Последняя встреча

- Какой же ты жалкий. Уан стояла у кровати доната. В ней лежал сам донат, крепко спав в своей кровати и слегка нахмурившись. В его жизни все переменилось с момента последнего испытания... как и в жизни уан. Уан уже давно было плевать на всех и все. Было плевать на тех, кто бросил ее, плевать на последствия своих действий, плевать на всех обджектов. Но она бы сделала что угодно и пожертвовала кем угодно, лишь бы вернуть три. Одна цель, которая держала ее на плаву все эти годы. Честно, уан даже сама не знала, зачем ей надо было восстанавливать три. Как будто за все года эта навязчивая идея уже приелась, и надо было ее выполнить для душевного спокойствия. Даже несмотря на то, что три была неприятна уан. Не просто неприятна, уан ее, блин, презирала! Три испортила ей всю жизнь, и с первого же дня заточения в луне уан жалела о том, что вообще начала дружить с ней. Но почему то, для три у уан в сердце всегда оставалось маленькое мягкое местечко. Сколько бы уан не думала о ней плохого, все равно она не могла ее ненавидеть полностью. Она ненавидела эту слабость перед три. Ненавидела эту нежность к ней. Ненавидела неспособность ненавидеть ее. Но вот, скоро все получится. Силы получены, гойки почти уничтожено, все идет как по маслу. Но кто то не давал ей покоя. Поэтому она и была тут. Донат...ох, наивный донат. Поначалу она даже и не придавала внимания ему, до первой их встречи. Уан поражала способность доната оставаться сильным перед лицом опасности. Поражала его преданность команде. А после второй встречи даже поражало то, что в первую очередь он не беспокоился о себе, а о своих друзьях. Он не был таким как остальные. Поэтому он и бесил. Для кого он старается? Думает его старания хоть кто то оценит? За этим даже смешно наблюдать. Или наоборот жалко... Донат вызывал в уан смешанные чувства. Наблюдение за донатом было что то в роде развлекаловки, но иногда эта жалость к нему сводила уан с ума. Честно, она не понимала почему ей его жалко. Этот сопляк ее не уважал от слова совсем, даже, блять, не боялся того, что она с ним сделает. Обычно у уан такая наглость вызывала гнев. Но с донатом было иначе. Что то в нем было такое знакомое, такое неприятное, но и одновременно родное. Поэтому его ненавидеть она тоже не могла. И это раздражало ее до чертиков. Но перестать думать о нем уан не могла. И о ней тоже. Поэтому и стояла тут перед ним посреди ночи. Как бы не хотелось его ударить, заставить ответить за неподчинение, у уан рука не поднималась. Наоборот, хотелось бы прижать поближе, как ценную вещь, потерянную много времени назад. И это тоже бесило. Бессилие перед ним бесило. Но уан могла только стоять и смотреть на этого блондина, который сейчас даже представления не имел, кто перед ним стоит. Уан слегка провела руку по пряди волос доната. Она всматривалась в каждую деталь его лица, пытаясь запомнить все эти родные черты, потому что понимала, что вряд ли они ещё встретятся. Так она и стояла, рассматривая доната, пока тот резко не повернулся к ней. От неожиданности, уан в миг исчезла, и больше в комнату не возвращалась. - ...Но все же, каким бы ты жалким не был, что то и вправду есть в тебе, донат. Хоть оно меня и раздражает. Ты меня раздражаешь. Но все равно, не хочу, чтобы ты терял нежность своего сердца. Береги себя, донат.. Возможно, и для доната в сердце уан на шлось место.