Мы

- Маш, ты зачем его отпустила? - он влетел в ее кабинет.  - Олег! Чуть потише, хорошо? -  Хорошо. Я гонялся за ним пол дня, ты бы видела как!! А ты его отпускаешь? - Олег, у нас на него ничего нет. Я не могу его задержать. - Прямо-таки не можешь! - он ухмыльнулся.  - Да что с тобой? Почему ты такой нервный?  - Я уже объяснил почему. Ты хотя бы взяла с него подписку о невыезде? - Ты меня будешь учить работать, Олег? Ты знаешь, я это не люблю.  - А ты могла хотя бы со мной посоветоваться! Она вскинула бровь. - Что за крики? - в кабинет вошел Кораблев.  -  Рабочие моменты, Николаевич, - он хлопнул дверью и вышел из кабинета. - Лень, не обращай внимание, - она села за стол и рукой провела по волосам.  Нервничает, - подумал Кораблев, посмотрев на нее.

***

 - Платонов, ты чего такой нервный?  - Леонид Николаевич, я его искал сначала неделю, потом бегал полдня черти где, после перелома между прочим! А она его даже на 48 часов не задержала. Нормально вообще? -  Слушай, ну работа у тебя такая: искать и бегать. Так что не возмущайся. А лучше ищи дальше на него доказуху. Она тебе спасибо скажет. - Не нужно мне ее спасибо. - Ну все, обиделся он. Детский сад, ей-богу. В отдел поехали. Дел полно.

***

Он подъехал вечером к комитету и вышел из машины.  Она выбежала из здания, и подойдя к нему вплотную, поцеловала в щеку. - Ну ты остыл? - она улыбнулась и подняла воротник его пальто.  - Нет, - он открыл ей дверь машины.  Она покачала головой. Он сел за руль и отъехал от комитета. - Олеж, ну что ты в самом деле, - она провела рукой по его волосам. - Будем дальше искать на него доказательства.  - Маш,- он убрал ее руку. - А если завтра будет второй труп? И тебе вообще все равно на мои труды. Ты только и умеешь, что раздавать указания. И все их должны исполнять. Ты даже не посоветовалась со мной!! А я ведь тебе вроде не чужой человек. Вот Колонкова так бы никогда не поступила. После последнего его предложения она медленно повернула голову в его сторону. И если поначалу хотела с ним согласиться и сказать, что он прав, то сейчас была возмущена до глубины души и ее самолюбие было задето. Она ничего не ответила и отвернулась к окну. Он остановился у детского сада.  - Маш, и не обижайся на правду, - он вышел из машины и пошел за детьми.  На ее глазах выступили слезы.  В салоне стоял смех, шум и гам. А ей было совсем не до веселья. Он чувствовал ее настроение и пожалел о своих словах. Но все было уже сказано и обратного не вернешь.  Они не разговаривали весь вечер и все следующее утро.

***

- Олег, ты не знаешь где Марья Сергеевна? - Кораблев заглянул в его кабинет.  - Не знаю.  - Ну она утром в комитет уехала? - Николаевич, откуда я знаю. Я был с детьми, отвозил их в сад.  - Олег, ты что, не знаешь о ее передвижениях?  - Леонид Николаевич, в чем вопрос. Что тебе нужно от меня?  - Да ничего не нужно. Просто ее телефон не в сети. И в комитете ее нет и не было. Вот и все. А так мне ничего от тебя не нужно, - он вышел из кабинета, хлопнув дверью. Детский сад. Он резко встал из-за стола и вылетел на улицу.  Несясь на огромной скорости, он подъехал к нужному ему дому. И только хотел выбегать из машины, как повернув голову, увидел ее автомобиль, за рулем которого находился  вчерашний подозреваемый, которого она благополучно отпустила. Она сидела с ним рядом, явно напуганная.  Он вылетел из своего автомобиля и быстро подбежав, рванул пассажирскую дверь на себя  и вытянул ее на улицу. Она не успела опомниться, как он сел на ее место и направил пистолет на того, кого она вчера отпустила.  Все произошло настолько быстро и профессионально, что он сам себе удивился.  Он быстро надел на него наручники и неласково загрузил в свой автомобиль. Она отвернулась от этой сцены. Он подбежал к ней и притянул к себе.  - Он тебя не обидел? - Не успел, - она вся дрожала. - Что он хотел? - Чтобы я позволила ему покинуть страну. - Теперь у тебя есть на него доказательства? - он старался говорить мягко. Слезы капали у нее из глаз. - Олег, у него было оружие…Как ты понял, что я тут? -  Ну Маш, я ведь тебя знаю. Догадался, что ты решила еще кое-что у него уточнить. - А если бы двери были заблокированы?  - Я не думал об этом. А вот ты могла бы и сказать мне, что собираешься сюда ехать. Я бы никогда не пустил тебя одну. Давай договоримся, что это было в первый и в последний раз. Она ничего не ответила, а только крепче обняла его за шею.

***

- Платонов, во дела! Это как тебе удалось все так провернуть? - Кораблев встретил его у здания СК. - Сам не знаю. Крылья любви мне помогли, - он улыбнулся, но сам прекрасно понимал, что все могло было пойти совсем по-другому. 

***

- Олег, мне надо сегодня выпить, - она повернула к нему голову. - Да ладно? Ты же не пьешь. Почти, - он улыбнулся, взял ее руку и поднес к своим губам.  - Сегодня надо. У меня стресс.  - Ты знаешь, у  меня тоже. Детей уложим и выпьем . Да? Она улыбнулась и кивнула головой. 

***

Поздним вечером, в полумраке гостиной, она держала бокал с виски, разбавленный колой, и с любовью смотрела ему в глаза. - Маш, давай договоримся еще раз. Прислушивайся ко мне всегда и никогда не геройствуй. Твое дело сидеть в кабинете. Мое дело доставлять тебе подозреваемых. Остальное только вместе. Чтобы не случилось. В ссоре мы с тобой или не в ссоре. У нас дети. Совсем маленькие еще. Не надо рисковать жизнью. Ты согласна? - Согласна… и, Олег…, я была не права, я признаю это. Я должна была его задержать хотя бы на 48 часов. Не обижайся. -  Я не обижаюсь. И ты прости меня за мои слова про другого следователя. Ты- мой лучший и самый любимый следователь. Работу с тобой я ни на кого не променяю. Он притянул ее к себе, убрал ее бокал и прикоснулся к губам, нежно целуя. Она обнимала его за шею и шептала: - Спасибо, что спас меня. Чтобы я без тебя делала. Я люблю тебя, сильно люблю.   Он гладил ее волосы и смотрел в глаза: - Я не успел испугаться. Но сейчас у меня тоже стресс. Он засмеялся.  - Я помогу тебе его снять, - прошептала она и запрокинула голову, снимая с себя шелковый халат и открывая ему пространство для его губ.  - Ты прекрасна, - он был без ума от ее тела. - Вся моя…, такая нежная и такая любимая. Не всегда послушная, но самая моя необыкновенная... Она улыбалась от его слов и крепко обнимала за шею. И все же не умеет он долго сердиться на меня.