Больше не больно

             Этот вечер был достаточно… странным. Они победили, и теперь праздновали победу, заливая горе по павшим и подогревая радость.       Скоя’таэли сначала сидели чуть в стороне, собравшись своей небольшой группкой, но постепенно атмосфера праздника захватила и их — многие разбредались в компании к краснолюдам, эльфам или даже людям, приглашавшим «белок» отпраздновать вместе.       Иорвет сидел в компании Gwynbleidd'a и наблюдал за тем, как ведьмак с удовольствием напивается — Геральт был рад победе, как и все остальные, правда… но он также понимал, что это не последняя опасность в жизни вольного города Вергена.       Понимал эту истину и Иорвет, который, хоть и пил со всеми, но никак не мог отпустить себя и расслабиться даже в дружеской компании.       — Иорвет, может тебе что покрепче налить? Или наоборот пожрать заказать? — предложил Геральт, с лëгким любопытством наблюдая за беличьим атаманом.       — Не стоит, Gwynbleidd, — усмехнулся эльф. — Я не хочу напиваться. Да и пока не голоден. Просто… долго ли продлится это затишье? — всë-таки поделился своими опасениями Иорвет.       — Долго или нет, но не стоит настолько сильно заострять своё внимание на будущих проблемах, когда мы только что решили имеющуюся. Хенсельт мёртв, нильфы не полезут в ближайшее время, получив столь мощный отпор, а остальные… с остальными, из тех кто может полезть, мы справимся даже без подготовки. — уверенно заявил ведьмак.       — Излишняя самоуверенность никого до добра не доводила. — тихо отозвался эльф, вперив взгляд в пятна на столешнице.       — Это не самоуверенность. — усмехнулся Геральт. — Я просто видел, как твой бельчатник уделал сначала Хенсельта, а потом конницу нильфов. В жизни не видел такой бойни!.. У них даже шансов не было!       Иорвет усмехнулся напоминанию о том, как скоя’таэли сумели сначала защитить Верген, а затем переломить ход сражения с нильфгаардцами, оставив врага не только без конных воинов, но и без большинства лучников и арбалетчиков, которые абсолютно не ожидали, что дальнобойность эльфийских луков окажется настолько высока, как и меткость стрелков.       — Рад, что ты вспомнил что-то хорошее. — заметил почти мечтательную улыбку Иорвета ведьмак. — Не хочешь посидеть со мной в комнатах? Здесь постепенно становится слишком шумно и многолюдно — голова начинает болеть от постоянного гама.       Эльф слегка удивился приглашению, но пожал плечами и согласился — почему бы действительно не посидеть в приятной компании? Тем более ведьмак вряд ли станет делать ему что-то — не тот характер, да и необходимости нет.

***

      В комнатах, которые занял Gwynbleidd, было почти тихо, особенно если сравнивать с шумом корчмы, откуда они вышли.       — Присаживайся. — указал на кровать ведьмак. — Тут нет стульев, так что расположимся на кровати. Не думаю, что кто-то будет против.       Эльф послушно присел на предложенное место и принял кружку с какой-то приятно пахнущей травами настойкой.       — Что это? — решил всë-таки осведомиться Иорвет.       — Мандрагоровая настойка. Правда разбавленная, а то улетишь с пары глотков — она даже меня пробирает до самого нутра.       Хмыкнув с лёгким сомнением, эльф всë-таки глотнул и признал, что даже в разбавленном виде настойка была очень крепкой. И столь же крепко она давала в голову, заставляя восприятие слегка плыть.       — Сыграем в гвинт? — предложил Геральт, лукаво щурясь. — На раздевание, чтобы никому не обидно было. А кто первый останется без одежды — выполняет желание соперника.       Иорвет сначала с сомнением глянул на колоду карт в руке ведьмака, но затем всë-таки достал свою — гвинт был вполне невинным развлечением, а желание… Вряд ли Gwynbleidd станет загадывать что-то унизительное или жестокое, если вдруг выиграет.       Игра длилась и длилась, Геральт выигрывал всë чаще, разгадав манеру игры скоя’таэля, и при этом не переставал жаловаться, что Иорвет больше напоминает капусту, нежели эльфа — слоёв одежды на нём было почти в три раза больше, чем на ведьмаке.       В дальнейшем никто из них не смог бы сказать, сколько продолжались их посиделки за картами — элементы одежды покидали тела обоих, открывая вид на старые шрамы и татуировки, а азарт захватывал их всё больше. Иорвет стремился отыграться, порой грязно ругался или хохотал от вида возмущëнно булькавшего ведьмака, но никто из них даже не думал прекратить игру до того, как кто-то из них останется без одежды.       И наконец-то этот момент настал — на Иорвете не осталось ничего. Эльф смущённо заворчал — ведьмак обыграл его почти всухую, сняв только броню и обувь.       — Ну, это было… Не слишком сложно. — задумчиво усмехнулся Геральт и подтолкнул к Иорвету наполненную кружку. — Ещё выпить?       Эльф дёрнул ухом и буркнул:       — Загадывай своё желание, Gwynbleidd, не тяни. — и, немного помолчав, значительно тише и неразборчивее добавил. — И не надо меня спаивать больше, чем уже есть…       — Да я вроде и не спаиваю… — смутился ведьмак. — Просто ты выглядишь так, будто готов сбежать, если я сделаю какое-либо движение в твою сторону.       Эльф отвёл взгляд и слегка покраснел — он действительно был напряжён из-за собственной обнажённости, но не хотел, чтобы Gwynbleidd принимал это за свою вину, а потому посчитал нужным всё-таки пояснить:       — Мне несколько некомфортно оставаться обнажённым в чьей-либо компании. В чьей угодно компании. Даже с другими скоя’таэлями я предпочитаю оставаться хотя бы в брюках и рубашке…       — И отчего же такое стеснение? — участливо, насколько это выходило, будучи изрядно в подпитии, осведомился Геральт, изучая эльфа своими жёлтыми глазами. — Можешь обижаться, но я ни за что не поверю, что ты стыдишься своего тела.       — Vatt'ghern… — укоризненно проворчал Иорвет себе под нос, а затем продолжил громче. — Не думаю, что тебе будут интересны причины…       — Если бы мне не было интересно, я бы вряд ли спрашивал. — пожал плечами ведьмак, а затем усмехнулся. — Если хочешь, могу засчитать твой рассказ за выполнение проигранного желания.       Эльф напрягся и словно сжался, прижимая уши:       — Ты уверен, что вместо нормального желания хочешь услышать про мои настолько давние злоключения, Gwynbleidd?       — Уверен. — неловко кивнул Геральт, отпивая водки прямо из горла бутылки.       Иорвет, прежде чем начать свой рассказ, вздохнул и подтянул к себе кружку, отпивая и крякнув от крепкости напитка.       — Это началось… Ещё когда я не был скоя’таэлем. Точнее… Это стало одной из причин моего становления «белкой». — эльф сглотнул и опустил голову, мысленно возвращаясь в пережитый когда-то кошмар. — То поселение, где я жил до войны, разорили dh'oine. Я тогда ещё… Меч или лук в руках удержать мог, но боец из меня был… слабый. Dh'oine перебили всех, кто мог оказать им сопротивление. А потом… те, кого они не убили… Они издевались, насиловали, кого-то вешали или сжигали заживо.       Иорвет сжался, обхватывая себя за плечи под обеспокоенным взглядом ведьмака, который пересел к нему, осторожно обнимая в жесте поддержки. Эльф доверчиво опустил голову на его плечо, вздыхая и продолжая свой рассказ.       — Я до сих пор удивляюсь тому, как выжил. Они соблазнились красивым лицом. Пустили по кругу, а затем, когда сил не осталось даже хрипеть, бросили умирать… Меня подобрал военный отряд, посланный зачистить этих ублюдков. Мне нечего было терять, — всю мою семью перебили во время того нападения, — и я вступил в состав подобравшего меня отряда. Жил одной местью. Учился сражаться и стрелять, правильно тихо двигаться и прочим премудростям.       Геральт сочувственно погладил его по спине, не решаясь прервать пьяную исповедь Иорвета, которому явно давно требовалось выговориться.       — Я думал… Надеялся, что это будет первый и последний раз в моей жизни, когда меня… заставили. Но bloede dh'oine… Они используют это и как пытку, и в качестве издёвки, и просто, чтобы отвлечься от собственной скуки. Почти каждый грёбаный раз, когда я попадался, со мной происходило… это. — эльфу явно сложно было называть вещи своими именами, но ведьмак прекрасно понимал, о чём идёт речь.       Печально вздохнув, Геральт коснулся губами виска дрожащего в его руках и не замечающего катящиеся по щеке слёзы эльфа.       — Это было так больно… — всхлипнул Иорвет, который из-за алкоголя невольно не мог сдержать эмоции. — Каждый раз, как будто впервые… И вроде знаешь, как это ощущается, но каждый раз становится как будто только больнее…       Ведьмак, всё ещё не слишком ясно соображающий, задумался, а затем мягко спросил:       — Ты спал с кем-либо так добровольно? — и, получив отрицательное покачивание головой, заметил мягким тоном. — Это может быть приятно. Если добровольно и с умелым любовником.       Эльф поднял на него откровенно изумлённый взгляд заплаканного, блестящего от слёз глаза, а затем горьковато усмехнулся:       — Предлагаешь свою кандидатуру?       Геральт хмыкнул и вновь коснулся губами его виска.       — А почему бы и нет? На лицо ты красивый, тело у тебя ладное. Если ты не против — я только за.       Иорвет задумался, кусая губы. Ему было страшно вновь испытать острую, разрывающую всё нутро и вырывающую из горла крик, боль. Но при этом ему было действительно любопытно познать удовольствие, о котором он слышал, но никогда не испытывал в своей жизни. И в конце концов он всё-таки решился.       — Если ты пообещаешь, что мне не будет опять больно, Gwynbleidd, я согласен возлечь с тобой…       Ведьмак фыркнул на такой пафос, но комментировать не стал — эльф в его руках слишком боялся, чтобы нервировать его ещё больше, наоборот — Геральту нужно было расслабить Иорвета в той степени, чтобы проникновение не стало для него очередным кошмаром.       Притянув «белку» к себе на колени, он осторожно выцеловывал шею и уши, прекрасно понимая, что это не только доставит эльфу удовольствие, но и поможет успокоиться. Ведьмак и сам получал удовольствие, целуя и покусывая нежную кожу, прерываясь лишь затем, чтобы провести руками по груди и животу Иорвета, вырывая из него довольные вздохи и тихие постанывания.       «Прямо-таки интересно — все ли эльфы такие чувствительные?» — отстранённо крутилась мысль в голове Геральта, пока он под тихие поскуливания сначала вылизывал в поцелуе рот эльфа, а затем спускался языком ниже, к груди и животу.       Иорвет впервые ощущал нечто настолько приятное и необычное — немногие женщины, с которыми он бывал в постели, не стремились ласкать его в ответ, а с мужчинами он до этого никогда добровольно и не спал. И сейчас, чувствуя, как ведьмак стремится вылизать и зацеловать его с ног до головы, эльф мог лишь беспомощно метаться и постанывать, даже не заметив, как Геральт протолкнул внутрь первый палец.       Заметил проникновение Иорвет лишь тогда, когда ведьмак нашёл нужную точку — его буквально подкинуло на кровати, вырвав из глотки несдержанный крик удовольствия. Ошарашенно уставившись на расположившегося между его ног мужчину, эльф мог лишь немо разевать рот, просто не понимая, как может быть настолько приятно просто от пальцев.       — Я же говорил. — ободряюще усмехнулся ведьмак, мимолëтно целуя бедро партнëра и поднимаясь с кровати, чтобы дойти до своих сумок, где, как он помнил, точно было масло. — Если добровольно и со знающим любовником — всегда приятно.       Покусывая губы в лёгком смятении, эльф согласно кивнул головой и терпеливо дождался ведьмака, который, вернувшись, навалился на Иорвета, прихватывая губами кончик нервно дёргающего уха.       Довольные стоны скоя’таэля служили для Геральта ориентиром — смазанные маслом пальцы двигались значительно проще, чем смазанный слюной палец до этого, а потому и растяжка пошла значительно быстрее и приятнее — эльф закатывал глаз, постанывал, вскрикивал и подавался бёдрами навстречу, словно провоцируя его войти побыстрее. Но торопиться было бы слишком опрометчиво, особенно учитывая ранний опыт Иорвета, и Геральт прекрасно это понимал.       Наконец ведьмак решил, что подготовил любовника достаточно, и, размазав остатки масла по члену, он одним медленным осторожным движением вошёл внутрь расслабленного тела.       Иорвет громко сорвано застонал, ощутив проникновение — больно не было, но было… много. Чувство наполненности казалось непривычным и немного дискомфортным, но не болезненным — Gwynbleidd сдержал обещание и сделал всё возможное, чтобы скоя’таэль не остался разочарован.       — Тебе нужно расслабиться. — хрипло выдохнул Геральт. — Как будешь готов — дай знать.       Эльф с робкой признательностью кивнул, делая несколько глубоких вдохов, чтобы немного успокоиться.       — Ты… можешь двигаться, Gwynbleidd, — слегка неуверенно позвал Иорвет, и ведьмак действительно начал движение, стараясь поймать положение, в котором будет задевать чувствительную точку.       В момент, когда эльф выгнулся и громко застонал, Геральт с удовлетворением понял, что нашёл, и принялся наращивать темп, выбивая сначала громкие стоны, а затем и крики удовольствия из мечущегося эльфа.       Член Иорвета, каменно твёрдый и сочащийся смазкой, тёрся между их телами, доставляя эльфу ещё больше удовольствия. И не было абсолютно ничего удивительного в том, что Иорвет кончил первым, содрогаясь и судорожно сжимаясь внутри.       Ведьмак осторожно покинул тело эльфа и довёл себя до финала парой движений рукой, не решившись мучить Иорвета больше необходимого. Затем, немного отдышавшись, он сходил за влажным полотенцем, чтобы затем обтереть дрожащего после пережитого удовольствия эльфа. А закончив с устранением последствий их страсти, лëг рядом, обнимая и укрывая любовника пледом.       — Это… было поразительно. — не смотря на заплетающийся язык пробормотал Иорвет.       Геральт довольно хмыкнул и погладил эльфа по волосам, позволяя ему прижаться к своему тёплому боку и доверчиво задремать. Он был уверен, что эта ночь запомнится им обоим надолго.