Тяжелый день?

Февраль 2023, Тбилиси.

Леван использовал её бельевой комод как рабочий стол. Поставил туда свой ноутбук, разложил какие-то бумаги. Видеть это было непривычно. Он уже минут двадцать ходил по её спальне, разговаривая по телефону со своим помощником. Сказал, что это срочно, и извинился, прежде чем принять вызов. Порывался уйти в другую комнату, чтобы ей не мешать, но Ника его не пустила. Непривычно было и то, что она правда не возражала. Её бесило, когда бывший муж тащил работу в спальню. Она даже телефоны тут в последние годы запрещала. А сейчас ей нравилось наблюдать за Леваном. Незаметно. Оценивающе. Будто примеряя его к своей квартире. К своей жизни. Он не вписывался и одновременно вписывался. Ника толком не знала, как это объяснить. Его брутальный образ, например, контрастировал с её нежной, молочно-белой спальней. Чёрные джинсы и не менее чёрная рубашка. Это было красиво, но… непривычно. Как и видеть здесь мужчину вообще. С тех пор, как съехал Зураб, прошло уже семь месяцев, и кроме Макса, который был здесь всего пару раз и никогда не оставался на ночь, Леван являлся первым мужчиной в её новой жизни, чей аромат она улавливала на своём постельном белье. Время от времени он ночевал у неё, и каждый раз она словно примеряла его к своему пространству. Пока он говорил, Ника составила список дел на неделю и нанесла молочко на руки и ноги. И всё это время нет-нет да скользила взглядом по нему. Как он ерошит немного отросшие волосы, как между его бровями углубляется складка, пока он слушает собеседника, как его длинные пальцы управляют ноутбуком. Это было… красиво. Ника склонялась к тому, что ей всё же нравилось видеть его в своём доме. Даже когда он решал рабочие вопросы и не обращал на неё внимания. — Пройдись по последнему разделу, — а ещё её продолжал завораживать его голос. Она всё никак не могла привыкнуть к этому хрипловатому тембру. Всё ещё залипала и теряла концентрацию, когда акцентировала на нём внимание. — Проверь и завтра с утра отправь. И скинь мне материалы по сегодняшнему слушанию, я позже гляну… Да, до завтра. Наконец-то. Ника наблюдала, как он отключил телефон, перевёл его на беззвучный режим — как делал всегда, когда они спали вместе. В ответ она отложила ежедневник и сняла очки для чтения. — Тяжёлый день? — спросила она, когда он повернулся. — Длинный, — кивнул Леван, захлопнул ноутбук и нагнулся к своему портфелю, что стоял на ковре, чтобы достать зарядку. Ещё один ритуал, который теперь прижился в этой комнате. Раньше она спускала на Зураба всех собак, если по полу валялись провода и в темноте были видны огоньки зарядников. Сейчас же просто смотрела и ждала. Пока подключится айфон и ноутбук, пока будет расстегнута рубашка, пока движением из стороны в сторону Леван не разомнёт шею, которая наверняка напряжена после рабочего дня, начавшегося сегодня в семь утра. — Сделать тебе массаж? — предложила она. На что он озорно улыбнулся. Умм. Эти ямочки на щеках. Она любила, когда этот мужчина улыбался. Видя, как эти губы изгибаются в чистой, почти искрящейся эмоции… ей каждый раз казалось, что от этого мир вокруг становится чуть лучше. Он снял рубашку. — Заманчивое предложение. Ника закатила глаза, прежде чем подыграть: — Не привыкай. Предложение действует только сегодня, а дальше тебе придётся либо платить мне за услуги массажиста, либо справляться как-то самому. — Можешь сразу отправлять счёт моему бухгалтеру, — рассмеялся Леван. — А если я окажусь никудышной массажисткой? — лукаво продолжила она. — Ты же ещё не знаешь, на что соглашаешься. — Уверен, ты женщина многих талантов, — снова явил ямочки на щеках Леван. Ника пересела так, чтобы её спина была прижата к изголовью, приглашая Левана сесть перед ней. Он взял с кресла плед и кинул на простыню, прежде чем сесть. Его чистоплотность — то, что он, например, задумывался о том, чтобы не садиться в джинсах, в которых весь день ходил бог знает где, на постельное бельё, на котором им потом спать, — ей очень нравилось. Он устроился между её ног, и Ника начала медленно разглаживать узлы на его плечах, вызывая у Левана тихие вздохи, когда она находила жёсткие точки. — Так хорошо, — выдохнул Леван. — Спасибо. Ника поцеловала его в затылок и продолжила медленно разминать плечи. Эти движения были почти медитацией. Почти. Потому что её мысли не замедляли свой бег. Воображение нарисовало образ, где она сидит в подобной позе с Леваном — спиной к его груди. Она представила, как он нежно ласкает её шею мягкими губами и горячим дыханием, чуть щекоча бородой и усами, к которым она всё ещё не до конца привыкла. Как его руки обхватывают её грудь, дразня соски, пока она не начнёт извиваться под его прикосновениями. Как одна рука спустится вниз по телу, заберётся под резинку шорт, обведёт пальцами клитор. Как его длинные пальцы очень скоро окажутся внутри, трахая её, пока она не кончит в его руках. Она подумала обо всём этом и почувствовала, что возбуждается. Ей захотелось сделать реальной картинку из своей головы. С ним в главной роли. Прижать его к своему телу и ласкать, пока не услышит хриплые стоны. Он был сдержанным в этом плане, и перспектива сломить эту сдержанность вдохновляла. Ника провела костяшками пальцев по его шее. Вверх-вниз. Легкими, почти невесомыми прикосновениями, от которых кожа на его затылке покрылась мурашками. Потом заменила пальцы языком, облизывая и целуя кожу, пока не добралась до уха. Он послушно отвёл голову в сторону, давая лучший доступ. Она нежно прикусила кожу, чувствуя, что он стал дышать чаще. Леван гладил её ноги, призывая продолжать, но она уже достаточно хорошо его знала, чтобы понимать: такими темпами скоро она окажется на спине. Поэтому она наклонила подбородок Левана к себе и поцеловала. Нежно и медленно, как только что целовала шею. Леван попытался переместить их, чтобы было удобнее, но Ника отстранилась. — Хочу попробовать кое-что, — прошептала она ему на ухо. Леван повернул голову, посмотрел ей в глаза и лукаво улыбнулся: — Если твой массаж предполагает happy end, я сразу оплачу годовой абонемент. — Хорошо, — Ника постаралась не рассмеяться и сохранить соблазнительный тон. — Тогда раздевайся и возвращайся ко мне. Пока Леван стягивал джинсы и боксеры, она наклонилась к прикроватной тумбочке и нашла бутылочку со смазкой. Он скинул плед на пол и сел так, чтобы ей было удобно обнять его бёдра своими ногами. Сердце Ники забилось сильнее при виде обнажённого тела перед ней. А мысль о том, что она собиралась сейчас сделать, заставляла даже немного нервничать. Стеб или нет, а доказать, что она «женщина многих талантов», действительно хотелось. Запустив пальцы в его волосы, она наклонила голову и прижалась к его губам. Рука Левана тут же потянулась назад, притягивая её ближе. И ей так нравилась эта его жадность до неё и её прикосновений. Ника провела ладонями по его груди, продев свои руки под его. Исследуя. Нежно царапая. Пока не остановилась на сосках. Она нежно обвела их пальцами, заставив Левана выдохнуть ей в рот. Продолжила ласку, замечая, как его член начинает напрягаться, а дыхание становится прерывистым. Преимущество регулярного секса с кем-то — ты знаешь, на какие точки давить. Оторвавшись от его губ, она стала оставлять почти невинные поцелуи. На лице. На шее. Он закрыл глаза и выглядел так, будто ему очень хорошо. И Ника была более чем рада быть причиной этого. Одной рукой она лениво прошлась вниз по его телу, огладив мышцы на животе, и медленно спустилась к паху. Ей нравилось ощущение волосков под пальцами. Вести по ним как по пунктирной линии. Её мужчины были разными: Зураб — почти гладким, Макс брил торс, ему так больше нравилось, а Леван… Леван был великолепен в своей натуральности. Он открыл глаза и следил за её движениями. Пристально. А она дразнила его, касаясь везде, но избегая члена. А потом вовсе убрала руки. Ника взяла бутылку со смазкой, выдавила немного на ладони, потёрла их, чтобы согреть жидкость. Снова скользнув под руки Левана, она сделала то, чего они оба отчаянно хотели. Стоило только её скользким рукам коснуться его эрекции, как бёдра Левана дёрнулись, а голова откинулась на её плечо. Она воспользовалась возможностью и прижалась щекой к его щеке, наслаждаясь реакцией. Начав двигать руками активнее, она сбивала ему дыхание, вытягивала тихие звуки. Он практически извивался в её руках — движения были слишком сильными, чтобы оставаться на месте. Он хватался за неё как за якорь, сжимая внешнюю сторону её бёдер. — Блять, — тихо выдохнул Леван, — так хочу прикоснуться к тебе. — Тебе нужно быть послушным, — улыбнулась Ника рядом с его ухом. — Пока нельзя. Она прижалась губами к его виску, пытаясь удержаться от того, чтобы позволить ему делать с ней всё, что он захочет. Вид его такого нетерпеливого в её руках был слишком заманчив, чтобы отступить сейчас. Видеть власть, которую она имела над ним, было почти… опьяняющим. Не прекращая движения рук, она прошептала ему на ухо: — Я хочу, чтобы сначала кончил ты. Хорошо? Леван выдохнул звук, отдалённо напоминающий согласие, и позволил себе потеряться в её прикосновениях. Ника вернула одну руку ему на грудь, снова находя сосок. Леван глубоко вздохнул, пока она крутила его между большим и указательным пальцами. Она чувствовала его горячее, прерывистое дыхание у своего уха. Опасаясь, что всё закончится слишком быстро, стала нежно гладить его, пытаясь чуть замедлить: живот, руки, плечи. Его глаза были закрыты, брови нахмурены в глубокой концентрации. Он явно чувствовал её намерение притормозить и пытался переключить передачу. Волна какой-то совсем неуместной нежности затопила её душу в этот момент. Ника снова его поцеловала, чтобы не потеряться в этом чувстве. А Леван ответил почти с яростным рвением. Их эмоции в эту секунду явно не совпали по градусу. Оторвавшись от его губ, она нанесла ещё больше смазки и вернула внимание к основной задаче. Начала двигать руками вверх-вниз в устойчивом, медленном и наверняка мучительном темпе. Когда почувствовала капли преэякулята на кончике, резко ослабила хватку, вызвав у Левана уже настоящий стон. Он протянул руку к своему члену, но Ника оттолкнула её. — Потерпи ещё немного. Хочу, чтобы ты сильнее кончил. Тот, чьим хлебом были слова и их рациональное использование, даже не нашёлся, что ей ответить. Он лишь тяжело выдохнул. Обе ладони Ники теперь просто скользили по его телу, а её губы и язык снова оказались на его шее. Он тихо простонал, и этот звук стал ей наградой. Чуть повернув голову, она посмотрела на красивый член своего адвоката, и рот наполнился слюной. Она хотела его. Сильно. — Ник… Хватит дразнить, — его слова покачивались на тонкой грани мольбы и приказа. Но Ника не могла упустить шанс продлить игру ещё немного. Ещё один уровень вверх: — Хочешь кончить? — прошептала она, касаясь влажными губами уха. — Да? — Женщина, ты убиваешь меня, — усмехнулся он. — Мне будто снова семнадцать. Ника прижала его ногами ближе к себе так, что его голова оказалась на её плече, и вернула руку на член. Быстрее и настойчивее. Ей был нужен этот оргазм почти так же сильно, как и ему. И с каждым движением она чувствовала, как он приближается. Ей так нравились звуки, которые он издавал. Она убрала вторую руку с его груди и погладила пальцами шею — там, где кадык, где эти звуки напитывались хрипотцой. Чуть ногтями, чуть нежности. Леван поймал её пальцы губами, прикусил подушечку большого, втянул в рот и… кончил. Ника замедлила движения, наблюдая, как сперма приземлилась на его грудь и пресс. Она почти кончила сама, когда он откинулся на неё всем своим весом. Леван теперь почти лежал на ней. Такой расслабленный. Потерянный для мира. С членом, всё ещё подрагивающим в её руке, пока он пытался восстановить дыхание. Ника обняла его большое тело и уткнулась носом в его щёку. Поцеловав нагретую стонами кожу, она прошептала: — Тебе понравилось? Видимо, всё ещё не в состоянии склеить буквы в слова, Леван вместо ответа притянул её для поцелуя. И целовал лениво, будто на это ушла вся оставшаяся у него энергия. Ника впервые видела его настолько опустошённым после оргазма, и эта мысль грела гордостью. Они легли лицом друг к другу, продолжив целоваться. Ника была всё ещё в пижаме, будто ничего не было и она просто приготовилась ко сну. На фоне обнажённого, потного, с растрёпанными волосами Левана это смотрелось даже комично. Она улыбнулась, радуясь хаосу, который смогла устроить этому мужчине, чья жизнь так сильно была завязана на контроле. Хотя… это всё, конечно, было мило, но ей всё ещё хотелось секса. Тоже хотелось кончить. Она слегка коснулась пальцами члена, заставив Левана вздрогнуть. Всё ещё сверхчувствительный. Он смотрел на неё, и на случай, если по ней было не заметно, она взяла его руку в свою и протолкнула пальцы под резинку шорт. Его глаза расширились, стоило ему обнаружить, насколько она промокла. Он даже стал выглядеть менее сонным. — Поскольку я сейчас могу только лежать, — прохрипел Леван, улыбаясь и с восторгом в глазах наблюдая за её реакцией на движение его пальцев, — и это полностью твоя вина, тебе придётся сесть мне на лицо, женщина. Ника рассмеялась. Придётся…