Точка замерзания крови

"Шел 2092 год. Всё, что важно человеку, было уничтожено. Нормальных условий для выживания цивилизации не осталось. Наступило ужасное. То, чего боялось всё население земного шара, — война. Но не простая, а ядерная. Лишь малая часть населения осталась в живых, и лишь благодаря воплощениям городов. Лично я благодарен Александру за всё, но его действия в последний момент стали невыносимы. Я хотел отправиться в Москву за подмогой, за тем, про кого говорил Саша, но я не смогу. Я лишь на несколько метров отошёл от города и… Боже, какой я тупица, что отправился ночью! Теперь эти твари ищут меня. Я спрятался здесь, в сыром, тёмном подвале, когда-то нужном для промысла… или химической херни, я понятия не имею. Но эти существа везде! Когда-то животные (и возможно люди), мутировавшие в это, теперь нападают на всё живое! Я знаю, что мне осталось немного. Одна из тварей уже здесь. Это моё прощальное письмо. Вдруг кто найдёт его и поймёт, что нужно делать. А нужно отправляться в Москву за помощью! И найти —"

— И на этом записка обрывается. Парень в противогазе и специальной, утеплённой, военной форме, по погонам видно, что он младший лейтенант. Автомат держался за спиной, а он сам стоял посреди подвального помещения. Держа в руках записку из самого обычного тетрадного листа, заляпанного кровью и тёмными пятнами, похожими на нефть. Сложив листок и убрав во внутренний карман верхней одежды, солдат обернулся, рассматривая помещение. Комната была заполнена крупными деревянными коробами. Их покрывал слой пыли и всё тех же пятен крови и "нефти", как и на листке. Металлический стол стоял рядом, откуда и взяли совсем недавно бумагу. Возле двери в помещение была особенно большая лужа чёрной жидкости, а где-то сбоку лежал нож, испачканный ею же. Возможно, несколько месяцев здесь была бойня между тварью и автором записи, и мы не узнаем, где тот человек: сбежал или остался в этом лесу навечно? Дозиметр — важная вещь, нужная каждому военному, который решил пошастать за пределами безопасной территории. Сейчас же он слегка потрескивал и показывал минимальную дозу облучения. Можно снять противогазы, ведь всё нормально, но нет — это запрет главнокомандующего, а его ослушаться как-никак нельзя. Температура была низкая, очень низкая, что пробирала до костей, несмотря даже на то, во что ты одет. Где-то сзади послышался треск, будто раздавили ветку. Военный напрягся, резко обернувшись, но заметил лишь своего напарника, который тронул один из ближайших коробов, стирая пыль и портя перчатки кровью. Его погоны показывали его звание — старший лейтенант. — Крылов, уходить надо, а то нас наше же начальство здесь же и закопает за задержку, — послышалось от второго. — Тем более нам никто и не разрешал сюда заходить. А из-за твоего любопытства мы нарушили устав. — Понял, принял, идём, — младший кивнул и двинулся к выходу, переступая пятна на полу. Шёл к лестнице. Военные вышли и направились к городу. Их окружали устрашающие, тёмные стволы уже давно неживых деревьев. Многие из древесных растений были повалены, а на крепко стоящих на земле были отметены — словно когтистая лапа провела по древесине и оставила глубокий след. Всё пространство покрывал густой туман. Тёмные мелкие сгустки витали в воздухе. Где-то неподалёку были слышны душераздирающие крики, похожие на человечьи. Но их издавали как раз те самые твари, которые желают найти себе пищу. Парни, услышав это, ускорились. Впереди виднелась огромных размеров сфера голубоватого оттенка. Пройдя несколько метров, можно было разглядеть ближайшие здания города. Туман рассеивался по мере приближения. — Сейчас главное не встретить его, а то… — подойдя к "воротам" града, недоговорил младший. Данные "ворота" представляли собой механическую дверь, покрытую теми же неизвестными веществами, из которых была представлена сфера. Над дверью была видна камера. Как парни попали под видение техники, механизм заработал, и дверь открылась, пропуская людей. — Это да, — старший первым вошёл и огляделся, обернувшись на напарника, кивнул ему. — Никого. Младший кивнул и прошёл, сразу идя в сторону полигона, но остановился, услышав позади совершенно знакомый, уверенный и громкий голос главнокомандующего. — Крылов и Петров, ну-ка остановились. — Оба повернулись к нему. — Доложите мне, где вы были и почему нарушили устав? Главнокомандующий представлял собой высокого, статного человека. Именно он следил за всеми делами в городе, но особенно хорошо готовил армию для своего города. Этим человеком являлся Александр Романов. Парень, на вид около 25 лет. Брюнет, с редкими белоснежными прядями, слегка кудрявый. Глаза его были цвета тумана, что окружал город. Шрамы на лице выделялись на бледной коже. *** Романов резко проснулся. Тревожность нарастала неизвестно по каким причинам. Это ведь всего лишь сон, так почему же такой реалистичный? Он был в своей квартире в Петербурге. Появился сильный страх, а вдруг это не сон, а реальность? Присел, а после поднялся с постели и подошёл к окну, отдернул занавесь и уставился на улицу. Всё как и прежде: пасмурное небо, никакого тумана, торопливые люди, машины — никакого намёка на ядерную атаку. Всё было хорошо. Тревога утихла, и с облегчением выдохнул. Михаил, который прибыл в город к любимому ещё вчера, оказался достаточно быстро позади Саши и положил руки ему на плечи. — Что случилось, заря моя? — прошептал он почти над ухом, на что брюнет вздрогнул и резко обернулся, смотря на Мишу. — Ничего. Просто… — его прервали, не дав договорить. — Опять "странные" сны? — В ответ получил лишь кивок. — Ясно… Не беспокойся, Саш, этого никогда не произойдёт. — Обнял, опустив голову. — Пока я с ума не сойду. — Без этого твоего пожалуйста. Ты не сойдёшь с ума, пока я рядом с тобой. Я не допущу этого, — Саша поднял руку и положил на щеку Миши, приглаживая большим пальцем. — Всё будет хорошо… Они считали так, но всё настолько несправедливо, что их надежды рушились с каждым годом. И будущая жизнь каждого воплощения будет полна лишь ненависти, жестокости и боли.