Перестань думать.

Сначала было тепло ковра под спиной и знакомый запах: пот, резина и сладкие духи, перемешенные со слабым запахом пороха, которые ухитрялись пробиваться даже на тренировках. Нэнси тренировала Робин, чтобы той было легче на вылазках в Изнанку. Уилер сильно переживала за девушку, поэтому и стала обучать её лично. Баркли на их тренировках часто отвлекалась, задумывалась и в какой то степени боялась. Каждую тренировку сердце словно останавливалось, стоило ей на секунду взглянуть в эти голубые глаза. Взгляд Нэнси всегда холодный, рассудительный, знающий, но не с Робин. Даже если со стороны и складывалось впечатление, что Уилер хочет убить эту рассеяную "ученицу", то на деле это было не так. Она могла повторить хоть сотни раз, если девушка что то не поняла, витая в облаках, ну или правильнее сказать по лицу Нэнси. Кажется, что эта сталь в глазах начинала плавится под бесконечными разговорами и бреднями Бакли. Робин искренне считала, что девушка не замечает её пристального взгляда на себе, поэтому продолжала утешать себя короткими переглядками. — Бакли, — лениво сказала Нэнси откуда-то сбоку. — Ты опять думаешь вместо того, чтобы драться. В Изнанке не будет времени заниматься другими вещами, кроме боя. Робин резко перекатилась, избегая захвата, на автомате ушла в сторону и попыталась зайти с фланга. Тело двигалось правильно, мышцы работали так, как их учили всё это чёртово время между вылазками. Только в голове никак не отключался внутренний спортивный комментатор: «левее, ниже, не подставляй шею, быстрее. Не смотри на неё, как влюблённая дура». Последнее вызывало смешанные чувства в груди, но Робин честно пыталась не слушать свой же разум. Уилер чуть повернулась корпусом, поймала её движение, шагнула навстречу и развернула, как будто Робин была не человеком, а плохо закреплённой дверцей. Серьёзно, откуда в такой хрупкой девушке столько сил? Ковер коротко скользнул под лопатками, и мир перевернулся. Снова. Кажется, это был их четвёртый спарринг за сегодня, а может и пятый. Она перестала считать после второго поражения. Бакли оказалась прижатой к полу, с нагло захваченными руками. Колени девушки находились по обе стороны от её бёдер, майка прилипла к телу, а дыхание сбивалось. Собственно, ничего нового. Всё как обычно. А чего ещё можно было ожидать? Все стабильно. — Ты слишком импульсивно входишь в приём, это только отнимает силы, которые ограничены, а ты только добавляешь масла в огонь. — не спеша пояснила Нэнс. — В Изнанке так не бывает. Там грязь, кровь, военные, которым все равно убить демогоргона или тебя. Зверушки там тоже не самые милые, по большей части зубастые. — Как мило, — прохрипела Робин, пытаясь вывернуть руку. — Может, ты перестанешь читать мне лекции, пока я лежу под тобой? Или наш "экзамен" перешёл в устную форму? Не сказать, что девушку не устраивал такой расклад, но было весьма неловко. Спасибо, что розоватые щеки можно было списать на активную нагрузку. — Это идеальное время для воспитательной беседы, — заметила Уилер. — Ты никуда не денешься. По моему, в последнее время кто то слишком часто пытается слиться с наших тренировок, поэтому смирись со своей участью. — В глазах вперемешку со сталью блестело осозрство, наблюдая за бегущим по всей комнате взглядом. Она чуть изменила захват, меняя угол. Сцепленные пальцы Нэнси сдавливали запястье ровно настолько, чтобы было болезненно, но без фанатизма. Просто обозначить границы и подтвердить свои слова, что девушка, даже при всем своём желании, вряд ли куда то сбежит. Робин выругалась, рванулась ещё раз: они немного поборолись, и через несколько секунд вместо ковра она почувствовала… стену. Смена плоскости? Ролевая игра с Человеком пауком и Мэри Джейн? — Ты меня к углу прижала, — выдохнула она, капитан очевидность. — Наконец-то подняла голову, — удовлетворённо сказала девушка. Её, кажется, ничем не смутить, не сломить и вообще это не девушка, а терминатор. Робин уловила это наслаждение от происходящего в голосе Нэнс, но списала это на то, что ей показалось и её фантазия решила сыграть с ней плохую шутку. Очень. Плохую. Шутку. Бакли отчаянно попыталась использовать стену как опору, но девушку так легко не провести, она уже сместилась, вывернув положение так, что Робин не поняла, кто кого держит. В следующую минуту всё совсем поехало: Уилер упёрлась ладонью чуть выше её груди, как будто собиралась оттолкнуть, но вместо этого только сильнее прижала к стене. Вот это запрещённые техники пошли. Воздуха стало меньше, а горячее дыхание Нэнс было совсем рядом, почти у щеки. По коже пробежали мурашки, вызванные не страхом, а.. Предвкушением и неизвестностью? — В бою тебя загоняют в угол, — сказав это, она чуть наклонилась ближе. — Что ты делаешь? Только перестань думать, отвлекаешься. "отвлекаюсь я только на то, как ты меня тут зажимаешь" — мысленно язвит Робин, но в слух говорит совершенно другое. — Попытаюсь уйти, — процедила Бакли, не отводя взгляд. Прямо чудо. — А может ударить. А ещё лучше.. — она была готова выдать ещё тысячу и один вариант и ходу событий, но эта попатыка была резко пресечена голосом Нэнси. — Кого? — в голосе мелькнула усмешка. — Себя? — как же её забавляла эта недоуменная мордашка Робин. Она снова сменила хват, и теперь их тела соприкасались плотнее: грудь к груди, бедро к бедру. Робин почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Это был всё тот же "зал", в котором они тренировались последние пару месяцев — старый ковёр, бетон, еле слышный шум вентиляции где-то наверху, — только стало ощутимо жарче. Сомнительная ситуация. Вызывайте пожарных, кажется, рядом огонь.. А как вы ещё хотите объяснить резкий перепад температуры? — Тебе мешает не стена, — тихо сказала девушка. — А то, что ты не умеешь забирать, когда тебе уже дали все ресурсы. Ты уже три раза могла воспользоваться тремя разными приёмами, чтобы высвободиться и хорошенько меня ударить - спастись. Ну, или дать себе фору убежать, либо убить, например, военного. — Воспитательная метафора, можно целый сборник цитат делать с твоими фразами во время тренировок. — обижено буркнула Бакли. — Но эта шесть из десяти. — Я могу перейти на практику, если ты так хочешь— также тихо отозвалась Нэнси. Она отпустила одну руку. Просто взяла и убрала пальцы. Робин могла уйти. Могла ударить. Могла сделать что угодно. Хоть как то отреагировать, а я напомню, что это бой и ей следовало быстрее действовать. Но тело почему-то ничего не сделало. — Вот, — шепнула Уилер у самого уха. — Подарок тебе. Что дальше будешь делать? Время идёт, каждая секунда на счету. Она слышала музыку откуда-то издалека, приглушённый ритм их "танца". Хотя в гараже, конечно, не было колонок. Но шаги Нэнс звучали в такт, как и дыхание. Даже мир как-то странно сузился до этих двух точек. Сложно. Как сосредоточиться на приёме? — Уйти, — сказала она механически, но рукой не воспользовалась. Она в целом ничем не воспользовалась. Так и стояла, ожидая чуда. Освободившаяся ладонь Уилер медленно скользнула вверх по ребрам, по боку, под край футболки. Девушка едва не задохнулась, когда пальцы коснулись голой кожи: тёплые, абсолютно уверенные, с мозолями от оружия, которое больно часто находилось в её руках. — Ты… — сорвался голос. — Это уже не похоже на тренировку. Не уверена, что демогоргоны так уме.. — попытались отшутиться Робин, но её снова остановили. — А кто сказал, что это тренировка? — почти ласково спросила Уилер. Уголок губ дрогнул в короткой улыбке. Она отодвинулась ровно на сантиметр, чтобы девушка увидела её лицо: взгляд тяжёлый, спокойный, без привычной стали, а скорее… изучающий. — Ты всё время делаешь вид, будто не видишь, что происходит, — продолжала она. — Но ты же не слепая, Робин. Ты чувствуешь, когда тебя хотят. Слово "хотят" полыхнуло где-то под грудью, и Бакли шумно сглотнула. Вот и ошибка. — И… — Уилер наклонилась ещё ближе, губы почти коснулись её виска, — ты сама не так уж этого не хочешь. Пальцы под футболкой сдвинулись чуть выше, описав круг. Мышцы живота отозвались спазмом. У девушки подкосились колени, хотя Нэнси держала их зажатыми между бёдер. — Скажи "нет“, — прошептала та. — И я отойду. Ты знаешь, что я не сделаю ничего против твоей воли. Робин открыла рот, но вместо "нет" из горла вырвался тихий, срывающийся стон. Не из-за боли, а… совсем другой. Я же говорила вызывайте пожарных. Нэнс, похоже, этого и ждала. Она развернула её к стене до конца, прижалась плотнее, и второй рукой опёрлась рядом с её головой, фактически обрамляя собой. Воздух в комнате стал раскаленным или это тело так горит от тренировки.. Или тренировка совсем ни при чем. Бакли почти отвела взгляд в сторону, но в следующую секунду пальцы девушки легли ей на подбородок, разворачивая лицо. Заставляя смотреть в эти голубые омуты. — Смотри на меня, не смей отводить взгляд. — приказала она. И Робин посмотрела, она не могла не подчиниться этой девушке. Она смотрела на темные от возбуждения глаза, на губы, чуть приоткрытые, на еле заметный шрам на щеке, последствие последнего визита в гости к демогоргону. Мир сузился до этой картины, кроме неё ничего не существовало. Уилер очень медленно потянулась вперёд, их носы почти столкнулись, и кульминацией всего стало не что-то громкое, а наоборот, тишина, в которой уже было понятно, что будет дальше, если они не остановятся. Обе прекрасно понимали, что они не остановятся. Не сейчас. Слишком долго они этого ждали. — Нэнс.. — сорвалось с губ Бакли. Та мягко улыбнулась уголками рта, и в этой улыбке было чёткое "Ты сделала свой выбор. Я тебя предупреждала.". Она впилась в её губы своими: зубы царапнули нижнюю губу, язык вторгся сразу, властно, без церемоний. Этот поцелуй буквально выпивал воздух из лёгких. Робин судорожно вцепилась пальцами ей в плечи, ногти впились в ткань майки, и в этот момент всё остальное выпало из головы. Рука Нэнси соскользнула ещё ниже, сжала её бедро, рывком поднимая, чтобы закрепить ногу вокруг своей талии, и тело Робин само отозвалось, выдав звук — хриплый, жадный стон, полный голода. Ну и ну. Уилер только рыкнула в ответ, впиваясь глубже, её свободная рука скользнула под футболку девушки, ладонь накрыла грудь, пальцы сжали сосок с такой силой, что боль смешалась с удовольствием. Почему-то это ощущалось как удар в солнечное сплетение. Он обезоруживает, выбивая остатки кислорода из лёгких. Робин вздрогнула, но та не дала уйти и прижала сильнее к стене, бедром врываясь между её ног, где уже всё горело и пульсировало. — Чёрт, я даже через одежду чувствую какая ты мокрая, Робин. — прошептала Уилер, отрываясь от губ на миг, чтобы укусить мочку уха. Новая волна мурашек пробежала по телу девушки, вжатой в стену. Она не стала медлить, и так ожидает было слишком долгим. Пальцы нырнули под резинку шорт, сразу, без предупреждения, раздвинули влажные складки и вошли внутрь — резко, глубоко и до упора. Бакли выгнулась всем телом, позвоночник прогнулся дугой, а из горла вырвалось короткое и злое ругательство. Такая реакция ещё больше раззадорила Нэнси, вынуждая продолжать. Уилер двигалась безжалостно, как всегда на тренировках, точные и сильные толчки, но каждый раз чуть глубже, чуть быстрее. Большой палец лёг на клитор и пошёл кругами, давя ровно с той силой, от которой ноги подкашивались. Если бы не стена и руки девушки, то Робин уже лежала на полу от переизбытка эмоций. Внутри пальцы искали, находили, нажимали на ту самую точку, от которой всё внутри сжималось и разжималось в каком-то невероятном наслаждении. — Бери, милая, бери всё, — шептала Нэнси прямо в ухо своим низким, пропитанным триумфом, голосом. Она снова победитель в схватке. Только этот бой был с ней самой, а потому победа была ещё слаще. Вторая рука поднялась к шее. Пальцы обхватили горло крепко и уверенно, перекрывая воздух ровно настолько, чтобы мир начал плыть по краям, чтобы каждый вдох стал драгоценным, а каждый толчок внутри невыносимо ярким. Девушка под ней хрипло простонала, не сдерживая нахлынувшее удовольствия. Она держала Робин именно там, где ей место — на грани и во власти девушки, а не где то на границах своих мыслей. Это то, что нужно было им обеим. Бакли вцепилась в чужое запястье обеими руками, однако не отталкивала, держалась, цеплялась, как за единственную опору в этом падении в пропасть. Бёдра сами подались вперёд, насаживаясь на пальцы, требуя ещё, глубже и быстрее. Когда Нэнси добавила третий палец, растягивая её до предела, девушка низко, гортанно и почти по-звериному застонала. Слёзы жгли глаза, смешиваясь с потом, а боль и наслаждение сплелись так плотно, что уже невозможно было понять, где кончается одно и начинается другое. Это был одновременно и рай, и ад. — Кончи. Для меня. Сейчас, — приказала Нэнси, сжимая горло сильнее, её собственные губы были красными от их поцелуев, а глаза горели синим огнём. Это тот тон голоса, который не даст даже задуматься о неповиновении девушке. Она наклонилась и впилась зубами в шею, прямо под мочку уха, оставляя влажный, пульсирующий след. Оргазм ударил Робин током. Тело выгнулось, а мышцы внутри судорожно сжались вокруг пальцев. Она хрипло и надрывно застонала, из последних остатков воздуха, но девушка не останавливалась, продолжая двигаться внутри, выжимая, продлевая, заставляя дрожать ещё и ещё, пока она не обвисла в её руках. Уилер медленно разжала пальцы на горле, и воздух ворвался обратно жадно, с кашлем и всхлипами. Девушка вдохнула и как-то счастливо-дико улыбнулась. — Хорошая девочка, — прошептала Нэнси. *** Следующие пару дней Робин избегала любого контакта. Она просто закрылась у себя в доме, не впуская даже Стива. Девушка боялась того, как изменятся их отношения с Нэнси, поэтому выбрала тактику отступления. Синеватые пятна на шее и ключицах слабели, но не проходили до конца, напоминая о том приятном, во всех смыслах, моменте. Бакли каждый раз смотря на отметила от пальцев и зубов девушки краснела, поспешно отводя взгляд, будто кто то мог увидеть её залитые румянцем щеки. Это было слишком собственническим и интимный, чтобы вот так открыто смотреть на них и ничего не испытывать. Вот только вечно убегать не получится, особенно от Нэнси Уилер. Вы знаете хоть один пример того, кто смог ускользнуть от этой машины для убийств? Нет, вот и Робин настигла эта участь. Удивительно, что Уилер до сих пор не взломала замок двери Робин, а просто трижды постучала по дереву. Сказать, что Бакли чуть не упала, увидев девушку на пороге своего дома - это не сказать ничего. Адреналин ударил по крови, заставив сердце биться, как во время битвы. В голове мысли противоречит друг друга, перебивая и не давая сосредоточиться на чем то одном. "перестань думать" — фраза Нэнси вдруг всплыла на корке сознания, заставляя сердце пропустить пару бешеных ударов. Кажется, что эти слова она слышала ещё чаще собственного имени. Бакли мешали путающиеся мысли, которые приводили к бессмысленной болтовня. Это раздражало. Но стоило Уилер подойти чуть ближе, посмотреть на секунду дольше, как в голове становятся тихо и спокойно. Снова стук в дверь. От неожиданности девушка вздрагивает, нервно выдыхая и наконец протягивая пальцы к дверной ручке. Щелчок. Последняя защита спадает - дверь открыта. Нэнси не теряя ни секунды зашла в дом, прикрывая за собой дверь. Мгновение и она резко впечатывает Робин в стену, не причиняя боли, но не давая пути отступления. — Долго собиралась бегать от меня, милая? — интересуется Уилер, чуть наклонив голову девушки, чтобы та смотрела ей в глаза. Робин бегала взглядом по комнате, игнорируя зрительный контакт и вместе с этим придумывая более менее правдоподобные отговорки. Главной проблемой был белый шум и эти голубые глаза перед ней. Они искрились, наблюдая за тем, как метается Бакли. — Я говорила, что ты слишком много думаешь. В твоей голове слишком много хаоса, чтобы ты могла одна с ним справиться, поэтому закрывайся сколько хочешь, но знай, что от меня не скрыться. — полушепотом сказала девушка, глядя ей в глаза. Это успокаивало, даже слишком. Мысли стали затихать, давая сосредоточиться лишь на Нэнси. Дыхание сбилось, руки чуть подрагивали от предвкушения или страха. Хотелось пошутить, но не для веселья, а просто разбавить это напряжение. — Нэнси.. — сорвалось с губ Бакли, как вдруг она поддлась порыву, сокращая расстояние между девушками. Адреналин ударил с новой силой, придавая слабую уверенность. Но стоит Робин почувствовать, как пальцы Уилер вплелись в её волосы, а сама девушка стала отвечать на поцелуй, то страх стал отступать. На его место пришло что то приторно сладкое, что разливалось теплом в груди, заставляя колени подкашиваться. Любовь. Иногда хватает сделать лишь один шаг, чтобы провалиться в пропасть, но другой вопрос поймают тебя или нет. Нэнси рискнула и выиграла ставку. Может правда иногда стоит не думать, а действовать?