Курить, значит, буду дольше жить
25 марта 2026 г., 15:45
Улица вокруг вокзала полнилась людьми, прощальные объятья разрывались прямо у входа и люди разходились разными путями. Мимолëтные касания рук при передаче багажа, едва уловимые поцелуи в щëки, быстрый шëпот на ухо.
Илья отошëл подальше от суеты и присел на невысокий каменный заборчик, ограждавший парковку от пешеходной части. Скука и едва уловимая тоска поглащала с головой, рука сама собой потянулась к карману с недавно купленной пачкой сигарет.
Крышка упаковки неловко открылась и табак со дна посыпался в карман.
—Да блять, —он вывернул карман куртки и ссыпал на асфальт мусор и подхватил губами фильтр сигареты. Мягкий щелчëк кремния в зажигалке и искры разрослись в небольшой огонëк, приятно согревший пальцы и поджëгший кончик сигареты.
Макаров глубже вдохнул терпкий дым сигареты и устало прикрыл глаза.
Праздничный день сегодня выдался пасмурным. Едва солнце успевало пробраться сквозь тучи его закрывали новые, не давая промозглой земле прогреться.
За спиной Ильи раздались лëгкие шаги и рядом присел парень.
—Про вред курения ты, конечно, знаешь? —Эмир чуть сощурился от вновь проступившего солнца, он даже не удосужил собеседника взглядом, лишь покачивая ногами и разглядывая проходящих мимо людей.
—Что-то вроде «курить-значит, буду дольше жить»? —будничным, но всë же слегка насмехающимся тоном спросил Пуффендуец.
Кашоков мягко улыбнулся и повернул голову к Илье, слегка наклоняя еë вперëд, чтобы спрятаться от солнечных лучей.
На контрасте с Макаровым, одетым в олимпийку разных оттенков зелëного и кофту под ней, Эмир выглядел одетым слишком легко:тëмная спортивная кофта на молнии, с эффектом потëртости, и футболка снизу.
—Ты чего один? —кажется, с той самой встречи на первом курсе Илья ни разу не встречал кого-то из шайки когтеврана по одиночке, каждый раз рядом с одним из них непременно находился второй, а то и третий.
Хотя, справедливости ради, и Илья потерял Антона, сейчас бегающего за капитаном команды по квиддичу и умоляющего чтобы он его взял.
Парень пожал плечами и вновь устремил взгляд вперëд.
—Тамби слëзно прощается с матерью Рустам выслушивает правила по слежке за братом, —Эмир выставил указательный и средний пальцы, ведя счëт, —Нурлан стоит с отцом и матерью, не уверен что там происходит, не лезу в это..ну вот так
Макаров сделал ещë одну затяжку и выдохнул дым в сторону от собеседника. Кашоков ощутил отголосок горького запаха сигарет и чуть поморщил нос, неприятный запах давно укоренился в сознании вместе с духом ссоры-после любого спора с кем-либо отец закуривал. Последнее время ссоры были с самим Эмиром, мужчина напрочь не хотел принимать отказ сына в посвящении жизни медицине.
—А ты? —Илья попытался поймать взгляд друга чтобы вернуть его в реальность от мыслей, Кашоков повернулся к нему, непонимающе нахмурив брови.
—А я с тобой сижу, не заметил? —парень чуть выпрямил спину, —всегда думал, что слухи об уме пуффендуйецев слухи..
Макаров хотел уж было обидеться, но увидел на чужом лице плохо скрытую усмешку.
—Я скучал, —он улыбнулся и вновь поднëс сигарету к губам. Эмир следил за его движениями, изучая каждый жест Кажется, обоим было что сказать, но озвучивать этого ни один не решался. Когтевранец не успел что-то сказать, как к нему повернулись и выдохнули горький дым в лицо. Парень шугнулся, словно щенок, на которого замахнулись и удивленно захлопал глазами.
Макаров смотрел на него с хитрым прищуром, анализируя реакцию. Эмиру хотелось бы уйти, молча, хотелось бы оттолкнуть друга, хотелось бы не дать так больше сделать, но почему-то желания этого не находилось. Сигареты Ильи пахли иначе, дым не разъедал кожу, не пропитывал одежду, не обжигал лëгкие, покрывая каждый орган затвердевающей коркой сожаления и стыда. Он мягко прошëл мимо, оставив лишь появившуюся сквозь дымку, ухмылку рыжеволосого.
Поздно придя в себя Эмир слабо толкнул Илью в спину и соскочил с забора, бросив взгляд на циферблат неизменных часов он кивнул в сторону вокзала-скоро отправка.
***
На платформе 9¾ было слишком шумно, слишком душно, слишком некомфортно. Щербаков не любил ждать отправки находясь в душном купе, оно и так успевало ему надоесть, сдавливая своими четырьмя стенами, находящимися в двух шагах друг от друга. Он всегда оставлял вещи в удобном месте и ретировася оттуда ожидать товарищей на самой платформе. В этом году, впрочем как и в прошлом, родители не успевали отвезти его на поезд. Вечная суматоха с работой постоянно отвлекала их от забот о сыне, так чего же в этом году резко менять расклад жизни? Щербаков младший отмахнулся от этой новости, даже не желая выслушивать оправдания от матери. «—сынок, мы обязательно исправимся, это последний раз, всë будет хорошо» Это не меняло небольшого осадка досады из-за их отсутствия, но они хотябы старались, тут уж Щербаков знал с чем можно сравнить. Вот, например, сейчас Лëша стоял у каменной стены, наблюдая за действом, разыгрывающимся вдали. Примерно в двадцати шагах от него стояло взволнованное семейство, во главе разразившегося спора стоял парень почти такого же роста как и его отец, что находился по левую сторону от него, справа стояла мать. Сабуров старший активно в чём-то убеждал Нурлана, периодически явно весомо тыкая пальцем в его плечо. Парень смотрел на него устало, хмурясь на прикосновения, но не теряя прямой осанки и выпраки. —Мы будем запрашивать отчëт от твоего декана насчëт успеваемости, и я надеюсь ничего не разочарует нас, —мужчина склонил голову, —и я надеюсь ты учëл мой совет по вопросу важности знакомств с правильными людьми Нурлан кивнул и отвëл взгляд, осматривая людей на перроне, внимание превлекли направленные именно на него глаза. Цвета не рассмотреть на расстоянии, но ему и так известно, что они серо-голубые, вечно изучающие и ищущие отклик. Щербаков усмехнулся и кивнул Сабурову, тому мгновенно захотелось показательно закатить глаза, но в последний момент он опомнился, возвращая взгляд к испытующему взору отца. —Да, пап, я прекрасно понимаю как это влияет на нашу семью, —Нурлан глубоко вдохнул, запах пыли от ходьбы и дыма из трубы позда наполнил лëгкие, отрезвляя, —боюсь скоро поезд будет отправляться, могу я пойти? Он невинно взглянул поочерёдно в глаза родителей и те наставнечески похлопали его по плечам, проважая в путь. Слизеринец улыбнулся им и поскорее покинул место прощания, направляясь к своему вагону. Лëша тоже тронулся со своего места, покидая стену, которую уже порядком двадцати минут подпирал. —Ну привет, —Алексей оказался за спиной Сабурова неожиданно и незамеченно склонился к его уху, ошарашив громким голосом, разрывающим какофонию шумов. Нурлан резко оглянулся и устремил взгляд мимо Лëши, взгляд бегал по толпе, выхватывая отголоски знакомых фигур. Родителей давно скрыла толпа, да и явно они не стали ожидать отправки, так что можно было расслабиться. Смена поведения стала обыденностью - дома всë было под запретом и надзором, прописывался пошагово каждый день с редким отдыхом от указаний, к этому темпу жизни парень привык с детства, он для него казался привычным, доведëнным до автоматизма, а вот новый, пришедший с учëбой в школе, стал чём-то чуждым. Рамки в Хогвартсе становились шире и давали большое пространство для саморазвития и свободы, можно было не шарахаться от звуков и не изображать вечную работу. Можно было общаться не следя за каждым речевым оборотом и жестом. Возможно Нурлан не узнал бы о такой свободе действий в школе если бы не Лëша. Он не отставал от него ни на шаг с самого первого курса. Он по истине умеет быть настырным когда желает этого, и именно это Сабурову пришлось узнать на своей шкуре. Щербаков очевидно поставил себе цель конкретно заебать Нурлана и стать за этот счёт ему другом-осободителем от рамок. Он невыносимо тупо шутил и калмбурил, тащил на риски, не спрашивая желает ли этого сам слизеринец, и в целом вытаскивал его из зоны комфорта. Со временем он втянул его в это и дал открыться к новому стилю жизни. —Здравствуй, Лëш, —Нурлан едва уловимо улыбнулся, —давно ты следил за мной? —Видел как ты зашëл, —Лëха самодовольно улыбнулся и поравнялся с другом, —за что тебя так? Нурлан невольно повëл плечом, в которое его несколько раз с размаху долбили пальцем. —Настраивали на учёбу. —Не знал что ты робот, сколько техобслуживание стоит? А там панель управления? —парень указал на своë правое плечо. Нурлан усмехнулся, мотая головой. —Придурок.. Щербаков ощутил прилив сил, боже, как приятно смотреть когда он улыбается! Как можно перестать шутить? Пусть глупо, пусть грубо, пусть. Тишина затянулась и они оказались у входа в вагон. Лëша опередил друга и заскочил туда, ожидая пока тот догонит его он посмотрел на Сабурова. —Я перетащу к тебе вещи, ты в каком? —С чего ты взял, что я приму тебя? —не смотря на свой вопрос Нурлан вошëл в одно из помещений и вальяжно сел на своë место, гриффиндорец оставновился в дверном проëме, осматривая купе. —А ты против? —М..не то чтобы.. —Вот и не пизди Фигура Лëши проскочила по коридору и вернулась уже с чемоданом и сумкой, на пути он встретил только вошедших в вагон Илью и Эмира. —О! Привет! —Лëша протянул руку парням поочерёдно, а после щëлкнул пальцами, —я не помню как вас зовут. Илья удивлённо посмотрел на него от такого прямолинейного признания, не найдя что ответить он оглянулся на Эмира, тот же лишь усмехнулся Лëше и пожал плечами. —Не переживай, по крайней мере я тоже твоë имя вряд-ли вспомню, —Щербаков сощурил глаза и задумчиво посмотрел на собеседника. —Давай, Лëх, хотябы певую букву одного из, —Макаров усмехнулся, скрещивая руки на груди. Из купе сзади него показалась макушка Нурлана, а после и он сам соизволил выйти. —О! Эмир, привет, —он подошëл к другу и пожал ему руку, а Лëша за его спиной махнул рукой с видом проигравшего. —Точно, я был близок, —все четверо сдержанно засмеялись, когда смех стих Щербаков решил испытать память на имена снова, —а ты...Илья? Макаров кивнул. —Сам угадал или кто подсказал? —Лëша закатил глаза и изобразил вид типичного колдуна с телевизора, заряжающего воду на удачу через экран. —Пожалуй зов предков едва ли помог мне, —он показательно поправил чëлку, такую привычку имел Нурлан, и начал потирать несуществующую бороду, —хотя порой я слышу что-то иное...например...к нам бегут кто-то ещë. Сзади за гриффиндорцем действительно оказалось ещë двое человек, Тамби и Рустам явно запыхались, словно до этого отбивались от своих родственников с порога вагона. —Вы слышали!? —Что конкретно? Ваш топот? Само собой, его и маглы слышали, —Лëша оглянулся на пришедших парней через плечо, приятно для себя заметив, что Нурлан прикрывал ладонью рот, стараясь успокоиться от смеха. —Да нет, балван, —Тамби напыщенно обиделся, облокачиваясь о стенку коридора, —в Хогсмиде было убийство. Слова прозвучали пугающе серьëзно и чётко. Все ученики мгновенно выпрямились и склонились к друзьям, словно к гонцам с новостями, что же могло произойти в ныне довольно спокойной деревушке? —Сына одного из продавцов похитили и тело через сутки нашли за холмами,в руке записка, —Рустам встряхнул газету и показательно засправил еë так, что видно было всем, на первой линии красовалась фотография записки на мятом пергаменте, около надписи были капли крови и сами чернила размылись по краям, не давая точно прочитать записанные, судя по всему, имена, —его мать магл, на записке имя его отца, с подписью «предатель крови», сзади написано «вор».***
Вся толпа постепенно перешла в купе Когтевранцев, расстелив на маленьком столике газету. Все поочерёдно нависали над бумагой, хотелось понять произошедшее, узнать повлияет ли это на учëбу, да и разобраться кто мог совершить такое? —Если написано «вор», может он спиздил что-то, вот и решил кто-то показательно наказать, —Лëша выглянул из-за спины Нурлана, за которым сидел, тот смерил его строгим взглядом и утянул за себя, положив руку на плечо. Не повиноваться такому строгому движению Щербаков даже не попытался, да и по тому как он посмотрел читалось «не неси хуйню». —Нет, раньше считалось, что если маг не чистокровный, то он украл магию у «нормального» волшебника, скорее всего речь об этом, —Илья наклонился вперëд, упираясь локтями в колени. —То-есть думаешь это секта с того времени? Последователи? —Лëша снова хотел выглянуть из-за спины Сабурова, но не посмел, в итоге лишь уперевшись подбородком о его плечо, тот не оттолкнул. —Вряд-ли, —Нурлан покачал головой, —те люди давно отошли от дел, если Тëмного Лорда больше нет, значит и им некому подчиняться под страхом смерти —Тогда вообще ерунда какая-то, —Тамби нервно полистал газету, словно в ней найдётся четкий ответ на поставленный вопрос, но на глаза попалась лишь более странная подпись, —серьёзно!? «мотивом преступления считается месть родителям мальчика за, предположительно, не отданный долг»!? Как вообще можно придти к такому!? Тамби выпрямился и отталкнул газету на противоположную сторону выдвижного столика, Эмир развернул еë к себе и пробежался взглядом по тексту. —А у тебя есть ещё идеи? —Кашоков наклонил голову на бок, —это дело сейчас расследуется, они не могут выдвинуть подозрения в, условном, жертвоприношении, ведь начнëтся паника.. Поезд тронулся и все парни словно вышли из транса, напыление от произошедшего убийства спало и пришло осознание, что они возвращаются в Хогвартс. —Я надеюсь нас из-за этого в школе не запрут, —Рустам наклонился назад и вальяжно убрал руки за голову, —слушайте, вы слышали про новинки в «Зонко»? Мы с парнями (он указал на остальных когтевранцев) хотели скинуться и закупить побольше всякого Беседа довольно резко, но кстати перешла от тревожной, натянутой как стурна, к приятной и затейливой. Само собой у Рустама с Тамби был нескончаемый поток идей для шуток над сокурсниками, да и преподавателей они не обделяли. Расследовать дело об убийстве мальчика в первый день учëбы не хотелось, тем более тепло в поезде убаюкивало и расслабляло, мягким пледом обволакивая и делая движения более ленивыми, а слова тягучими, бархатными. Постепенно один из разворотов газеты превратился в шпочку, а купе местом подколов и громкого смеха. Ребята лениво говорили о планах, о экзаменах, некоторые и вовсе только начинали своë общение. Так пасмурный день сменился не менее пасмурным вечером, бурные речи сменились спокойными, а голос понизился на несколько тонов. Когда все начали зевать и клевать носами, а ветер, дувший из открытого окна, начал вызвать мурашки у сидевших, в частности начали мëрзнуть Тамби и Эмир, сидевшие ближе всего к открытому окну по обе стороны от стола. Форточку закрыли, но из купе уже успело выветреться всë тепло, Тамби натянул на себя тëплую толстовку и откинулся назад, довольный как слон, Эмир же, как ни старался, не сумел согреться в своей кофте,и просто продолжал кутаться в неë без результата. Минут пять таких мучений спустя, Когтевранец ощутил как на плечи осторожно ложится согретая одежда, он оглянулся и заметил, что Илья отклонился на спинку своего места уже в чисто белой кофте, активно отвечая на какой-то рассказ Рустама, а на плечах самого Кашокова лежит олимпийка зелëных оттенков. Он благодарно улыбнулся, хоть так и не понял, заметил ли это Макаров. Спустя ещë минут пятнадцать усталых разговоров коллективным решением было принято разойтись и вздремнуть перед торжественной церемонией. —Ну нет! —Лëша восклинул как ребëнок, —хорошо ведь сидели, зачем расходиться? Уже задремавший на столике Эмир, олимпийка всë также покоилась на его спине, поднял на Щербакова сонный взгляд. —Ну ты можешь сгонять по крышам вагонов побегать, —Гриффиндорец показал средний палец парню и обиженно насупился. —Лëх, все хотят отдохнуть, пошли, —Нурлан подхватил запястье Лëши и потянул его на себя, попутно поднимаясь, парень хотел сопротивляться, но слизеринец явно выигрывал его по силе, так-что пришлось сдаться. Остальные проводили их взглядами и Сабуров так и потянул его за собой, пока тот намеренно тащил его назад, едва перебирая ногами. —С каких пор я тебя слушаться должен? —Сабуров остановился и Лëша столкнулся с ним, не ожидая этого, он посмотрел на парня снизу вверх. —А у тебя выбора нет, принялся за мной бегать, будешь слушаться, —Нурлан ощутил резкий толчок в плечо-гриффиндорец ткнулся туда лбом, —и что это значит? Лëша взял державшую его руку за запястье и поднял выше, удивительно плавные движения для такого резкого человека, от чего зависит такая мягкость жестов? Парень поднял взгляд обратно на кареглазого и усмехнулся. —Сдаюсь. —Алексей толкнул Нурлана в грудь руками, своей и его, и кивнул в стороную прикрытой дверки, а Сабурова словно гвоздями прибило, как можно сдвинуться с места? Он бегал взглядом по светлым глазам, по ухмылке, скользил по шее, что его сейчас так поражает? Что не так? Лёша устал ждать и теперь он потянул оцепеневшего друга в сторону купе, пожалуй и он вздремнуть не против, Нурлан ведомо пошагал за ним.
