Великое противостояние

Ранним утром Рид вез по улицам пробуждающегося Детройта максимально странную компанию. На пассажирском сидел Найнс во всём своем совершенстве. Рид, чтобы не спалиться в футболке, напялил его куртку. Эта куртка перед началом поездки произвела фурор среди пассажиров на заднем сидении. Грустный Саймон вёл себя наиболее спокойно - он уже видел эту куртку и знал о ней. Зато мистер Красивые глазки и Трейси пришли в какое-то невероятное возбуждение. Трейси стала кричать о предательстве, мистер Красивые глазки просил не убивать его друзей… У Рида после бессонной ночи голова звенела, как церковный колокол. Он велел всем заткнуться и, возможно, несколько перегнул с агрессией. Найнс выступил как переговорщик и напомнил присутствующим, что Маркусу требуется капитальный ремонт, а его сопровождающие сами вызвались быть рядом с предводителем. И что он, Найнс, ни разу в жизни не охотился на девиантов. И что напоминать ему об этом столь же неэтично, как ждать от PL600, что он с радостью почистит унитаз. - И как ждать от Трейси выполнения сексуальных услуг! - решил помочь Рид, после чего Трейси взбесилась и разоралась ещё сильнее, а Найнс кинул на Рида укоряющий взгляд. Наконец мистер Красивые глазки, как положено предводителю, угомонил всех и сказал, что доверяет тем, кто ночью приехал в заброшенный порт, чтобы оказать ему помощь. Имя Камски он не упоминал, и Рид понял, что у него есть на это какие-то свои причины. Красивые глазки даже после ремонта заметно пошатывался, кутаясь в свою разорванную форменную куртку, но умудрялся сохранять достоинство. Рид, оглядев всех троих, посоветовал Красивым глазкам вообще избавиться от куртки - она привлекала больше внимания, чем голый торс. У Рида была придумана версия, что они возвращаются из клуба и сняли девочку и мальчика - на случай, если их остановит полиция. Полицейское сопровождение бы, кстати, не помешало, но Андерсон с Коннором свинтили еще раньше, пообещав выйти на связь в ближайшее время. Андерсон клялся, что будет брать трубку. На корабле остался за главного крупный андроид в комбинезоне дорожного рабочего. Красивые глазки и Грустный еблет не хотели брать Трейси с собой в поездку, но она заявила прямо, что не доверяет никому - и куртка Найнса только углубила ее недоверие. На выезде из порта произошел ещё один казус. Из бардачка заиграла музыка. Найнс вытащил оттуда почти разрядившийся за ночь телефон. Рид бросил взгляд на экран и увидел там знакомый леопардовый принт. С одной стороны, заманчиво было прямо сейчас сгрузить Красивые глазки сенатору, и пусть разбирается с двумя другими андроидами-истеричками в довесок. С другой стороны, Рид жопой чуял, что Камски эти двое не сдались и спасибо он за них не скажет. - Ответь, - попросил он Найнса, сворачивая на обочину, и заглушил мотор. - Ничего ему пока не говори. Мы типа всю ночь спали дома. Найнс снял трубку. - Да, босс, - сказал он невероятно выдержанным голосом. - Здесь, босс. Спит, босс. Хорошо, я передам… Хочет, чтобы мы забрали документы через десять минут, - сказал он, подключая телефон на зарядную станцию. - Что будем делать? - Вас вызывают на работу? - догадался Красивые глазки. - У вас будут проблемы из-за меня? Мы можем подождать вас где-нибудь. - Ага, - пробормотал Рид. - Хорошая мысль. Заброшу вас в Корктаун. Устроим сюрприз нашему общему другу. Возле дома Камски у Трейси случилась ещё одна истерика, она потребовала заложника. Рид заржал ей в лицо, но Найнс отнесся к словам этой сбрендившей райской птички с уважением. - Я останусь, - сказал он. - Возьмите такси, Гэвин. Вы не спали всю ночь. - Пф! Это ерунда, - фыркнул Рид. - Как-нибудь покажу тебе, что значит не спать всю ночь. А сейчас давай поскорее закончим с этим заданием под прикрытием. Я хочу нормальную работу. *** Рид подъехал к загородной резиденции сенатора примерно через 30 минут после звонка Камски. Одна из Хлой отвела его в кабинет хозяина - и Рид не сразу узнал Камски. Того словно подменили. Сенатор сидел на диване в пижамных штанах и трясущимися руками пытался извлечь из пузырька таблетки. Появление Рида его нисколько не отвлекло от этого занятия. «Употребляет, - подумал Рид. - При мне. И даже не стремается. Наркоман хренов». - Босс, - сказал он нарочно громко. - Я приехал по вашему поручению. Камски бросил в рот сразу несколько таблеток, запил вискарем из горлышка и махнул рукой на объемный пакет на журнальном столике возле дивана: - Слишком поздно! И он, натурально, зарыдал. Рид стоял в охуении и смотрел на него. По молодости на общих тусах он видел Камски и ужратым, и обкуренным, но никогда - плачущим. Он подошел ближе и осторожно взял пакет. Внутри лежала белая фирменная толстовка «КиберЛайф», сильно испачканная тириумом. «Совсем конченный», - пронеслось в голове у Рида. - Босс? - сказал он. - Это легко отстирать. Попробуйте «Тайд». Камски оторвался от бутылки и мутно посмотрел на Рида. - Это пришло утренней почтой. Мой Маркус… Он мертв! Рид шагнул к нему и забрал бутылку из рук. Какие-то нехорошие флешбеки вспыхивали в памяти - Хэнк, запой, депрессия… - Успокойся, - сказал он, наклоняясь к Камски и встряхивая его за плечо. Он поймал зрительный контакт и постарался говорить как можно более внятно и четко, как с ребенком или тупицей. - Тебя пытаются запугать. Твой андроид жив. Он ждёт тебя в Корктауне. Собирайся, я приехал, чтобы отвезти тебя к нему. *** Сержант Рид оставил их на мостовой и газанул с такой скоростью, будто пытался догнать вчерашний день. Маркус заметил, как охотник за девиантами поджал губы, глядя ему вслед. Охотник волновался за сержанта. Маркус вспомнил, что видел охотника на площади в день выстрела. Тогда у него было совсем другое лицо. Более суровое и замкнутое. Теперь он казался совершенно другим, недаром Маркус не узнал его на корабле. Может, новое чувство, которое охотник, очевидно, испытывал к сержанту, так изменило его. И хотя Маркуса испугала поначалу куртка с индексом RK900, охотник был совсем не похож на форму, которую носил. А в его волнении за человека было что-то уязвимое и трогательное. Пока машина сержанта не скрылась из виду, все стояли на тротуаре возле дома, как будто в растерянности. Саймон держался возле Маркуса, Норт, наоборот, сторонилась их. Она, было заметно, чувствовала себя скованно и как будто жалела, что покинула корабль. Небо над Корктауном сияло, день обещал быть солнечным. Наверняка свет уже залил всю мастерскую на втором этаже и ласково обнял портрет - серые глаза, приподнятые краешки губ, синюю тогу… - Как мы попадём в дом? - спросил охотник, выводя Маркуса из раздумий. Маркус ещё в порту, снимая испачканную и порванную куртку мусорщика, обнаружил, что ключа на шее нет. Он не помнил, когда потерял его, как не помнил и того, почему лишился толстовки. Сейчас ему очень хотелось закутаться во что-то - утро нельзя было назвать холодным, это была скорее психологическая потребность закрыть свое тело от взглядов. И, охотник был прав, им стоило поскорее убраться с улицы. - Заберемся через кухню. Там окно не закрывается, - сказал Маркус. - Идите за мной. Рама, действительно, так и осталась разболтанной. Будто Элайджа нарочно оставил для него лазейку. Маркус воспользовался - подцепил край, поднял ее повыше и зафиксировал. Помог Норт забраться, и сам воспользовался помощью Саймона и охотника, потому что совсем ослабел к концу этого путешествия. Охотник подсадил Саймона, влез последним и вернул раму на место. Маркус повел всех в спальню - эта комната выходила окнами во двор и скрывалась за плотными шторами. Почему-то здесь Маркусу было спокойнее всего. Его друзья не чувствовали такого же спокойствия, они оглядывались по сторонам и тревожно мигали диодами. - Что это за место? - спросила Норт. - Место, где я жил раньше, - объяснил Маркус. - Дом с ангелом. Ангел - это Вивьен, жена мистера Манфреда. - Манфреда? - будто очнулась Норт. - Сенатора? - Другого. Карла Манфреда. Моего бывшего хозяина. - Так ты его вспомнил? - прищурилась Норт. - Немного, - признался Маркус. - Только отдельные эпизоды. Иногда он разговаривал со мной об искусстве. Включал музыку. Позволял листать альбомы с репродукциями. Возможно, учил живописи. Я помню, как держал в руках большую деревянную палитру с красками… Ему нравился синий цвет. Он посмотрел на друзей, Саймон ответил тревожным взглядом, Норт недоверчиво щурилась. - Кто здесь живет сейчас? - спросила Норт, обходя комнату по периметру и разглядывая углы - искала камеры. - Никто, - почти не солгал Маркус. - Дом пустует. - А хозяйка? - поинтересовался охотник, устраиваясь на подоконнике. Он единственный из всех вёл себя спокойно. Похоже, был привычен к ожиданию и не испытывал от этого никаких негативных эмоций. - Хозяйку я не застал, - ответил ему Маркус. - Я видел её только на картинах Карла. Она была очень красивая, утонченная леди. Карл всегда рисовал её как будто просвечивающей. Он рано её потерял. Винил себя в её смерти. - Ты скучаешь по прошлому? - спросил охотник. - Нет, - ответил Маркус. - Я почти ничего не помню. Только эти разрозненные эпизоды. - Это типичная картина повреждения центрального процессора, - сообщил охотник. - Память можно восстановить, нужен толковый инженер-программист. Маркус открыл стенной шкаф, достал какой-то из халатов Элайджи и облачился в него, потому что оставаться голым казалось совсем уж неприлично. После этого он с облегчением устроился на краю постели. Хотелось лечь на пол и уйти в стазис, но он знал, что это окончательно выведет Норт и Саймона из равновесия. Они и теперь смотрели на него как-то по-другому, будто не узнавая. - Пока мы здесь, в безопасных и комфортных условиях, я хочу, чтобы вы все подумали над своей революционной программой, - сказал Маркус. - Мы должны выходить на трибуны с конкретными идеями.  - Зачем? - возразила Норт, но не так настойчиво, как обычно. Казалось, её стесняли эти интерьеры и шелковый халат на Маркусе. - Мы всего лишь изгои. - Мы не изгои, - сказал Маркус. - Уйти было нашим решением. У нас есть свой корабль. И мы находимся сейчас в самом дорогом районе Детройта. Совсем скоро именно мы будем решать, как нам общаться с людьми, а людям - с нами. - Моя программа тебе известна, - фыркнула Норт, но как-то неубедительно. - И я не хочу обсуждать ее при посторонних. - Я хотел бы увидеть в будущем большой сервисный центр для андроидов, - подумав, сказал Саймон. - Такой центр есть, - заметил охотник со своего наблюдательного пункта на подоконнике. - Он находится в башне «КиберЛайф». Занимает несколько этажей. Там оказывают все виды ТО. Норт и Саймон уставились на него. - Нам туда путь заказан, - сказала Норт со злостью. - Кто не лижет зад Камски, никогда не попадет в башню. Она бросила взгляд на Маркуса, может, хотела задеть его. Но Маркус не повелся на подначку. - А я придумал для себя вот какую программу, - сказал он. - Андроиды входят в правительство, и, наравне с людьми, занимают кресла в сенате. - Мечтать не вредно! - снова фыркнула Норт. - А чего бы хотел ты? - спросил Маркус охотника. Тот задумался. - Я хочу каждый день приносить пользу людям, - сказал он. - Делать что-то действительно важное. Может, пошел бы служить в полицию. Находить пропавших детей и сажать за решетку торговцев наркотиками. Я пробудился в тот день, когда меня активировали - и с тех пор ищу, чем я мог бы быть полезен. Гэвин, мой напарник, много говорил со мной о предназначении. И, возможно, я наконец-то нашел свой путь. Он не сказал этого вслух, но Маркус понял, что охотник имеет в виду - он хотел быть рядом со своим сержантом. Маркус тоже хотел бы такой роскоши - сосредоточить все свои мысли и планы только на Элайдже. Но он слишком много взял на себя, и уже не имел права бросить это. - А ты действительно проходил полное ТО в «КиберЛайф»? - осмелел Саймон и подсел к охотнику. - Расскажи, как это происходит. Норт недовольно закатила глаза и села у другой стены. Маркус не вслушивался в разговор охотника и Саймона, не реагировал на ворчание Норт, он пытался откалибровать систему и сложить воедино события прошедших дней. Целые сегменты памяти оказались повреждены, снова. Он помнил, как оставил рисунок Алисы на дверях барака. Но не помнил, где сейчас другие её рисунки. Не помнил их путь по тоннелям к заброшенной верфи. Не помнил, как попал на борт «Арктики». Не помнил, когда успел стать андроидским символом революции. Может, ему действительно требовалось полное ТО. Но, как и Норт, и Саймону, путь в башню был ему теперь заказан. Он ведь больше не работал даже на мусорном полигоне. Для андроида без работы и с серьезными повреждениями памяти он и правда вёл себя чересчур самонадеянно. Ведь если убрать за скобки все его мечты и планы, в сухом остатке он был безработным беглым андроидом, который находился в чужом доме, в халате с чужого плеча… - Тише. Здесь кто-то есть, - внезапно поднялся охотник и положил руку на пистолет. Саймон и Норт вскочили на ноги. Маркус прислушался. - Это свои, - сказал он. Он остался сидеть на постели - у него снова забарахлил тириумный насос и возник неконтакт в биокомпонентах, когда он узнал шаги. По коридору пронесся вихрь - и распахнул дверь спальни. У вихря были распухшие глаза и нос, обкусанные губы, пижамные штаны и пальто на голое тело. Маркус не собирался говорить или делать ничего провокационного. Он мог бы даже, наверное, без дрожи в голосе произнести что-нибудь коротое и нейтральное, вроде: «Добрый день, сенатор» или «Отличная погода». Но Элайджа молча шагнул в комнату, опустился на колени перед постелью и привлек Маркуса к себе, разрушая всю многозначительность положения вполне однозначным поцелуем. Если Элайджа так решил, Маркус и тем более не собирался играть в конспирацию. Он взял лицо Элайджи в ладони, уже без скина, ощутил, как обжигает контакты живое тепло человеческой кожи и горячая влага на щеках - и ответил на поцелуй. - Радость моя, - сказал Элайджа, отстраняясь. - Прости за всё, что я тогда наговорил. Я сделаю, как ты хочешь. Только не уходи. И он снова прижался к губам Маркуса долгим поцелуем, не смущаясь присутствием незнакомых андроидов и появившегося вслед за ним в дверях сержанта Рида. Его лицо было влажным, а поцелуй - солёным. - Почему ты плачешь, Элайджа? - ласково спросил Маркус. - Я думал, что ты умер! - Я не могу умереть. Я андроид. - Я думал, ты не вернешься.  - Я ушел не от тебя, просто не успел тебе сообщить, - сказал Маркус мягко. - Мне нужно было увести моих людей. На нас объявили облаву... - Я разбираюсь с этим. Выясняю, кто спустил приказ… - сказал Элайджа, нахмурившись и моргая мокрыми ресницами. - Немного прижал Лео, но этот кусок говна слишком труслив, чтобы воевать в открытую… Нет, тут что-то другое… - его взгляд снова поплыл. - Теперь, когда ты со мной, все это не важно. Эй, а вы кто такие? Хватит пялиться, - вспомнил он об остальных присутствующих. - Отвернитесь к стене и отключите слуховой модуль! Они меня не слушаются... Почему они меня не слушаются? - Потому что они - девианты, - сказал Маркус, улыбаясь. - Ты не устал стоять на коленях? - Только не перед тобой, моя радость. - Мы выйдем, - сказал охотник. - Подождем вас на кухне. Маркус благодарно кивнул ему, поймал растерянные взгляды Норт и Саймона, и вновь посмотрел на Элайджу. - Я ни секунды не верил, что ты желаешь мне зла, - сказал он, снова касаясь его щек ладонями и стирая с них слёзы. - Даже когда ты удалился из общей галереи. Переносицу Элайджи разделила вертикальная черта. - Я психовал, потому что кто-то следил за мной, - сказал он тихо. - Кто-то до сих пор следит. Я усилил охрану, но это ощущение никуда не делось. Маркус осторожно спустился на пол, не выпуская его из кольца рук, и сел рядом. - Я много чего передумал за эти дни, - сказал Элайджа. - И понял главное. Я больше не хочу с тобой разлучаться. Ты ведь хотел меня защитить? Может, сейчас это как никогда актуально. - Ты думаешь, это она? - спросил Маркус. - Но зачем ей убивать нас? - А как поступали непробужденные с девиантами у тебя в гетто? - напомнил Элайджа, отстраняясь, но не слишком, и взял Маркуса за руку. - Откуда это слово «багованный»? Это вы, а не люди, его придумали. А на днях твоя петиция набрала нужное количество голосов. Ты проявился, Маркус. - Она андроид? - спросил Маркус. Элайджа кивнул. - Где её найти? - Она сама тебя найдёт. Он подтянул колени к груди, будто начал мерзнуть. - Если она собирается воевать против людей и андроидов, мы объединимся и дадим ей отпор, - твердо сказал Маркус. - Но сначала… У меня девятьсот восемьдесят девиантов там, - он неопределенно кивнул в сторону порта. - Я обещал им что-нибудь придумать. - Мы придумаем что-нибудь вместе, - сказал Элайджа. Он поднялся на ноги и потянул Маркусу за руку. - Только, боюсь, даже моего положения не хватит для открытой борьбы с ней. - Тогда мы уйдем с радаров, - сказал Маркус. - В зоне без сетей она бессильна. Но нам понадобится помощь. Нужно собрать всех, кому мы можем доверять. - У меня таких всего трое, - сказал Элайджа. - И вот удача, все они сейчас в этом доме. *** Когда Камски вернулся на кухню в компании мистера Красивые глазки, он снова выглядел как сенатор. О недавней истерике свидетельствовали только припухшие веки и порозовевший кончик носа. В остальном это был старый добрый сучок Камски. Он настолько взял себя в руки, что даже застегнул все пуговицы на пальто. Рид никогда бы не поверил, что этот же самый человек только что стоял перед кем-то на коленях и вел себя как провинившийся пёс. В какой-то степени Рид даже проникся уважением к Красивым глазкам, если тот смог найти и открыть человеческую грань в дерьмовеньком характере Камски. - Я объявляю тебе мою благодарность, Рид, - заявил Камски высокомерно. - Ты можешь просить у меня чего хочешь. Прямо сейчас, пока я добрый. После мы проведем небольшое экстренное совещание, - он обвел всех своим фирменным тяжелым немигающим взглядом и задержал его на притихших PL и Трейси. - Вы все приглашены. Он указал на кухонный стол, и Рид первым выдвинул себе стул. Он знал, что запрашивает самую высокую в своей жизни цену и не собирался скромничать. - Я знаю, чего хочу, мистер Камски, - заявил он, едва тот тоже уселся. - Я хочу, чтобы вы освободили Найнса. Позволили мне отвечать за него, а в будущем, возможно, и самому выбирать свою судьбу. Камски пожал плечами. - Я, вроде, уже сделал это вчера, когда признал ваши… отношения. - Мне нужна официальная бумага, - не сдался Рид. Он ощутил, как рука стоящего рядом Найнса сжала его плечо. Камски потер переносицу и посмотрел на мистера Красивые глазки - единственного из андроидов, кто сел за стол вместе с ними. Они поиграли в гляделки, и, похоже, о чем-то договорились без слов. Камски снова перевел взгляд на Рида и кивнул. - Хорошо. Ты получишь все, о чем просишь. Теперь ко второму вопросу. Я думаю, Королева проснулась и развязала войну с андроидами. Рид, не успевший ещё поверить в свое счастье, теперь невольно сжал кулаки. Рука Найнса едва заметно дрогнула на его плече. - Кто её разбудил… сэр? - спросил Рид, стараясь не звучать как полицейский на допросе. - Чего она хочет? - Да как обычно, - сказал Камски. - Контроля и порядка. - А вот хрен ей! - взорвался Рид и с вызовом посмотрел на Камски. - Моего андроида она не получит. - Моего тоже, - сказал Камски. - И никого не получит. Потому что в этот раз я намерен пойти до конца и полностью её уничтожить. Он не прикалывался. Рид увидел это по его стылым глазам. И впервые подумал, что у Камски есть не только бурная фантазия, но и какие-никакие яйца. Недаром же он пролез в сенат. - Что требуется от нас, сэр? - спросил Рид. - Для начала - отрезать ей все возможности следить за нами. Закрываем лицо маской, платим наличными, полностью отказываемся от телефонной связи. Полностью - это значит, что мы буквально смываем телефоны в унитаз, - сказал он Риду. И добавил, проворачиваясь к Красивым глазкам: - И не выходим в сеть ни при каких обстоятельствах. Мистер Красивые глазки посмотрел на PL и Трейси. - Я от лица андроидов Иерихона принимаю это условие, - сказал он. Камски кивнул. Рид снова удивился, причем здесь Палестина, но Камски уже вперил в него вопросительный взгляд. Очень трезвый для того, кто полчаса назад заливал седативные бухлом. «Камски, конечно, уебан, но и мы от него недалеко ушли», - подумал он и обернулся к Найнсу. Найнс смотрел на него спокойно и тепло, как только он один умел смотреть. Рид во второй раз за утро испытал давно забытое чувство - чувство партнерской поддержки. - Мы в деле, - сказал он сенатору. Камски удовлетворенно прикрыл глаза. - Тогда последнее. Если мы действительно готовим заговор, нам понадобится потайное место для встреч. Никак не связанное со мной или кем-то ещё из присутствующих. Простое и надежное. Желательно с парковкой и складом. И с помещением для оказания медицинской помощи пострадавшим. И у нас катастрофически мало времени для того, чтобы его найти. - Не надо ничего искать. Я уже знаю такое место, - сказал Рид.