Вино со вкусом пепла

      Жизнь в замке шла своим чередом и после рождения детей у Киры и Валарра. Фрейлины носились рядом с Кирой и близнецами, Валарр занимался делами острова вместе с Дейроном, дети играли меж собой, а вот у Амареи покоя не было давно. С боем вырвав у Валарра закрытие границ, девушка справедливо считала, что половина проблем, как и их следствие, благополучно решены. Но, как говорится, люди предполагают, а Боги располагают. К их сожалению, Богов вокруг было слишком много. И конкретно одна жрица сильно так мотала ей нервы, ведь ту нельзя было оставлять наедине с кем-то ещё. Никто не понимал почему в момент, когда Амарея держала на руках новорожденного, резко прижимала того ближе к груди, стоит красной женщине войти в комнату. Роберт, конечно, поддерживал сестру, но в большинстве своём больше времени проводил с другими парнями его возраста, чем в женском обществе.       Не говорить им же в конце концов, что Мелиссандра конкретная такая фанатичка, сжигающая королевскую кровь? Сейчас, разобрав все записи и что-то даже вспомнив, девушка прекрасно понимала, что в каноне саги та охотилась за кровью далеко не Баратеонов, как действующих монархов. Кровь Таргариенов текла в жилах всех трёх братьев Баратеонов и, не смотря на внешность, эта кровь пела ещё ярко, всего-то второе поколение после союза Оленя и Дракона. Но зачем жрецам, поклоняющимся Р’глору, кровь Древней Валирии и как связан с этим всем Азор Ахай?       Наконец, найдя полноценное время за последние недели на изучение всей информации, Эшворд ковырялась во всём, куда только руки дотягивались. Дейрон ей подсобил, достал книги, доступ к которым был лишь у представителей династии, но сильно это девушке не помогло: половина из них была на валирийском. Что-то скреблось на задворках сознания и пытаясь сопоставить жертвоприношения крови Валирии с Нечто, что зовётся Бринденом Риверсом, ей всё больше казалось, что «крыша едет не спеша». Вот только разъединить это всё тоже было невозможно. Бринден Риверс, условно, был представителем Первых Людей, Короля Ночи и иже с ними, в противовес, Р’глор, проповедовал о Азор Ахае и принце, что был обещан. Во многих сказках, мифах и легендах, они были противостоящими сторонами, однако, обе стороны повязаны на драконах. Король Ночи, в сериале, пройти смог через Стену только когда взял себе Визериона, а вообще вся эта нечесть стала проявляться только тогда, когда магия ушла вместе со всеми драконами. Огненный же Бог, с радостью принимал в жертву драконью кровь, но почему? Оба соперника становились сильнее из-за магии Валирии, первый из-за её пропажи, а второй, добивая последнюю магию, что слабо искрила в крови Таргариенов.       А были ли они в итоге такими уж врагами?       Как итог, Великий Иной пробудился именно в тот момент, когда живых Таргариенов осталось едва ли горстка. Дейнерис, Эймон, когда тот умер Рея не помнила, вероятно Джон, а в книге ещё Грифф и, возможно, Тирион да Варис. Ну и, разумеется, Баратеоны, у коих были Станнис, Ширен, да бастарды Роберта, кто жив остался после приказа вроде… Джоффри?       И спросить было не у кого больше информации. Принц Эйрис был в столице, погружённый в свои книги и под явным колпаком Риверса, не зря не произвёл наследников и Ворона в десницы поставил. Мейстеры Цитадели вызывали вопросы не меньше и погрузившись в королевское семейство ещё больше, у Амареи раз через раз возникали сомнения, стоило ли им доверять. Не зря в фандоме ходили теории, что у Староместа заговор против драконьих владык. Разве что, написать принцу Эймону? Тот вполне мог бы помочь ей, особенно, если надавить на пророчества Дейрона.       Глаза Амареи вскинулись от пергамента на Гвин, что смеясь, танцевала с Матарисом. Где-то в стороне, младший брат Милессы, Гидеон Харт танцевал с кузиной Аланны. Отдых отдыхом, а уроки по расписанию и прибывшая с близняшками гувернантка продыху не давала всем детям. Девушка улыбнулась, смотря за тем, как подпрыгивают рыжие кудряшки принца, как они с Гвин двигались синхронно, словно успели выучить повадки друг друга за жалкие дни. Прикусив кончик пера и продолжая наблюдать за детьми, леди радовалась, что о её сомнительных навыках в танцах женщина не знала, получать палкой по ногам за неверный шаг выглядело больно. Заглянувший мимоходом мейстер заставил Рею подскочить с места и быстро добраться до него. Пергамент, скрепленный воском появился из кармана платья ловко.       — Это надо отправить в Летний Замок.       — Летний Замок, миледи?       — Да, принцу Мейкару, какие-то проблемы, мейстер Тиобольт?       — Нет-нет, никаких. К слову, не могу всё найти принцев, если встретите их раньше, прошу, скажите им, что прибыл ворон из цитадели, зима в этот раз короче прошлой, весна пришла.       Она резко побледнела, чуть не покачнулась, но в руки себя взяла. Весна пришла. Пошёл финальный раунд в спасении линии Бейлора. Глаза метнулись на младшего из двух его сыновей, что как раз крутанул Гвин так, что та чуть не упала. Он может погибнуть. Кивнув и быстро вернувшись к своему креслу и забрав с него записи, девушка чуть ли не снесла с ног какого-то слугу. Ей нужен был Дейрон, жизненно необходимо было знать, получал ли тот какие-то видения или же, на этот раз всё обойдётся и можно было спокойно выдохнуть.       

***

      Дейрон, только ясно разлепив глаза даже дёрнулся, стоило дверям в его покои со стуком удариться о стену. Амарея виновато улыбнулась и закрывая дверь за собой, так и не стала свидетелем ухмылки, в которой едва ли были приличия. Развернувшись к принцу обратно и окинув того взглядом, леди резко развернулась, краснея и опуская глаза вниз, словно не видела там ничего. Принц неловко кашлянул, прежде чем в его лицо прилетели штаны.       — Нам надо поговорить.       — Меня искреннее пугает твоя серьёзность.       — Потому что это серьёзно. Весна пришла.       — И?       Она знала, что его видения были полны скорее образов, нежели реальных чётких данных, но неужели смерть Валарра и Матариса ему не снилась, а если снилась, то вряд ли там какие-нибудь цветы не расцветали. Так ведь?       — Можешь поворачиваться.       Голос раздался совсем рядом и повернувшись, Амарея бы отшатнулась, да только рука Таргариена легла на её талию и сжала слишком сильно. Пергамент полетел на пол и упёршись в голую грудь принца ладонями, девушка дышать почти перестала. Почему он не оделся до конца? Вторая рука соскользнула по её щеке и губы приоткрылись уже по инерции. Голова потянулась к нему, а поцелуй получился слишком нежным. Пальцы забрались в спутанные волосы, сжимая их. Девушка прижалась к провидцу теснее, склоняя голову удобнее в бок и едва дозволяя друг другу вздохнуть. Из головы в миг вылетели все вопросы и когда собственные поцелуи перешли сначала на щеку со шрамом, а затем и по шее, она очнулась лишь услышав тихи выдох возлюбленного. Щёки стали похожими по цвету с томатами. Рея почти тут же отстранилась от Дейрона, прижимая руку к губам. Какого чёрта?       — Я и не догадывался, что ты можешь так целовать, — довольная ухмылка наследника была всем.       — Это всё из-за тебя!       — Ну, было бы странно, реши ты меня поцеловать из-за какого-то стражника.       — Оденься!       Хриплый смех вызывал два желания, швырнуть что-то потяжелее в него или же вновь наброситься с поцелуями. Дейрон соизволил найти рубаху и натянув её на себя, плюхнулся на кровать обратно, закидывая руки за голову.       — Внемлю. Почему весть о весне привела тебя в такой ужас, что ты стала искать спасения в моих руках и губах?       Девушка замерла, по-тупому уставилась на принца, словно пытаясь переварить сказанное им. Вот оно. Амарея ошарашено хмыкнула. Вот почему её к нему потянуло. Она испугалась того, что может произойти и по пути меньшего сопротивления оказалась в руках того, кто мог дать какую-никакую защиту в грядущем сомнительном будущем. Это даже удивляло. Эшворд аккуратно присела на край кровати. И ведь сама приучила Дейрона так же в момент страха от снов приходить к ней, а теперь это сыгралось ровно наоборот.       — Тебе не снилось ничего? В последнее время. Ну знаешь там, смерти?       Парень нахмурился, мгновенно мрачнея.       — Старый дракон умирает пылая.       — И всё?       — А ты хочешь ещё смертей? Мне деда достаточно.       — Почему ты думаешь, что это он?       — У нас больше нет старых драконов.       — Резонно.       — Матарис.       Девушка опустила глаза на свои руки, прежде чем вернуть взгляд полный слёз на Дейрона. Не может быть. Нет… Всё делалось ради спасения всех принцев, Матарис не мог умереть. Да и границы закрыты, как зараза пробралась внутрь? Амарея судорожно вздохнула. Не зная ничего даже о происхождении болезни лечить будет сложно. Только если, по народным методам, растирание спиртом, да на воздух? Бред.       — Из замка больше никого?       — Я вижу много, очень много смертей. И все одинаковы как одна. Куча гербов и не только. Бронзовый же дракон погиб буквально на днях.       — Ты не говорил мне, ничего.       — Надеялся, что это просто сон.       Девушка быстро стёрла слёзы с глаз и шмыгнула носом, прежде чем обхватить себя руками. Каким образом зараза проберётся на остров? Валарр уже несколько дней даёт всем отворот. Дейрон приблизился к ней и тут же приобнял, прижимая к себе. Упёршись лбом в его плечо, плечи Амареи задрожали. Столько всего свалилось на неё и теперь, с попеременным успехом, всё же выдернув из рук противной судьбы жизни трёх Таргариенов, одну душу придётся отдать. Плач остановился и быстро вскинув голову вверх, она взгляделась в его глаза.       — Ты только Матариса видел, так? Не Валарра?       — Нет, а что…       — Да, он тоже должен был, — отчасти, облегчение залило душу и она слабо улыбнулась. — Валарр жить будет.       Спилый выдох вырвался из неё, сжимая белую ткань рубахи принца почти до треска ткани. Хотя бы Валарр. И раз Бейлор жив и Валарр, а в следствии и новорожденный Джейлор, то всё же цель свою девушка выполнила. Но мириться с таким её выполнением не хотелось.       — Хочешь сходить в деревню?       — Ты меня этим утешить хочешь?       — Скорее отвлечь, утешать я не умею, ты же знаешь.       — Ты говорил, что в романтику не умеешь, а не утешение.       — Это не одно и тоже?       Её бровь взлетела вверх, а весь скепсис в глазах казался комичным.       — Зато глянь. Уже и утешать не надо.       — Ты невозможный.       Смешок против воли вырвался из её губ. Эшворд выбралась из его рук и одернув платье, кивнула. Им конечно не стоило открыто вот так выбираться из замка вдвоём, но было им не до приличий. Скося взгляд на последок на принца, девушка достаточно быстро выскользнула из покоев, стоило взять плащ. Всё время откладывая разговор с Аланной на потом, девушка даже чувствовала себя виноватой, вот так вот отмалчиваясь. Словно уже была любовницей при жене, не меньше. Нужно собраться и поговорить. Словно на зло, Донелла шла ей навстречу. Вопросительный взгляд был красноречивей всего и Амарея внезапно поняла, что попала. Харлоу лишнего болтать не станет, но вопросы будут и не один. Нервно сцепив руки за спиной и закусив внутреннюю сторону щеки, девушка натянуто улыбнулась подруге. Покои Дейрона были в самом конце коридора, а до них были лишь покои Матариса, который явно был на уроке танцев.       — Мне стоит спрашивать, Амарея?       — А ты поверишь? — надежда так и искрила в голосе.       — Сомневаюсь.       — Я сейчас ухожу, давай вечером поговорим? Наедине.       Донелла думала не долго, в следующий момент вынужденно кивая. Харлоу подалась корпусом вперёд, сближая их лица и прищурилась.       — Ты моя подруга. Но и Аланна тоже. Я не хочу чтобы вы ссорились из-за не того принца. Это ниже вас.       — Я тебя услышала, поговорим вечером.       Внезапный холод в её голосе заставил саму себя дёрнуться. Никогда прежде с подругами Эшворд так себе не позволяла разговаривать. Обогнув островитянку и почти перейдя на бег, леди быстро спустилась по лестницам, распахивая дверь собственных покоев. Комната захлопнулась со стуком и девушка раздражённо выдохнула. Какого вообще Донелла сама пошла туда? Стоило спросить тогда, а не задаваться вопросом сейчас. С усилием открыв крышку сундука и достав оттуда свой старый плащ, Амарея зацепила его на шее. Разглаживая складки и приводя себя в порядок у зеркала, её словно жаром обдало. За спиной в стекле отразился длинный шипастый хвост и сердце стало звучать где-то в ушах. Страх сковал тело Реи и резко развернувшись, она с грохотом свалилась на пол, во все глаза смотря на полуящера, со знакомыми чертами лица или морды? Карр.       — Твою мать, — выругалась леди на своём языке, не рискуя вставать.       — Можно просто Караксес, девочка.       — Вот как, — закивала та. — Караксес, весело. Вы уже были у меня, на корабле. Покровитель морей значит.       Девушка истерично хмыкнула.       — Твой смех не уместен.       — А что уместно? Внезапно появляться у меня в комнате доводя до инфаркта? В сны свои посылать каких-то существ, что ползают у меня по комнате? Заставлять делать нечто не давая ни единой подсказки? Спасибо, я поняла, что Бринден опасен, но почему? Зачем? Какой толк, если Матарис умрёт.       — Остальных ты спасла, — нахально произнёс Бог и уселся в её кресло.       — Какой толк, если главный враг мне не понятен? Иной, Р’глор, кто? Вы ничего не говорите, а меня мучают, чуть ли не пытают ещё и ваши жрецы меня убить хотели. У меня к вам целый перечень притензий.       — Выскажешь их позже. Время ограничено, но здесь его чуточку больше, как раз благодаря твоей крови и жрецам.       — Моей крови? Вы путаете что-то, верно.       — Жрецы хотели тебя убить, это так, но Моргул явился к ним и отказался принять твою душу. Но вот кровь твоя напитала залы. Ты не Таргариен, в тебе нет валирийской искры, но в тебе наша искра, в этом теле и в твоей душе, ты хоть и выбрана случайно, но выбор получился удачный. Но опустим этот разговор на потом, не суть важна. Избавься от этой ведьмы на острове. Слуги начинают приносить свои кровавые жертвы не в честь нас, это убивает наше влияние ещё больше. Ты должна заставить этих принцев верить в нас, а не в иных богов. Валирийская кровь слаба, магия тает на глазах и голову поднимает тот, кто не должен в принципе существовать, не то чтобы клятвы принимать. Мы смогли снять влияние этой красной дуры с Валарра, но только из-за его крови, остальные не подвластны нам, в ком не течёт наша кровь.       Девушка молча уставилась на него, медленно моргая и едва переваривая услышанное. Откровенный бред, который вызывал желание проверить, не надышалась ли она чем-то по пути в свои комнаты. Амарея тихо икнула, тут же прижимая руку к губам и смущённо уводя взгляд. Неловко. Найдя в себе силы встать и выпрямиться, леди выдохнула.       — Вы хотите, чтобы я убила её? Так?       — Ты можешь не пачкать свои руки в крови, но избавиться от неё тебе надо. Без разницы как.       — Р’глор и Иной, они враги? Или кто? У них слишком схожие мотивы.       Торжествующая ухмылка на лице ящера чуть ли не свалила её обратно.       — Не враги. Но будет не интересно, если мы всё расскажем, не так ли?       — То есть, вы сначала кричите мне, что нужно всё быстрее делать, а теперь в шарады играете? Вы в своём уме? — взвилась Рея, тут же хватаясь за горло.       Глаза почти комично округлились и девушка замерла, борясь за воздух. Скучающий взгляд Караксеса слишком пугал.       — Не забывайся. И ты уже выиграла нам время, Бейлор жив, у Валарра есть наследник. К слову, мы и не знали, что ты такими знаниями обладаешь, молодец.       — Какая вообще разница, кто на троне? Бейлор или Мейкар в итоге, — прохрипела та.       Разница была. Голова словно вспухла от боли, что в дополнение к отсутствию кислорода лучше не сделало. Девушка зажмурилась, словно на яву двигая иконки с именами и фамилиями. Семейное древо Таргариенов. От Мейкара идёт Эйгон, Джехейрис, Эйрис, Рейгар. От Рейгара две ветви и одна уходила в дом Старк и как последствие — последнее вместилище Кровавого Ворона. Бран Старк. Он появился на свет потому что Эйрис был безумен, а Рейгар похитил Лианну. Тут же в голове всё отмотали назад и она чуть ли не взвизгнула от боли. Строчки от Бейлора к Валарру, к Джейлору и пока что пустота дальше, вычёркивающая линию Эйгона пятого из истории. Если он не садится на трон, значит никто из его потомков, но вот Дейнерис тогда как? Воздух вернулся в лёгкие колючим, неприятным и хотелось разодрать себе шею пальцами, лишь бы дали сделать нормальный глоток воздуха.       С другой стороны, нигде и не говорилось, что обещанный принц, Дейнерис это или нет, должен быть из правящей линии. Конечно, официально там своя морока с титулами, но формально, даже будущие дети ныне живущих принцев будут носителями королевской крови, пусть из-за бюрократии и правил носящие скорее титул лордов или леди.       — Какого чёрта ты всё забываешь? Тогда на корабле пришлось доставать твою память, сейчас она вообще провалилась.       Злобный взгляд из-подлобья был красноречивее любых слов. Девушка всё пыталась отдышаться, но вопрос Бога был интересен. Разве это не они забирали её память? Девушка толком то помнила лишь имена, да побочные связи и то, потому что записи вела. Кто их знает, может через год ей придётся вспоминать как звали её в родном мире. Резкая пропажа жара была ощутима, как раз в тот момент распахнулась дверь. В комнаты вошла служанка и заметив тяжело дышащую леди на полу, тут же подбежала к ней, помогая встать. Не слыша толком ничего из сказанного ею, перед глазами стояла пелена, а в ушах был такой звон, что словно кто-то под ухом только и делал, что звонил. Вот не дай Боги Караксес что-то задел в её разуме. Там итак не все дома уже давно.       — Всё в порядке, Клара, просто жарко стало, вот и повело. Не волнуйся       Она с огромным усилием вышла из своих комнат и накинув капюшон на голову быстро дошла до первого попавшегося выхода. Морской ветер, ударивший её в лицо вызвал спокойствие и кошмарные ощущения стали пропадать. Медленно правда, но к тому моменту, как Дейрон явился к ней, всё пришло в относительную норму.       Крепко держась за руку возлюбленного и чуть ли не вися на нём, девушка смотрела по сторонам. До этого, спускаясь лишь к берегу моря, она предпочитала дальше берега не уходить. Единственную деревню на острове Амарея увидела впервые. Чуть покосившиеся от износа домики, которые, впрочем, были укреплены. Словно кто-то понимал, что да, надо сделать новые дома, но учитывая, сколько жителей жило тут, для всех дома были не хуже лордовских замков. Уж истории в семьях и те, и другие, повидали не мало. Тишина окутывала поселение лишь в начале. Погружаясь всё глубже в деревню, они слышали чужие голоса.       — Дядя Бейлор рассказывал мне в детстве, что моего отца тут все особенно любили, когда дедушка и бабушка приплывали сюда. Все любили посмеяться над вечно смурным мальчуганом.       — Готова поспорить, твой отец родился хмурым. Может, Боги показали ему ещё до рождения, что у него будет шесть сумасшедших детей?             Дейрон громко рассмеялся, чем привлёк внимание людей. Некоторых из них. Рея тут же ойкнула, неловко улыбаясь и прикрывая рот, чтобы скрыть улыбку. Какой-то мужчина нахмурился, пытаясь вспомнить кто это, но стоило ветру подуть и стянуть капюшон с волос Дейрона, как тут же быстро приблизился к ним. Как знала леди, сыновья и племянник Бейлора за всё время их пребывания тут, часто навещали деревню. Дейрон похлопал мужчину по плечу, качая головой.       — Я тут не по делу, не волнуйся, Валарр попросит списки через неделю, как всегда.       — Но тогда зачем Вы тут, мой принц?       Глаза мужчины бегали меж ними и неловко переступив с ноги на ногу, Рея протянула руку ему и улыбнулась.       — Амарея. Я фрейлина леди Киры, жены принца Валарра. Принц Дейрон по моей просьбе показывает мне окресности.       — Джон, — удивлённо пожал он руку, смотря на неё словно на пришельца, не меньше. — Староста этой деревни.       Широкая улыбка расчертила её лицо и девушка выпрямила спину, смотря на людей по сторонам. В ком-то явно была валирийская кровь, что вообще-то и не было удивительно, учитывая, сколько принцев Таргариенов здесь жило за сотни лет. Повернув сияющий взгляд на принца, она сощурилась, прежде чем закусить нижнюю губу и покачать головой. Тот повторил её улыбку и староста, словно что-то поняв, благополучно скрылся с их глаз.       — И чья это идея?       — Моя.       Рея посмотрела на него с вопросом, а затем Дейрон переплёл их пальцы. Сейчас это было единственное людимое место, где они могли быть друг с другом. Примечательно, что молча идя рядом друг с другом и просто наслаждаясь этим, сердце девушки пело. По натуре, в своём мире, она не особо любила болтать. Тая всё в себе, наслаждаясь тишиной и спокойствием найти наконец полноценную тишину тут было достаточно удивительно. Дейрон оказался не только её родственной душой, но и тихой гаванью. И тот ощущал, кажется, тоже самое. Это не могло не греть сердце. Измученное кошмарными пророчествами сознание наконец замолкало и становилось хорошо. Они просто шли по деревне, останавливались у редких лавок и Амарея с искренним интересом рассматривала всё, начиная от каких-то продуктов, заканчивая разными безделушками, что преимущественно просто дети раздавали. Так, небольшое ожерелье из ракушек довольно быстро оказалось на её шее.       Горячая ладонь Дейрона ощущалась была такой правильной, идеально подходящей ладони Эшворд. Ощущая взгляды принца на себе и ни капли не смущаясь от них, Амарея продолжала идти вперёд, вглядываясь в каждую мелочь. Что только не застала эта деревня. Прибытие Дейнис, Завоевание Вестероса, Танец Драконов, а теперь тут были они. Здесь была она, девушка, что когда-то даже и представить не могла увидеть локации из книг и сериалов в живую. Особенно удивляло то, что сама леди была непосредственно участницей не менее важных событий.       — Я так жду когда ты окажешься в Летнем Замке.       — Ты говорил, что мне понравится там.       — Определённо, ты влюбишься в него и я ещё буду ревновать.       — Замок или меня?       — Замок разумеется.       В следующий момент, прямо по середине улицы наследник Мейкара притянул её к себе. Нежный поцелуй смял её губы и обвив руками шею своего принца, Эшворд расслабилась в мгновение ока.       — Я бы похитил тебя и увёз туда не спрашивая разрешения ни у кого, — тихо прошептал он, утыкаясь лбом в лоб Амареи.       — Сначала тебе нужно догнать меня.       В следующий момент девушка сорвалась с места. Дейрон думал ровно пару секунд. Приподнимая полы платья и ловко петляя меж улочек, рискуя заблудиться, будь деревня больше. Тихий смех доносился до принца, что бежал за ней. Азарт заполнил её душу и иногда перепрыгивая через какие-то препятствия, девушка не оборачивалась. Многие жители оборачивались на них, не понимали что происходило, но не мешали. Огибая всех, девушка иногда пряталась, но тут же срывалась с места.       Дейрон впервые за многие годы был истинно счастлив. Он знал эту деревню как пять пальцев. В какой-то момент знакомое чёрное платье мелькнуло перед ним. Погоня из деревни сместилась на погоню по берегу. Закатное солнце освещало их и Амарея даже уже не пыталась избежать погони. Иногда счастливо кружась вокруг своей оси, смех раздавался на весь берег. Длинные ноги принца сыграли свою роль. Рука обвилась вокруг запястья леди и дёрнула на себя, но она тут же покачала головой, вытягивая руку и ускориться. Улыбка во всё лицо и смех их обоих, что с каждой секундой становился всё громче, раздавался над песком В закатных лучах Амарея казалась по-истине прекрасной. И в мысли закралась идея, что он не станет похищать её, нет. Они убегут вдвоём в место, которое оба назовут домом.       Он всё же нагнал её и Амарея скинула мешающий плач с плеч. Руки обвились вокруг шеи принца и полностью отдавшись чувствам, ей стало плевать, увидят ли их или нет. Что будут говорить, примут ли её дома, в Эшворде, после этого «позора», который она таковым не считала. Амарея не вернётся домой, всё же находя в себе эгоистичную нотку. Леди останется с ним. Дейрон смотрел на неё почти завороженно. Лучи солнца падали на неё, обводя контуры тела девушки. Растрепавшиеся волосы пропускали свет и он был поклясться, что сейчас она была солнцем для него, воплощением своего герба. Руки взяли её лицо почти трепетно. Большой палец очертил скулу леди и рот уже было открылся, чтобы сказать что-нибудь, но тут же захлопнулся. Принц не хотел говорить. Не сейчас.       — Пускай Боги решают что делать с остальными, — прошептала она. — Я не хочу терять тебя, Дейрон. Я буду грешницей, но я буду счастливой. Я была неуверенна во всём, в себе, в тебе, во всех своих действиях. Ваши Боги диктуют мне что делать, но хотя бы в этом я буду уверена. Уверена в том, что наши чувства нечто большее чем просто связь людей, что нашли общий язык. Я хочу принадлежать тебе, быть в твоих руках. Чтобы ты украл меня, сделал своей. Впервые за долгие годы сделать что-то не по правилам.       Её голос дрожал. Глаза бегали по лицу принца, словно запоминая его. Будто боялась, что он оттолкнёт, скажет, что Амарея всё надумала. Она была идиоткой, отдавая сердце человеку, которого знала от силы несколько минут, но связь с ним вспыхнувшая словно искра крепко закрепилась в её сердце. Дальше им только стоило держать и разжигать эту искру ещё больше. Их взгляды скрестились и девушка выдохнула облегчённо. Она была не одна в свои желаниях.       — Тогда я сделаю тебя своей.