same garden, different flowers

      Карен была в предвкушении стать старшей сестрой.       Она очень сильно любила говорить с малышом, который чудесным образом оказался внутри мамы. Она была в настоящем восторге каждый раз, когда она клала ладонь на живот мамы, а затем ею же чувствовала нежные толчки малыша.       Пятилетняя Карен Трумэн всё воображала себе, как будет играть со своим младшим братом или сестрёнкой. Глубоко в душе Карен очень хотела сестрёнку: все мальчишки были неопрятными, невоспитанными и шумными. С сестрёнкой будет куда веселей: Карен могла бы её наряжать, как свою любимую куколку, петь песни, купаться в озере. Они бы стали самыми лучшими подружками.       Карен прекрасно помнила тот день, когда впервые встретила ребёнка.       Отец нежно и с гордостью в глазах повёл её в детскую. Мама стояла над кроваткой и ярко искрилась, на лице красовалась счастливая улыбка. Карен слышала необычные звуки, доносившиеся из кроватки.       — Привет, солнышко, — нежно сказала мама, обняв свою дочь. Карен очень сильно скучала по маме, поскольку они несколько дней уже не виделись. Мама, по словам папы, была в больнице, пока врачи помогали малышу появиться на свет. — Хочешь познакомиться со своей сестрёнкой? — предложила мама, а Карен счастливо улыбнулась. Ура, у неё появилась сестрёнка! Как она и хотела. Карен лихорадочно кивнула головой несколько раз. Папа позади неё только беззаботно посмеялся, взял старшую дочь под мышки и поднял её, чтобы она смогла посмотреть всё внутри кроватки.       В люльке лежал младенец, завернутый в нежно-зелёное одеяло. Карен казалось, что сестрёнка выглядела странно: она вся была сморщенная и крошечная. Выглядела она, как изюм.       — Это твоя младшая сестра, Маргарет, — сказал отец. — Хочешь её на ручках поддержать? — предложил он, Карен удивилась подобному предложению, но кивнула. Папа усадил её на кресло-качалку, а мама осторожно взяла младенца на руки.       — Будь аккуратней с ней, Карен. Она всё ещё очень маленькая и хрупкая, — ласково предупредила её мать, а затем неспеша передала малышку Карен в руки, показывая, как именно следует её держать.       Карен всё не спускала глаз со своей сестрёнки. Она была такая маленькая и тёплая, почти как куколка. Родители с огромной радостью в глазах наблюдали за своими юными дочерями.       — Привет, — поздоровалась Карен, малютка обернулась к ней. — Я Карен, твоя сестра. Скажи: «Привет!», — потребовала Карен, но Маргарет только открывала и закрывала рот, да хлопала глазками. — Надо всегда в ответ говорить: «Привет!», это же невежливо.       — Карен, милая, она ещё не может говорить, — ласково объяснил ей отец, приобняв маму.       — Ладно. Нам будет с тобой так весело, будем весь день играть, Мар-га-рет, — неспешно Карен произнесла это новое имя, пытаясь его запомнить, хоть оно и было длинным и трудным. Карен искренне улыбнулась сестричке, представляя себе их будущие игры.       Затем Маргарет нахмурилась и заплакала на руках у своей старшей сестры.       Карен сильно испугалась и скривила лицо от такого пронзительного крика. Мама быстро подошла и забрала младенца, укачивая её на руках.       Если ещё совсем недавно Карен радовалась появлению сестрёнки, то спустя пару дней она начала задаваться вопросом, зачем им нужна Маргарет.       Как объяснили ей родители, малютка ещё пока не могла с ней играть, а только через несколько месяцев, когда уже научится ходить и говорить. Это же целая вечность! А пока Маргарет могла только есть, спать или кричать на весь дом. Постоянные крики, особенно посреди ночи раздражали Карен. Ей также не нравилось, как родители постоянно уделяли малышке всё своё внимание, практически забыв о Карен.       — Милая, просто Маргарет ещё совсем маленькая, она не может ещё о себе позаботиться, в отличие от тебя. Ты же у нас с мамой большая умница, — объяснил ей папа, когда Карен спросила, почему мама не сможет с ней сейчас поиграть в дочки-матери. Та лишь ответила, что Маргарет нужно сейчас покормить и вежливо попросила дочь пойти с папой поиграть. — А твоей сестрёнке сейчас очень нужны мама и папа. Но мы по-прежнему тебя любим, родная.       — Зачем нам нужна сестрёнка, папа? — серьёзно спросила Карен. Она в самом деле не понимала, раз от младенца никакого толку.       — Как зачем? Чтобы нам всем было веселей вчетвером. Чтобы у тебя появилась подружка, с которой можно будет каждый день играть, — с улыбкой на лице объяснил папа, но Карен только озадаченно на него посмотрела. Всё равно это не имело смысла. Она же сейчас не может делать ничего, почему нельзя было её забрать попозже, когда она уже может с Карен играть? — Просто наберись терпения, родная. Потом вы непременно будете не разлей вода. Я знаю, что она тебя очень сильно любит, — сказал папа. А Карен вот её не любит. А за что? Она же только мешает. — И я знаю, что ты её тоже очень сильно любишь. Просто пока ещё это не понимаешь ещё, — так уверенно добавил папа, но Карен сама прекрасно знала, что это неправда.       Каждый раз, когда родители предлагали вновь поддержать сестрёнку на руки, Карен отказывалась. Однако мама и папа всё равно настаивали, поэтому Карен нехотя принимала в руки такую крикливую девочку. Смотря в эти глаза-бусинки, Карен не понимала двух вещей: почему родители её так любят и почему она сама забывает про свою ненависть к ней? Что в ней было такого особенного?       Шли месяца, маленькая Маргарет (которую родители, да и сама Карен начали называть просто Мардж) начала проявлять свой характер. Бесконечный плач сменился непонятным детским лепетом, а как только Мардж научилась ходить, то стала таким быстрым ураганчиком, что практически невозможно было угнаться за ней. Родители как-то раз упомянули, что Карен в её возрасте была более спокойной. Тем не менее, младшая Трумэн дарила всю свою безграничную любовь своим родителям и окружающим.       И, конечно же, не обделяла и любовью свою обожаемую старшую сестру.       Мардж обожала к ней подходить на своих маленьких, шатких ножках и обнимать своими крошечными ручками. И то, как она радостно произносила: «Карен!». Слово было это довольно сложное для годовалого ребёнка, и потому это больше звучало, как «Калэ!».       И от этого на душе у Карен становилось так тепло.       Хоть поначалу она слегка недолюбливала свою сестру и не понимала смысл её существования в доме, эти мысли вскоре улетучивались. С Мардж в самом деле было довольно весело проводить время, однако Карен так или иначе говорила Мардж не брать игрушки себе в рот и не слюнявить их. Карен не чувствовала себя такой одинокой, как до рождения Мардж. Она не часто общалась с соседскими ребятишками.       Родители только с радостью в глазах наблюдали за своими прекрасными и замечательными девочками и за их интересными играми. Каждый раз они спокойно подходили к Карен и напоминали ей, что, как старшая сестра, она была обязана внимательно следить за Мардж, убедиться, что она не пораниться и не проглотил то, чего не стоит.       «Ты у нас девочка большая, Карен, поэтому ты должна пообещать, что будешь присматривать за Мардж. Быть старшей сестрой — это не только вместе играть. Это ещё и большая ответственность. Ты должна убедиться, что с ней всё будет хорошо. Как и мы с твоим папой должны быть уверены, что с вами обеими всё в порядке. Обещаешь, что справишься с этой задачей?»       Это была тяжелая ноша для шестилетней девочки, но Карен возражать не стала.       Поскольку, действительно, полюбила свою сестрёнку. Эту круглолицую малышку со светлыми волосами, завязанными в два хвостика, и озорными голубыми глазами. Да, она была шумной и немного хулиганкой. Но с Мардж жизнь стала радостной, и Карен не была так одинока.       Карен просто не могла дождаться, когда Мардж подрастёт и они вместе смогут начать исследовать невиданные земли их славного городка Дерри.