Цена выбора: Гарри Поттер и Проклятое дитя (The Price of Choice: Harry Potter and the Cursed Child.)

Альбус Поттер сидел на краю своей кровати. Тусклый свет лунной лампы мягко ложился на его лицо. Усталость и переживания скрывались в глубине его глаз. Спальня Слизерина, казалась одновременно величественной и загадочной. Полупрозрачные змеиные гравировки ползли, извивались по стенам, словно живые стражи древнего магического заговора. Гарри Поттер медленно вошёл в комнату, неся на себе тяжесть недавних событий, которые всё ещё не отпускали его. — Можно? Альбус кивнул, стараясь не выдать волнения. Быстро поправил подушку за спиной, незаметно сунув под неё таинственное письмо. — Я… э-э… мне, пожалуй, лучше выйти, — неловко сказал Скорпиус, уже поднимаясь с места. — Вернусь через минуту. Он бросил быстрый взгляд на Альбуса, словно извиняясь, и поспешно направился к выходу. Гарри улыбнулся. — Хорошая комната, — сказал он, сев рядом с Альбусом. — Да… Говорят зелёный цвет должен успокаивать. — тихо ответил Альбус. — Комнаты у Гриффиндора, конечно, классные, но этот красный… — он поморщился, — всё время на взводе ходишь. Не то чтобы я против, просто… Иногда от него в глазах рябит, честное слово. Лампа над кроватью мягко засияла. — Можешь объяснить, почему вы это сделали? — Я думал, что смогу… мы сможем изменить что-то, — Альбус сжал пальцами покрывало. — Ведь Седрик… это несправедливо. Гарри помнил всё: каждое движение, каждый миг Турнира. Его взгляд скользнул по спальне. Книги на полках, хранящие воспоминания Слизерина, тихо перешептывались. «Истории Трёх Турниров» раскрылась. Дата смерти Седрика была обведена тонкой линией чернил, как свежий шрам на старой ране. — Конечно, несправедливо, Альбус… — Гарри замолчал. — Думаешь, я этого не понимаю? Он поднял взгляд. — Я был там. Я видел, как он умирал. Гарри резко отвернулся. — Но решиться на такое… рискнуть всем… — голос сорвался. — Некоторые поступки звучат эхом всю жизнь. Он обернулся. — А ваш поступок… Это было безответственно. И опасно. Вы могли уничтожить всё. Ты это понимаешь? Все! — Понимаю… уже понимаю. — Альбус опустил голову. — Я тоже ошибался, — сказал Гарри уже тише. — Когда позволил страху решить за меня… Когда думал, что Скорпиус — сын Волан-де-Морта… Он вовсе не был тем тёмным облаком. — Да ладно! Не может быть! Водоросли на каменном гобелене заколыхались бурными волнами. — Я не хочу больше следить за тобой… Но ты действительно напугал нас. — Напугал тебя? Я думал, Гарри Поттер ничего не боится… — Так вот что ты обо мне думаешь? — Гарри улыбнулся. Альбус внимательно смотрел на отца, пытаясь понять, что на самом деле происходит в его сердце. Гарри встал, слегка похлопал Альбуса по плечу и направился к двери. — Если снова решишь «спасать мир», — Гарри на мгновение задержался. Обернулся. — хотя бы предупреди. Гарри вышел, и дверь за ним закрылась почти бесшумно. Альбус остался сидеть, глядя на тусклый круг света на каменном полу. Слова отца всё ещё звучали где-то внутри. Он медленно вытащил письмо. Чернила стали темнее камня под его ногами. Он резко разорвал пергамент и спрятал обрывки обратно под подушку.