После последнего выстрела

Ночь внутри Полицейского Департамента казалась ещё темнее, чем на улицах Раккун-Сити. Свет горел лишь в нескольких комнатах. Остальная часть огромного здания утонула в густой, почти вязкой темноте. Старые коридоры, когда-то наполненные голосами полицейских и звонками телефонов, теперь выглядели заброшенными. И опасными. Лампы под потолком мерцали. Некоторые коридоры освещались лишь редкими аварийными огнями. Тени от колонн и дверных проёмов растягивались по полу, как живые. Леон С. Кеннеди стоял у лестницы, проверяя пистолет. Он двигался спокойно, привычно – будто делал это уже сотни раз. На самом деле он делал это, чтобы не думать. Потому что если он начнёт, то придёт к простой мысли: Я вообще не должен быть здесь. Первый день на службе. Конец света. Зомби. Он тихо выдохнул. Позади него щёлкнул затвор дробовика. Клэр Редфилд стояла у стены, проверяя оружие. Её движения были уверенными, но Леон всё равно заметил лёгкое напряжение в плечах. Она старалась выглядеть спокойной. Но это было совсем не так. Он несколько секунд просто наблюдал за ней. Как она поправляет ремень дробовика. Как убирает волосы за ухо. Как сосредоточено смотрит на карту. И неожиданно для себя он поймал мысль: Она держится лучше половины полицейских. Клэр подняла голову. — Что? Леон быстро отвёл взгляд. — Ничего. — Ты на меня смотрел, — она прищурилась. — Проверял, готова ли ты, — Леон пожал плечами. — Пока не решила стрелять в меня. — Пока. Он усмехнулся. В этот момент из коридора вышел Марвин Брана. Он опирался на стену чуть сильнее, чем раньше. Рана на боку давала о себе знать. — Генератор в западном крыле, — сказал он, раскладывая карту на столе. — Здесь. Он указал на дальнюю часть здания. — Коридоры там старые. Планировка запутанная. Клэр наклонилась ближе. — Почему питание отключилось? Марвин покачал головой. — Мы не знаем. Может быть повреждение проводки, — он сделал паузу. — Или что-то… сломало систему. Леон поднял взгляд. Марвин посмотрел на него серьёзно. — Мы слышали шумы. Тяжёлые. Словно что-то двигается в вентиляции или за стенами. — Отлично, — тихо сказала Клэр. Леон усмехнулся. — Звучит как отличная прогулка. Марвин перевёл взгляд на него. — Ты всё ещё можешь отказаться. Леон даже не подумал. — Нет, — он посмотрел на Клэр, она уже поднимала дробовик. — Пойдём. Западное крыло оказалось совершенно другим. Как будто это была другая часть здания. Свет здесь не работал совсем. Только фонарик Леона разрезал темноту узким лучом. Пыль висела в воздухе. Каждый шаг поднимал тихий шорох. Пол был покрыт бумагами, папками и осколками стекла. Клэр шла чуть позади. Она внимательно слушала каждый звук, каждое движение. Где-то в глубине коридора раздался тихий стон. — Слышала? — остановился Леон. — Да. Он медленно двинулся вперёд. Луч фонаря осветил дверь. Она была приоткрыта. Изнутри доносился звук… жевания. — Я уже знаю, что там, — поморщилась Клэр. Леон тихо толкнул дверь. Внутри сидел зомби. Он склонился над телом полицейского и медленно отрывал куски плоти. Клэр выстрелила. Дробовик оглушительно грохнул в маленькой комнате. Тело зомби отлетело назад. — Спасибо, — тихо выдохнул Леон. — За что? — За то, что избавила меня от этой картины. Клэр посмотрела на тело полицейского. Её лицо стало серьёзным. — Мы должны закончить это. Леон кивнул. Они вышли обратно в коридор. Тишина снова накрыла их. Но теперь она казалась… другой. Словно здание проснулось. Через несколько минут они добрались до лестницы, ведущей вниз. В подвал, где находится генератор. Леон остановился у двери. Он посмотрел на Клэр. — Готова? Она улыбнулась. — После всего, что мы уже видели? — Справедливо. Он открыл дверь. Лестница уходила вниз в абсолютную темноту. Холодный воздух поднимался из подвала. С запахом сырости и чего-то ещё. Леон включил фонарь, и они начали спускаться. Шаг за шагом. Тишина становилась плотнее, тяжелее. И вдруг… где-то внизу раздался звук. Не шаги, не стон, что-то тяжёлое. Медленное. Будто огромные когти провели по бетону. — Скажи мне, что это просто трубы, — тихо прошептала Клэр. Леон посмотрел в темноту. И впервые за эту ночь не пошутил. — Хотел бы. Луч фонаря дрогнул. И в глубине подвала что-то шевельнулось. Что-то большое. И живое.