Можно ли любить человека, что не умеет себя беречь?

Ветки деревьев бились об стекло, из-за сильного ветра за окном, что так и хотел напомнить о себе всему человечеству. Луна, казалось бы специально именно в эту ночь захотела светиться сильнее. Свет ломано падал в комнату, разрезая темноту на резкие куски. Шум за окном, и гробовая тишина в комнате добавляли сильный контраст во всю ситуацию.  Шедлетскому даже показалось, что он начал слышать свое сердцебиение, или же это было сердцебиение Билдермена? Парень, что недавно подавлял слезы, сейчас сидел с опущенной головой, не двигаясь. Как будто время замерло, и никто не может и пошевелиться. Кудрявый обратил внимание на свои пальцы, что все время сжимали край одеяла, значит время все же идет.  Парень уже думал, повторить свой вопрос, но Строитель опередил того, аккуратно встав с кровати. Его ватные ноги, не особо держали того, из-за чего появлялось ощущение, что еще чуть-чуть и он упадет. Сероволосый сел на край кровати к Шедлетскому и громко выдохнул, слишком громко для человека, что недавно задыхался от собственных страданий и слез.  — Знаешь, иногда бывают такие периоды, когда все идет не так, как надо, и тебе просто нужно время, чтобы выплеснуть все эмоции. — начал свой монолог Билдер, все так же смотря в пол. Его голос, едва заметно дрожал, но Шедлетский заметил. — Понимаешь?  Брюнет долго мялся над ответом на вопрос. Он прекрасно понимал, о чем говорит Строитель. Но сложить пазлы в картинку не удавалось, ведь он всегда думал, что зубрилы по типу Билдермена — живут в сказке, и жизнь у них прекрасна. Никогда парень не думал, что будет наблюдать за тем, как человек постепенно ломается на маленькие кусочки, сам того видимо не замечая.  — Может тебе..успокоительное выпить? Мне мама с собой ложила в аптечку, на всякий случай. Но Шедлетскому не нужен был ответ, чтобы трезво оценить ситуацию. Он аккуратно достал чемодан, что все это время лежал под кроватью, и достал оттуда аптечку. Немного покопавшись, парень нашел настойку валерианы. У него были и таблетки, но действуют они в разы дольше. Быстро встав с пола, кудряш набрал стакан воды из бутылки, и капнул туда пару капель валерианы, немного подождав, пока оно растворится. Резкий запах спирта ударил в нос, но что поделаешь.  Отдав стакан Билдермену, тот помог выпить ему препарат не разлив воду на себя. Подействовало очень быстро, Строитель почти сразу расслабился. Парень еле встал с кровати, чтобы дойти до своей. Он то и дело, что шатался. Возможно, стоило бы его придержать. Но Шедлетский не будет собой, если будет вечно строить из себя вежливого соседа.   Билдермен медленно провел рукой по лицу, садясь на край кровати. Осознание ситуации постепенно доходило до него, как и размытость в глазах. Очки все это время лежали на тумбочке, и он их не одевал, поэтому вместо Шеда, он видел желтое пятно, которое изредка шевелилось и говорило. Но долго он не посидел, успокоительное взяло вверх над ним, и сероволосый просто отключился, медленно упав на кровать.  Шедлетский еще пару минут смотрел в сторону Билдермена, словно пытаясь понять, о чем он думает, какой он человек и почему именно сегодня он застал его в таком состоянии? Вопросы крутились в голове, и кажется не прекращались, но завтра была учеба, и следовало бы идти спать.  Подойдя к столу, кудрявый выключил настольную лампу, которая была включена всю ночь. На столе лежали аккуратные рисунки, чертежи и Теламоном давно забытая домашка Шедлетского по геометрии. Свет луны мягко падал на творения Строителя, добавляя им больше блеска и живости.  Дойдя все таки до кровати, Джон краем глаза посмотрел в сторону своего соседа, дабы убедиться, что тот спит. Когда информация подтвердилась, парень со спокойной душой лег на кровать, укрывшись одеялом почти с головой. Мягкая ткань, что моментально согрела холодное до этого тело, очень сильно убаюкивала. Спокойное дыхание Билдермена со стороны тоже сыграло плохую шутку, и подстраиваясь под ритм того, Шедлетский осторожно закрыл глаза, всего лишь на минуту, сам того не замечая, как попал в ловушку сна морфея.      ***  Утро пришло спокойно. Птицы за окном все так же летали и пели свои песни, будя всех прохожих и жителей квартир. Ветер, что еще ночью был сильным, сейчас был легким и еле заметным, как будто бы успокоился вместе с Билдерменом. Но погода не была солнечной, тучи уже давно закрыли солнце собой, и не давали накрыть землю светлыми лучами. Птицы летали довольно низко, наверное к дождю.  Билдермен шел по улице, держа в руке стаканчик с кофе, а в другой книжку, что читал по пути. На его плечах повис тяжелый рюкзак, что собрал в себе все учебники и тетрадки на ближайший день, если не неделю. Прохожие, что проходили мимо, узнавали Билдермена, как никак его семья очень помогала еще с давних пор их городу. От сероволосого, естественно, ожидали того же успеха, что достигли все в их семье.  В их семье все всегда были архитекторами или строителями. Еще с давних пор, его семья помогала построить весь их город, что сейчас был столицей их большой страны. Особенно его родители, славились успешными проектами. Но желание добиться успеха, отняло у Билдермена детство, и он это и сам прекрасно понимал. Поэтому и настоял на том, чтобы съехать при поступление в колледж.  Отношения с родителями у него были натянутые, он не любил их, но и не ненавидел. Он был благодарен им, за то, что дали ему жизнь. Но на этом его чувства к ним оборвались. За все детство, отец практически не появлялся дома, у него была вечно работа и работа. Иногда они с мамой ссорились. Он помнил это хорошо. Мама с папой всегда могли кричать друг на друга, и иногда переходить на физическую силу. Иногда летели тарелки, иногда вазы их собственного мастерства.  А Билдермен, просто смирился. У него была младшая сестра, за которой тогда приходилось следить ему. Он помнил, как выводил сестру из кухни, и прятал ее у себя. Одевал ей наушники, и включал мультики, пел колыбельные, чтобы та спала лучше. А сам позднее получал выговор от матери, что после конфликта могла спокойно выпить пару бокалов вина. Но его не били. Насилие по отношению к детям, родители не любили, наверное за это, он тоже им благодарен.  Дверь в здание колледжа открылась с скрипучим звуком, сообщая о том, что кто-то зашел. До начала занятий было всего ничего, в этот раз он пришел позднее обычного. Но на удивление, аудитория все так же была пустой. Шаги отдавались эхом, мягко напоминая о том, что парень здесь снова в полном одиночестве.  В детстве, Билдермен всегда был один. У него не было друзей, родители были вечно заняты своей итак безупречной репутацией, а остальная родня, просто не хотела брать такую ответственность на себя, как воспитание ребенка. Сероволосый никогда не винил своих родителей, он уже тогда понимал, что для них это был смысл жизни.  Но ему всегда хотелось, иметь друзей. Быть на одной волне со сверстниками, и не быть ходячей энциклопедией. Билдермен пытался как-то изменить свою жизнь, но не смог влиться в общество. Он совсем не умел общаться с людьми в неформальной обстановке, какие тут уж друзья.  Ему было поэтому непонятно, почему Шедлетский, в принципе говорит с ним. Почему не кормит его молчанием и холодом как все остальные, как он сам?  Вопросов было много, а желание на них отвечать отсутствовало.  В аудиторию резко ворвался Шедлетский, чуть не упав. Его итак кудрявые волосы были взъерошенны сильнее обычного. Парень держался за дверь, пытаясь отдышаться после бега. Однако увидев, что аудитория пуста, его лицо отразило шок.  — А где все остальные?..  — Не знаю. Когда я пришел, здесь никого не было. Пара идет уже 15 минут. — разочаровано сказал Билдермен.  Строитель знал, что что-то не так, не может же быть так, что все решили не приходить на пару? Даже преподавателя не было. Может они перепутали время? Может, они опоздали, и сейчас другая пара? А может, наоборот, пару перенесли?  Шедлетский сел рядом с Билдерменом, доставая телефон из кармана. По началу он просто сидел в тик токе и листал ленту, но любопытство его победило, и он зашел в общий чат с преподавателем. И о чудо, они не сошли с ума и не начался конец света!  — Прикинь, — начал кудрявый, наклоняясь ближе к парню, показывая тому телефон — оказывается, у нас другая пара вообще.  — Не беда, еще успеваем на половину. Пошли. — Билдермен встал с места, и начал идти, как вдруг, его кто-то схватил за руку. Обернувшись, он увидел наглую рожу, что смотрела на него умоляющими глазами. — Ты чего.  — Ну кудаа..Мы уже половину пропустили. Это ж какое будет неуважение к самому преподавателю врываться посреди пары! Может лучше ко второй пойдем? — Шедлетский мягко потянул Билдермена на себя, все еще сидя на стуле. — Дааавай..от одной пропущенной пары ничего не случится.  Строитель долго смотрел на кудрявого осуждающим взглядом, взвешивая все «за» и «против», и по итогу сдался под этим давлением со стороны своего соседа и сел рядом с ним. Парень открыл книгу, и начал читать, попутно кинув — «Но на следующую пару мы идем.» — и замолчал. Поставил точку в диалоге.  А Шедлетский уже продумал идеальный план, как развеять эту серьезную рожу и увидеть улыбку хоть на секунду.  ***  Оставшееся время ребята просто сидели в аудитории, и занимались своими делами. Билдермен читал книгу про психологию человека, он хочет научиться понимать людей лучше, удивительно, правда? А брюнет делал все, что мог, кроме полезных дел. Взгляд Строителя иногда цеплялся на этой неугомонном силуэте, но тот по итогу отводил взгляд ничего не говоря. А кудрявый ходил по всему помещению и смотрел все, что можно было.  Шедлетский даже открыл шкафчики в столе преподавателя с помощью скрепки. В основном там были лишь нужные для учебы принадлежности, но там так же были и интересные предметы. Например фотография его семьи. Они выглядели очень счастливыми. Кудрявый даже на секунду задумался, как нехорошо смотреть чужие вещи, но увидев пачку презервативов вина тут же испарилась и аудитория заполнилась громким смехом.  Билдермен понимал, что смех того очень звонкий, и их могут спалить за прогуливанием, поэтому тут же подбежал к парню и закрыл рукой рот парня. Но увидев причину, по которой тот смеется, сам невольно улыбнулся дав Шедлетскому щелбан.  — Лазить в чужих вещах не хорошо. Пошли давай, скоро конец пары, пора идти в следующую аудиторию. — сказал строго парень и повел кудрявого за собой.  — Стой! Можем зайти в магазин?? Прошуу, на пять минут.. Мы успеем. Сразу после магазина пойдем на пару. Обещааю.  — Господи, какой же ты неоднозначный.. Пошли уже в твой этот магазин, пока я не передумал.  Шедлетский тут же изменился в лице, и почти вприпрыжку пошел в сторону выхода с колледжа. К сожалению, магазин у них был лишь за территорией здания, но о чудо, охрана выпускает с колледжа без вопросов и это не являлось проблемой.  До магазина идти 2 минуты, он достаточно близко, всего лишь перейти дорогу. Он круглосуточный, из-за чего сюда можно спокойно зайти даже ночью, и тебе продадут товар без вопросов. Билдермен, по секрету, сюда тоже часто ходил когда только заселился в общежитие и у него не было этого соседа.. По дороге Билдермен увидел рекламу на билборде, там были его родители. Его сердце тут же неприятно кольнуло от разочарования, что даже здесь, он видит их лица. Неприятные воспоминания тут же нахлынули, и парень невольно поджал плечи, как будто пытался закрыться в себе физически.  Родители, однозначно, были для него самым ужасным воспоминанием, которое он хотел бы забыть и не вспоминать. Этот вечный запах сигарет и алкоголя впился в кожу Билдермена слишком сильно, из-за чего при каждой попытке покурить он чувствует отвращение и его тянет блевать.  Билдер невольно сильнее сжал лямки рюкзака, но все же отбросил старые воспоминания и пошел следом за Шедом, который уже был в магазине. И когда он только успел?  — Бери что хочешь, я оплачу. Я сегодня очень добрый — сказал привычным голосом кудрявый, уже набирая всяких чипсов и снеков себе.  — Я пожалуй откажусь от твоего предложения..  — Зануда.  Парни быстро взяли что-то в магазине, и уже пошли на кассу оплачивать. Билдер взял всего лишь бутылку с водой, в то время как Шедлетский накупил еды, кажется, на неделю вперед. Долго не думая, брюнет выхватил у Строителя бутылку с водой и оплатил ее со всей едой, что набрал.  Очкастый почувствовал неприятное чувство где-то в глубине души, привыкший оплачивать свои желания самостоятельно, без чьей либо помощи или подначек, но решил промолчать, дабы не начать конфликт по такой глупости.  Выйдя с магазина, парни остановились около него и просто смотрели в сторону колледжа. В целом, смысл идти на пары еще был, а желание? А его не было. Особенно у Шедлетского. Но тот все никак не решался заговорить первым, вроде и надо что-то сказать и снова начать уговаривать.. а вроде уже итак слишком много раз за последний час умолял его.  Но все же мозг решил нажать на газ первее, и поэтому уже через несколько секунд, кудрявый схватил Билдермена за запястье и начал куда-то тянуть.  Строитель сразу начал выбираться, но схватил того будто бы мертвой хваткой, а они с каждым шагом были все дальше и дальше от колледжа. К сожалению, через 4 минуты Билдермен сдался и стал и сам идти за Шедлетским.  Правда тот, запястье его так и не отпустил. Думал, вдруг сбежит.  Город встретил их шумными дорогами, гудением машин и бесконечным движением людей, которым казалось, было все равно на каких-то двух прогульщиков. Тротуары после ночи были усыпаны листвой деревьев, а иногда даже и ветками. Воздух вокруг был все еще сырым, а небо серым.  Шедлетский шел вполне себе уверенно, как будто бы знал дорог как свои пять пальцев. Но на деле тот шел куда угодно, лишь бы не в сторону колледжа. Он вел соседа по улицам, иногда сворачивая, чтобы тому не было понятно, куда того ведут.  Минут через 20, ребята начали выходить из города, и их стали встречать дома все реже и реже. Билдермен понял, что они вышли на окраину города. Здесь он никогда не гулял, да и когда бы он смог? Ему всегда запрещали. Все это время, Шедлетский держал парня за запястье, как будто бы и вправду боялся, что тот отпустит.  — Ты можешь уже отпустить меня. Я никуда не уйду уже. — просто к слову сказал Билдермен, решив развеять тишину.  — Знаю, но ты ведь все еще хочешь вернуться на пары? И не говори, что я не прав! Я тебя уже выучил.. Билдермен лишь косо посмотрел на того, но не возразил. Лишь поправил свои очки свободной рукой.  Шедлетский усмехнулся, и взял того еще крепче и удобнее за запястье. Для него это было небольшой победой. Небольшой кирпичик, для его мостика к Билдеру.  Когда они наконец дошли до того места, куда Шедлетский и хотел изначально пойти, кудрявый спрятал руки в карманы, из-за совершенно нежелательного ветра. Билдермен машинально слегка потер свою руку пальцем, все еще ощущая тепло чужих пальцев на коже, которое подозрительно осталось дольше обычного. Впереди них показался парк. В нем не было много людей, лишь какая-то пожилая пара, что сидела на лавочке, и девушка, что выгуливала собаку.  Билдермен все еще задавался вопросом, куда его ведет его сосед. Не шел бы он так далеко, ради какого-то парка, которых и в центре города итак много. Но очкарику оставалось лишь ждать, ведь на вопросы ему никто отвечать не собирается. Шедлетский заметил этот недовольный взгляд на себе и лишь ухмыльнулся на это. За все это время он ни разу не остановился и продолжал идти. Он знал, что Строитель постепенно теряет терпение, он ведь итак того против воли повел гулять.  — Я надеюсь ты меня не ведешь к какому-то пруду кормить уток. Иначе я разворачиваюсь и иду обратно на пары, пока еще не пропустил весь день..  — Идея конечно хорошая, но ты слишком низкого обо мне мнение. — сказал кудрявый, и развернувшись ткнул Билдермена в нос пальцем. — тебе понравится там, доверься мне!  На это заявление, очкарик лишь закатил глаза назад, но немного даже улыбнулся. Шедлетский это заметил, но решил не комментировать. Вдруг потом еще перестанет улыбаться вообще.  Асфальтовая дорожка в парке стала заменяться обычной тропой из камней. Деревьев становилось все больше, а лавочки стали пропадать из зоны видимости. Подул холодный ветер, разбрасывая листья, что были у двух студентов под ногами.  Лист клена, что ели как весел на итак голом дереве сорвался с ветки и приземлился очень медленным движением в волосы Билдермена. Лепесток упал почти на челку тому, из-за чего тот сразу почувствовал, что что-то не так.  Но не успел он сделать хоть что-то, перед его лицом уже стоял Шедлетский, что аккуратно поправил лепесток клена, чтобы тот не мешал тому. С его уст послышался тихий смех и он постепенно начал отходить. Он напоследок поправил немного съехавшие очки и пошел дальше в глубь парка.  Билдермен немного замялся по началу, и какие-то две секунды просто стоял на месте, как будто бы завис и перерабатывал информацию, что получил. Но в скором тот очухался и пошел за кудрявым, что уже успел отойти на достаточно большое расстояние. Небо постепенно стали закрывать кроны деревьев, и вокруг стало темнеть. Слабые лучи солнца еле пробивались сквозь кучу ветвей и еще не опавших листьев на деревьях. Где-то кажется пробежала белка по дереву, а после и птицы, что еще не отлетели в теплые края начали издавать звуки.  — Правда тут красиво? — сказал Шедлетский, немного отодвигая ветки деревьев, чтобы они не задели Билдермена. — Лес как лес.. — сказал Строитель, но уже через секунду добавил шепотом улыбнувшись — Красиво..  Брюнет сделал вид, что ничего не услышал, но улыбка на его лице стала ярче. Никогда бы он не подумал, что сможет прогулять пары в лесу вместе с этим зубрилой. Этот день явно стоил всех тех страданий, через которые прошел Шедлетский, просто чтобы поступить в этот колледж.  Два студента вышли на какую-то поляну, что была посреди леса. На ней была заброшенная людьми беседка, и лавочка внутри. Чуть дальше был обрыв, в которым было кучу упавших деревьев и листвы. Легкий ветер развивал волосы парней, что стояли около «пропасти».  Тучи на небе начали немного сереть, где-то в далеке был слышен гром.  — Щас ливанет.. — сказал Шедлетский смотря в небо. В глаз попала капля дождя, подтверждая его слова.  — Вау, ты только понял? — сказал с сарказмом Билдермен, что уже шел в сторону беседки. — ты идешь?  — Нее..я немного постою под дождем.  Строитель закатил глаза и спрятался под беседку. Он стоял под крышей и наблюдал за тем, как постепенно одежда Шедлетского начала намокать, а его лицо, на котором была радость стало заменяться недовольством. Тихо хихикнув, очкарик достал из своего рюкзака водонепроницаемую куртку и подошел к кудрявому.  Брюнет не успел и слова вставить, как на него одели куртку с капюшоном. Обернувшись, он заметил легкую улыбку на лице Билдермена, которую сразу так и не заметишь, если не приглядываться. Внутри стало так тепло, но далеко не от куртки.  Сероволосый поправил куртку, и удалился обратно в беседку, не желая промокнуть еще сильнее. Он заметил, как его сосед по комнате все так же смотрит на него. Тот впервые заметил на лице того не улыбку, а скорее шок? Удивление? Это было неожиданно для обоих, из-за чего Билдермен в скором отвернулся и начал изучать тропинку, которая тоже стала намокать.  ***  Минут через 10 в беседку зашел и кудрявый. Он встал около зубрилы и облакотился на бортик беседки. С его волос все еще капала вода. Видимо дождевик не спас того от дождя полностью, который казалось не собирался заканчиваться, а только становился сильнее.  Билдермен обреченно выдохнул, принимая тот факт, что промокнет. Но на самом деле, это единственное, что его беспокоило. Он не думал ни про пары, ни про учебу. Как будто впервые дал себе время отдохнуть и расслабиться. Он бывал в таких состояниях очень редко. На день рождение и какие-то праздники еще.  Родители ему всегда говорили, что отдохнуть он всегда успеет. Добьется успеха, и не прийдется так много пахать и сможет отдыхать хоть каждый день. А Строитель верил, и следовал всегда этому плану. А сейчас, когда уже не хочется такой жизни, он просто действует как знает. Ведь других вариантов у него и нету.  Он заметил, что Шедлетский не раздражает его так сильно как обычно. Он не знал, не помнил, когда произошел тот момент, когда кудрявый перестал вызывать у него отвращение и гнев. Билдермен не знал, но его в целом устраивало все, как есть. Если этот надоедливый брюнет и вправду будет первым его другом за всю его жизнь, то он совершенно ни о чем не жалеет.  — Пошли. Я ночевать тут не собираюсь, а дождь планирует идти еще до вечера.  Шедлетский лишь кивнул и пошел за сероволосым в след. Тот только сейчас заметил, что волосы Билдермена были собраны в хвостик, а лист клена был прикреплен как раз к резинке. Это создавало какую-то особую атмосферу. Джон вовремя очухался, когда понял, что слишком сильно обращает на эту мелочь так много своего внимания и просто пошел дальше за парнем.  Оставшуюся часть времени он рассказывал Строителю какие-то истории, которые не имели связанного смысла. Скорее просто, чтобы не идти в полной тишине, говорил хоть что-то. И сосед даже кивал, поддерживал иногда разговор.  В течение 40 минут, они уже стали замечать знакомые улицы, а в скором показался и колледж. Сейчас как раз заканчивалась последняя пара. Получается прогуляли весь день..  Свернув в сторону общежития, Билдермен заметил, что многие студенты уже вернулись с пар. Наверное их отпустили сегодня пораньше. Кто-то развешивал мокрую одежду в коридоре, дабы она высохла. Кто-то просто бегал по этаж. Где-то ссорилась какая-то парочка.  Общежитие всегда жило своей жизнью, это не было чем-то новым. Но почему-то именно сейчас, Строитель обратил на это внимание.  Дойдя до своей комнаты, очкарик прокрутил ключ в скважине и открыл дверь. Оба парня тут же подошли к шкафам и стали переодеваться, потому что по итогу оба промокли насквозь!  Казалось бы, хороший день, хорошая прогулка. Впервые расслабился от учебы, от всех забот. Но Билдермену было совсем не радостно, когда на телефон пришло уведомление от матери. А до этого было 10 пропущенных.  Открыв сообщение, сероволосый стал читать поток сообщений, и остановился на самом последнем. Он перечитывал его вновь и вновь, понимая, что никогда он не расслабится то. И все его желания, это всего лишь минутная слабость.