***
Один раз Скарамучча уже был спасён его стараниями. Казалось бы, обычная потасовка, но обернулась она кучей серьезных травм и крови. Товарищи, если и стояли на ногах, уже не могли дать какой-то отпор, как и часть врагов. Но почему-то все упорно отдавались безумию, бросали последние силы, чтобы уничтожить чью-то жизнь. Сам парень думал, что уже больше похож на куски мяса, чем на что-то человечное, пока его усердно вдавливали головой в асфальт, оставляли ссадины и синяки везде, куда попадали. Угораздило же какого-то студента забрести сюда в такой час. Так и не прошёл мимо, не сбежал, а на полном серьёзе угрожал куче накаченных и озверевших мужчин позвонить в полицию. "Очаровательно"— Подумал тогда про себя Скарамучча. И просто что-то ёкнуло, когда избивающий его человек кинулся на светловолосого юношу. Тот совсем не выглядел слабым, но точно никогда не дрался и не получал от других. Скара воспользовался моментом и метнул нож куда-то в шею нападавшего, от чего он упал в нескольких сантиметрах от случайного свидетеля. Но это ненадолго, вокруг всё ещё хаос, в котором не должно быть посторонних. На адреналине парень добрался до внезапного гостя и потащил его за руку прочь отсюда. Нет, конечно он его сейчас не спасает или не пытается использовать как оправдание для своего побега. Какой-то бред, просто что-то заставляет его уводить незнакомца прочь, пока тот слабо не дёргает за руку, от чего Скара останавливается. — Мы уже достаточно далеко,— Отдышавшись, говорит юноша.— Тебе... наверное, нужно к врачу? И вызвать на всех там службы спасения...— Он напуган, но всё же не отпускает руку. — Без полиции,— Роняет Скарамучча и тут же падает, но приземляется не на асфальт, а в руки, спрятанные внутри мягкого свитера. Ему помогают дойти до какой-то лавочки, и, вроде, можно выдохнуть. Сразу после того, как удастся разглядеть этого спасателя повнимательней под светом уличных фонарей. — Можно тебя осмотреть?— На это юноша только выгибает бровь, прямо совсем не находя слов.— Мне зовут Альбедо, я в медицинском учусь. Скорее всего, ты пока не чувствуешь сильной боли, но выглядишь...очень плохо. — Бывало и хуже,— Он прикрывает глаза, прикидывая, действительно ли ему так нужна помощь и каковы шансы на выживание сегодня: голова явно разбита, чувствуется ещё стекающая по шее кровь; на животе и спине, наверное, много ушибов и синяков, покалывают ссадины на лице и костяшках и невозможно болит нога. Может, отказываться сейчас от помощи немного глупо.— Делай что хочешь. Альбедо осматривает царапины и синяки на открытых участках кожи, задирает кофту, грустно оглядывая расцветающую на рёбрах гематому. Спрашивает о состоянии, но ничего больше чем "да" или "нет" не получает в ответ. Прохладных осенний ветер треплет волосы, и всё это выглядит слишком сюрреалистично. Какая-то обычная деревянная скамейка превратилась в койку, а двор в травмпункт, и эти мысли заставляют Скарамуччу усмехнуться. — Можешь пошевелить ногой?— Спрашивает парень после того, как снял обувь под недовольным взглядом, а Скара, стивнув зубы от боли, пытается это сделать.— Понятно, не надо. Ты вывихнул лодыжку, я могу попробовать её вправить, но если там перелом, этого делать нельзя..Да и опыта у меня в этом нет. — Ты же медик. — Я только студент,— Альбедо закатил глаза, продолжив раздумывать над этой проблемой, потому что новый знакомый в больницу явно не хотел. — Просто сделай так, чтобы я дошёл до дома,— Раздражённо сказал он, и парень осторожно обхватил его ногу, вызвав у пострадавшего рваный выдох. — Будет очень больно,— Скарамучча взглянул в ответ настолько уверенно, насколько мог, но всё же вцепился пальцами в скамейку. Вся его сила воли ушла на то, чтобы не закричать и не перебудить весь спальный район. — Твою мать!— Всё же довольно громко вырвалось из него, когда прозвучал щелчок костей. Он старался дышать, откинувшись на лавочку, пока юноша копошился в сумке.— Всё? — Пока не двигай ей,— Отозвался Альбедо.— Нужно чем-то зафиксировать, а когда придёшь домой, приложи что-то холодное.— Парень продолжил рыться в сумке, явно не представляя, что ему сейчас может помочь. Кроме носового платка, листов из тетради и резинок ничего не нашлось. Вышла хрупкая и малонадёжная конструкция, поэтому студенту оставалось только уповать на то, что этот человек обратится к настоящему врачу в будущем. — Я старался.— Заключил он. — Я вижу,— Хмыкнул Скара. — Только если ты на неё встанешь всё это может быть напрасно. — Ну спасибо,— Уже саркастично бросил парень, прикидывая, сколько он потратил времени впустую. И попытка встать действительно всё ещё причиняла почти нестерпимую боль, от чего парень рефлекторно поднял ногу от земли и ухватился за плечо Альбедо. — Ты далеко живёшь?— Впервые Скарамучча задумался, а где они вообще. Номер дома с улицей заботливо подсказал, что на приличном расстоянии от его квартиры. Особенно с учётом того, что транспорт уже не ходит. Альбедо расценил этот задумчивый взгляд верно и потянулся к телефону.— Вызову нам такси. — Нам? — Мне тоже домой надо,— Парень невозмутимо взглянул на всё ещё опирающегося на него человека, совсем не возражая, и усердно начал рыться в телефоне. Теперь он будет знать адрес Скары — так себе. Но про себя тот сделал пометку, что Альбедо выглядит достаточно безобидно. Пока через пару дней тот не пришёл к нему, настаивая на походе в травмпункт. Пока не накупил ему кучу "нормальной" еды в холодильник, после короткого визита. Пока не явился по первому звонку от снова избитого Скарамуччи. Пока не купил ему в спальню шторы, потому что жить без них — это дикость. Пока всё же они не пришли к тому, что это теперь "их" квартира.***
Скарамучча вваливается внутрь, а потом его слегка дизориентирует резко включившийся свет. — Куда ты..?— Недосказанный вопрос повисает в воздухе, когда растрёпанный и, наверное, недавно проснувшийся Альбедо видит на пороге жутко бледное лицо и порванную, окровавленную кофту. Парень тут же начинает суетиться рядом, но его мельтешения и вопросы только усиливают головокружение. Он всё же добрался. Теперь он дома. И его ведёт вперёд, прямо в руки человека, у которого скоро волосы станут ещё белее от таких появлений Скары. — Во что ты опять вляпался...— Шепчет Альбедо, стараясь сильно не сжимать в объятиях парня, чтобы не усугублять ситуацию. — Ничего криминального,— Так же тихо отвечает тот куда-то ему в шею. И, по сути, не врёт, потому что знать не знает, кто так внезапно решил на него напасть. Но потом обязательно узнает и найдёт. Всё-таки из-за него он снова перепугал Альбедо. Его подхватывают на руки и доносят до дивана. По опыту юноша уже знает, что никаких скорых и больниц, только его скромные знания медицины, интернет и домашние условия. Всё же пришлось в какой-то момент обзавестись хотя бы некоторыми хирургическими инструментами и местной анестезией. Поэтому, слегка приведя себя в порядок и всё обработав, Альбедо склоняется над ним, оценивая ущерб. А после убирает волосы в шапочку, надевает перчатки и принимается за операцию, зашивает раны, а Скарамучча благодарит богов за то, что у него есть такой парень. Только к нему можно прийти и, закрыв глаза, позволить спасать жизнь. Только с ним существует безопасность. Уже 6 утра, Альбедо переносит заснувшего Скару на кровать и идёт наводить порядок. Моет инструменты, застирывает окровавленную одежду и устало падает рядом с возлюбленным в постель. Сейчас тот слишком слабый и потрёпанный, но позже точно получит от Альбедо очередную гневную тираду, и он уже прокручивает в голове, что скажет на этот раз.***
Скарамучча возвращается в квартиру совершенно потерянный. Весь день он провёл в поисках своего пропавшего студента, но так и не нашёл. А тот преспокойно сидел на диване в гостиной, доедая порцию макаронов с сыром. — Тебе телефон нахрена?— Возмутился Скара, пройдя в комнату. — Прости, он разрядился...— Слегка потерялся юноша от такого тона, хоть и знал о его вспыльчивом нраве. Но всё же знал его не до конца. — Мог хотя бы предупредить, что пропадёшь на сутки, и тогда мне бы не пришлось оббежать пол города, чтобы убедиться, что ты хотя бы жив,— Он не помнил, чтобы когда-то так срывался на Альбедо. Парень кричал, артистично размахивая руками и шагал по комнате, пока его слушатель спокойно отложил тарелку и подошёл к нему. Юноша мягко остановил его за плечи, приводя в чувства. В ответ его до боли стиснули в объятиях, то ли действительно желая переломать рёбра, то ли боясь потерять. — Я не думал, что ты так распереживаешься,— Виновато сказал он. — Конечно! Я же не совсем бесчувственная кукла,— Всё ещё ядовито, в своей привычной манере ответил Скара, но его голос дрогнул. — У меня правда появились срочные дела, извини,— Альбедо запустил руку в тёмные волосы, начав массировать затылок пальцами. Когда бы он ни трогал Скарамуччу, тот всегда был как напряжённый комок нервов, долго привыкал к тому, что за касанием не последует удар. Он отстранился от парня и произнес: — Какой же ты...— Юноша сглотнул, а в фиолетовых глазах мелькнула слабость, но рассмотреть её Альбедо не дали — накрыли его губы своими, целуя страстно, как в последний раз.— Только попробуй исчезнуть,— Надломленно прошептал Скара. — Даже не думал,— Парень улыбнулся, когда его обычно скупой на тактильность Скарамучча снова напросился на поцелуй. В такие моменты хотелось рассмеяться с его вырывающейся беззащитной стороны, но Альбедо благоразумно никогда этого не делал. Они мало говорили, но всегда делали больше слов. Вот бы правило "предупреждать о срочных делах" относилось и к Скарамучче, ожидая того в ночи думал юноша и выдыхал, смирившись. С какой-то стороны, именно такого иногда щекочущего нервы чувства ему не хватало. Возможно, не совсем нормально тянутся к преступнику, подставлять вместе с ним и свою жизнь, ради того, чтобы что-то чувствовать. Но если вместе с этим сердце приятно трепещет в груди, он согласен.***
Едва проснувшись, Скарамучча залезает рукой под футболку, чтобы ощупать ранение, но его ненавязчиво хватают за запястье. — Лучше не трогай,— Слышит он негромкий голос и послушно убирает руку. — Доброе утро? — Наверное,— Альбедо пожимает плечами. Скара всё ещё бледный, но выглядит более здоро́во, чем несколько часов назад.— Что случилось? — Я сам не понял,— Сонно отвечает парень и перехватывает руку Альбедо.— Какой-то тип просто накинулся в подворотне с ножом,— Он говорит об этом беззаботно, будто это обычный вечер пятницы.— Альбедо,— Окликает парень, поймав на себе суровый взгляд.— Я правда пытался не подставиться... — Но опять пришёл еле живой,— Выдохнул парень.— Мне не сложно зашить твои раны, но ты понимаешь, как больно видеть тебя таким? Ты каждый раз пропадаешь, а я не могу заснуть, думая, что ты не вернёшься, или появишься в таком состоянии, что мне придётся снова...— Холодная рука поднимается и тянется к его лицу, а большой палец оглаживает щёку. Альбедо замирает, стараясь лишний раз не дышать. — Я стараюсь,— Перебивает Скара. — Я верю, но...— Юноша останавливается, словно набирается смелости сказать.— Предупреждай в следующий раз. Хотя бы записку оставь, или разбуди перед уходом. — У меня есть кое-что получше,— Скарамучча делает попытку встать, но недовольно морщится.— Достань коробку из под кровати,— Сдаётся он, а Альбедо, прежде чем сделать это, протягивает ему стакан воды. Парень принимает его подрагивающей рукой и полностью опустошает, пока тот роется где-то внизу. Обычная коробка опускается рядом с ним, и Скара оставляет стакан на тумбочке, чтобы подвинуть её ближе. Среди пуль, пистолета и разных видов ножей парень находит то, что искал. — Маячки,— Улыбнувшись поясняет он, доставая маленькие штуки, похожие на квадратные кнопки.— Установишь приложение и сможешь отслеживать где я.— Юноша опускает один в ладонь Альбедо.— Но, чтобы всё было честно, у тебя тоже будет такой. — Согласен,— Тот в ответ приподнимает уголки губ, хотя испытывает настоящее облегчение. Он хотя бы будет знать, где искать своего парня.— Всегда будем носить с собой? — Да,— Кивает Скарамучча и даже одаривает Альбедо улыбкой, когда тот чмокает его в щёку. А потом ещё и ещё, переходя к шее...— Всё-всё, я итак очень устал.— Он небрежно гладит парня по предплечью и выдыхает. Хочется закрыть глаза и вернуться в сон, только уже в объятиях юноши, под осторожные проглаживания по голове, рукам и груди. Он бы даже всплакнул от счастья, если бы помнил, как это делать. А пока они договорились. Пока у них всё хорошо.