Наследие семьи Поттер/Восхождение сильнейшего

Пока в Министерстве нарастала паника из-за исчезновения всех материалов по делу Беллатрисы Лестрейндж и осознания того, что кто-то без следа вырвал их из самой защищённой системы архива, Великий Светлый Альбус Дамблдор спокойно наблюдал за своим прошлым в Омуте Памяти. Серебристые нити воспоминаний мягко переливались в чаше, отражая фрагменты давно принятых решений, ошибок и побед, которые он привык называть необходимыми жертвами. Он не торопился. В его взгляде не было тревоги, только холодный расчёт. Дамблдор анализировал дальнейшие шаги, выстраивая новую цепочку событий, в которой Гарри Поттер и Джиро Такахаши должны были стать частью одного пути. Пути, ведущего к Свету…и к неизбежной жертве во имя «Всеобщего Блага». Тем временем, когда в Министерстве царил хаос, а Альбус Дамблдор продумывал свои шаги на перед, в небольшом, двухэтажном поместье на краю города проходила подготовка к освобождению двух незаконных пленников Азкабана. —Сэр, во время того, как произошла связь между Азкабаном и Хогвартсом, я почувствовал магические колебания человека, в школьном чемодане….Но смею предположить, вы тоже это почувствовали? Спросил Алекс, смотря на старшего Господина, который просматривал документы по делу Беллатрисы Лестрейндж. —Ты правильно предположил, друг мой… И я даже знаю, кого мы почувствовали. Питер Петтигрю. Эта крыса уже десять лет прячется в Хогвартсе под самым носом у этого старого ублюдка Дамблдора. Прорычал мужчина, бросив на стол папку с делом Беллатрисы. Устало потерев переносицу, Джиро перевел взгляд на окно, заметив на подоконнике коричневую сову с необычным, линейным окрасом. Встав с места, гибрид подошел к окну, после чего открыл его, впуская сову внутрь. —Ты от Нарциссы красавица? Спросил Джиро, на что сова утвердительно ухнула, протягивая лапку с письмом. Слегка улыбнувшись, мужчина отвязал письмо. Погладив сову по голове, он покормил её, после чего она улетела. Сев обратно в кресло, гибрид открыл письмо, начиная его читать. Почерк Нарциссы был ровным, аккуратным, но в каждом штрихе чувствовалась спешка, тщательно скрытая за аристократической выверенностью.

Джиро.

Сделка остается в силе. Магическая клятва принята и зафиксирована.

Передаю информацию немедленно, поскольку ситуация в кругах чистокровных начала меняться быстрее, чем я могла предположить.

Во-первых: В Министерстве началась внутренняя проверка сотрудников, после загадочного исчезновения дела Беллатрисы Лестрейндж. Паника пока неофициальная, но она уже затрагивает Отдел Тайн.

Я не стану спрашивать, причастен ли ты к исчезновению дела Беллатрисы. Если это действительно твоих рук дело, то пожалуйста, действуй осторожнее. Ты и так привлек гораздо больше внимания, чем следовало. Министерство уже начало искать виноватого.

Темный Лорд послал людей из своего ближнего круга на сбор информации о тебе.

Люциус стал…нестабильным, особенно после проигрыша Драко, и тех слухов который поползли, мол Малфои не чисты на руку во время дуэлей. И сейчас он начал задавать вопросы, на которые я не могу ответичать.

Если ты действительно собираешься действовать дальше, действуй быстрее. Министерство не просто паникует, оно перестраивается.

И ещё…В архиве зафиксировали магический след, похожий на старую сигнатуру Ордена. Но это не возможно, так как Беллатрису посадили после нападения на Лонгботтомов.

Я жду ответа. Н.М

Закончив читать, Джиро медленно опустил руку письмом на подлокотник кресла. В комнате на несколько секунд повисла гробовая тишина. Затем он слегка выдохнул, словно собирая в одно целое сразу несколько линий реальности: Министерство в панике. Архивы вскрыты без следа. Дамблдор наверняка уже просчитывал новые ходы. И теперь Нарцисса стала не просто частью сделки, а первым полноценным узлом его разведывательной сети. Он провёл пальцами по краю письма, задумчиво смотря в сторону окна, за которым сгущались тучи, заставляя насторожиться. —Значит, всё ускоряется… Тихо произнёс он. —Алекс, готовь все документы…Я уверен что через несколько часов мы получим весточку. Приказал Джиро, уходя в свою лабораторию, чтобы подготовиться, так как он понимал что может что-то произойти. Поклонившись старшему Господину, Алекс начал подготавливать все необходимые документы и показания. Тем временем, где-то далеко, в другой части мира, Альбус Дамблдор всё так же наблюдал за отражениями в Омуте Памяти, уверенный, что контролирует доску и пешки. Но доска уже начала менять форму. И некоторые фигуры перестали быть пешками. Тем временем: Кабинет Министра Магии. В то время, пока Джиро разговаривал с Лили и Марией, а Алекс готовил правду для магического мира Англии, и пока Великий Светлый Альбус Дамблдор, просматривал воспоминания, с мыслями о том что он делает всё правильно для ”Всеобщего Блага“, в кабинете Корнелиуса Фарджа продолжались дебаты, и домыслы о том, кто изъял документы, не потревожив защитные чары. Все присутствующие, продолжали смотреть то на надпись, то на символ, пока в кабинет не ворвался один из Авроров, с достаточно большой книгой, где была информация о каждом магическом роде по всей земле. —Господин Министр, нам удалось найти информацию, что это за знак на конверте. Проговорил Аврор, положив на стол книгу, и открыв её на странице 139. Пробежав глазами по первым строчкам, Фардж почувствовал как по его спине прошелся холод. —Нет….Этого не может быть… Тихо произнес пухлый мужчина, ловя на себе обеспокоенные взгляды всех присутствующих, включая Амелию Боунс. —Господин Министр…Вы уже когда-то видели этот символ? Осторожно спросила Амелия, поднимаясь со своего места. Но стоило её взгляду упасть на раскрытую страницу книги, как кровь мгновенно отхлынула от лица женщины. —Нет…Это невозможно…Этого не может быть…… Едва слышно прошептала она. Ноги внезапно стали ватными, и Амелия тяжело опустилась обратно в кресло. —Мадам Боунс, что с вами? Спросил Фардж, внезапно осознав, что он был не единственным в этой комнате, кто узнал этот герб. Несколько секунд Амелия просто смотрела на открытую страницу. —Если это действительно тот род, о котором я думаю…То у Министерства гораздо большие проблемы, чем пропажа нескольких архивов. Тихо произнесла женщина, вспоминая черноволосого юношу, который много лет назад исчез прямо у неё на глазах. —Кто-нибудь может объяснить, о чём, чёрт возьми, вы говорите? Почему из-за какой-то заключённой Министерство должно сталкиваться с проблемами большего масштаба? Не выдержал один из чиновников, не понимая что происходит. Сделав глубокий вдох, Амелия перевела взгляд с книги на чиновника. —Потому что это не простая заключённая….Она гораздо важнее чем кто-то другой…Если я права, и это действительно он…Нам лучше подготовиться, ведь мы не знаем когда он нанесет свой удар. Мрачно произнесла женщина, поднимаясь со своего места. В кабинете повисла тяжёлая тишина. Чиновник, всё ещё не понимающий происходящее, нервно перевёл взгляд с Амелии на остальных. —Подготовиться? К чему именно? Вы хоть понимаете, что вы сейчас говорите? Мы говорим о пропавшем деле и какой-то заключённой, а не о начале войны. Амелия медленно выпрямилась. Её лицо снова стало собранным, но в глазах осталась тень узнавания, будто она пыталась не вспоминать то, что произошло в тот злополучный день. —Ты не понимаешь, потому что ты этого не видел. Она коснулась пальцами края раскрытой книги, словно боялась самого изображения. —Этот символ…он не должен был появиться снова. Министр Фардж резко поднялся со стула. —Хватит говорить загадками! Назовите имя. Род. Что это за чертовщина? Амелия на секунду замолчала. В комнате даже воздух стал как будто тяжелее. —Это не просто род…Это человек, которого официально признали погибшим несколько лет назад. Несколько авроров переглянулись. —Погибшим? Но кто? Переспросил один из Авроров. Амелия подняла взгляд. —Джиро Кейджи Такахаши. Произнесла Амелия, и эти слова прозвучали как нечто запретное, как гром среди ясного неба. Все присутствующие вздрогнули от узнавания, так как 10 лет назад, 31 октября 1981 года, это имя появилось в качестве официального магического опекуна Гарри Поттера, из-за чего, в кабинете образовалась гробовая тишина. Спустя несколько долгих минут, тишина изменилась: она стала более вязкой, плотной и давящей. После произнесённого имени повисло ощущение, будто сама реальность на мгновение перестала быть уверенной в том, что ей дальше делать. Фардж медленно провёл ладонью по лицу, будто пытался стереть услышанное. —Джиро Кей… Он осёкся, не договорив до конца, словно само имя было опасно произносить целиком. Один из авроров нервно шагнул вперёд. — Господин Министр…если это действительно он, то почему он вообще всплыл сейчас? Он же считался погибшим. Амелия Боунс не ответила сразу. Её взгляд всё ещё был прикован к раскрытой книге, к странице, где символ был изображён с сухой, официальной точностью. —Потому что он хочет справедливости…Учитывая события, связанные с семьей Поттеров. А учитывая что он пропал 8 декабря, 1975 года, то смею предположить, что Джиро нацелен на обоих Блэков. Сухо произнесла женщина, внутренне радуясь тому что этот идиот жив, но в тоже время она понимала что так просто он не остановится, пока справедливость не восторжествует. —Вы всё так уверенно говорите, как будто знали его лично. Произнес один из чиновников, неровно улыбнувшись. Но увидев что лицо главы ДМП осталось непроницаемым, его улыбка исчезла также быстро, как и появилась. —Да…Я его знаю. Мы вместе учились в Хогвартсе. Я на Рейвенкло а он на Слизерине…В тот день когда он исчез….Я, Беллатриса, Лили и Нарцисса решили признаться ему в наших чувствах. Произнесла женщина, шокировав всех присутствующих. —То есть…Вы хотите сказать что были знакомы не только с этим человеком, которого официально признали мертвым, но и с осужденной преступницей? Не выдержал чиновник, встав со своего места. —Довольно!! Крикнул Фардж, заставив чиновника сесть на место. —Если вы его так хорошо знаете, то должны знать и слабости….Говорите все что знаете Амелия. Амелия медленно подняла взгляд, и на секунду в ней исчезла вся эмоциональность, оставив только профессиональную собранность главы ДМП. —Слабости? Тихо спросила она. —Вы совершенно не понимаете, о чём просите господин Министр. Она провела пальцами по краю книги, и один из авроров невольно заметил странность: строки на странице начали будто ”плыть“, символы в ней менялись, не фиксируясь в памяти. —Эти записи…Они не являются обычными документами Министерства. Продолжила Амелия, переведя взгляд на книгу. Фардж нахмурился, анализируя её слова. —Что всё это значит? Спросил он. —Это означает, что вы сейчас смотрите не на текст…А на магическую форму защиты уровня древних родов. Информационный контур привязки. Кто-то из чиновников нервно хмыкнул. —Говорите нормально! Амелия повернулась к нему. —Нормально? Хорошо. Попробую проще. Имя ”Джиро Кейджи Такахаши“ не хранится в этих архивах как текст. Она сделала паузу. —Оно существует только как ключ восприятия. В кабинете стало тише. Гораздо тише. —Для всех, кто не связан с ним напрямую или через клятвы, магические метки его линии…Там нет имени. Только набор символов. Руны-ошибки. Пустые контуры. Фардж резко посмотрел на книгу. —Вы хотите сказать, что Министерство…не может прочитать собственный архив? —Не «Министерство»….Конкретно те, кто не входит в его магическую связку. Поправила Амелия, слегка улыбнувшись краешком губ. Она на секунду задержала взгляд. —Если человек связан с ним…он ”собирает“ смысл. Если же нет, то он видит шум. Защита не скрывает информацию. Она делает её недоступной для чужого сознания. Один из авроров медленно произнёс. —Поэтому мы и не можем нормально идентифицировать этот знак… —Да. То же самое с делом 1981 года, с опекунством Поттера и с частью архивов по Блэкам. Они не удалены. Они просто не читаются. Фардж сжал кулак, да так что костяшки пальцев побелели. —И кто вообще способен поставить такую защиту? Амелия замолчала чуть дольше, чем нужно. —Только тот, кто заранее знал, что его имя принесет хаос и проблеми не только ему, но и окружающим. Эти слова повисли в воздухе тяжелее предыдущих. И тут один из чиновников резко вернулся к главному. —Хорошо. Тогда забудем про символы. Вы сказали, что знаете его слабости. Говорите. Амелия выдохнула. —Вы действительно думаете, что у таких людей есть слабости в привычном смысле? Спросила она, посмотрев прямо на Фарджа. —Это ошибка. Она сделала ещё одну паузу. —Но есть точки, через которые его можно было остановить раньше. До его исчезновения. Фардж резко подался вперёд, с интересом смотря на женщину. —Какие? Спросил он с блестящими глазами. Ведь если удастся надавить, то Министерство смогут получить ценного союзника. Амелия на секунду закрыла глаза, словно что-то вспоминая. —Люди. Не власть. Не Министерство. Не даже страх. Она открыла глаза, осмотрев присутствующих. —Четыре имени были связаны с ним сильнее всего. В кабинете воцарилась лёгкая тишина. —Лили Поттер, Нарцисса Малфой, Беллатриса Лестрейндж, и я. Фардж медленно откинулся назад, на своем стуле. —Это не слабости…Это связи. Тихо произнес он. —Именно. Поэтому его и невозможно ”сломать“ стандартными методами. Подтвердила женщина. Она посмотрела на книгу снова. —Но есть один факт, который вы обязаны понять. Пауза в комнате стала напряжённой. —Если его имя снова стало читаемым для Министерства… значит, защита дала трещину. Один из авроров резко задал вопрос. —Что это значит? Амелия ответила очень спокойно, даже буднично. —Это значит, что он либо начал возвращать себе доступ к миру…либо мир снова начал подходить к нему достаточно близко, чтобы его увидеть. И в этот момент книга на столе сама по себе закрылась. В кабинете воцарилась тишина. Книга лежала на столе закрытой, словно поставив точку в этом споре. Корнелиус Фардж несколько секунд смотрел на тёмную обложку, после чего медленно перевёл взгляд на Амелию. —Если вы правы…То он уже знает, что мы ищем ответы. Амелия ничего не ответила. Потому что они оба понимали одну простую вещь: человек, сумевший проникнуть в архив Министерства, не оставив следов, вряд ли нуждался в шпионах внутри ведомства. Он уже был на несколько шагов впереди. Фардж тяжело выдохнул. —Тогда у нас остаётся только один вариант. —Какой? Спросил один из авроров. Министр поднялся из-за стола. —Мы не будем искать его как приступника. По кабинету прокатился ропот. —Что?! —Господин Министр! —Вы сейчас серьёзно?! Фардж ударил ладонью по столу. —Тихо! Все замолчали. —Если Джиро Такахаши действительно жив, если он обладает документами по делу Блэка и Лестрейндж, а также способен доказать нарушения Министерства…То нам нужен не конфликт. Он посмотрел на Амелию. —Нам нужен разговор. Женщина медленно кивнула. —Впервые за этот вечер вы сказали хоть что-то разумное. Фардж проигнорировал замечание. —Подготовьте официальное письмо. —Что в нём написать? Спросил секретарь. Министр задумался всего на мгновение. —Напишите следующее… Он сделал паузу. —Министерство Магии официально уведомляет Джиро Кейджи Такахаши о готовности пересмотреть дела Сириуса Блэка и Беллатрисы Лестрейндж урожденной Блэк, при наличии новых доказательств. Несколько чиновников побледнели. —Вы собираетесь открыть дело Лестрейндж заново?! —Если не откроем мы, его откроют за нас. Ответил Фардж, опустившись на свое место. После чего посмотрел прямо на Амелию. —И ещё. —Да? —Если он действительно появится… Министр сглотнул. —Кто-нибудь вообще сможет предсказать, что он сделает? Спросил он. На лице Амелии появилась усталая улыбка. —Нет. Она посмотрела в окно. —Но если Джиро начал действовать так открыто…Значит, он уже уверен в своей победе. И словно подтверждая её слова, в этот самый момент за окнами Министерства вспыхнула молния. —Отправьте письмо через международную совиную службу. Высший приоритет. Прокомандовал Фардж, смотря на книгу, пока на улице бушевал гром. —Есть, господин Министр. Авроры начали расходиться, а заседание постепенно подошло к концу. И никто из присутствующих тогда ещё не знал, что спустя почти двенадцать часов письмо достигнет своей цели далеко за пределами Туманного Альбиона. Префектура Токио:Деревня Кагэцуки. Алекс внезапно поднял голову от документов. Он почувствовал лёгкое колебание защитного контура поместья. Через внешний барьер прошёл авторизованный почтовый артефакт Министерства Магии Великобритании. —Сэр… Тихо произнёс старый дворецкий. —Кажется, они всё-таки сделали первый ход. Ответил он, вскрыв конверт и пройдясь по нему быстрым взглядом. Услышав слова Алекса, Джиро хмыкнул, достав сигару и закурив. —Вот оно как….Видимо Амелия хорошо их напугала, ведь насколько мне известно, Фардж тот ещё трус. Сделав затяжку, он выдохнул, позволяя горькому, едкому табачному дыму покинуть его легкие. —Документы готовы? Спросил Джиро, переведя взгляд на окно, за которым сверкали молнии. —Да Сэр, документы готовы, как и показания свидетелей тех событий. Поклонившись, ответил Алекс. —Хорошо. Пока что ждём. Если они действительно готовы открыть дела Сириуса и Беллатрисы, тогда начнём переговоры. А пока мне нужно кое-что обсудить с Лили и Марией. Ответил гибрид, после чего потушив сигару, вышел из своего кабинета, идя в комнату, где в этот момент находились Лили и Мария, которые тем временем обсуждали дальнейший план действий. Услышав стук, Мария перевела взгляд с Лилс на дверь, за которой почувствовала своего сына. Тепло улыбнувшись, она дала разрешение на то, чтобы он вошел. Открыв дверь и зайдя в комнату, Джиро посмотрел матери прямо в глаза. —Готовься. Возможно завтра, или через несколько часов придет второе письмо из Министерства, где будет время, когда проведут суд. Произнес мужчина, переведя взгляд на Лисенка, как он называл когда-то Лили, тепло улыбнувшись. —Хорошо. Документы готовы? Спросила она. Джиро кивнул, а в его глаза сверкнул огонь. —"Тебе конец Том, как и твоей шайке Пожирателей Смерти…..Но больше всего я поиграюсь с Рудольфусом, а тебя оставлю Гарри. Пускай он будет твоим палачом." Промелькнуло в голове мужчины. Ещё немного пообщавшись с девушками, и обсудив дальнейшие действия, он поцеловал каждую из них в губы. Выйдя из комнаты, он пошел в тренировочную комнату, которая примыкала к его лаборатории. Тренировочная комната под поместьем была скрыта за тяжёлой арочной дверью, усиленной несколькими слоями чар, которые глушили даже минимальные отголоски магических всплесков. Стоило Джиро переступить порог, как воздух внутри будто стал плотнее, пространство реагировало на его присутствие, узнавая своего хозяина. В центре комнаты находился круг из старых рунических линий, вплавленных прямо в камень. По периметру находятся тренировочные манекены, часть из которых уже была разбита до состояния обугленных обломков. Здесь не тренировали «заклинания» в привычном смысле. Здесь отрабатывали удари, и последствия собственных решений. Джиро медленно снял перчатки и плащ, бросив их на ближайшую скамью. —Покажи мне стабильность… Тихо произнёс он. Словно отвечая на приказ, руны под его ногами вспыхнули тёмно-фиолетовым светом. В воздухе возникла иллюзорная фигура, размытый силуэт, реагирующий на его намерение, как противник, который никогда не устает и никогда не ошибается. Первый удар был достаточно быстрым, так как Джиро решил не сдерживаться. Резкий шаг вперёд, разворот, и пространство вокруг силуэта дрогнуло, будто само не успевало за скоростью происходящего. Иллюзия попыталась ответить также быстро, но Джиро уже сместился в сторону, будто заранее знал траекторию удара. —Слишком медленно… Холодно отметил он. В этот момент дверь в лабораторный сектор тихо открылась. Алекс не вошёл полностью, он только остановился в проёме, держа в руках стопку документов и тонкий запечатанный свиток с магической печатью Министерства. —Сэр… Спокойно произнёс он. —Пришло второе письмо подтверждено. В нем находилась информация о времени проведения суда…..Завтра, в 10 утра, суд будет открытым. Произнес Алекс. Остановившись, Джиро посмотрел на своего дворецкого, после чего лукаво улыбнулся. —Значит они хотят надавить на меня через прессу, и посмотреть сколько у меня союзников. "Ну ничего, я им ещё покажу, почему меня бояться по всей мульти вселенной" Пронеслась мысль в голове Джиро. —Хорошо, тогда иди спать друг мой. Я здесь пробуду до утра. Произнес гибрид, вернувшись к тренировке. Поклонившись, Алекс ушел спать. Когда дверь в тренировочную комнату закрылась, Джиро продолжил тренироваться до самого утра, очищая разум, и высвобождая свою ярость. Выйдя из тренировочной комнаты, мужчина отправился в свою комнату, чтобы принять душ, и привести себя в порядок, краем глаза замечая на кухонном столе газету Ежедневного Пророка. Быстро приняв душ, и приведя себя в порядок, гибрид спустился на первый этаж, заходя на кухню, и садясь на свое место, беря газету в руки. Заголовок газеты гласил следующее:

ЕЖЕДНЕВНЫЙ ПРОРОК.МИНИСТЕРСТВО МАГИИ ОТКРЫВАЕТ ЗАКРЫТИЕ ДЕЛА АЗКАБАНА.

Сегодня состоится открытое слушание по делам Сириуса Ориона Блэка, и Беллатрисы Друэлли Лестрейндж, в девичье Блэк.

Специальный репортаж Риты Скитер.

В беспрецедентном решении, Министерство Магии подтвердило проведение открытого судебного заседания, на котором будут рассмотрены новые доказательства по делам двух самых известных узников Азкабана: Сириуса Блэка и Беллатрисы Лестрейндж.

      По информации источников в Министерстве, неизвестная сторона предоставила материалы, ставящие под сомнения обстоятельства первоначального расследования.

Наш всеми любимый Министр Магии Корнелиус Фардж, отказался раскрывать подробности своего решения, однако подтвердил, что заседание состоится сегодня в 10 часов утра, и будет открытым для представителей прессы.

Особый интерес вызывает загадочная фигура, фигурирующая в ряде внутренних документов Министерства. Согласно неподтверждённым слухам, речь может идти о человеке, который официально считался погибшим около шестнадцати лет назад.

Министерство отказалось комментировать данные сообщения.

Слегка улыбнувшись, Джиро только покачал головой, переворачивая страницу, видя новый заголовок.

АЛЬБУС ДАМБЛДОР ОТКАЗАЛСЯ ОТ КОММЕНТАРИЕВ.

Директор школы чародейства и волшебства, Альбус Персиваль Вулфрик Дамблдор, являющийся одним из наиболее влиятельных членов Визенгамота, также отказался давать комментарии относительно предстоящего процесса.

Это лишь усилило волну слухов среди волшебного сообщества: Почему Министерство решило пересмотреть дела десятилетней давности, и кто этот загадочный человек?

Прочитав этот абзац, мужчина нахмурился. —Блять. С этими подготовлениями я вообще забыл что там будет Альбус. Чёрт возьми, он явно попытается мной манипулировать, или как-то надавить на меня….Ему не выгодно если Сириус выйдет из Азкабана, и под сиворткой правды расскажет всё что было на самом деле. И я уверен что эта газета попала в руки к прячущимся Пожирателям Смерти. Ну ничего, я покажу что бывает с теми, кто связывается со мной….Главное уберечь Гарольда и его невест. Закончив читать газету, он бросил её на стол. Призвав перо и пергамент, он быстро начал писать своему сыну письмо.

Дорогой Гарольд, если ты ещё не прочитал газету, обязательно прочти её, и придумай план действий, ну а если читал, то все равно придумай, ведь сейчас этот неожиданный поворот со стороны Министерства вызовет огромный резонанс в магическом мире. Поэтому возьми своих невест, и просто старайтесь не высвечиваться, находясь у всех на виду.

И ещё, во время тренировки возле черного озера, я тоже почувствовал сигнатуру Акромантулов. Я видел по твоим глазам, что ты хотел сказать мне об этом, но не беспокойся….Как только это дерьмо закончится, мы вместе уничтожим гнездо этих гигантских пауков.

P.S С любовью, твой отец.

Сложив пергамент в двое, он призвал волка и, отдав ему письмо, решил приготовиться, так как к началу суда, оставалось три часа. А тем временем, на другом конце мира, в одной не без известной магической школы, Альбус Дамблдор читал свежий выпуск Ежедневного Пророка, анализируя сложившуюся ситуацию. —"Это плохо. Очень плохо. Если Блэк будет оправдан, вся конструкция, которую я строил столько лет, начнёт рушиться." Мыслил Великий Светлый, думая как перевернуть ситуацию в свою пользу, и не упасть лицом в драконье дерьмо. В это же время, находясь в своей комнате, Гарольд перечитывал письмо отца, находясь в глубокой прострации. Ведь слушая рассказ отца о папе и маме, а также их группе, он знал что его крестный был не виновен, из-за чего парень не знал что чувствовать. С одной стороны он был счастлив тому, что Сириус будет свободен, а с другой, он был в бешенстве от того, что тот его бросил, вместо того чтобы забрать и скрыться где-то в другой стране. Сделав пару вдохов, Гарольд написал каждой из девушек, о том что им надо встретиться, и обсудить план действий, так как он понимал, что внимания будет очень много, а один рыжий ублюдок не даст покоя. Призвав четырех волков, он всучил каждому по письму в зубы, отправив их к девушкам. Встав из-за стола, парень быстро отправился в один из пустых залов, взяв с собой газету Ежедневного Пророка. Спустя минут восемь, зеленоглазый Слизеринец пришел на место встречи. Зайдя в кабинет, он понял что пришел последним. Закрыв дверь, и наложив заглушающие чары, юноша приготовился к длительным расспросам, молясь всем богам, чтобы всё обошлось. —Любимый это правда? Министерство действительно собирается пересмотреть дела Сириуса Блэка и Беллатрисы Лестрейндж сегодня в 10 часов утра? Спросила Гермиона, внимательно смотря в глаза своему парню. —Судя по тому что пишут в газете, и тому письмо что прислал мне отец, это правда. Ответил Гарольд, сжимая в руках газету, всё ещё не понимая, что ему чувствовать, по отношению к человеку, что выбрал отомстить, вместо того чтобы позаботиться о сыне своих лучших друзей. Сделав тяжелый вздох, юный наследник начал объяснять план действий, на тот случай если кто-то из учеников полезет с расспросами, или если директор вызовет их к нему, тактично умолчав информацию о гнезде Акромантулов, чтобы не пугать своих невест. В этот самый момент, в башне Гриффиндора, в одной из спален, одна маленькая крыса, содрогнулась от неприятного ощущения страха. —"Нет, этого не может быть….Мне нужно бежать как можно дальше, и желательно скорее." Пронеслось в голове крысы, которая на самом деле была человеком по имени Питер Петтигрю. Выбравшись из чемодана, он вскарабкался на подоконник, после чего, протиснувшись в небольшую щель, начал спускаться в низ. Спустя примерно полчаса, Питер оказался на земле. Оглядевшись, он побежал в сторону Визжащей Хижины на всей скорости, намереваясь прятаться там до тех пор, пока Темный Лорд не возродиться. Министерство Магии—Зал Визенгамота-9:45 утра. До начала суда оставались считаные минуты. В зале Визенгамота царила гробовая тишина, изредка нарушаемая чьим-то шепотом. Никто не мог понять, почему Министр решил пересмотреть дела двух опасных преступников. Особенно не понимал Люциус Малфой, который ловил на себе редкие взгляды членов благородных семей, так как ситуация во время дуэли в Хогвартсе, каким-то образов оказалась в руках журналистов. И теперь семью Малфой называли лжедуэлянтами и жуликами, которые не брезгуют пользоваться грязными приемами. Сжав кулаки так, что аж костяшки пальцев побелели, он перевел свой взгляд на центр зала, где стояло два кресла с цепями. —"Возможно даже хорошо, если Беллатриса выйдет раньше…..Темный Лорд меня отблагодарит и восстановит репутацию семьи Малфоев, когда я приведу ему Беллатрису." Слегка улыбнувшись той мысли, которая пронеслась в его голове, Люциус продолжил наблюдать, заметив как в зал вошел Дамблдор, занимая свое место Верховного Чародея. По залу прокатилась волна шёпота. Многие члены Визенгамота заметили одну странность. Обычно директор Хогвартса выглядел спокойным и уверенным. Но сегодня же его взгляд слишком часто скользил к главным дверям зала. Будто он кого-то ждал. В это же время, в самом дальнем коридоре Министерства, две группы авроров сопровождали женщину в потемневшей тюремной мантии. Несмотря на годы проведенные в стенах Азкабана, её осанка оставалась прямой. Беллетриса Блэк шла молча, держа подбородок высоко поднятым. Авроры разговаривали между собой, не обращая внимания на женщину, которую они вели. А сама Беллатриса также не обращала внимания на разговоры конвоиров. Её мысли были далеко отсюда. Десять лет. Десять долгих лет Азкабана. Десять лет дементоров, холода, боли и бесконечной пустоты. Но сегодня что-то изменилось. Она почувствовала это ещё ночью. Словно старая клятва, данная очень давно, вновь начала отзываться в её темной душе, даруя тепло и некую свободу. Она знала из-за кого это, но молчала. Один из авроров внезапно остановился возле массивных дверей зала суда. —Приготовиться. Второй достал палочку. —Заключённую ввести по команде. Беллатриса только криво усмехнулась. —Как будто я собираюсь сейчас сбежать. С легкой издевкой произнесла женщина. Аврор бросил на неё мрачный взгляд. —Молчать. Она лишь рассмеялась. Хрипло. Устало. Но в этом смехе впервые за много лет не было того безумия. Только ожидание. Через несколько секунд двери распахнулись. Зал Визенгамота, 13 минут спустя. Все разговоры мгновенно стихли. Беллатриса Лестрейндж вошла в зал. Некоторые ведьмы и волшебники невольно отшатнулись. Другие начали шептаться. Люциус Малфой внимательно наблюдал за происходящим. Дамблдор тоже. Но если Люциус видел перед собой потенциальное прощение и милость от Тёмного Лорда, то Дамблдор видел проблему. Очень большую проблему. Потому что Беллатриса выглядела слишком спокойной для такой ситуации. Она позволила усадить себя в кресло обвиняемой. Цепи защёлкнулись вокруг запястий, а звенья цепей слегка звякнули. Однако её взгляд продолжал блуждать по залу.Будто она кого-то искала. Именно это заметил Дамблдор. —”Она ждёт…“ Промелькнула мысль в голове директора. —”Если она ждет его, то мне нужно что-то предпринять….Иначе все то что я строил все эти годы просто рассыплется прахом. А….Если я был не прав? Что если мы могли победить без жертв? Нет, я сделал все правильно….Я сделал то что должен был.“ В этот момент двери снова открылись. На этот раз в зал ввели Сириуса Блэка. По помещению прокатилась новая волна шёпота. Сириус выглядел значительно хуже. Худой. Измождённый. С впалыми щеками и длинными спутанными волосами. Но его серые глаза оставались живыми, не смотря на тот ад что он прожил. Они сразу нашли Беллатрису. На мгновение брат и сестра просто смотрели друг на друга. Без слов. Без эмоций. Без ненависти к друг другу. Просто смотрели. После чего Беллатриса едва заметно кивнула. И Сириус ей ответил тем же. Дамблдор почувствовал неприятный холодок, который пробежал по его спине. Это было неправильно. По всем его воспоминаниям и планам, они должны были ненавидеть друг друга. А сейчас выглядели как люди, которые понимали нечто, недоступное остальным. Две минуты спустя. Корнелиус Фардж поднялся со своего места. —Заседание Визенгамота объявляется открытым. Его голос разнёсся по всему залу. Наступила тишина. —Сегодня будут рассмотрены новые доказательства по делам Сириуса Ориона Блэка и Беллатрисы Друэллы Лестрейндж, урожденной Блэк. Некоторые члены Визенгамота нервно переглянулись. Тем временем Фардж продолжил. —Министерство признаёт возможность ошибок, допущенных во время первоначального расследования. После этих слов зал буквально взорвался шёпотом. —Ошибок? —Министерство признало свои ошибки? —Публично? Такого не происходило десятилетиями. Фардж уже собирался продолжить, когда…БАХ! Главные двери зала распахнулись сами собой. Не от удара. Не от взрыва. Они просто открылись. Будто кто-то невидимый повернул огромные замки. Мгновенно десятки авроров выхватили палочки. Люциус резко вскочил со своего места, а Нарцисса затаила дыхание. Дамблдор поднял голову, смотря в тьму коридора. А затем весь зал замер. В дверном проёме стоял высокий мужчина в чёрном плаще. Позади него находился пожилой дворецкий с папкой документов. Мужчина сделал шаг. Потом ещё один. Каблуки его сапог гулко ударили по каменному полу. По залу прокатилась волна странного давления. Не магического. А психологического. Словно в помещение вошёл человек, который совершенно не боялся никого из присутствующих. Беллатриса резко вцепилась пальцами в подлокотники, да так что костяшки её пальцев побледнели. Сириус застыл. Амелия Боунс медленно поднялась со своего места, широко раскрыв глаза . А Дамблдор почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось. Потому что он узнал его чуть раньше остальных. Черные волосы. Рубиновые глаза. Спокойное лицо. И взгляд человека, который уже принял решение. —Чёрт… Едва слышно прошептал директор Хогвартса. Весь зал услышал следующие слова одновременно. —Прошу прощения за опоздание. Спокойно произнёс Джиро. После чего посмотрел прямо на судью Визенгамота. —Надеюсь, заседание ещё не начали без главного свидетеля. И в этот момент по всему залу прокатилась такая тишина, что было слышно, как где-то в дальней части помещения упало перо секретаря. Тишина в зале Визенгамота затянулась. Никто не двигался. Даже авроры, державшие палочки наготове, будто забыли о своих обязанностях. Корнелиус Фардж несколько секунд просто смотрел на вошедшего мужчину. Затем прокашлялся. —Назовите себя для протокола. Джиро остановился в центре прохода. Его взгляд скользнул по залу. По Люциусу. По Нарциссе. По Беллатрисе. По Сириусу. И лишь в самом конце остановился на Дамблдоре. Всего на секунду. После чего он снова посмотрел на министра. —Джиро Кейджи Такахаши. По залу прокатилась новая волна шёпота. Некоторые начали перелистовать документы, ища имя, но чтобы они не делали, ничего не удавалось. Амелия Боунс лишь тяжело выдохнула. Словно получила подтверждение тому, что и так знала. Фардж заметно нервничал. Но всё же заставил себя продолжить. —Вы утверждаете, что располагаете доказательствами по обоим делам? —Не утверждаю. Спокойно ответил Джиро. —Я располагаю ими. Алекс сделал шаг вперёд и положил на стол секретаря несколько толстых папок. Восковые печати вспыхнули мягким золотым светом. По залу вновь пробежал шёпот. Фардж посмотрел на документы. Затем на Джиро. —И вы готовы предоставить их Визенгамоту? —Именно поэтому я здесь. Произнёс Джиро. —Чтобы закончить ложь, которая длится слишком долго. Несколько членов суда одобрительно закивали. Однако в этот момент раздался голос. Спокойный. Мягкий. Очень знакомый. —Прежде чем мы примем любые доказательства… Альбус Дамблдор медленно поднялся со своего места. Многие присутствующие автоматически повернулись к нему. Всё-таки перед ними стоял Верховный Чародей Визенгамота. Дамблдор сложил руки перед собой. —Я хотел бы задать господину Такахаши несколько вопросов. Беллатриса моментально нахмурилась. Сириус закатил глаза, понимая что сейчас начнутся игры. Амелия едва заметно поморщилась, как будто стояла возле драконьего навоза. Она слишком хорошо знала этот тон. Тон человека, который собирался перехватить инициативу. Фардж немого замялся. Но всё же кивнул. —Разрешается. Дамблдор посмотрел прямо на Джиро. На его лице появилась доброжелательная улыбка. Та самая улыбка, которой он пользовался десятилетиями. —Джиро, мальчик мой. Начал директор. —Прежде всего я рад видеть, что ты жив. И находишься в добром здравии. По залу прокатились тихие смешки. Никто не поверил в искренность этих слов. Даже Люциус выглядел скептически. Но Дамблдор продолжил. —Однако меня беспокоит другое. Он сделал небольшую паузу. —Ты исчез на долгие годы. Тебя считали погибшим. Затем ты внезапно появляешься в школе, во время дружеской дуэли между Гарри и Драко, затем, исчезают архивы Министерства, а спустя короткое время ты приходишь сюда с материалами, способными изменить судьбы людей. Он внимательно посмотрел на Джиро. —Почему Визенгамот должен доверять тебе? Вопрос был поставлен идеально. Не обвинение. Не нападение. Но удар всё равно был нанесён. Некоторые члены суда задумались. Другие начали переглядываться. Дамблдор почувствовал, что получает внимание зала. А потому продолжил. —Мы все стремимся к справедливости. Но справедливость требует проверки. Требует осторожности. Требует уверенности в том, что нами не пытаются манипулировать. Теперь в зале стало совсем тихо. Все ждали ответа. Джиро несколько секунд молчал. А потом неожиданно улыбнулся. Не зло. Не насмешливо. Скорее устало. —Интересный вопрос. Сказал он. —Особенно от человека, который последние десять лет просил весь магический мир доверять ему на слово. По залу словно прошла ударная волна. Кто-то поперхнулся. Кто-то резко поднял голову. Даже Фардж нервно заёрзал на месте. Улыбка на лице Дамблдора не исчезла. Но стала заметно натянутее. —Вы спрашиваете, почему мне должны верить? Он сделал шаг вперёд. —Не должны. Весь зал Визенгамота удивлённо замер. —Не верьте мне. Не верьте Беллатрисе. Не верьте Сириусу. Не верьте Министерству. Он указал на папки. —Верьте фактам. Верьте воспоминаниям. Верьте свидетельствам. Верьте документам. Если хоть одно доказательство окажется подделкой, я лично покину этот зал и больше никогда не вмешаюсь в дела Британии. Теперь уже никто не шептался. Даже Дамблдор внимательно смотрел на него. А Джиро тем временем закончил. —Но если доказательства окажутся настоящими… Его рубиновые глаза встретились с голубыми глазами директора. —Тогда некоторым людям придётся ответить на очень неприятные вопросы. На этот раз молчание оказалось ещё тяжелее. И впервые за всё заседание, Альбус Дамблдор почувствовал, что внимание Визенгамота начало смещаться не в его сторону. А это означало лишь одно. Первый ход в их партии уже был сделан. И на этот раз доска действительно больше не принадлежала ему. После слов Джиро в зале повисла тишина, в которой даже пергаменты перестали шелестеть. Фардж несколько раз перевёл взгляд с Дамблдора на стол с доказательствами, затем резко ударил молотком. —Суд Визенгамота продолжает рассмотрение дел Сириуса Блэка и Беллатрисы Лестрейндж. Авроры напряглись. В зале восстановили порядок, но напряжение уже невозможно было скрыть. Первой начали с Беллатрисы. Алекс шагнул вперёд и открыл одну из папок. —Показания сотрудников Азкабана. Зафиксированные магические журналы перемещения. А также воспоминания под веритасерумом трёх авроров, конвоировавших заключённую. Он положил омут памяти в центр. Воспоминание вспыхнуло в воздухе серебристыми нитями. Беллатриса, десятилетия назад, не в своей камере. Не в цепях. А в комнате допроса Министерства, где её допрашивали о событиях в доме Лонгботтомов. Но ключевым событием было не это. А момент, когда в воспоминании мелькнула тень, Питер Петтигрю, стоящий за спинами авроров и корректирующий протоколы. Зал взорвался шумом. —Это фальсификация! —Это невозможно! —Петтигрю мёртв! Сириус резко поднялся. —Я ЗНАЛ! Я ГОВОРИЛ ВАМ ЧТО ПИТЕР ЖИВ!!!! Его голос сорвался, но его тут же удержали магические цепи кресла. Беллатриса, наоборот, впервые за всё заседание тихо рассмеялась. —Вот значит как…Крыса всё это время была рядом. Дамблдор оставался неподвижным. Но пальцы, сложенные перед собой, едва заметно напряглись. Фардж побледнел. —Продолжайте… Теперь очередь дошла до Сириуса. Воспоминания показывали другое: ночной патруль, подмену документов, и ключевой момент, отсутствующий свидетель, которого никогда не искали. А что ещё было шокирующим, так это имя, которое вспыхнуло на документах: Питер Петтигрю. Зал шокировано ахнул, не веря в увиденное. Амелия Боунс медленно закрыла глаза. —Это объясняет слишком многое. Даже Дамблдор впервые не сразу ответил. —Свидетельство сомнительное…если Петтигрю жив, его необходимо найти, и допросить. И в этот момент Джиро сделал небольшой шаг вперёд. —Не нужно его искать. Он посмотрел прямо в центр зала. —Ведь он уже здесь. Тишина, которая наступила в тот момент, когда последние слова покинули уста Джиро, стала слишком Фардж резко повернулся. —Что вы сказали? Рубиновые глаза Джиро слегка сузились. —Я сказал…он уже в здесь. А затем он медленно поднял руку. —Просто он ещё не понял, что я его чувствую. Сириус застыл, подняв взгляд на своего друга. Беллатриса резко подняла голову, смотря на своего возлюбленного. Даже Дамблдор наконец изменился в лице. —Ты не можешь… Но он не успел закончить. Воздух в центре зала Визенгамота дрогнул. Не как при аппарации. Глубже. Словно сама реальность была схвачена за ткань и резко потянута вниз. Авроры мгновенно подняли палочки. —ЩИТЫ! Но было поздно. В пространстве появился разлом, тонкая вертикальная линия тьмы. И из неё вывалилось нечто. Человек. Низкий. Бледный. Трясущийся. —Н-нет…нет…НЕТ! Питер Петтигрю упал на каменный пол прямо между креслами суда. Палочки направлены на него были со всех сторон мгновенно. —ПИТЕР!!!! Сириус сорвался вперёд, но цепи удержали его, срывая с губ хриплый крик. Беллатриса медленно встала. —Вот ты где крыса… Её голос был тихим. Почти ласковым. Питер пытался отползти. —Я…я не…я не виноват…меня заставили… Но Джиро уже стоял перед ним. Спокойно. Как человек, который пришёл не на суд. А на его завершение. —Десять лет ты жил чужой жизнью, и прятался по горам . Тихо сказал он. —Хватит. Пальцы его слегка сжались. И на запястьях Петтигрю вспыхнули рунические печати. —Свидетель под принудительным магическим удержанием. Произнёс Алекс, мгновенно фиксируя чары. Фардж потерял голос. —Как…как он здесь оказался?! Джиро не отводил взгляда от Питера. —Я забрал его из места, где он прятался. Он сделал небольшую паузу. —Он слишком громко думал. Дамблдор резко шагнул вперёд. —Это превышение полномочий! Но впервые его голос не имел прежнего веса. Потому что все смотрели не на него. А на крысу, которая начала говорить правду. Под веритасерумом Питер Петтигрю сломался быстро. Он подтвердил:Нападение на маглов и побег. Предательство Поттеров. Фальсификацию следствия. И то, что Сириус Блэк не предавал друзей. Каждое слово падало в зал как камень. Люциус Малфой побледнел, понимая что если он продолжит, то семья Малфоев исчезнет с лица магического мира. Нарцисса закрыла глаза. Дамблдор стоял неподвижно. И только когда Питер закончил, тишина стала абсолютной. Фардж медленно поднялся. —Суд…признаёт… Он сглотнул. —Сириуса Блэка невиновным. И постановляет…пересмотр дела Беллатрисы Лестрейндж с немедленным снятием обвинений по части подлога доказательств. Он ударил молотком по столу Суд был завершён. Зал начал пустеть. Сириуса освободили от цепей. Он стоял неподвижно несколько секунд, будто не веря. Затем посмотрел на Беллатрису. —Мы…живы? Не веря спросил он. Она усмехнулась. —Похоже на то. И впервые за долгие годы они оба сделали шаг друг к другу. Не как враги. А как выжившие. Дамблдор наблюдал за этим молча. Затем перевёл взгляд на Джиро. —Ты изменил слишком многое за один день. Спокойно сказал он. —Это всегда имеет последствия. Джиро слегка наклонил голову. —Я знаю. Именно поэтому я сделал это сейчас. Он повернулся к центру зала, где всё ещё стоял Петтигрю. —Потому что теперь у вас нет времени переписать реальность. Он сделал жест. И пространство снова дрогнуло. Питер Петтигрю исчез. Растворился в черном пламени. Секунду длилось молчание, после чего, Алекс тихо произнёс. —Все документы переданы Визенгамоту. Процедура пересмотра будет глобальной. Джиро только кивнул. И только тогда посмотрел на Дамблдора. —Теперь ход за вами. Проговорил мужчина и, взяв Сириуса с Беллой за руки, переместился в поместье, в их временные комнаты, готовясь к тому, что скоро наступит хаос, который не предвещает ничего подобного. Оставив кузенов, гибрид оправился в свой кабинет, чтобы заняться документами, и напиться, чувствуя острую боль в районе груди, от того, что он уж очень сильно изменил вектор событий.