Там, где кончается асфальт

На Калиновку спускался приятный вечерний холодок. Солнце не собиралось садиться, но в воздухе уже была та приятная свежесть. Закончив с делами по дому, я посмотрел на часы - 18:46. Надо предупредить тётю Лену и идти в гараж Никиты. Не буду врать сам себе, глубоко внутри меня терзали самые смутные сомнения на счёт этого вечера. Что если они просто не примут меня и будут потешаться, или я сам опозорюсь, а ведь мне тут ещё целое лето куковать. Успокаивало только то, что я привёз с собой комп и в доме проведён интернет. Этого у меня никто не отнимет. Получил разрешение на погулять с классической фразой всех взрослых «аккуратнее и не долго, будь на связи». Быстро собрал сумку для похода на пруд: полотенце, вода и перекус в виде пары яблок. Вышел на улицу и пошел к гаражу, на который тогда указал Никита. И он меня не обманул. Двери в гараж были распахнуты, а он возился со старой моделью мотоцикла Урал. Когда я подошел, он как раз поднялся с колен и стал вытирать руки тряпкой от масла. - О пришёл-таки - на его лице была смесь удивления и радости. - Ага. Это твой? - я указал на мотоцикл. - Ну как мой, дедушкин, но он разрешает на нём кататься. Скажи зверюга да? Я подошел поближе, сел на корточки и рассматривал мотоцикл. Он был черным, в некоторых местах коррозия поражала нижние элементы, но сверху идеально глянцевая краска радовала глаз. Обратил внимание на раму, на ней была плашка «Урал М-66», содержащая информацию о номере двигателя и датах производства. - 1972го года. Раритет! - Глазастый какой - Никита подошел ко мне ближе - деду в подарок от друзей достался, на тот момент одна из новейших моделей была. Он к нему так бережно относился, что он всё еще на ходу. - И он никогда внезапно не глох? - Глох, конечно, но это скорее исключение - Никита положил тряпку которой вытирал руки на стол и вернулся обратно к мотоциклу - Поехали, нас небось уже ждут. С этими словами он снял мотоцикл с подножки и выкатил на просёлочную дорогу. - Ездил на моцике хоть раз? - он спрашивал ради приличия, будто заранее знал ответ, но решил на всякий случай удостовериться. - Нет, не доводилось. - Тогда проинструктирую. Садишься назад и держишься не за это - он показал на край сидения - а за меня. Назад не откидываешься, в стороны не отклоняешься, понял? - Понял. Мы сели на мотоцикл, Никита завел двигатель, а я положил руки ему на плечи. Он тут же развернулся и выглядел немного раздражённым. - Смеёшься? - Что? А как мне за тебя держаться? Он ничего не ответил, просто развернулся и дал газу. Меня потянуло назад и дабы не упасть я схватился на его талию обеими руками. Словно утопающий, которому протянули руку я прижался к нему мёртвой хваткой. - Вот так и держись! - крикнул он через плечо, набирая скорость. Я всё еще прибывал в ступоре, мотор под нами гудел, я обнимал Никиту со спины прижавшись к нему всем телом. Когда мы выехали из деревни, солнечный свет ударил в мои зажмуренные глаза. Приоткрыв их, я увидел, как поля простираются на дальние километры, как вышки электросети бесконечно тянутся друг за другом, как день близится к завершению невероятно красочным закатом. Всё это стало свежим глотком после каменных джунглей что я наблюдал в Москве. Воздух, насыщенный запахом скошенной травы, успокаивал меня и давал любоваться просторами. Проехав перелесок, мы добрались до места назначения. Это был небольшой пруд среди леса, с деревянным пирсом и костром чуть поодаль от него. Никита глушит мотор, мы слезаем со «зверя», а небольшая компания из трех человек начала свистеть, бурно приветствуя нас. Мы подошли ближе и сели у костра на свободные бревна. - Некит, кто это с тобой? - шепеляво поинтересовался друг Никиты. Самое примечательное в его внешности была щель между зубами, благодаря которой он свистел громче всех. - Знакомьтесь, мой сосед Кирилл, приехал к нам на лето. Я поочерёдно протянул и пожал руку каждому. После чего затянулся заурядный разговор о том откуда я, у кого остановился и так далее. В ходе беседы я узнал и выучил как кого зовут: шепелявого звали Вова, его погоняло было «сизый»; парня который был крупнее и выше всех зовут Арсений, его погоняло было «кабан»; и самым громким и самым язвительным был Саша «жулик». - А у тебя какое погоняло, Некит? - мне было правда интересно чем он прославился. Если сизый любитель выпить, кабан на массе, а жулик часто подворовывает в местном магазине, что мог вытворить Никита? - Он у нас черномазый - ехидно вывалил Жулик. Никита закатил глаза начал подбрасывать ветки в костер, а жулик продолжил, то и дело прерываясь на смех - Он у нас в чан с мазутом шлепнулся, когда мелкий был. Когда вылез забрел в курятник и там - все снова засмеялись не в силах продолжить историю, так что продолжил ее Никита. - Ну и измазался в перьях, потом пока деда искал, на карачках ползал, баб Нюра увидела меня и верещать начала, а потом всей деревне рассказывала, что видела чупакабру на нашем участке. - Так почему тебя не чупакаброй обозвали? - Потому что от мазута две недели отмывали, а волосы и того сбрить пришлось. Сизый начал напевать песню «дядя толик подстриги меня под нолик», после его в него полетела шишка от Никиты. - Понятно, а как меня прозовете? - кабан вмешался в разговор - Посмотрим, чем заслужишь. Солнце уходило за горизонт, мы по очереди ходили купаться, один из нас следил за костром, остальные отдыхают и так по очереди. Вопреки моим ожиданиям ребята оказались нормальными, с ними можно было поговорить, особенно разговорчивыми они становились, травя свои байки. Я внимательно слушал ведь их истории были по истине уникальными. И тем темнее становилось, тем мрачнее были истории.