Трещина на посохе

Не помню, когда именно я начала слышать его. Было ли время, когда я могла разобрать свои мысли без усилий, оставаясь наедине? Этот Шёпот. Так тихо, но так громко. Он похож на толпу людей, окруживших меня и тихо обсуждающих что-то. Я никогда не могла разобрать ни слова, но всегда была так близко к пониманию. Это похоже на чувство, когда слово вертится на кончике языка, но всё никак не придёт в голову. Папа всегда говорил, что эти голоса в моей голове — признак великой силы. С детства он тренировал меня и пытался пробудить во мне способность к Иному. Помню с каким упованием он рассказывал мне о принципах его работы. И как гас огонёк в его глазах, когда после всех моих стараний у меня ничего не выходило. Пару раз у меня получалось устанавливать связь с Другой Стороной, но она всегда была нестабильной и держалась недолго. Дверь в мою комнату бесшумно отворилась, и внутрь вошёл слуга в белом фраке. — Госпожа, король ожидает. Я медленно сползла с окна. Поправив своё скромное платье, я зашагала навстречу мужчине, стоящему в дверях. Вместе мы молча прошли несколько длинных коридоров и поднялись в восточную башню, где работал Папа. Наконец я оказалась у дубовой двери с незатейливыми узорами. Слуга стоял на шаг позади меня, ожидая моего следующего действия. Сегодня меня, по неведомым причинам, одолевала усталость, что чаще всего сулило отсутствие успехов в тренировках. Я бросила безразличный взгляд на окно, расположившееся слева от меня. Погода так и не улучшилась — солнце всё так же пряталось за многочисленными серыми облаками. Моё внимание оставило пейзаж за окном и, заметив в уголке глаза слугу, вернуло меня в реальность. Нехотя я надавила на железную ручку и открыла дверь. Кабинет отца никак не изменился. Комната всё так же была идеально организована. Рабочий стол был усеян раскрытыми книгами, колбами с фиолетовой жидкостью и использованными пишущими перьями. За ним расположились два каменных шкафа, сливающиеся со стеной. Папа стоял по левую руку от меня и возился с каким-то зельем. Щёлканье замка двери заставило отца оставить своё занятие и посмотреть в мою сторону. — Дженифер! Ты уже здесь? — произнёс он с оттенком удивления. — Прекрасно, у меня хорошее предчувствие насчёт сегодняшнего занятия. — И у меня, — соврала я, присаживаясь на кресло напротив рабочего стола. — Сегодня ко мне в руки, наконец, попал раствор, повышающий количество маны мага. Такого мы ещё не пробовали. Что думаешь? — Мда, конечно, — ответила я после короткой паузы. Папа подвинул табурет к креслу, уселся, протёр склянку в своих руках, и продолжил. — Но у него есть и побочный эффект — повышение эмоциональности мага. Тебе придётся перебороть это и максимально сосредоточиться. Справишься? — Постараюсь. Отец передал мне зелье, и после секунды сомнения, я выпила его целиком. Затем я поднялась с кресла, стала в устойчивую позицию, закрыла глаза и стала подавлять любые эмоции. Когда я достигла нужного состояния и готовилась перейти к следующему шагу, зелье начало действовать. Я почувствовала освежающую прохладу. Сердце застучало сильнее. В висках закрутилось горькое сомнение. «Ничего не выйдет. Всё будет так же как и всегда». Затем проявился страх, но я уже начала подавлять его. Сделав глубокий вдох, я представила как все эмоции концентрируются в одной точке, которую я вывела из своего тела выдохом через секунду. После этого я, следуя наставлениям Папы, представила, что лежу на поверхности прохладного озера. Некоторые эмоции всё ещё норовили прорвать тонкую плеву отстранённости, коей я обвила сознание, но мне удавалось их игнорировать. Подняв руку, я стала выжидать подходящий момент. Момент когда эмоции отступят. Вот оно. Я сделала резкое движение рукой, но текстура воздуха оказалась странной. Заместо обычного минимального сопротивления я почувствовала, что его поверхность ощущается больше как гнилое яблоко. Я раскрыла глаза и увидела перед собой фиолетовую жидкость, схожую с той, что была заточена в колбочки на рабочем столе отца. Получилось! Разрыв такой огромный, так ещё и держится! Лёгкая улыбка проступила на моём лице, и позволив искре радости остаться в моём сердце, я повернулась к Папе. Но его не было за моей спиной. Вместо него перед моими глазами предстала всё та же фиолетовая жидкость. Страх начал покалывать в сердце. Я осмотрелась в поиске разрыва, который создала, но ничего вокруг даже не намекало на какие либо изменения ландшафта. Зуд радости сменился нарастающим страхом. Краем глаза я заметила некое движение. Я не могла понять что или где передвигается, пока не пригляделась. Пузырики воздуха, до сих пор плавающие в окружившей меня жидкости, начали собираться в один большой пузырь в пару метрах от моего лица. Сначала форма пузыря была шарообразной, но по мере его роста она становилась то овальной, то дискообразной, пока из одного шара не вырос другой. Прилично прояснившийся страх заставил меня резко закрыть глаза и отвернуться. «Почему воздух двигается?! Папа рассказывал, что в этом измерении нет ничего кроме фиолетовой субстанции. Он ведь спасёт меня?» С пугающей лёгкостью я успокоила ускорившееся сердце и, убрав ладони от лица, медленно повернулась в сторону пузыря. Только вот теперь это был не шар. Воздух принял форму некого существа с продолговатой головой и руками, простирающимися глубоко в бездны подо мной. Оно стояло неподвижно, зависнув надо мной. Мы "смотрели" друг на друга несколько минут. Могло ли оно видеть? Возможно было ли мне лицезреть его, если бы не субстанция вокруг? Голоса в голове стали громче. Существо начало движение. Оно стало медленно поднимать свою конечность, из которой прорастали новые "руки". Все они тянулись ко мне. Паника настойчиво пробивала путь в мой разум. Я замахала руками, пытаясь уплыть, но жидкость не имела плотности. Попытка крика также не увенчалась успехом — из моего рта не вылетело ни звука. Голоса переходили на сдавленный крик. Я закрыла уши руками, но это не помогло. По моей щеке пробежала тёплая слеза. Похоже плач был единственным, что мне было дозволено делать на Другой Стороне. Внезапно я ощутила как что-то тянет меня за спину. Я не хотела смотреть на существо. Не хотела знать насколько оно близко. В моём сердце нарастал страх и отчаяние, а затем я упала на какую-то твёрдую поверхность. Не успев придти в себя и оглядеться, я почувствовала на плече тяжёлую руку. — Дженифер! Потрясающе, я знал что в конце концов всё было не напрасно! — произнёс отец и, повернувшись к магу, спасшему меня, начал отдавать какие-то указания. Казалось, моя душа ещё не вернулась в тело. Минуту я сидела в неком трансе. Моё внимание привлекла тень, что отбрасывала моя ладонь, лежащая на каменном полу. Она стремительно росла. Шёпот в ушах стал громче. Я глухо вскрикнула и резко оторвала руку от пола. Тело покрывалось холодным потом. Отец оторвался от беседы с мужчиной в тёмных одеяниях и вновь повернулся ко мне. — Тебе стоит отдохнуть. Направляйся в свою комнату, — через мгновение он добавил, — тебе придется обойтись без прогулок за пределами замка и путешествий какое-то время. Я уже перестала что-либо понимать. Папа изолирует меня? — Ч-что это значит? — неожиданно тихо спросила я. — Прости, но внешний мир ещё не готов принять твой, воистину, невероятный дар. Впрочем как и ты сама. Я медленно перевела взгляд на окно за спиной отца. Солнце так и не вышло.

***

Ночью того дня я проснулась от какого-то кошмара. Резко села на кровати и сразу же его забыла. Словно неровности на песке, тающие от прикосновений морских волн. Я слишком сильно привыкла к этому чувству. Упав на кровать, я попыталась вновь уснуть. С обеденного инцидента Шёпот так и не стих. За свою жизнь я научилась его игнорировать, но сегодня голоса были весьма громче обычного. Я медленно выдохнула и повернулась на бок. Сосредоточившись на текстуре одеяла и подушки, я начала постепенно проваливаться в сон. «Покажи». Я резко раскрыла глаза и онемела. Мне послышалось? Кто-то пробрался в мою комнату? Тело сковал страх перед образами, что рисовала фантазия. Нужно что-то сделать — в любой момент злодей мог всадить нож мне в спину. А что если он только и ждёт, что моей реакции?! Неожиданно для себя самой я села на кровати и медленно обвела взглядом комнату. Она была пуста. Значит это всего лишь Шёпот? Но он никогда не был таким чётким. Что-то было не так. Я сама захотела сесть... Ведь так? Я скинула с себя воздушное одеяло и опустила стопы на холодный мраморный пол. Я ни секунды не думала о том, чтобы сделать это... Видимо, я ещё не до конца проснулась. Игнорируя холод в ногах, я подошла к окну и открыла его. В тот момент я осознала две вещи: я не контролирую своё тело и Шёпот исчез. Мои глазные яблоки повернулись в сторону луны, расположившейся посередине ночного неба. До восхода солнца было ещё долго.