Чудо Рождества

Алекс мысленно сверялся со списком катастроф и ставил жирные галочки после каждого «успешного» пункта. 1. Рассказать маме про парня? Выполнено. 2. В моменте позвать парня к себе на Рождество для знакомства с родными? Огромная галочка. 3. Узнать, что сестра поедет домой вместо каникул на яхте Бернадетт? Есть. 4. Получить согласие у Владимира на совместное Рождество? О да. Алекс сардонически улыбнулся фотографии на тумбочке, где Владимир корчился для воздушного поцелуя. Он выглядел до милого нелепо, учитывая, что Алекс получил это фото до того, как они стали встречаться. И, видимо, скоро этому придет закономерный конец. Кракен пощади его, устрой новую катастрофу, чтобы избежать Рождества. Алекс молился всю ночь, но чуда не произошло. Не то чтобы он не хотел знакомить Владимира с матерью, просто… Это всё было не вовремя! Да и присутствие Нади не облегчит ему задачу. Причин для беспокойства было множество! Алекс впервые не знал, за что именно ему тревожиться. С одной стороны, он боялся реакции Владимира на его припадочную семью. Мама сама по себе была выносима, но с Надей! Надя. От этого имени хотелось выть. Надя – корень всех его бед. Впрочем, она считала точно также. Словно цель её жизни это унижение младшего брата и уничтожение любого проявления успеха с его стороны. Их отношения были взаимно враждебными, и, Александр был уверен, она точно сделает какую-то пакость. Сестра не могла жить без этого. И ладно, если это будет касаться только его отношений с матерью, но что если она попытается рассорить его с Владимиром? Этого допустить никак нельзя. С другой стороны, он стал замечать тенденцию беспокойства со стороны матери о его отношениях. Что если Владимир не понравится ей? Звучало, как полнейший бред, ведь Владимир нравился каждой девушке от пяти до шестидесятипяти, и мама входила в этот диапазон. Он даже не переживал, что опустится в топе любимых детей, это были мелочи. Он готов уступить место Владимиру, лишь бы мама перестала думать, что его принудили к отношениям или что ему угрожают. Вероятно, она начнет думать, что с ним встречаются из жалости, как только она познакомится с Вовой. Что тоже было частью его тревог, но опять-таки незначительной. Больше всего он опасался себя в этой непростой ситуации. В семье у него был устоявшийся образ, который совершенно не вязался с тем, что он создал в Академии. Мама не просто так переживала, что он асоциален. Он был таким долгое время. Очень. Долгое. Время. Что если его социальные навыки деградируют из-за стресса? Что если он выкинет какую-то глупость и опозорится перед Владимиром? Что значит «если»? Он уже ехал крышей и сдавал рассудком. Он точно, совершенно точно, что-то натворит. Алекс просидел всю ночь в своей комнате, крутя одни и те же мысли. До поездки домой оставалось пару часов, а он всё ещё не был морально готов к полному поражению. То есть он, конечно, знал, что его ждал провал, но в какой форме? Порвет ли с ним Владимир? Или он переедет жить к Бомж-челу в пещеру? Не Владимир, конечно, а Алекс. Стук в дверь пробудил его от размышлений, как он будет расставлять мебель в пещере. – Алекс! – голос Владимира звучал бодро и оптимистично. Алекс прикрыл глаза. Время судного часа приближалось. Ему оставался только один вариант! Смирение. – Кракеново… – услышал он голос Вовы более четко, – что с тобой? Алекс открыл глаза, смотря на изумленного Владимира. Тот выглядел потрясающе в вязанном зеленом свитере и теплых клетчатых брюках. Каждый белокурый волосок прилежно лежал рядом с соседом, создавая идеальную прическу на прекрасной голове. – Я так и знал, что ты не помогал Брокки, – обвинительно провозгласил Владимир, – знал, что ты опять забредешь в какие-то мозговые дебри, знал, но всё равно поверил твоей мордашке. Алекс что-то промычал себе под нос. Обычно его жалобные моськи не работали, но, о чудо, они исправно работали на его парне. Алекс не часто их использовал, всегда только по срочному делу. Вчера, когда ему нужно было побыть одному и подумать о том, как выжить дома в Рождество, он и использовал эту беспроигрышную тактику. – Алекс, – позвал его Владимир, вороша рукой в его кудрявой голове, – твоя мама будет через час, а ты выглядишь… – Паршиво? – хрипло спросил Алекс. Он не хотел представлять свой внешний вид, учитывая, как разоделся Владимир. Вова на его слова покачал головой. – Не, – протянул он, – ты выглядишь так, словно мы всю ночь куролесили в кровати, а это, к сожалению, не так. Губы Алекса невольно растянулись в улыбке. Владимир всегда этими легкими пошлостями смешил его. – Вся ночь в пустую потраченное время, – в шутку проворчал Владимир. Алекса как из шланга окатило. Он резко выдохнул, чувствуя топящее чувство стыда и вины. Чем он вообще занимался? Это как раз то, о чем он думал. То чего он боялся. Вместо того чтобы продумать стратегию устранения Нади или тактики отвлечения маминого внимания, он занимался прокрастинирующим самобичеванием. Самым бесполезным занятием из всех! И это после Апокалипсиса! – Я должен собраться, – сказал он сам себе вслух, хлопая себя по щекам. – Ты не собрался? – удивился Владимир, зная о педантичном характере парня. – Что? Ты про вещи? Их я собрал, – сказал Алекс, мигом сползая с кровати. – Я про самого себя. – Я тоже переживаю, – согласился с ним Владимир. – Ты выглядишь прекрасно для переживающего человека, – со скепсисом заметил Алекс, но тут же цыкнул на самого себя. – Извини, Вов… – Чем лучше я выгляжу, тем увереннее я себя чувствую, – миролюбиво отозвался Владимир. – У каждого свой способ… Справляться. – Извини. – Эй, – успокаивающе прошептал Владимир, обнимая Алекса, – всё нормально. Сколько катастроф ты там уже надумал? – Четыре? – полувопросительно ответил Алекс, сжимая Владимира в объятиях. – Тысячи? – шутливо отозвался тот. – Я с тобой. Без паники. Я очарую твою маму, и мы вместе одолеем Надю. Тебе не о чем беспокоиться. Давай приведем тебя в порядок и отправимся праздновать Рождество. – Да, – согласился Алекс, – нужно привести себя в порядок. А то она подумает, что ты со мной из жалости. Владимир отстранился от него, смотря на него нечитаемым взглядом. – Так, – неожиданно строго сказал Владимир. – Во-первых, ты больше от меня ни ногой, понятно? Как только я вижу мозговой дайвинг на твоем лице, я вывожу тебя на сушу, чтобы ты не тонул в таких мыслях. – А во-вторых? – Во-вторых, в нашей паре я драматизирую, – сказал Владимир, указывая на себя. Алекс фыркнул, кивая. После душа ему стало лучше, голова прояснилась, но тревога не покинула его. – Вот и мой парень, – довольно сказал Владимир, зачесывая челку Алекса наверх и целуя его в лоб. Алекс старался держать эмоции под контролем, но внутри него всё бурлило. Что значили слова Владимира? Кого он видел перед собой? Кто был его парнем? Какой устоявшийся образ закрепился в его восприятии? – Так, вернись ко мне, – сказал Вова, замечая, что Алекс снова погрузился в мысли. Алекс покачал головой, отгоняя ненужное самобичевание. Он был благодарен Владимиру, ведь тот тоже переживал, но умудрялся поддерживать его. Нужно было прийти в себя. Но в которого из себя? Как? – А я ведь такой и есть, – прошептал Алекс, пока они стояли на остановке. – Тревожный, мнительный паникер. – Мой тревожный, мнительный паникер, – спокойно отозвался Владимир, кутаясь в объемный теплый шарф. – Я ведь серьезно, Вова, – рассеяно сказал Алекс. – Я тоже. А знаешь, мне нравится. – Что? – недоуменно переспросил Алекс. – Мне нравится, как ты сходишь с ума, – невозмутимо сказал Владимир. – Вечно такой идеальный, мистер Вдумчивость-и-Такт, и вот сейчас ты обычный человек. – Чего? – Сказанное настолько выбило Алекса, что он позабыл все свои мысли. – С чего такой вывод? Какая идеальность, ты о чем вообще? Владимир открыл рот, но к ним уже подъезжала знакомая Алексу пепельно-зеленая машина. Алекс мигом почувствовал напряжение Владимира, который, правда, не изменился в лице. На его лице сияла улыбка. – Алекс, – позвала его мама, выходя из машины и раскрывая руки для объятий. Алекс послушно обнял её, слыша цветочный парфюм. Он не видел её четыре месяца и успел соскучиться, хотя никогда не признается в этом. – Мама, это Владимир, мой парень, – чинно представил своего спутника Алекс, стоило им с матерью расцепить объятия. – Вова, это моя мама – Кристин. – Как приятно, наконец, познакомиться с тобой, дорогой, – проворковала женщина, тоже обнимая Владимира. – Алекс так много рассказывал о тебе, но не говорил, что ты такой красавчик. – Спасибо, мэм, – непривычно скованно отозвался Владимир, которого стиснули стальной хваткой. – Ну что ты, дорогой, – милейшим голосом продолжала она, – зови меня Кристин. Отпустив Владимира, Кристин обратилась к Алексу: – Золотко, а где твоя сестра? У неё снова изменились планы? – Без понятия, мам, – со вздохом ответил Алекс. – Мы же в разных общежитиях, поэтому сегодня не виделись. Кристин отошла к машине, чтобы позвонить дочери. Алекс направился к багажнику, маня за собой Владимира. – Всё же хорошо? – прошептал Владимир. – Да, ты явно ей понравился, – ответил Алекс, укладывая их чемоданы. – Будет замечательно, если у Нади реально изменились планы. Планы у Нади действительно изменились, и Алекс был безумно рад этому, пока в машине спустя полчаса поездки мама не начала допрос. – Итак… – после услышанной шутки по телевизору вдумчиво протянула Кристин. – Как вы, мальчики, познакомились? Алекс скосил глаза на мать. Так как Нади не было, ему было позволено сидеть на переднем месте, тогда как Владимир удобно устроился сзади. – В Академии, мам, – стараясь скрыть иронию в голосе, буркнул Алекс. – Мы познакомились после пар мисс Марковой в первый день семестра, – соловьем залился Владимир. – Брокки, наша барабанщица, сказала, что нашла нам клавишника в группу. Так мы и познакомились, а потом Алекс согласился помогать мне с блогом, и мы сблизились. Алекс оказался отличным фотографом. – Вот как? – удивилась его мать. – Не знала, что ты увлекся фотографией, золотце. Алекс пожал плечами. Что он мог сказать? Я застрял во временной петле и научился очень многому? Или… Мне понравился мальчик, и я решил изучить то, что поможет нам сблизиться? Звучало жалко даже для него. – Академия помогла мне найти новые хобби, – сказал Алекс. – А ещё ты играешь в группе, – вспомнила Кристин, мимолетно смотря на сына. – Хотела бы я послушать вас, дорогие, но добираться сюда… – Я взял диск, – гордо сказал Владимир. – Это замечательно, Владимир, – улыбнулась мама. – Знаешь, Алекс такой скрытный. – Понимаю вас, – кивая, сказал Владимир. Алекс мысленно застонал. Он рассматривал все варианты катастроф, но не ту, в которой Владимир и мама находят общий язык и терроризируют его вместе. Всё к этому шло. Лишь бы она не рассказывала истории про его прошлую школу и то, каким он был. Он вытерпит даже позорные детские фотки, но не безумный союз этих двоих. – Я вас слышу, – сказал Алекс, разворачиваясь и хмуро смотря на своего парня. – Но ведь это правда, – сказали они одновременно и рассмеялись.