О праздниках, буднях и мрачных предсказаниях

      Испытание Уран начал без всякой спешки, так, как его учили действовать, используя сверхъестественные способности. Спешка, волнение – всё это истончало завесу лишь чуть хуже жадного впитывания силы.       Уран смотрел прямо перед собой в одну точку, погрузившись в нечто похожее на транс. Раньше Уран пугал близких, но со временем на него, спящего с открытыми глазами, обращали все меньше внимания.       Уран отправил свой дух на поиски Баяра, ориентируясь по цвету ауры. Обычные люди казались серыми тенями, Ангелы Смерти – жидким металлом, астропаты транслировали Его слепящий свет, навигаторы же представлялись Урану сгустком сиреневых и фиолетовых оттенков, спрутами, морскими чудовищами.       И только Баяр казался загадкой. Его аура не была постоянной, и это говорило о том, что Баяр чувствует колдовской взгляд, знает о любой мысли, с ним связанной, путает наблюдателя. В один момент Уран мог встретить в астральном странствии клубящуюся тьму, на следующий день вихрь цветов, вспышки бенгальского огня. Во время испытания он не нашёл следов Баяра вообще.       Уран покинул каюту и отправился прогуляться, сунув руки в карманы. Случалось так, что он проваливался в сон с открытыми глазами и на ходу, а потом приходил в себя в местах, где ему точно не разрешено находиться, вроде хранилища боеприпасов или ангара с летательной техникой. Когда подобное происходило, посторонние люди начинали замечать его только тогда, когда он и сам начинал себя замечать.       Уран и на этот раз потерял бдительность, а потом вдруг обнаружил себя перед пламенным сердцем "Баллады" внутри отсека с реактором.       Восемь столбов силовой установки удерживали ярость звезды внутри магнитной ловушки на высоте десятка метров над поверхностью. Вокруг сгустка пульсирующей энергии проносились металлические дуги своеобразного ротора, и могло показаться, что гигантская конструкция просто не может не упасть, однако так всё и происходило. Охлаждающие контуры парили, едва справляясь с тем, чтобы уберечь корабль от расплавления.       Уран сделал шаг назад, подавленный мощью громадного устройства, провалился в тень и вдруг оказался уже в ином месте, в трюме, среди высоких контейнеров с припасами. Из хорошо освещённого помещения мальчик попал в кромешную тьму. В этом отсеке не так уж часто бывали люди, всё больше сервиторы и сервочерепа.       Уран услышал стук – шаги кого-то большого и металлического. Уран предположил, что сервиторы настроены гонять и ловить паразитов по тепловому следу, поэтому он спрятался за ближайшим контейнером, выглядывал из-за угла и воздействовал на собственное тело, замедляя, даже прекращая его работу, охлаждая его. Биомантия давалась Урану проще иных дисциплин.       Появившееся создание ничуть не напоминало сервитора. Прочная чешуя, рогатая голова, пылающий взор и длинный слюнявый язык, вывалившийся из пасти. Тварь с шумом втянула воздух, а потом направилась прямо к Урану.       Сердце провалилось в пятки. Уран стиснул зубы и сжал ладони в кулаки. Наставники говорили, что страх питает демонов, делает их сильнее, но как уж тут не бояться? Нужно сражаться с чудовищами постоянно, из раза в раз, на протяжении десятков лет, чтобы привыкнуть к стылому ужасу, который сопровождал каждое их появление.       И всё же, чувствуя головокружение и нарастающую слабость, Уран нашёл в себе силы выскочить из укрытия и пропищать:       – Прочь! Тебя нет! Ты… ты не существуешь!       Жадные, кровью налитые глаза сосредоточились на жертве. Чудище облизнуло безгубый рот, развело лапы в стороны и выпустило длинные когти. Хватит и одного взмаха…       Мысль о том, что это уже не испытание, что всё происходит на самом деле, стучала в виски, и Уран не сдержался. Он протянул руку к демону и представил, как чёрная кровь закипает у того в жилах.       Чудище остановилось, затряслось, из пасти потянулся дым, а потом… потом оно расхохоталось.       Уран очнулся в каюте, где жил с братом и отцом. Его била дрожь. Рядом отец, мать, и… Баяр.       – Сынок! – Сера подняла Урана с кровати и крепко обняла. – О, Омниссия! Какой же ты холодный!       – Он прошёл испытание? – спросил господин ван Дейк.       – Более чем, – отозвался Баяр. – Было достаточно хотя бы выдержать мой взгляд, а ваш сын оказался куда искуснее.       Мальчик посмотрел на Баяра, будто бы того не окружала зловещая аура, а на лице нет никакой повязки. Уран видел всё как есть.       – Ты расскажешь, кто тебя учил, – проговорил Баяр. – Но потом. А сейчас мне бы хотелось узнать, что ещё ты умеешь.       Позднее, когда Баяр привёл мальчика к промышленному горну в мастерской бронников, он получил следующее пророчество, произнесённое в беспамятстве:       "След праха за песней, а впереди ничего кроме костей. Кровь сочится из каждой щели, и нет спасения тому, кто вечно в пути".       Баяр чувствовал опасность почти каждое мгновение своей жизни, на какой бы стороне ни находились его враги. Но настолько яркие образы не посещали его.       Однако к духам очагов и пламени не стоило относиться легкомысленно. Это чистая стихия, и она никогда не лгала.