Между ними

Софи стояла в студии, где шёл фотосет с Чонгуком. Он был расслаблен и улыбался камере, играя с образом. Софи направляла свет, поправляла позу, иногда делая несколько шагов ближе, чтобы поймать нужный ракурс. — Отлично, Чонгук, держи подбородок чуть выше, и смотри сюда, — сказала она, улыбаясь, и слегка прикоснулась к его плечу, чтобы поправить позу. — Так лучше, Софи? — спросил он, едва заметно наклоняясь к ней. И тут всё изменилось. Телефон в её сумке завибрировал. Она подняла его. Сообщение от Тэхёна: «Где ты?» Сердце у неё сжалось. Она подняла глаза и замерла, когда в дверях студии появился он. Тэхён. Он остановился у входа. На лице играла смесь гнева и потрясающей концентрации. — Ты… с ним? — сказал он ровно, но голос дрожал от скрытой ярости. Софи сразу поняла: сейчас нужно действовать аккуратно. — Тэхён, это работа. Я фотографирую его. Всё профессионально. Он сделал шаг внутрь. Его взгляд был настолько напряжённым, что Софи почувствовала, как внутри сжимается сердце. — Профессионально? — повторил он, чуть громче, с едва сдерживаемым раздражением. — Софи… он улыбается тебе так, как я не хочу видеть! Чонгук, заметив напряжение, поднял руки. — Эй, я ни о чём не думал, просто играю для съёмки. Всё в порядке, — сказал он. Но Тэхён даже не смотрел на него. Его глаза были только на Софи. — Ты… стоишь слишком близко, — сказал он раздражённо, сжатые кулаки слегка сжали стороны штанов. — И я вижу это. Софи почувствовала, как в груди поднимается тревога. — Я не… я не флиртую, — сказала она, пытаясь успокоить его. — Это часть работы, ты знаешь это! — Я знаю, что это часть работы, — сказал Тэхён, делая шаг ближе. — Но когда он касается тебя, даже ради кадра… Я не могу… Он замолчал. Софи заметила, как его плечи напряглись, а взгляд стал почти болезненно острым. — Тэхён… — начала она, но он прервал. — Софи! — чуть громче, почти срываясь. — Я не могу видеть, как кто-то другой ведёт себя так с тобой, даже если это просто «работа». Чонгук аккуратно отошёл, почувствовав напряжение. — Хорошо, я уйду, — сказал он,сдерживая лёгкую улыбку, понимая, что сейчас важнее их с Софи личное пространство. Когда дверь за ним закрылась, Софи повернулась к Тэхёну. — Ты… очень зол. — Я ненавижу ревновать, — сказал он почти шепотом, подходя ближе. — Но видеть, как кто-то другой смеётся с тобой, шутит с тобой… Это невыносимо. Софи почувствовала, как его руки мягко, но уверенно обвивают её плечи. — Ты меня слышишь? — спросил он, глядя прямо в глаза. — Да… слышу, — сказала она, пытаясь улыбнуться. — Но это работа. Я не… — Я знаю, что это работа, — перебил он, осторожно касаясь её щёки. — Но я хочу быть первым человеком, с которым ты смеёшься. С которым делишь каждый взгляд. Софи… я хочу, чтобы ты это понимала. Его голос был тихим, но каждое слово проникало глубоко в её сердце. Она взглянула ему в глаза и видела там не только гнев, но и нечто ещё: страх потерять её. — Ты… слишком ревнивый, — сказала она. Он наклонился ближе. Его губы коснулись её виска, почти шепотом: — И слишком твой, чтобы с этим мириться. Софи почувствовала, как внутри всё разгорелось — смесь волнения, облегчения и трепета. — Хорошо… — сказала она, улыбаясь. — Я твоя. Только твоя. Тэхён обнял её крепче и уехал.