Часть 8
18 марта 2026 г., 08:18
Гоблинам было глубоко плевать на Тёмного Лорда и его хотелки. Они отказались открыть ему сейф Лестрейнджев, и всё равно, что чаша принадлежит ему. По сути сами Лестрейнджи — его слуги, да и пребывают они сейчас в Азкабане. Но их сейфы закрыты и откроются только владельцам.
На замечания о том, что вообще-то все трое приговорены к пожизненному сроку, коротышка лишь оскалился. Ясненько. Гоблины планируют прибрать всё к рукам. Но попытаться Том должен был — а вдруг сработало бы.
Может, как Грейнджер, проникнуть в сейф? Добыть волос и принять оборотное зелье? Нет, не самому, а вон Крауча заставить. Становиться женщиной Том категорически не хотел. Барти не привыкать к перевоплощениям. Хотя нет. Все знают, что Белла в тюрьме. Гоблины сразу поймут, что это подстава.
Выхода нет. Придётся штурмовать Азкабан. И если раньше это казалось лёгким делом, то после разговора с Краучем — нет.
— Это только в фильме всё было легко, — сокрушался Том. — Да ещё и эти высасывающие душу…
Гонт не хотел встречаться с дементорами. Он с десяток раз пробовал вызвать Патронус, но безрезультатно. Либо что-то с заклинанием не то, либо всё дело в нём.
Дементоры не любили огонь. Только не простой пшик, а пожарище. Ещё и, не дай Мерлин, вместо спасения сожжёт тюрьму вместе со всеми узниками. Рисковано.
Кроме тварючек, коридоры патрулировали охранники.
— У охранников есть специальный артефакт, он отгоняет дементоров, — заявлял Барти. — Я видел его собственными глазами. Серебряный круг.
— Он лишь один?
— Да. Начальник охраны держит его всегда при себе. Иногда бывали случаи, что охрана ловила мух, и на них нападали дементоры. Обычно они питаются от узников, но бывает и такое.
— А что с обычными людьми?
Барти рассказал всё что мог о смене охраны. Начертил схему тюрьмы по памяти — те места, где ему приходилось бывать.
— Пожирателей держат на самых нижних этажах. Там условия самые суровые. Постоянная сырость. Холод. И крысы. Если голод невыносим, то крысиное мясо кажется деликатесом.
Том мысленно скривился. Он бывал в тюрьмах в своём мире. Работа обязывала. И знал, что там не всё так радужно, как на картинке. Здесь ситуация повторялась.
— На остров нельзя аппарировать. Узники и остальные прибывают на лодках, — тем временем продолжал Барти. — Еду и другие вещи тоже доставляют лодками.
Гонт про себя размышлял. Он понимал, что им двоим не прорваться в Азкабан. Нет, может, попасть они смогут и даже спасут кого-то, но не в этом состояла цель. Раз взялся спасать, то нужно делать это с пользой для общего плана. Пожиратели просто не поймут, если они вытащат только кого-то из Лестрейнджей.
Крауч давно уже ушёл, а Том так и остался ломать голову над проблемой.
— Нужна ударная сила, — пришёл он к выводу. — Те, кто сможет оттянуть на себя внимание охраны. И желательно такие, кого не жалко потерять.
Одна мысль сменяла другую, а ответа так и не было. Минуты сложились в часы, и неожиданно настал вечер. Спина и всё тело затекли от долгого сидения. Голова готова была расколоться на части. И живот предательски урчал, напоминая о том, что маг пропустил обед.
— Вот собака, — выругался Том, разминая конечности. — Собака, — осенило неожиданно его. — Здесь же есть оборотни. Их можно без жалости использовать для тарана. И если постараться, то удастся преподнести ситуацию так, что оборотни по собственной воле напали на Азкабан — освобождали своих товарищей.
В суматохе никто не заметит, как исчезнет один или двое пожирателей. А если ещё подбросить на их места изуродованные тела, то вообще хорошо получится. Сомнительно, что их досконально станут проверять.
Том в предвкушении потёр руки. Завтра он озадачит Крауча поисками Сивого. Найдя, Том сам поговорит с ним и решит, можно ли иметь с тем дело или не стоит. С телами проблем тоже не будет. Магия полезна в ограблении морга.
Свою легализацию в магическом мире было решено задержать. Кто-то может связать появление Томаса Гонта и нападение на тюрьму. Многим известно, что Том называл себя наследником Салазара. А Гонты — потомки этого древнего рода. Да и Дамблдор начнёт догадываться. Он-то знает, кем являлась мать его ученика.
Ещё мужчина думал о своих гостях и всё сильнее склонялся к мыслям обвесить Делакур клятвами и отправить во Францию. Он же не сможет вечно держать девицу здесь. Да и в последнее время Тома стали напрягать её взгляды. В них было что-то такое, что заставляло насторожиться. В голове так и била в колокола тревога, говоря о том, что мужчину что-то подстерегает.
С Поттером тоже нужно решать. Пацан не может остаться неучем. Было бы хорошо отправить его в другую страну, подальше от Англии. И вообще, Хогвартс — не единственная школа магии. Вот удалось бы договориться с Каркаровым и тайно переправить Поттера в Дурмстранг… Под другим именем и слегка поработав над внешностью. И, конечно, обвесить мальчишку клятвами. Если захочет жить, то согласится.
Гонт вообще не понимал, почему эта гениальная идея не пришла бывшему хозяину тела. Куда проще было бы принудить Лили Поттер дать ему клятву о ненападении. Она поклянётся, что не посмеет причинить вред Тёмному Лорду и всячески от этого удержит сына.
Мать перед страхом за жизнь сына на многое согласится. А после клятвы её можно было отправить подальше из Англии. Даже к магглам. И приставить эльфа тайно наблюдать. Один такой нехитрый ход избавил бы его от кучи проблем, и вот один ребёнок пророчества выведен из игры.
— Всё же Волан-де-Морт отличался недалёкостью ума, — сокрушался Том. — Он тупил, а последствия разгребать мне.
***
Мужчина не без интереса рассматривал оборотня. В книгах столько всего говорилось о Сивом… Ему приписывали кучу пороков. Начиная от того, что тот покусал Ремуса Люпина, и заканчивая тем, что он — исчадие ада. За его голову давали награду. Сейчас перед Томом сидел мужчина лет сорока-пятидесяти. Высокий. Широкоплечий. И во внешности прямо выделялась недюжинная физическая сила. Он так и поигрывал мышцами. Массивная тушка. Загорелая кожа. И глаза… Золотые глаза без зрачков выдавали в нём нечеловеческую природу. В остальном же он походил на простого человека. Качок — так бы сказали в его бывшем мире. Оба собеседника наблюдали друг за другом. И чем больше видел Том, тем больше убеждался, что и здесь есть разительное отличие от книг. Сивый примкнул к Пожирателям в надежде, что с оборотнями начнут считаться и гонения прекратятся. Что те смогут претендовать на своё место в новом мире. Оборотней считали мерзкими тварями. Их разрешалось убивать. И неважно было, взрослый волк или ребёнок, женщина. Их истребляли как ненужную заразу — с особой жестокостью. Сивый пытался спасти своих сородичей. Спасти стаю, которая поверила ему и признала своим лидером. Не пожалел своей шкуры и дал поставить себе метку. Волан-де-Морт же использовал оборотней как пушечное мясо. Ему было плевать на них. Он даже не собирался помогать и решать их проблемы. Гибли десятками — подумаешь. А Сивый верил. До последнего верил. Верил и со всей яростью вгрызался в шеи врагов, ожидая, что после прихода к власти те получат заслуженную награду. Реддл позволял ему заблуждаться. И вот сейчас в золотых глазах светилась надежда. Сивому больше не было на кого надеяться. Неоткуда ждать помощи. Том сглотнул. Он просто не мог позволить себе отступить. Если раньше планировалось использовать оборотней для своих целей, то сейчас появилось желание помочь. Пусть это будет его расплата за новую жизнь. Ситуация в магическом мире с каждым днём вырисовывалась всё яснее. Жилось хорошо только людям. Те смогли занять вершину пирамиды и всячески угнетали представителей других рас. Если в твоей крови присутствует кровь мага — это клеймо. Хорошо, если ещё припишут к разумным существам, а не к третьесортным или опасным. Опасных уничтожали без жалости. Третьесортных использовали как дешёвую рабочую силу. Скот. — Я планирую напасть на Азкабан и освободить своих сторонников, — наконец принял решение Том. — Мне потребуются оборотни. — Все мои братья готовы служить, — звучит хриплый голос. — Но из-за облав Министерства нас осталось не так много. — Его глаза яростно вспыхнули. — Самых сильных убили или отправили кормить дементоров. — Они будут освобождены, — заявление. Сивый кивнул. Он слышал в словах Господина непреклонность и верил. Месть свершится, а его братья вернутся к своим семьям. — Где сейчас твоя стая? — Скрывается в запретном лесу. Лес огромен, а оборотни — умелые охотники. И даже авроры опасаются соваться в место, кишащее акромантулами и кентаврами. — А как на оборотней реагируют кентавры? — Министерство признало кентавров полуразумными тварями. Их позволено уничтожать или сажать в клетки для потехи. Общая беда сплочает бывших врагов. У нас договор. Гонт про себя сделал пометку побольше разобраться в этой теме. Насколько он помнил, кентавры поддерживали Дамблдора. И даже встали на защиту Хогвартса во время последней битвы.***
— Господин скоро придёт за нами, — с фанатизмом говорила женщина. — Он освободит нас. Мы его самые верные последователи. И все вы будете тогда молить о пощаде. — Закрой пасть, Лестрейндж, — гаркнул мужчина. — Твой хозяин давно издох. Гарри Поттер победил его. И вы все сгниёте здесь. — Господин вернётся, — не сдавалась женщина. — Он — бессмертен. — Оставь эту фанатичку, Джон, — звучит ещё один голос. — Видно же, что у неё от общества дементоров окончательно поехала крыша.***
Флёр задумчиво смотрела в окно. Девушка даже себе не хотела признаться, но её задели слова Гонта. Тот считал, что девушка симпатизирует Биллу и между ними романтические чувства. Билл был интересным человеком. Он многое знал о гоблинах и всегда готов был оказать помощь. И ещё месяц назад Флёр сказала бы, что внутри у неё начинает зарождаться симпатия, но не сейчас. Сейчас эта симпатия казалась такой мимолётной и блёклой. Девушка всё чаще начала ловить себя на том, что сама начинает искать общество Гонта. Ей было легко с ним находиться рядом и разговаривать на любые темы. Её мысли всё больше витали вокруг таинственной фигуры Тёмного Лорда. Страх отступил, уступая место любопытству.
