Ошибка Ангела

Михаил держал в руках несколько важных бумаг и открыл портал к брату. Работа не терпела отлагательств, и нужно было срочно обсудить всё с таким же ответственным за это дело лицом. — Братец, вот ты где. Слушай, здесь… Но поняв, что его не слушают, Михаил отвлёкся от бумаг и прошелся взглядом по Рафаилу. Тот сидел к нему спиной в позе бабочки и держал что-то в руке. Судя по всему, появления брата он не заметил и был занят своими мыслями. Михаил отправил документы обратно, чтобы ненароком не испортить их, и подошел к Рафаилу со спины, положив руку ему на плечо и сжал. Брат едва заметно шелохнулся от неожиданности. Шаги Михаила он узнал ещё тогда, когда тот оказался здесь, но сам Рафаил находился в прострации и совершенно об этом не думал. Взгляд тут же метнулся в строну своей руки и на брата. Тот, поймав взор, тоже посмотрел на руку. Оправдываться было поздно. — Миш! Это не сигарета, это… — Конопля, вижу. Просто прекрасно. Это же гораздо лучше сигарет, верно? Ответить было нечего. — Рафаил, надо серьёзно поговорить, — Михаил взял зелёный сверток из рук брата и на его же глазах сжег в пламени. — Я слушаю… — Теперь-то ты слушаешь, отлично. Мы ровесники, верно? Так что же ты так редко об этом вспоминаешь? Нет никого, кто был бы старше нас. Но этим дурацким поступком ты показываешь, что не смог удержаться от соблазна. Какой пример ты подаёшь другим ангелам? Да что там, с примером, я уже молчу о вреде этой дряни. И всю теорию ты знаешь не хуже меня. Так скажи, зачем? — Хотел узнать вкус. — Можно было найти замену. Ты вполне мог создать точно такой же вкус без вреда для своего здоровья, я знаю. Нет, не ври. Ты хотел узнать не вкус, а эффект от них. — Я… Не знаю. — А кто, Рафаил, знает? Ты ведь понимал, что не получил бы такой же эффект, как человек. А раз так, то точно не планировал принять только один этот жалкий сверточек. И вот так, принимая одну за другой, ты бы выработал зависимость. Помнишь, как мы посещали душевнобольных, в частности, зависимых? Хотел бы стать таким же? В твоем случае было бы, как минимум, в тысячу раз хуже. Рафаил вздохнул. — Ты прав… — Я и не сомневался, что ты так считаешь. Но одного понимания мало, — Михаил поджал губы. Оба брата выглядели потерянными, но каждый по разным причинам. Рафаил сидел на том же месте, стараясь не смотреть брату в глаза, а Михаил… Не выдерживая, заплакал. От такого Рафаил окончательно растерялся, но тут же встал и приобнял его за плечи. К заскокам в эмоциях брата он привык. — Скажи, я делаю что-то не так? — руки Архангела дрожали и он закрыл ими лицо, держа глаза открытыми, — Мне стоит поменять методы воспитания? Я не справляюсь с этой ролью? — Нет! Нет! Миш, ты все делаешь правильно. Это мы дураки, раз не слушаем. Ты столько для нас делаешь… Услышав согласие, эмоция печали тут же сменилась на праведный гнев. И хоть Рафаил и привык к таким резким переходам, все равно иногда пугался. Да, такие заскоки были у всех, но они были не так заметны, как в случае с Мишей. Поправив волосы так, как это делает Сэра, возможно, от нее он и взял эту привычку, словно переключаясь, Михаил посмотрел до ужаса строго и недовольно. — Я знаю, ты обычно выбираешь безлюдные места для отдыха. Надеюсь, ты и в этот раз не изменил своим привычкам. Так как я собираюсь выпороть тебя прямо сейчас. — Здесь?! — Ну эту же дрянь ты хотел принять здесь. Михаил сел на землю в позу лотоса и похлопал себя по ногам. — Штаны с трусами спускай и ко мне на колени. Не заставляй меня повторяться, это в твоих же интересах. Рафаил, опасаясь разозлить Михаила еще больше, сделал всё, как велели. Миша схватил и прижал запястья брата к пояснице и призвал деревянную щётку для купания, с которой у обоих братьев были связаны не самые приятные воспоминания. Рукоять ее была немного длиннее, чем у обычной такой щетки. И предназначалась это далеко не для бани… Рафаил смотрел куда-то вперёд, но его лицо Миша прекрасно видел. Пока что покраснела только часть щек. Первый удар прошелся по обеим половинкам и заставил низ одежды, оставшейся на щиколотках, слететь. Рафаил от этого покраснел до ушей, а Миша после удара сразу же проверил состояние брата, так как в этот раз порол в полтора раза сильнее, чем обычно. Рафи в тот же момент заметил разницу и был немного потрясен. Он настолько разозлил Мишу? Удар был ощутимее, чем обычно и выбивал из колеи. Если до этого он думал, что выдержит порку, как обычно, без капризов, то в этот раз сомневался, что сможет удержаться. После второго удара стало окончательно ясно, что Миша не никогда не порол так сильно. Сам удар был таким же, как и первый, поэтому Рафи задрыгал ногами. И остановился только тогда, когда понял, что слишком увлёкся. Миша смотрел на эту небольшую истерику и даже не думал ударить его еще раз, так как опасался попасть не туда, куда планировал изначально. Вместо этого, он дождался, пока Рафаил сам перестанет размахивать ногами, и пока тот был отвлечён, под ними появилась простыня. Не хватало еще, чтоб братик заболел. — Всё? Теперь прижми ноги к земле и старайся так не двигать ими. Иначе зафиксирую твое и так не слишком удобное положение. Рафаил послушался Мишу, опасаясь сказать, что лучше уж зафиксировал. Дальнейшие удары посыпались с той же силой, что и предыдущие. Михаил делал трёхсекундный перерыв после каждого, дабы его брат смог хорошенько прочувствовать их все. Когда щетка попадала по бёдрам, Рафаил дергался особенно сильно. И это заставляло Мишино сердце каждый раз замирать. — Давай-ка я напомню тебе, какой вред несут наркотические вещества, — не успел Рафаил никак отреагировать на эти слова, как получил ещё один шлепок. И чувствовал новый после каждого пункта, коих от этого продукта было не мало. Похоже, Михаил задумал прямо припечатать эти слова. Но он называл лишь самое основное, так как остальное планировал рассказать в более располагающей обстановке. Закончив с пунктами, щетку Михаил убрал. Но Рафи даже не сразу это заметил. — Давай сделаем перерыв, — Миша отпустил прижатые руки и мягко погладил брата по спине. Он угукнул, но больше ничего не сказал, закрывая в отпущенные руки лицо. Миша не торопил его и продолжал гладить по спине. Он услышал тихий всхлип и тут же передал брату платок. Рафаил плоток взял и кое-как перебрался в объятия к брату. — Миш, ты меня любишь? — Конечно, братец, — поцеловал в лоб. — Это жестоко. Ты меня гладишь той же рукой, которой недавно бил. — Порол. Рафи, мы ведь это обсуждали. Это способ вразумить тебя и избавить от куда более страшных последствий. Рафаил тихо плакал в одежду брата, а Михаил гладил его по голове и спине. — А мы можем закончить это побыстрее? — спросил вдруг Рафаил. — Конечно. Уверен, что сможешь выдержать, если продолжим сейчас? — Да. — Тогда возвращайся на мест… — Я передумал, давай посидим так ещё. Рафаил вцепился в брата, словно клешнями, и не отпускал. Михаил не был удивлен и укутал его простыней, на которой они сидели, чем заработал то ли недовольный, то ли обиженый взгляд. Малейшее касание к коже на ягодицах сейчас вызывало дискомфорт, что уж говорить о простыне или о продолжении наказания. — Хочешь что-то сказать? — Молчу, Миш. Михаил на это кивнул, не переставая гладить его. — А может не нужно продолжать? — спросил Рафи. И пожалел, что сделал это. Так как если Михаил назначал наказание, то точно доводил его до конца. — Так. Рафаил, наказание не закончилось. Если так не терпится, то можем продолжить прямо сейчас. — Не надо… — Хорошо, — Миша поцеловал брата в щеку и больше не торопил. Рафаил тем временем думал о том, что наказание в любом случае рано или поздно будет воспроизведено в полном объеме. — Кстати, а зачем ты приходил? — О, точно, — Михаил достал документы и прочел их вслух. Рафаил лежал и внимательно слушал, что-то дополняя. Это помогло ему отвлечься, а Мише покончить с делом, ради которого он брата изначально и искал. — Пфх, — прыснул в кулак. — Что смешного? — Ну ты весть такой серьёзный… С голой ж… — Миша! — Всё-всё. Я же шучу. Ну что, теперь готов? Или у тебя есть какие-то документы, которые ты бы хотел обсудить прямо сейчас? — Ничего срочного. — Отлично, тогда возвращайся ко мне на коленки. — А можно ты не будешь держать мои руки? — Хорошо. До этого Миша держал их только потому, что сила удара была увеличена, но сейчас такой проблемы нет. Рафаил нехотя вернулся на место и почувствовал, как скрутило живот от ожидания. Но Миша медлить не стал, ударив… Ладонью? — Ладошкой? — А ты хочешь продолжения с щёткой? Не делай поспешных выводов. Это будет больнее, чем обычно. Гораздо. Прислушиваясь к ощущениям, Рафаил понял, что Миша прав. Хотя, он в этом и не сомневался. — Ай-ай-яяяяй, — заныл Рафи и обвис на коленях брата. Тот на это никак не отреагировал и продолжил шлёпать, не упуская ни одного участка кожи. — Оййй, оййй… Ой! На последнем слоге была настоящая реакция, потому что Миша резко изменил темп, в то время как остальное было общее выражение мыслей насчет боли. Михаил не останавливался, пока не сделал три круга по всей поверхности. — Что ж, а теперь… — в его руке появилась крапива. Все бы ничего, но как только Рафи увидел ее, тут же запротестовал. — Миш, что угодно, но только не она… Рафаил сразу понял, что крапива не простая, а райская. А следы от нее отходят как минимум 10 дней, если не больше. И жалила она в несколько раз сильнее обычной. — Хочешь, я сейчас же человеческой нарву? Пожалуйста, можно не её… Но Михаила не переубедить. И Рафаил, и Люцифер, сталкивались с райской крапивой. Оба были не в восторге. От нее нестерпимо и на не поротую задницу, что уж говорить сейчас… — Рафаил, лежи смирно. Крапива значит крапива. Поздно метаться. Рафаил глубоко вздохнул и сжал свои руки. Первый удар был не ударом, а хлопком. И каждый последующий был сильнее предыдущего, пока они наконец не приобрели одинаковую силу и темп. — Жжется… — Конечно, жжется. Но больше Рафаила шокировало то, как спокойно и крепко Михаил держал крапиву голыми руками. Он делал так всегда, никогда не надевал перчаток. — Почему? — спросил когда-то Рафаил. — Я вас воспитываю. Ваш проступок означает, что и я в этом виноват. Так как же я посмею надеть перчатки? Ни за что. Полностью использовав этот стебель, Миша достал ещё один. Но на этот раз без шлепков. Он водил новой крапивой по пройденным участкам, а Рафаилу оставлось только обвиснуть на коленях брата. — Всё. Можешь вставать. Но встать у Рафаила сил не было. Миша погладил его по голове. Спустя пару минут Рафаил все же поднялся и подошел к одежде. Надевать что-то было очень больно, но Рафи справился. Михаил подошел к нему и открыл портал домой, в ванну. Рафаил подошел к раковине умыть лицо. — Хорошенько всё промой. Ты держал эту дрянь слишком близко к себе. — Я не пробовал. — Ещё б ты попробовал! Умыв лицо, Рафи вытер его. — Если ты это сделаешь, сегодняшняя порка покажется тебе сказкой. Рафаил поперхнулся: что, может быть еще хуже?! Но ничего не сказал, кивнул и лёг на ближайший диван, закрыл глаза. — Куришь? — Нет. — Выпиваешь? — Нет. — Умница. За наркотики еще раз возьмешься? — Ни за что. — Отлично. Что ж, у нас еще будет парочку бесед насчет вреда этих веществ, но сейчас отдыхай. Михаил поцеловал Рафи в лоб и хотел уйти, но его остановили. Он кивнул, сел рядом и начал гладить. Так Рафаил и заснул, а Миша охранял его сон.