Мы

- Олег. Уходи. Она произнесла это вслух и сама испугалась своих слов. Что я делаю! - Ты сейчас серьезно?? Ты меня выгоняешь? - он вплотную подошел к ней, смотря глазами, полными огня. Она видела его таким впервые.  - Я серьезно, - она смотрела на него, не моргая. Он швырнул куртку на пуфик, снял обувь и прошел в гостиную.  - Я этого не сделаю. Если я уйду, то только с детьми.  - Ты сейчас серьезно? - она скрестила руки на груди. - Я- серьезно. И не смотри на меня так, - он включил телевизор и сделал громко звук. Она вышла из комнаты. Он смотрел в одну точку и внутри него поднималась буря. Что с ней?  Он выключил телевизор и резко встал с дивана. Его возмущению не было предела.  Он зашел в спальню.  - Не смей меня выгонять. Никогда. Слышишь, - он вплотную подошел к ней, стоящей у окна, и тихо говорил на самое ухо.- … Я все еще люблю тебя. Хоть ты и думаешь иначе. Если конечно любовь прошла у тебя…, то я уйду. Но только с детьми, как я и говорил.  Она молчала. В ней кипела очень сильная злость. Она с трудом себя сдерживала, чтобы не дать ему пощечину.  - Я не смогу простить предательства, ты ведь знаешь, - тихо сказала она.  - Предательства?? - прокричал он. - В чем оно было?!  Она, как в замедленной съемке повернулась и оттолкнула его от себя, ударив по лицу. И слеза медленно скатилась из ее глаз.  - Я уйду сама, если этого не сделаешь ты. Он резко схватил ее за руку: - Сейчас. Ты думаешь я тебя отпущу? Нет. Даже не думай.  Если конечно у тебя действительно прошла ко мне любовь, - он отпустил ее руку, - ты только скажи мне правду.  Ведь я всегда хотел сделать тебя счастливой. И сейчас хочу, чтобы ты была счастлива. И мне было больно, между прочим, - он приложил руку к лицу. Щека горела огнем. Она бросила на него ледяной взгляд и вылетела из комнаты.  Он вышел следом.  - Ты не ответила мне. В чем заключается мое предательство? Маш, ты вроде взрослая, а ведешь себя, как наша Аня.  И ты понимаешь, что взрослые должны разговаривать, - он по слогам произнес последнее слово.  - Олег. Оставь меня в покое. И не ходи следом.  Он взял собаку и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Она посмотрела на закрытую дверь и набрала номер: - Злата, я сейчас приеду. Мы у тебя переночуем?  - Мам, да, конечно.  Я тогда их не собираю. - Я скоро, - она отключилась. Быстро натянув джинсы и футболку, она выскочила из квартиры. 

***

Он вернулся в дом и застал его пустым.  Часы тихо тикали в коридоре, действуя ему на нервы.  Он сел на пуфик и закрыл глаза. Что вообще происходит? Помыв собаку,  быстро переоделся и вышел из квартиры.  Он настойчиво позвонил в дверь.  - Ну. Ты решила уйти так стремительно? - он не сводил с нее своих глаз. - Злата, привет!  - Ее нет, не кричи. Дети спят. -  А…, ну я зайду? - он отодвинул ее от проема двери и начал раздеваться. -  Олег, - она вздохнула. - Ты зачем приехал?  - Как зачем? Мы недоговорили.  - Олег, я устала.  - Ну хорошо. Поговорим завтра. Пошли спать. -  Я вижу ты не понимаешь, что происходит. - Да все я понимаю, - он вздохнул. - Просто хочу привести тебя в чувство!  Он притянул ее к себе: - Я люблю и не смогу без тебя. Тебе разве все равно? Скажи тогда, как давно я стал тебе безразличен?  Он обнимал ее за шею и тихо говорил на ушко. А она вдруг заплакала. 

***

Она Новая следователь появилась в их следственном комитете два месяца назад. И в ней она увидела себя молодую. Ту, которая горела работой. Ту, которая с азартом вела дела. Ту, которая всегда находила общий контакт с коллегами. Отношения сложились с самого начала. Она во многом ей помогала. И даже иногда сама обращалась к ней за советом. Новую коллегу она никогда не обсуждала с ним. Не было повода. И спустя время сама не заметила, как упустила одну деталь. Месяц назад она, постучав, зашла в  кабинет следователя. Ее муж сидел напротив, склонившись над листком бумаги и что-то ей на нем чертил. Молодая следователь склонила голову и внимательно его слушала.  Когда она вошла, они не сразу повернули свои головы. А после, отскочили друг от друга. Дальше было общее совещание, на котором ее новую коллегу отчитал руководитель, а он взял слово и разложил все по полочкам, защищая ее. В ту минуту ее как -будто окатило холодной водой и в памяти всплыло начало их симпатии друг к другу. Она наблюдала за всем этим со стороны и с каждой новой ситуацией ловила себя на мысли, что что-то происходит.     С каждым днем настроение ее менялось в худшую сторону. Она цеплялась ко всему. Он пришел раньше, он пришел позже, он не забрал детей, переложив их на нее, он опять на задержании, он опять на допросе, он опять поступил по-своему, ее не послушав. Он слишком часто и подолгу пропадает в СК, не заходя к ней. - Люд, я нашла в его кармане куртки женскую сережку. - Маш, ну ты спросила его об этом?  - Нет. Зачем.  - Маша, я не верю в то, о чем ты думаешь. А почему ты веришь в это? Он тебе такой родной. И ты в нем сомневаешься и надумала не пойми что, - она дотронулась до ее руки.  - Люд, он изменился. Я же вижу, - она посмотрела в окно и слезы выступили на ее глазах. - Не зря ведь говорят про кризис в определенные годы брака. Я думаю он устал. Такой насыщенный ритм жизни, дети. И я, не такая молодая, - она усмехнулась своим словам. - Маша, ты думаешь не в ту сторону. Дети! Ведь это то, в чем смысл его жизни. А ты. Ты для него вся жизнь… - Была. Он изменился. Между нами уже совсем не так, как было даже три месяца назад. Я не могу тебе рассказать всего. Просто поверь… Ладно, давай работать, - она слабо улыбнулась.  - Маша, подумай очень хорошо, прежде чем что-то предпринимать. Это ведь Олег. Мне кажется ты меня понимаешь сейчас, - она вышла из кабинета. Это Олег. Между ними не было близости больше месяца. Больше месяца. Кто бы ей сказал, что он будет избегать этого, она бы рассмеялась. Она вздохнула и включила ноутбук. Надо работать.

***

Он С ней что-то происходило. Он видел. Но пытаясь поговорить, получал отказы. Ее постоянно дурное настроение поначалу его не трогало. Но в какой-то момент он понял, что устал. Он по-прежнему любил горячо. Так, что видя ее на работе, каждый раз хотел закрываться с ней в ее кабинете и обсуждать все на свете. Он хотел вести дела только с ней и бесконечно быть рядом. Новый следователь. Он понимал, что она вдруг стала ревновать. Пытаясь поговорить с ней об этом, он в очередной раз получил отворот и разозлился. Разве так поступают взрослые любящие люди? Он стал привыкать к ее холоду и отстраненности. И только дети всегда приносили ему радость и не давали сломаться. Но того, что произошло дальше, он никак не ожидал. И понял, что надо срочно ее образумить.

***

- Я люблю тебя, - шептал он ей. - Безумно люблю. Давай поговорим. Нельзя все разрушить. Все , что есть между нами. Ты слышишь меня? Почему ты плачешь? Между ними так долго не было близости не только тела, но и душ, что он сходил с ума и загружал себя работой, как только мог. Чтобы без сил вернуться домой и лечь спать. Не думать, не хотеть, не любить.  Но сейчас он понимал, что они зашли слишком далеко. И с каждым таким непониманием отдалялись друг от друг все дальше и становились чужими. Я должен ее вразумить. Должен постараться вернуть их в самые счастливые месяцы совместной жизни. Ведь она любит. Я знаю. Он опустил с плеч ее шелковый халат и губами прикоснулся к ее спине. Она закрыла глаза, сгорая от желания и с трудом сдерживая слезы. -Я хочу тебя… ты почему так холодна со мной все это время?  Он развернул ее к себе и прикоснулся к губам . Она ответила на поцелуй, крепко обнимая его за шею. И ее стон, вырвавшийся из груди, дал ему понять, что он не ошибся- она все также любит и скучает. Вся ее нежность говорила об этом. Она шептала его имя и с горящим взглядом смотрела в глаза, совсем себя не контролируя и оставляя себе маленькую надежду на то, что ошиблась и  что он влюблен в нее, как и прежде. - Это был просто секс, - она накинула халат. - Я все также прошу тебя уйти из моей жизни.  Она смотрела на него и не верила сама тому, что говорит.  - Ты с ума сошла?! - он подошел вплотную. - Просто секс? Ты хоть знаешь, как бывает «просто секс»!! И ты что творишь! У нас дети! Ты подумала хотя бы о них? - Не кричи. Они спят и если проснутся, испугаются твоего крика. Как раз о них я и думаю. Если любви нет, не стОит питать иллюзий. А лучше разойтись. Он отошел от нее вглубь кухни и посмотрел в окно. В его голове не укладывалось все то, что он только что услышал. Тишина между ними окутала кухню и давила на душу. - Маш, - он повернулся и посмотрел на ее непокоренный взгляд, - давай поговорим.  Я прошу последний раз. Скажи мне причину. Почему ты отказываешься от меня? Я не понимаю. Я правда не понимаю. Я люблю тебя!! Ты слышишь меня! Неужели ты не чувствуешь это? Ты тогда нас двоих измучила своим молчанием и гордостью. И сейчас хочешь сделать тоже самое! Я тебе этого не дам. - Ты хочешь поговорить? Хорошо. Только не делай вид, что тебе это неизвестно. Все то, что я тебе сейчас скажу, - она безумно нервничала, но должна была произнести свои слова. - …..Олег, я нашла в твоем кармане женскую сережку. Ты сам попросил принести мне из твоей куртки бумаги, помнишь? Так что не думай, я тебя не обыскивала… Моя коллега…, - она подняла на него свой взгляд. - Я видела как ты на нее смотришь и как ты ее гладил по спине, проходя мимо турникета... Ты задерживаешься в комитете, тогда как я бегу за детьми. У тебя все чаще сплошные работы в выходные и задержания по ночам. Поэтому не делай из меня , пожалуйста, дуру. И еще раз, Олег… - привычка, это не любовь. Поэтому если она прошла, скажи сразу…и уходи…Прошу тебя. Она села за стол и закрыла лицо руками. Он слушал ее, не пропуская ни единого слова, и внимательно смотря ей в глаза, боясь даже отвести свой взгляд. Волосы на его голове тихонько шевелились.  - А теперь послушай меня ты, - он сел напротив и убрал ее руки с лица. - Сережка в моем кармане- это вещдок, который я не сдал в тот день, закрутился. Можешь проверить у экспертов. Заодно сравнить та ли это сережка. Я уверен ты запомнила, как она выглядела. По спине я ее не гладил! А подтолкнул, чтобы она быстрее прошла. Я помню тот случай, там заклинило выход… У нее имеется жених, посолиднее меня, если ты не в курсе. Это так, тебе для сведения. И как я на нее смотрю? Как на рядового работника. У тебя чересчур богатое воображение, Маш. Так.., что там еще. А, задерживаюсь я в комитете - да. Но это работа. Я не могу сказать, что не буду работать с этим следователем, подайте мне другого. Ты ведь это понимаешь, как никто другой…Я просто в шоке от того, что у тебя все это время было в голове. Ты завела себя, завела меня. Мы почти два месяца живем не пойми как. А все почему? Потому что ты так и не научилась разговаривать, - он встал из-за стола. - Я поехал домой…. И надень тапки, пол холодный…Да, - он обернулся, - спасибо за секс, - и хлопнул входной дверью. Она вздрогнула и осталась сидеть на кухне и смотреть в одну точку. Он сел за руль и крутил мысли в голове. Как мы дошли до такого? Удивительно. Недолго думая, он вышел из машины и мигом забежал обратно в парадную.  Звонок. Она посмотрела в глазок и открыла дверь. - Прости меня, - он зашел во внутрь. За последние слова. Пошли спать, - он разделся и прошел в ванную.  Она проследила за ним взглядом и вздохнула.  - Ты правда все это время думала, что между нами связь? - он притянул ее к себе и тихо говорил на ухо.  Она молчала. Ведь все это выглядело очень глупо. - Маш, это очень неправильно с твоей стороны. Очень, - он нежно касался ладонью ее шеи и позвонков. - А где Злата?  - На концерте.  - Повернись ко мне. -  Не могу.  - Ты знаешь, мне казалось, своим отношением я тебя изменил. Заставил поверить в любовь и верность… , - он закрыл глаза. - А ты… а ты все еще не веришь, что так бывает. Ты знаешь.. я ведь тоже тебя ревную. Иногда безумно. Но никогда не допускаю даже мысли о том, что ты можешь меня предать. Почему не веришь мне ты, это меня удивляет. И обижает, ты знаешь. А в этот раз ты вообще превзошла себя, выгоняла меня из дома… Но я ведь люблю тебя, - он улыбнулся, - поэтому прощаю. Мою стажера тогда мы прошли, свидетельницу тоже, теперь твоя коллега. Думаю на этом стоит остановиться. Ведь правда? Маш… ты меня вообще слушаешь? Я тут слишком много говорю, но вроде все по делу, - он положил руку на изгиб ее талии, нежно рисуя пальцами узоры.  - Слушаю…, - она положила свою руку на его.  - Злата скоро вернется?  - Не знаю. Она тебе нужна? -  … Мне нужна ты, давай примем душ, - он прижал ее к себе еще сильнее, - … я безумно хочу тебя, прямо сейчас. Она улыбнулась. И взяв его за руку утянула в ванную.  Он прижал ее к стене, страстно целуя. Она была нежна, как никогда.  - Как долго ты меня не любила, как сегодня, - шептал он. - Я уже и забыл, какая ты… - Олег… извини меня.. я действительно погорячилась. Но только лишь потому, что убедила себя, что ты был с ней. Ты знаешь, я ведь боюсь тебя потерять. Сильно боюсь. Наверное, поэтому я ревную, - она с нежностью смотрела ему в глаза и проводила рукой по его лицу. - Прости за пощечину, - она прикоснулась к его щеке губами и застыла на миг. - Я так не права , - она сдерживала слезы.  Он целовал ее руки. - Маш.. давай потом поговорим. Я хочу тебя. Ты можешь загладить свою вину прямо сейчас, - он улыбнулся и снял с нее ночнушку. - Твое тело, - он не сводил глаз с ее груди, - так прекрасно. Я скучал, ты знаешь, - он невесомо губами прикоснулся к ней. - Я не променяю тебя ни на каких других следователей, - он улыбался и смотрел, как она прикусывает свою губу,  сгорая от желания. Тихие стоны и ее просьбы не останавливаться сводили его с ума.  - Я так скучала, Олег, - она крепко обнимала его за шею и тяжело дышала, забывая обо всем.  Звон ключей, шум шагов. - Кажется, Злата вернулась,  - она шумно выдохнула и отодвинулась от него. - Но мы не закончили, - он притянул ее обратно, целуя в шею.  - Олеж, нет, продолжим завтра, - она спрыгнула со стиральной машинки и надев ночнушку, быстро вышла из ванной. - Отлично, - он взъерошил себе волосы и зашел в душевую. - И как мне теперь уснуть? - Ну не возмущайся. Помечтай…, - она засмеялась и переплела их пальцы.  - А давай быстро смотаемся домой и вернемся. - Олег, ну ты серьезно что ли?  Он вздохнул и закрыл глаза.  - Я сегодня чего только не пережил. И вот теперь еще это, - прошептал он.  Она повернула к нему голову: - Прости меня, я была точно сама не своя. Просто я как представила, как твои руки обнимали другую и что с ней делали, мне стало невыносимо больно. - Тебе ужастики писать только. Попробуй. У тебя точно получится, - засмеялся он. - Не смешно, Олег.  - Маш, - он повернул к ней голову, - ну ведь про сережку можно было спросить. Разве нет? Ты сама виновата. Но ты мне поверила, даже удивительно, - он улыбнулся. Она наклонилась над ним: - А не должна была?! Он засмеялся и замолчал.  - Олег! - она старалась говорить тихо.  Дети начали ворочаться. - Маш, я когда-нибудь врал тебе? Еще одно твое сомнение, и обижусь уже я и по-настоящему.  Он обнял дочь, притянув ее к себе, и закрыл глаза.  Она уткнулась ему в шею и прошептала: - Я люблю тебя. Он тихо ответил: - И я тебе верю…

***

Утро было шумным. Дети визжали и носились по комнате. Она не выспалась, всю ночь вспоминая весь день и думая о ситуации, в которую она сама же всех их загнала. Как я могла так думать. А Люда оказалась ведь права.  - Маш, поехали. Позавтракаем дома. Злату разбудят сейчас они, - он схватил сына и посадил его на колени, пытаясь успокоить. -  Я уже готова, - она натянула джинсы и собрала вещи детей. - Ждите меня в коридоре, я записку ей напишу, - она достала карандаш и листок бумаги. Дома все было размеренно. Спокойный изобильный завтрак. Дети, играющие в тихую игру. Она убирала посуду, напевая себе под нос какую-то мелодию. Он подошел сзади и сжал ее талию. - Опять что ли в ванную идти? - прошептал он, поднимая край ее платья.  - У нас есть выбор? - улыбаясь, прошептала она в ответ. - Жди дневного сна, если хочешь иначе. - Я и его дождусь тоже. С учетом моего такого длительного воздержания. Пойдем, - он утянул ее в ванную комнату и защелкнул дверь.  - Олег, только быстро, - она снимала с него футболку. - Конечно быстро, - улыбался он, расстегивая ей платье. Душевая запотела. Его руки сводили ее с ума. Он не торопился, а медленно дотрагивался до ее тела, смотря в глаза.   - Ты понимаешь, что я не представляю жизни без тебя? - шептал он, целуя ее горячие ключицы. Она закрыла глаза и провела рукой по его мокрым волосам.  - Я понимаю, что ты в очередной раз нас спас. У тебя железное терпение со мной, - она жарко прильнула к его губам.  - Я просто люблю тебя. Запомни: других для меня не существует. Совсем.  - Я постараюсь запомнить, - она тяжело вздохнула. - Олеж, поторопись… у меня нет больше сил…прошу.  - Как скажешь, - он провел рукой по ее волосам. Ее глаза были открыты и наблюдали за ним. Его ресницы дрожали, губы шептали о любви, руки крепко держали и прижимали ее к себе. По упругим мышцам скатывались капли воды.  Она улетала с ним к звездам и резко падала вниз. Он успевал ее поймать, бережно держа в своих сильных руках,  и снова возносил вверх.  Он не мог оторваться от ее губ. Ей не хватало воздуха. Ее эмоции поднимали в нем волну безумной страсти. - Ты удивительная, - он убирал мокрые пряди с ее лица.   - Ты делаешь меня такой, - шептала она и умоляла его не останавливаться. - Ты - моя единственная, - шептал он.  Его страстный взгляд и бешеный стук сердца, который она слышала даже через шум воды, разжигал огонь в ее душе еще сильнее. - Ты только мой, - шептала она ему на ухо, закрыв глаза.  - Только твой, - улыбаясь, шептал он ей в ответ.   Мощный пульс и дрожь тел, безумная любовь и страсть казалось никогда не прекратятся и не исчезнут. Он растворялся в ней. Она тонула в нем. - Ты… ты потрясающий, - она подняла на него затуманенный взгляд и прислонилась к его плечу. Он нежно прикоснулся к ее губам и улыбнулся, пытаясь восстановить дыхание. 

***

Они выскочили из ванной на шум.  Дети дрались в комнате. Что бывало очень редко.  - Приняли, блин, душ, - он подбежал к дерущимся и схватил дочь в охапку, забрав от брата, на котором она сидела и дергала его волосы. - Аня, в чем дело? Ты зачем это делаешь? - он заставил ее посмотреть ему в глаза. - Он испортил мои карандаши и фломастеры, - она рыдала и не могла четко разговаривать.  - Я не специально. Карандаш просто сломался. А фломастеры уже были испорченные, - кричал сын.  - Тихо, - она зашла в комнату. - Разговариваем немного тише, - она посадила сына на колени и обняв, поцеловала его в макушку. - Больно?  Он держался за волосы. - Аня, тебя кто так научил? Ты ему волосы чуть все не выдрала!  - она строго посмотрела на дочь. - Маш, спокойно, - он с укором глянул на нее. - Это дети. В следующий раз она получит сдачи и больше так делать не будет. - От кого она ее получит? Алексей у нас такой же дипломат в семье, как и ты. - Ты хочешь сказать- настоящий мужчина, - он улыбнулся. - Анюта, иди проси прощения. Через минуту дети уже носились по квартире, играя в общую игру. - У нас прекрасные дети, ты так не считаешь? - он крутил прядь ее волос. - Самые замечательные. И очень похожи на своих родителей. Я иногда смотрю на нее и вижу в ней себя. Это просто удивительно, - она легла на его плечо.  - Да, ей не хватает иногда логики, такой жизненной, знаешь, - он засмеялся. - Это в смысле? - она приподнялась и посмотрела ему в глаза.  - Ну ты вот тоже, вроде умная…в работе, а в жизненных каких-то моментах ведешь себя не совсем, как такая.  - Ты сейчас договоришься, - она засмеялась и прикоснулась к его губам. - В нашей семье ты решаешь все проблемы, в том числе и со мной. Пусть так и будет дальше. Я люблю тебя. Спасибо, что ты есть у меня, вот такой…,- она прошептала ему на ухо. - Твое желание для меня закон. Я согласен решать все твои проблемы и дальше, - прошептал он в ответ. Кризис брака вроде пройден, - она улыбнулась и прикрыла глаза.