Заклятие Болтливости

      Платформа кишила людьми, вздыхала прощальными речами родителей, восхищенно тараторила детскими эмоциями и ожидала отправки вместе с подростками. Вокруг Нуралана хлопотала мать, поправляя отутюженный воротничок и озвучивая наставления на поездку и распределение, а рядом стоял отец, сосредоточенно наблюдая за толпой, армейская выправка и идеальный образ не выдавали ни капли радости или волнения, мальчик и сам давно привык, что потерять лицо на светском мероприятии или при незнакомых людях равняется трагедии, он напряжённо выпрямился, оттянул рубашку и поправил рукава, мимолетно бросив взгляд на родителя, тот так ни разу и не взглянул на отпрыска, ни сказал больше, чем нужно, не поддержал лишний раз, лишь шëл тенью, не давая забыть о осанке и серьёзности участи, выпавшей на долю сына.       Сабуров старший тяжко вздохнул и обратился к жене, а Нурлан поспешно устремил взгляд вперёд. Его взор зацепила сцена с мальчиком на голову ниже его, если бы рядом не стояла тележка с нагромождëнным на неë багажом Нурлан вряд-ли бы поверил, что балтливый парнишка его ровестник и стоит в ожиданни отправления «Хогвартс-экспресса». Русые волосы беспорядочно болтались от частых прыжков на месте и бегатни, кажется, ему было трудно устоять на месте и сдежать свои эмоции.       —Лëша! —мать, стоявшая радом с мальчиком взяла его за запястье и одëрнула, свободной рукой поправляя такие же русые волосы.       Лëша потух под строгим взглядом матери, но быстро потерял терпение, начинав вновь указывать на что-то. Нурлан с трудом отвëл взгляд и увидел клетку с маленьким хорьком, она и стала объектом восхищения мальчика. Сабуров надменно хмыкнул, его отварачивала эта манера поведения, ведь он с детства знает, что подобное поведение опозорит семью, покажет его слишком легкомысленным и не субординированным. Субординация. Ужасное слово, звучит грубо и строго. Или кажется таковым от вкладываемого в него смысла старшим поколением Сабуровых.       Поезд издал пронзительный гудок и народ словно проснулся ото сна, множество детей и подростков начали забегать в вагоны, торопясь толкаться и пробираться к своим купе. Нурлан заметил как русоволосая женщина нежно потрепала сына по голове, ещё сильнее растрепав ему волосы, и подтолкнула к ряду людей, заходящих в поезд, смотревшего от этого жеста словно током ударило, разве можно ходить с таким кошмаром на голове? Сабуров старший похлопал сына по спине и он спокойно пошëл к вагону, в который ещë по приезде на платформу родители отправили его багаж.

***

      Нурлан вошëл в замок с холодной улицы, с приятно разливающимся по телу теплом пришла сонливость и усталость. Долгая поездка в поезде легко выматывала и взрослых людей, сосредоточенных на своих планах и проблемах, что уж говорить о детях, не имеющих такой усидчивость и большого запаса терпения. Тем более многочасовая дорога на «Хогвартс-экспрессе» мгновенно сменилась на укачивающий путь на лодке по реке, древняя традиция в школе чародейства и волшебства истоки которой Нурлану были не известны. Первокурсников ввели в Большой зал самыми последними, их встретили сотни и тысячи глаз студентов старших курсов. Четыре стола были заполнены учениками в разноцветных мантиях и черных, схожих с гномьими, колпаках, столешницы наполнены пустыми блюдцами и тарелками, а между ними золотым блеском сияют кубки для напитков. Нурлан не ощущал голода, но его разочаровал такой бедный вид застолья, дорогая и определённо раритетная посуда не скрашивала своим видом отсутствие на ней блюд.       —А это что? У нас типа еды не будет? —Нурлан оглянулся на громкий шëпот за спиной, из-за слишком большого для его возраста роста Сабуров мог видеть всë шествие плетущееся по небольшому проходу между столами, Лëша склонился к стоявшему рядом с ним мальчику с каштановыми волосами, тот прикрыл рот рукой, беззвучно засмеяшись в ладонь. Алексей явно был весьма доволен произведённым впечатлением, но в глазах чистался искренний интерес к ответу на его вопрос.       —Нет, еда появится после распределения, —тихо ответил ему будущий однокашник и вновь увлëкся происодящим впереди, на возвышеннии стоял старый табурет, а на нëм лежала явно видавшая виды шляпа, вся в разноцветных и уже пошарпанных заплатках и нитках. Русоволосый балагур явно получил удовлетворение от такого ответа и тоже устремил взгляд перед собой, хоть и вряд ли видел что-то, кроме спины стоявшей перед ним девчушки.       Едва первокурсники замерли в ожидании МакГонагалл набрала воздуха в лёгкие и заговорила.       —Добро пожаловать в школу чародейства и волшебства, дорогие первокурсники, и с возвращением, ученики старших курсов, перед началом торжественного пира мы проведëм нашу ежегодную церемонию по распределению наших новобранцев по факультетам! —женщина склонила голову, обозначая конец своей речи, столы разрозились лëгкими аплодисментами, которые быстро затухли, после того, как шляпа, лежавшая на стуле прокашлялась и скрипучим голосом запела. Нурлан вслушивался в еë пение,хоть прекрасно знал куда он должен поступить. Слизерин. Ни дальше, ни ближе, он наденет зелëную мантию и будет носить на себе серебренный герб змеи. Его родители ясно дали ему знать, что иного пути и быть не может и он принял тот факт, что он облачится в слизеринскую форму, как данное. Песня закончилась и началось мучительное ожидание.       —Джонсон, Скотт, —шелестя пергаментом огласила Минерва МакГонагалл, поднимая над шатким стулом шляпу. Темноволосый и худой мальчик пробрался сквозь толпу и сел на стул, нервно юлозя на месте, на него опустили шляпу и все затаили дыхание, в ожидании боясь дышать и отводить взгляд от волшебного головного убора. Распределительная Шляпа неестественно закривлялась, а после на неё словно снизошло озарение.       —ГРИФФИНДОР! Новоиспечённый гриффиндорец пошëл к своему столу под аккомпанемент восхищённых восклицаний и апплодисментов. На его место вышла щуплая девочка, попавшая на Пуффендуй, за ней мальчик на Когтевран, и так десятки других,пока...       —Сабуров, Нурлан,— Нурлан вздрогнул, как он пощëчины, и побрëл к своеобразной сцене. Шляпа закрыла его лицо от толпы и погрузила взор самого Сабурова в темноту.       —хммм, интересно...—парнишка сжался внутри, но в реальности напротив выпрямил спину сильнее, сжимая подолы мантии на коленях. Мучительная тишина прерывалась лишь мычаниями Распределительной Шляпы.       —СЛИЗЕРИН! Другого и быть не могло. Головной убор пропал с поля зрения и свет Большого Зала ослепил Сабурова своей яркостью. Лишь сейчас он увидел звëздное небо на потолке. Множество ярких белых точек сияли на чистом полотне неба, посреди потолка пролетела комета, сгорая по пути, мальчика покорила надежда на великие возможности, словно он лишь сейчас появился в замке, где царит волшебство, где можно стать великим колдуном и найти множество новых знакомств. Он непривычно легко шагнул с возвышения и побрëл к столу Слизерина, уже торжественно встречавшего своего пятого первокурсника.

***

      Утро было ослепительно солнечным и слишком тëплым для осени. Нурлан уже десять минут лежал на кровати глядя на тёмно-зелёные балдахины, скрывавшие его от нежелательных взглядов и лучей солнца. Кропотливо вышитые серебристыми нитями узоры сияли от пробравшего в просвет между шторами света, создавая солнечных зайчиков на соседних тканях. Поборов себя Сабуров откинул в сторону одеяло и сдвинув плотную ткань балдахины встал с кровати. Его соседи ещё спали, медленно ворочаясь в постели, но Нурлан должен был встать вовремя, должен был собраться постепенно, шаг за шагом, должен был в рядах первых придти на завтрак и в рядах первых уйти на первые уроки, ну и что, что родителей здесь нет и никто за этим не проследит? Это его долг. Он вышел из спальни в чистом новом одеянии зелëного цвета, когда его соседи лишь начали вставать с кроватей, и поправляя сумку поднялся из гостинной факультета, когда туда только начали высыпаться из своих спален старшекурсники.       Высокий и аккуратный парень быстро привлёк внимание своих ровесниц, но ответить на него даже не удосужился, их вопросы его не интересовали, он игнорировал их и с интересом наблюдал за соседним столом.       Стол Гриффиндора шумел смехом и вздохами, все громко хохоча взглядывали под стол, отгибая скатерть кровавво-красного цвета, периодически стол вздрагивал, словно снизу кто-то пинал его, и стовяшие на нëм тарелки и кубки сострясались и теряли часть своего содержимого, создавая уродливые пятна на красной ткани. Ученики оборачивались на этот шум и наблюдали за массовым сумасшествием однокашников, но быстро теряли интерес, не заметив источника этих реакций.       Сабуров отложил столовые приборы на тарелку и вышел из-за стола, направляясь к выходу, проходя мимо львиного стола он не смог побороть в себе интерес и замедлил шаг, интересуясь происходящим.       Из-под стола с шумом и громким хохотом почти вывалился громко смеющийся Лëша, он споткнулся о проножку стола и полетел вперëд. Мальчик со всей силы врезался головой в живот зеваки и почувствовал как его плечи сжимают чужие руки. Он с замешательством поднял глаза на сторого смотрящего на него парня. Его рост был в разы больше Щербакова, а взгляд словно кол прибивал к месту, не давая и шанса появится мысли скрыться, Лëша остановился, его насильно заставили выпрямиться сильные руки и он повиновался, Нурлан смотрел на него с нотой высокомерия и злости.       —Ты совсем придурок? —слова прозвучали как приговор, как рупор озвучивающим наказание, Лëша приоткрыл рот и глупо улыбнулся, Сабуров на это лишь сильнее нахмурил брови, —как малый ребëнок бегаешь под столом, совсем мозгов нет? Ещë и выглядишь как беспризоник. Нурлан небредным жестом смахнул его красно-жëлтый галстук в сторону, он не был завязан как положено, а наоборот был по-хулигански закинут на шею под воротник рубашки и слабо связан на манер банта, что для слизерница было сродне пощёчине и личному оскарблению его вкуса и мироощущения.       Лёша быстро потух под взглядом незнакомца, теперь выглядя как щенок, которого отчитали за плохое поведение. Непривычное чувство стыда и раскаяния быстро затмило триумф от впечатления на ребят с его факутета, он не беспризоник, не придурок, но почему теперь ему стыдно? Мальчик метал взгляд с одного глаза собеседника на другой, ища ответы или предложения как сменить чужой гнев на милость, но Нурлан лишь надменно хмыкнул и толкнул Щербакова в плечо, за которое удерживал его, словно желая сохранить именно эту дистанцию при разговоре, он развернулся на каблуках сверкающих туфель и побрëл на свой первый урок в Хогвартсе.       А Лёша замер, на том же месте, наблюдая как отдаляется фигура его судьи. Почему он не повеселился от такой выходки Щербакова? Почему так осудил его? Почему ему не плевать как он выглядит?       Мальчик очнулся от чужого похлопывания по плечу. Его новый товарищ, смеяяшийся с вопроса про еду, сочувственно искал его взгляд, пытаясь вернуть друга в реальность.       —Лëх, ты расстроился чтоли? Да забей ты на этого дурака, —Ваня, так звали первого Лëшиного друга в новой школе, поддерживающе улыбнулся, но Щербаков лишь кивнул, заворожëнно глядя в дверной проём, ведущий в тамбур. Он прошëл с Иваном до места на лавке, где оставил сумку, продолжая искать первопричину реакции слизеринца в своих мыслях.       —Слушай, а ты не знаешь, это слизеринец на старшем курсе? Выглядит как ещë тот зануда-старик, —парень поднял руки, передразнивая высокий рост недавнего собеседника, на что получил смех друга и отрицательные мотания головой. Не знает.