Два рыжика на одного блондина

Должен признать, вы превзошли самих себя. Обычный, пропахший сыростью и старым камнем коридор превратился в театральные подмостки, и сделали вы это так чертовски убедительно, что даже чопорные портреты на стенах, кажется, перестали храпеть и подались вперед, чтобы не пропустить весь этот фарс. У вас есть эта раздражающая, почти сверхъестественная способность: вторгаться в чужие личные границы так, будто вы просто зашли к себе домой, и при этом умудряться выглядеть абсолютно естественно. Меня это злит. По-настоящему. Я чувствую, как под кожей закипает глухое раздражение, но есть вещи куда отвратительнее злости. Это память тела. Ваши пальцы. Я до сих пор кожей чувствую тот мимолетный, почти невесомый нажим под подбородком. Одно движение и я вскидываю голову, послушно глядя вам в глаза, будто у меня в принципе не было другого выбора, как у безвольного существа. Иронично. Меня всю жизнь учили держать лицо, учили быть бесстрастным, быть камнем, о который ломаются чужие амбиции. А вы обращаетесь со мной так просто, будто я какой-то жалкий эльф. Вы вечно делаете это вдвоем. Зажимаете в кольцо, лишая воздуха. И это так душно, тесно и так…так интимно. В такие моменты хочется отпрянуть, выдать что-нибудь ядовитое, оттолкнуть, оскорбить, чтобы вы и думать забыли ко мне подходить. Но вы умеете так мастерски балансировать на грани дозволенного, не совершая ничего откровенно враждебного, что мне даже зацепиться не за что. Даже возникни у меня желание пожаловаться - подняли бы на смех. Я ненавижу, эту проклятую дрожь в руках и во всем теле. Это с головой выдает ту уязвимость, которую я годами прятал под слоями тщательно подогнанной брони. Стоит вам подойти ближе, и я чувствую, как невидимые заклепки на моих доспехах лопаются одна за другой. И самое паршивое я вижу по вашим лицам, что вы все понимаете. Эта ваша черта, видеть людей насквозь кажется мне проклятием. Весь этот балаган с Днем влюбленных, эти мерзкие розовые открытки и фальшивые клятвы - просто тупость. Я презираю эту мишуру. Но тем не менее сижу и вывожу эти строки и меня от себя же воротит. А еще больше воротит, что письмо адресовано двум рыжим нищебродам. Хотя, кого я обманываю? Если вам снова захочется поиграть в свои странные игры, то давайте делать это без свидетелей. Не из страха, что нас увидят, нет. Просто мне не хотелось бы, чтобы у кого-то возникло ложное ощущение, будто этот процесс доставляет мне удовольствие. Это унизительно. Мне это не нравится. Совсем. Просто дело в том, что я не хочу, чтобы вы останавливались.