хитрая улыбка.  - Добрый день, Львиное сердце!  - Добрый день, Забини! Раз уж вы здесь, я наконец могу уйти, мадам Помфри попросила присмотреть за ним, - высокомерно вздернув нос соврала она, молясь о том, чтобы не покраснеть. - Грейнджер, спасибо!  - Пожалуйста.       Когда она ушла, восемь пар глаз уставились на Малфоя. Кто-то недоуменно, кто-то усмехаясь.  - Проиграли?  - Хрен угадал! Кейт поймала снитч!       Малфой ухмыльнулся. Жизнь определено налаживается!        Во время ужина в Большом зале, многие подозрительно косились на Гермиону из-за ее импульсивного поступка. Она держала голову высоко, ей было плевать, кто что думает. Малфоя не было, так же как и Тео с Блейзом.        Впрочем внимание с Грейнджер быстро переключилось, потому что в самый разгар ужина, дверь распахнулась и в помещении вместе появились Невилл и Пэнси. Он проводил ее до стола слизеринцев, и только после этого присоединился к своим. Зал зашептался.       Ночью, уже лежа в постели, Гермиона сквозь сон почувствовала, как прогнулась ее кровать.  - Гермиона! Ты спишь? - тихий шепот Джинни в темноте прозвучал резко. - Нет, что случилось, Джинни? - Это ты скажи мне, что случилось?! Гермиона, ты что, влюбилась в Хорька? - Оооой, не говори глупостей! - раздраженно прошипела Гермиона. - С чего ты взяла!? - С чего я взяла? Я присутствовала на матче!  - Я просто испугалась по-человечески! - И побежала в раздевалку!? - Это ничего не значит, я просто хотела убедиться, что он цел, - она врет и врет. - Гермиона! Ты после зелья Полумны стонала имя Малфоя и кажется тебе было очень хорошо при этом! Так что перестань врать!  Гермиона почувствовала, как погружается в панику. - Кто-то еще видел?? - Нет, только я! Гермиона едва заметно выдохнула.   - Я не против Хорька, но ты же знаешь, если твои чувства окажутся не взаимными.. Что если ты путаешь его благодарность, с любовью - это разрушит тебя! Уже все обращают внимание. Пожалуйста, не торопись.        Гермиона с дрожащим в груди сердцем, согласно кивнула.       Надо взять себя в руки и наконец начать держать дистанцию от Малфоя.