От Меня Тебе

Эту историю я бы хотел рассказать своим детям, а может даже и внукам. Но что-то мне подсказывает, что подобным даром я буду обделён, поскольку с сегодняшнего дня и до конца своей жизни я не буду любить никого, кроме того удивительного человека, которого я повстречал когда-то на своём жизненном пути. И вот, чтобы моя не самая примечательная, но довольно интересная (по крайней мере, мне хочется в это верить) история не исчезла после моей смерти, я поведаю вам её суть, так как хочу увековечить мою любовь к тебе, мой милый друг. Я не решусь произнести здесь твоего имени, и вряд ли укажу своё, по понятным причинам. Страх. Мне страшно признавать эти чувства, и я не отрицаю этого. Наверняка, вы тоже сталкивались с подобным. Когда в твоей жизни появляется то, что ты не можешь рассказать даже самым близким людям, ты клянёшься самому себе унести свой секрет в могилу, потому что то, о чем знает твой мозг, не должен знать никто больше. Те чувства, которые я носил в своём сердце, бушевали во мне смертоносным ураганом, сметающим всё на своём пути. Я не видел никого и ничего, что могло бы меня остановить. Я рад был испытывать слегка болезненное, но такое будоражащее покалывание в груди, от которого моё дыхание замирало, ясные мысли умирали, а кровь в жилах закипала. Выброс адреналина и дофамина пробуждали во мне новый спектр разнообразных эмоций, которые мне прежде не доводилось испытывать ни с кем больше. Я любил тебя. Люблю тебя. И буду любить тебя. Всегда. Но обо всем по порядку. В день, когда меня перевели на новое место работы в связи с повышением должности, я, как обычно, проснулся рано утром. Многие не любят это время суток, так как оно тяготит разумы людей мыслями о том, что впереди долгий и утомительный рабочий день. Но я люблю его. Я специально просыпаюсь пораньше, чтобы избежать спешки и спокойно насладиться минутами тёплого утра. Солнечные лучи медленно и аккуратно крадутся в дома людей через окна, старательно пробираются через жалюзи и занавески, чтобы приветственно заключить каждого человека в свои объятия и напомнить ему о наступлении нового дня. Как это на самом деле ценно, проснуться после сна живым, невредимым и уверенным в своих планах на сегодня. Однако время безжалостно и скоротечно, оно ускоряется с каждым днём, не давая человеку ни секунды, чтобы остановиться и оглянуться. Завтра превращается в сегодня, сегодня во вчера, вчера в позавчера и так день за днём, месяц за месяцем, год за годом. Раньше я не обращал внимания на такие мелочи, считая само собой разумеющимся круговорот событий в жизни. Но время предательски быстро пролетело, мне почти тридцать пять лет, а я заметил это только сейчас. Стоя рядом с окном в своей новой квартире в незнакомом мне городе, по-доброму жмурясь от лучей солнца, я осознал, что так и не понял, ради чего я живу. В чем смысл жизни? Как бы вы ответили на этот вопрос сейчас? И будет ли ваш ответ на сегодняшний день близок к тому, что вы ответите через несколько лет? Один из моих знакомых сказал мне, что смысл жизни в том, чтобы быть счастливым. Но если моё счастье — это несчастье для других, как тогда это может быть смыслом жизни? Причинение вреда другим живым существам является негуманным, эгоистичным. Но если эти другие тоже не желают мне добра, тогда и я могу жить в своё удовольствие, наплевав на их чувства? Когда я думаю об этом, чувствую себя вновь незрелым подростком, в котором все также непоколебим дух юношеского максимализма. Но мне нравится искать новую пищу для разума в разных источниках и докапываться до истины, если она есть. В большинстве случаев я думаю о многом, читаю литературу и провожу время в компании себя самого. Из чего вы, наверное, можете понять, что я не самый общительный человек. Я провожу в своих мыслях 90% времени, отчего могу упустить что-то в реальном времени. Например, сегодня я задумался о том, чего я добился в жизни, и не заметил, как вся вода из моего любимого железного чайника выкипела. Придётся ставить его на плиту заново и на этот раз не так сильно углубляться в свои рассуждения. Я как обычно выпил зелёный чай с шоколадом и орешками, мечтательно поразглядывал стеклянную вазочку с печеньем и ещё немного посидел на жёстком деревянном стуле. Вскоре я начал собираться на работу. Весь вчерашний день я потратил на поиски подходящего наряда для моего рабочего дня на новом месте. Первое впечатление очень важно, оно помогает выстроить правильные отношения с людьми с самой первой секунды знакомства. Если кто-то в вашем окружении говорит о том, что внешность не главное и даже самого неприятного бармалея будут любить и уважать за его "богатый внутренний мир", то он глупец, не смыслящий ничего в общении с людьми. В установке успешной коммуникации приятный внешний вид — это самый беспроигрышный вариант заслужить доверие. Именно поэтому сегодня я должен выглядеть безупречно, а завтра — ещё лучше. Выбежав из дома в половину восьмого, я поспешил к своей машине, припаркованной около дома. В это время не так много пробок на дорогах, особенно в этом неплотно населенном городе. Вождение давалось мне легко: машина плавно скользила по дороге, я оглядывался на высотные здания, мелькающие торговые центры, цветастые вывески и рекламные баннеры с самой нелепой информацией на свете. Кто интересно занимается их дизайном? Как человек в здравом уме и светлой памяти мог написать такой несуразный текст, подобрать такую кривую картинку, так ещё и разместить это в самом центре города. Попробуйте присмотреться к подобным деталям в месте где вы живёте, и оно откроется для вас с новой стороны. Я прибыл в офис за двадцать одну минуту до начала рабочего дня и стал продумывать все от самого начала до самого конца: как мне лучше поздороваться с начальником, о чем спросить менеджера, который будет проводить мне экскурсию, в какое из ближайших заведений мне сходить на обед, как лучше начать разговор с коллегами и о чем рассказать им в первую очередь. Мне необходимо было знать все это, чтобы контролировать ситуацию и не допустить возможных глупых ошибок, которые бы опозорили меня на ближайшие два года, закрепив за мной неуместную кличку. Внутри двадцатиэтажного здания меня встретила широко улыбающаяся девушка, смотрящая из-за стойки ресепшна крайне подозрительным взглядом. — Чем я могу вам помочь? — спросил ее голос, напоминающий противный скрип старой двери. — Сегодня мой первый рабочий день, мне нужен мистер Скотт. — Ах, да, он говорил о вас на прошлой неделе, — она начала копаться в каких-то беспорядочно лежащих на столе бумажках. Вскоре она достала тетрадку с помятыми белыми страницами. — Распишитесь здесь, пожалуйста, и укажите данные своего паспорта и время прихода. Я взял ручку и правильно заполнил все необходимые поля. — Добро пожаловать, — нехотя натянула улыбку девушка и подняла трубку офисного телефона, а я стал изучать просторное помещение первого этажа. По правую сторону от меня находились турникеты, мужчины и женщины, проходившие через них, прикладывали специальные пропуски к датчикам, после чего следовали в очереди к трём большим лифтам, в которые так старательно пропихивались обитатели офиса. Охранники, в одинаковых солидных костюмах, не характерных для обычных охранников типичного офиса, с золотыми запонками и зажимами для галстуков, досматривали сумки новых посетителей офиса, но ко мне почему-то никто не подошёл. Пока я стоял и ждал каких-то указаний, наставлений или помощи со стороны уже знакомой мне девушки, заметил одну очень интересную особенность. Лица у всех людей были одинаковыми. Не в том смысле, что они клоны или родственники. Я к тому, что каждая физиономия всех находившихся в стенах этого здания людей выражала высшую степень недовольства, утомления и безысходности, словно они пожизненно заключённые в колонии строгого режима, где каждый день они вынуждены выполнять непосильно тяжёлую работу, без перерыва и пропитания. Люди друг с другом не общались, лишь изредка выкрикивали словосочетания вопросительно предъявительным тоном. «Смотрите под ноги, сэр, вы наступили мне на туфли!», «можно немного побыстрее, все хотят попасть в кабинет!», «вы можете ко мне так не прижиматься, от этого очередь не пойдёт быстрее!» И все в этом роде. Они брели с опущенными головами по коридорам, не видя ничего дальше своего носа. Несчастные люди, одним словом. С первых минут моего нахождения здесь атмосфера показалась мне крайне угнетающей и тяжёлой. Не было в этом месте чистого воздуха, только невыносимая духота и поникшие люди. — Скоро сюда подойдёт старший менеджер, он все вам объяснит, — окликнула меня девушка и вновь уткнулась в бумажки. Я кивнул ей, хоть она и не смотрела, и продолжил рассматривать офис. Растения, стоявшие около огромных, почти панорамных окон, еле подавали признаки жизни. На их листочках уже скопился слой пыли, и они уныло склонялись к земле. — Здравствуйте, вы наш новый сотрудник? Стоило мне только на секунду оторваться от своих мыслей и на пару сантиметров повернуть голову я встретился взглядом с самым удивительным человеком в моей жизни и напрочь забыл, зачем вообще сюда пришёл. Его лицо не было похоже ни на одно другое лицо, которое я встречал ранее. Мягкие губы приятного оттенка розового сияли в ослепительной улыбке. А глаза... Какие у него были глаза! Глаза манящие, призывающие к действию, глаза мечты, которые говорили самые непристойные вещи прямо на ушко тому, кому доводилось в них смотреть. Я обомлел. Никогда раньше я не видел такого человека. Он был великолепен, словно все самые яркие и страстные человеческие желания и черты соединили в одном существе, которое проявило снисходительность и одарило меня возможностью встретиться с ним вживую. Конечно, это сугубо моя точка зрения, но согласитесь, что на вашей памяти тоже имеется хоть один человек, равных которому для вас нет и не будет. «Этот день я запомню очень надолго,» — пронеслось мимолётно в моей голове. — А, да, здравствуйте, — кашлянув, ответил я, спустя какое-то время. — Отлично, я старший менеджер вашего отдела, прошу следовать за мной, я покажу вам, как все устроено. Его голос ласкал мои уши, которые покраснели от смущения, выдавая мою восхищённость и лёгкую взвинченность. Даже моя походка изменилась: я стал немного подпрыгивать, следуя за полюбившимся мне коллегой. Какой стыд, в тот момент, наверняка, я выглядит таким нелепым и неуклюжим, он уж точно заметил это, просто не подал виду, чтобы мне не было неловко. — Наш отдел находится на десятом этаже, соответственно и ваше новое рабочее место тоже. Поскольку вы новый председатель отдела, вам предоставляется отдельный кабинет. Лифт приехал за пару секунд и мы вошли туда с парочкой других людей, до которых в этот момент мне уже не было никакого дела. Будь это обычный день я бы рассмотрел получше их внешность, предположил их происхождение на основе анализа акцента и внешности, занимаемую ими должность и все в этом роде. Но теперь мой мир сузился до человека стоящего рядом со мной, с приятным парфюмом, вечно поправляющего свои волосы, боясь выглядеть небрежно. — Ваш рабочий день будет длиться с восьми утра и до пяти вечера. Обеденное время с двенадцати до часу, — мы вышли из кабины лифта на нужном этаже и устремились быстрым шагом куда-то вглубь. Мой коллега говорил быстро и чётко, а я в свою очередь слушал очень внимательно, не упуская ни единого звука, издаваемого его ртом, — за переработанные часы в обязательном порядке предоставляется дополнительная плата, а в прочем... — он остановился в паре метров от дверного проёма в большой общий кабинет с кучей рабочих мест, где все казались одинаковыми, смотрящими без остановки в монитор компьютера офисными планктонами, — вам и так все расскажут. Я не успел поблагодарить моего спутника, он тут же скрылся из виду и смешался с толпой работающих людей. Хотя кого я обманываю, его я бы узнал из миллиона даже с закрытыми глазами. Просто в тот момент вся моя решительность, приобретённая с годами, куда-то испарилась со скоростью света. Ноги приклеились к полу, и я не смог последовать за тем, от кого моё сердце сходило с ума. Выдохнув с огорчением, я вошёл в кабинет директора фирмы, по совместительству моего босса, мы поздоровались, обсудили все нюансы, первичную заработную плату и всякое прочее. Как я уже говорил, будь это другой день, я бы с дотошностью самого придирчивого человека задавал вопросы, изучал отношения начальства к подчинённым, расщепил бы всю необходимую информацию до атомов и с чувством полной уверенности в том, что я справлюсь с новой должностью, отправился бы в офисное кресло перебирать бумаги и подготавливать отчёт к предстоящему совещанию. Однако все мои мысли были заняты совершенно другим. Никогда бы не подумал, что представлять в своём воображении привлекающего тебя человека окажется таким занимательным занятием. Думаю, я бы смог делать это часами напролёт без остановки, лишь иногда отвлекаясь на реальность, уже полчаса как не интересующую меня. — Добро пожаловать в коллектив, — завершающе произнёс директор, он был невысокого роста, как я понял после того, как он встал с кресла и протянул мне руку. Больше в нем не было ничего выдающегося. Человек, как человек, не более. Я выразил свою признательность, пожал протянутую мне руку и поспешил к своему новому кабинету. Проходя мимо рабочих столов других коллег, я приветливо здоровался с ними. Кто-то улыбался и приветствовал меня в ответ, кто-то молча закатывал глаза, а кто-то и вовсе сделал вид, что не заметил. Но мне было все равно, поскольку мой взгляд старательно искал старшего менеджера, и я с нетерпением ждал нашей новой встречи. Всё-таки смотреть ему в глаза нравилось мне больше, чем просто их представлять. Чтобы не вызывать никаких подозрений, я сделал вид, что просто осматриваюсь в новом для меня месте и интересуюсь его механизмом и иерархией. Ждать больше нельзя было, иначе все бы поняли, что я ищу кого-то, поэтому я вошёл в обособленное и тихое место, предназначенное для меня одного, закрыв за собой дверь. Людям никогда нельзя давать поводов для сплетен, а в таком оживлённо месте, как наш офис, слухи, должно быть, разлетаются лучше чем горячие пирожки. Что может быть интереснее, чем приход нового человека в уже сформировавшийся коллектив. Я чувствовал на себе поедающие взгляды, особенно тех, кто не соизволил со мной поздороваться. Они в замешательстве и пока изучают меня, хотя давно уже знают на марке какой машины я приехал, где жил до этого, одинок я или нахожусь в активном поиске и кто купил мне телефон последней модели. Что ж, не буду отбирать их хлеб и позволю людям немного отвлечься от работы. Им же нужна новая тема для разговора, вдруг все старые уже закончились. Я так говорю, потому что сам такой же, и в этом нет ничего удивительного или странного. Обвинять людей в лицемерии при таком раскладе, лично для меня, нет никакого смысла, ведь это всегда очень интересно, узнавать о других что-то, возможно, очевидное, но временно скрытое от чужих глаз. Так делали и будут делать все, кто принимают в свою среду обитания нового человека, и избежать этого попросту невозможно. Остаётся только принять и показывать людям лишь ту часть, которую им положено знать. Остальное лучше держать при себе. Стены моего кабинета были окрашены в спокойный оттенок серого, все в максимально выдержанных тонах, ничего не создаёт визуальный шум или дискомфорт. Классический офисный стол переговоров небольшой по размеру, чёрный кожаный диван в углу комнаты, шкафы и стеллажи для документов и моих личных вещей, компьютер на пару лет моложе меня и органайзер с канцелярией. Стандартный набор человека старше тридцати со стабильной работой. Время за компьютером и документами для меня пролетало незаметно. Учитывая тот факт, что я работал в подходящей моему темпераменту сфере, ничто не могло быть интереснее графиков и таблиц. Хоть я и отодвинул все бессмысленные для меня аспекты на второй план с приходом в моё сердце нового и весьма благоприятного чувства, оставить работу, которая является для меня особым развлечением и видом азарта, я не мог в силу своего перфекционизма. Человек, работающий до меня на этом самом месте, явно был далёк от того, что делает. Вместо того, чтобы заниматься данными за полугодие текущего года, мне пришлось переделать и подлатать все то, что этот безумец натворил ещё в прошлом. И как людям не стыдно подставлять таким образом других. Если не знаешь, что делать, найди в себе силы узнать, как правильно, а если на подобное у тебя нет времени и желания, лучше вообще ничего не делай. Пока я шёпотом бранил "творческий подход", ибо по-другому выразить своё мнение цензурными словами по поводу тех отчётов, что я увидел, невозможно, ко мне в кабинет постучали. — Доброе утро, — брюнетка, не очень симпатичной, тем не менее модельной внешности благодаря высокому росту и тонкой талии, с очками в чёрной оправе, вошла ко мне в кабинет. — Доброе, — ответил я, вежливым и размеренным тоном, — не стойте, пожалуйста, около двери, проходите, садитесь, — она улыбнулась, уверенной походкой, покачивая бёдрами, подошла ближе ко мне и присела на стул, стоящий за столом переговоров справа от меня, — Вы из отдела финансов? Я хотел посоветоваться с вами по поводу расходов компании в прошлом году... — Нет, простите, я не знаю о чем вы, — смущённо произнесла девушка, отводя свой взгляд куда-то в сторону и поправляя длинные прямые волосы. — Простите, что так сразу на вас набросился с вопросами, — я положил перед собой график анализа финансов, который до этого хотел предложить ей, и в воздухе повисло напряжённое молчание, — тогда чем я могу вам помочь? Она рассматривала мое лицо, изучая нос, глаза, брови. Не хочу показывать степень своего превосходства или высокое самомнение, но люди часто смотрели на меня чуть дольше, чем требовали правила приличия: черты лица ровные, все пропорционально и неповторимо симметрично. — Я лишь хотела познакомиться с вами, всё-таки нам придётся работать вместе. Я Кейт, — она заняла раскрепощённую и открытую для общения позу, развернула ко мне корпус и положила подбородок на свою руку. — Дело в том, что у меня уже полно сверхурочных забот, может быть, перенесём наше знакомство? — я сделал непринуждённое выражение лица, показывающее заинтересованность, но в то же время занятость. Мило вскинул бровки, похлопал глазками, отчего она не расстроилась и восприняла мой тактичный отказ спокойно. Мы попрощались и договорились пообедать вместе. Я бы очень не хотел тратить свой единственный свободный час ни на одного другого человека кроме моего любимого менеджера, но раз уж так сложились обстоятельства, я не смог отказать. До обеденного перерыва я успел познакомиться почти со всем отделом. Удивительная память позволила мне запомнить имя и отличительные особенности каждого. Но к великому сожалению, из всех этих людей не было моего любимого и ненаглядного человечка, такого маленького, нежного и тёплого. Как это было утомительно, ждать встречи с ним. Когда же он вновь озарит меня своим присутствием? Почему не заходит обсуждать со мной аналитические прогнозы, новые сплетни о коллегах или хоть что-нибудь? Как я могу быть таким не интересным? Разве я недостаточно контролирую ситуацию? Я положил лоб на холодную деревянную поверхность стола и прикрыл глаза. Мне хотелось восполнить потраченную на общение с людьми энергию и пару минут отдохнуть перед обедом. — Извините, у вас все в порядке? — этот голос. Мне не потребовалось и секунды, чтобы осознать своё счастье. Я поднял глаза и увидел его, обеспокоенно глядящего на моё поникшее состояние. — Да, все хорошо, — моё лицо расплылось в довольной улыбке, я забыл про всю свою усталость и напряжение. — Как ваше настроение? Вам ещё не наскучило наше общество? — он вальяжно подошёл ко мне, пока я таял от его пламенно обжигающего взгляда. — Что вы, вовсе нет, мне наоборот очень нравится здесь. Мы смотрели друг другу глаза в глаза, не отрываясь. Я чувствовал, как меня окутывает странное ощущение, я вдруг стал таким покладистым и на все согласным. Однако я не сопротивлялся. Наоборот, мне это нравилось. — Слишком оптимистично для такой непростой должности, как у вас. — Работа мне только в радость. Но при этом я достаточно серьёзен и отношусь к ней с уважением и почтением, — я встал из-за стола и пошёл к нему навстречу. — Она для вас словно живая, — посмеялся он, прикрывая свою улыбку ладонью. Мило. Он всегда выглядел бесподобно. Даже когда смущался. — Может быть. Если относиться к некоторым вещам, как к живым, можно лучше их понять и даже полюбить. — У вас крайне необычная философия жизни. Очень интересная, правда. С самой первой минуты вашего пребывания всё здание на ушах стоит. У вас есть уникальная способность притягивать всех окружающих вас людей к себе. Мы были в паре сантиметрах друг от друга. Я пытался заглушить громкое сердцебиение, чтобы его не было слышно никому кроме меня, особенно ему. — Боюсь, вы мне льстите. — Нисколько, — его игривый блеск в глазах заставил меня улыбнуться ещё глупее и впервые за диалог опустить взгляд в пол. — Ваше поведение напоминает мне детскую непосредственность. Кажется, вы довольно доверчивый и добрый человек, разбирающийся в современных тенденциях моды, любящий занятия спортом. Преимущественно плавание. Я прав? — Верно, — он призадумался на некоторое время, брови сдвинулись, а указательный палец левой руки почесал аккуратненький ровненький носик, — но как? Мы же не знакомы, а вы знаете больше, чем некоторые мои студенческие друзья. — Вы довольно молоды и открыты, вы приветливы и излучаете жизненную энергию, значит вы добрый и порядочный человек. Ваше телосложение подтянутое и спортивное, формы перевёрнутого треугольника: выразительные плечи больше бёдер. Это либо наследственность, либо активное занятие таким видом спорта, как плаванье. Одежда у вас соответствует колориту и фасону недавним показам различных модных домов и дизайнеров. Вы знаете толк в том, как сочетать вещи, и люди в вашем окружении в вас это подмечают, — он уставился на меня, как на что-то блестящее, выражение его лица становилось удивлённее и удивлённее, а смотреть на то, как его глазки по-детски округляются, а восхищение моей наблюдательностью льётся через край, было одно удовольствие. — Как же вы могли сделать такое умозаключение, если до конца не уверены в том, что говорите? — он невольно и вопросительно наклонил свою умную голову вправо и ждал от меня ответа. — Смелое предположение, порой важнее уверенности. Мои гипотезы меткие и редко когда оказываются неправдой. А ещё я умею пользоваться социальными сетями, которые вы так активно ведёте. Он засмеялся звонко и бодро, словно сейчас я рассказал ему самую смешную шутку на свете, от которой он не смог устоять. — Простите, не сочтите за грубость, я и в правду забыл о том, что сейчас все о человеке может сказать Интернет, но меня искренне поразила ваша проницательность и умение преподнести информацию. Вы душка! Атмосфера уютного молчания установилась между нами. Мы обдумывали наш диалог, оставивший теплоту в душе, и улыбались друг другу. Счастливее чем сейчас, я себя прежде не чувствовал. Знаю, что напоминал вам уже об этом, но даже спустя сотни напоминаний, мне захочется сказать об этом ещё раз. «Пригласи его на обед, ну же» — мысли в моей голове во весь голос кричали, а губы боялись издать самого малейшего писка. Всё-таки нерешительность сыграла со мной злую шутку. И я терпеть себя не могу за это. — Ой, — он посмотрел на наручные часы, — я-то думаю, чего все так притихли, а время, оказывается, уже обед. Какие у вас планы на ближайший час? — Я... — Куда пойдем на обед? — В мой кабинет ворвалась Кейт, прервав своим ужасным и неуместным приходом нашу превосходную идиллию. Я готов был взорваться от злости в тот момент и самым бестактным образом выставить эту нахалку за дверь. Как можно так входить, не постучавшись? Что за бесстыдство? — В таком случае я пойду. Моя любовь куда же ты? Будь я смелее, быстрее и чуточку грубее, я бы не позволил ему уйти, никогда бы я не допустил такого провала. Но единственное, что мне оставалось тогда, молча смотреть ему в спину, разочаровавшись в себе и собственном бездействии. Вопрос Кейт о том, куда мы с ней отправимся на обед, был чистой формальностью, на самом деле она уже выбрала заведение для нашей трапезы, и я сидел за нашим столиком с не очень довольным выражением лица, совершенно не слушая все то, что она мне так активно рассказывала. Пока мы ели, вернее, Кейт ела, а я перебирал листья салата вилкой из одной стороны тарелки в другую, я кое что понял. Любовь, определённо, связывает человеку руки тугим канатом, конец которого находится в руках полюбившегося ему человека, обладающего властью не только над телом и разумом своего подданного, но и над его душой. Вместе с узлом на запястьях у влюбленного также появляется темная, не пропускающая дневного света повязка. С той самой минуты как человек влюбился, он становится слеп, беззащитен и жалок, а владелец его сердца может распоряжаться жизнью своего подчинённого так, как захочет. Как я понял, что то, что во мне бурлило и искрилось это именно любовь, а не что-то другое? О, любовь нельзя не спутать ни с чем другим. Она бывает лишь раз в жизни и спорить с этим, наверняка, бесполезно. Правда, по закону подлости у всех она длится по-разному. Любовь однажды не гарантирует надёжный брак в дальнейшем или крепкие отношения. Она приходит сама к нам из ниоткуда в самый неожиданный момент и растворяет в себе людей. Счастливцы те, с кем любовь остаётся на долгие годы, кого она благословляет и сводит вместе, а те, кого она покинула, спустя недолгий по времени визит, обречены довольствоваться симпатией и смириться со своим положением. Увы, любви на всех не хватает. — Оплата картой или наличными? — судя по тону голоса официанта и лицу Кейт, они задавали мне этот вопрос не первый раз. — Картой, пожалуйста, и я угощаю, — ответил я, облизнув свои губы, и стал рыскать по карманам. — Большое спасибо, вы очень щедрый, — кивнула мне Кейт. Затем она продолжила рассказывать очень интересную историю о том, как с утра она перепутала соль с сахаром и в силу нехватки времени была вынуждена пить солёный кофе перед самым выходом на работу. Я смотрел на неё и единственное, что чувствовал — пустоту. Возможно, даже печаль. Я продолжал винить её в разлуке с моим прекрасным менеджером, потому что на самом деле был глубоко обижен на себя самого за то, что упустил такую возможность. Мы дошли до офиса, и до конца рабочего дня я больше не видел своего любимого человека. Какое наказание была для меня эта разлука! А ведь мы не встретимся ещё ближайшие два дня. К великому несчастью, мой первый день в фирме выпал на конец рабочей недели, и теперь ждать придётся ещё больше. Какой ужас, выходные больше не ассоциировались у меня с отдыхом и любимыми делами. Они приносили мне одно огорчение. Скорее бы эти мучительные два дня прошли!