Shadow

Лето 2015 года Тэгу

***

      — Если скажешь, что это хрень, я тебя столкну с крыши, — предупредил Юнги и сунул Тэхёну один наушник.       — Пять лет дружбы. Прекрасный итог, — пробормотал Тэхён, но наушник всё равно вставил.       Крыша ещё хранила тепло жаркого летнего дня, бетон приятно грел спину. Внизу жил своим вечерним шумом Тэгу: редкие машины, разговоры из открытых окон, где-то внизу хлопнула подъездная дверь.       Юнги сидел рядом с ноутбуком на коленях и смотрел на Тэхёна так внимательно, будто сейчас решался вопрос государственной важности.       В наушнике зашуршал бит. Он был сырой. Местами неровный. Где-то звук проваливался, а один сэмпл звучал так, будто его записали на диктофон в ванной. Но под всем этим упрямо держался ритм. Цепкий. Живой.       Тэхён слушал молча.       Юнги продержался секунд пять.       — Ну?       — Подожди.       Тэхён прикрыл ладонью второе ухо и дослушал до конца. Когда бит оборвался, он вытащил наушник и посмотрел на Юнги.       Тот уже готовился закатить глаза.       — Если ты сейчас скажешь, что это…       — Это круто.       Юнги нахмурился.       — Ты издеваешься?       — Нет.       Тэхён пожал плечами.       — Бит кривой. Звук местами ужасный. Но всё равно круто.       Юнги тихо фыркнул и отвёл взгляд на огни города.       — Отлично. Значит, у меня есть шанс умереть от голода. Но зато с хорошим битом.       Тэхён усмехнулся.       — Твои родители опять начали?       Юнги фыркнул уже громче.       — «Музыка — это несерьёзно, Юнги», «Этим сыт не будешь, Юнги», «Найди нормальную работу, Юнги», — он передразнил их так точно, что Тэхён не выдержал и рассмеялся.       — Звучит убедительно.       — Ага. Особенно когда слышишь это каждый день.       Юнги закрыл ноутбук и откинулся на спину, глядя в тёмное небо. Несколько секунд он молчал, потом сказал спокойнее:       — Всё равно выберусь отсюда.       Тэхён повернул голову.       — Куда?       — Куда угодно. Где можно делать музыку.       Юнги помолчал секунду, потом добавил, уже привычным упрямым тоном:       — Я стану крутым рэпером. И продюсером. Запомни.       Тэхён даже не удивился. Он знал этот тон. Юнги так говорил каждый раз, когда принимал какое-то решение. Спорить с этим было бесполезно.       — Смелый план.       — Рабочий план.       Юнги покосился на него.       — Ты, кстати, можешь не идти за мной. Это не обязательная программа.       Тэхён лениво перевернулся на бок.       — Поздно.       — Почему?       — Я уже пять лет за тобой хожу.       Юнги хмыкнул.       — Да, ты как рыба-прилипала.       — Очень лестно.       — Зато честно.       Тэхён усмехнулся.       — Вообще-то это началось, когда ты в выпускном классе подрался из-за того, что кто-то назвал твою музыку мусором.       Юнги скривился.       — Он сказал «шум из кастрюли».       — Ну да.       Тэхён улыбнулся.       — И после этого я решил держаться рядом. Вдруг ты однажды станешь знаменитым и мне будет что вспомнить.       Юнги тихо усмехнулся и снова открыл ноутбук.       — Ладно, рыба-прилипала. Слушай ещё раз. Тэхён покрутил наушник в пальцах. Пластик был потёртый, провод в одном месте перемотан изолентой.       — Когда станешь знаменитым рэпером, купи нормальные.       Юнги усмехнулся.       — Эти работают.       — Конечно, работают. Просто иногда кажется, что они держатся на силе твоего упрямства.       Юнги нажал кнопку "Пуск".       Бит заиграл снова.       Тэхён молча надел наушник.       И на этот раз Юнги уже не спрашивал, как звучит демка. Он просто смотрел на город. Будто пытался найти где-то среди огней то место, где однажды его имя будет звучать из колонок.

***

декабрь 2019 Сеул       Юнги уже в который раз запускал один и тот же кусок трека.       Курсор на экране доходил до конца дорожки, на секунду зависал и снова возвращался в начало. Бит начинался заново.       Юнги откинулся в кресле, потёр лицо ладонями и уставился на монитор так, будто именно он был виноват во всех творческих муках этой ночи.       Музыка снова дошла до того самого места. Юнги поморщился и остановил воспроизведение.       В студии стало тихо. Настолько, что отчётливо слышалось, как под столом лениво гудит системный блок. Дверь за спиной тихо скрипнула.       Юнги даже не повернул головы.       — Если это вы, менеджер Чон, то для вас я умер.       Короткая пауза.       — Очень драматично.       Юнги выдохнул через нос.       — А, это ты.       Тэхён закрыл дверь плечом и поставил на стол два стакана кофе. Он двигался спокойно, будто приходил сюда уже не первый год и мог найти дорогу даже с закрытыми глазами.       Юнги снова нажал пробел. Бит запустился.       Тэхён подошёл ближе и остановился за его креслом. Несколько секунд просто слушал. Потом положил руки Юнги на плечи и слегка сжал их.       — Ты уже час гоняешь один и тот же кусок.       — Полтора, — буркнул Юнги.       — О, отлично. Прогресс.       Юнги потянулся за кофе, сделал глоток и тут же поморщился.       — Холодный.       — Потому что ты сидишь здесь вечность.       Юнги поставил стакан обратно.       — Это называется «рабочий процесс».       — Это называется «зациклился».       Юнги скептически посмотрел на него через плечо.       — Спасибо за профессиональную оценку, прилипала.       Тэхён тихо рассмеялся.       — Больше десяти лет прошло, как мы знакомы, а ты всё ещё меня так называешь?       — Ты всё ещё ходишь за мной.       — Мы вообще-то живём вместе.       Юнги пожал плечами.       — Детали.       Тэхён посмотрел на экран. На дорожке проекта медленно двигалась линия воспроизведения.       — Это тот трек?       Юнги коротко кивнул.       — Shadow.       Тэхён немного помолчал, слушая инструментал. Потом тихо сказал:       — Мрачновато.       — Это комплимент?       — Это наблюдение.       Юнги хмыкнул.       — Не бойся, фанаты не расплачутся.       — Я не про фанатов.       Юнги повернул голову.       — А про что?       Тэхён посмотрел на него внимательно.       — Про тебя.       Юнги секунду молчал.       Потом фыркнул и снова повернулся к экрану.       — Успокойся. Это просто песня.       Трек дошёл до конца. И снова начался. Тэхён тихо вздохнул.       — Юнги.       — Мм?       — Сколько раз ты уже слушал её?       Юнги пожал плечами.       — Пока не начнёт звучать правильно, я буду её прогонять по кругу.       Тэхён тихо усмехнулся.       Потом наклонился ниже, обнял его со спины и коротко поцеловал в уголок губ. Юнги фыркнул, но даже не попытался отодвинуться.       — Подкуп не работает.       — Я и не пытался.       Тэхён отпустил его и опёрся рукой на спинку кресла.       Музыка снова дошла до конца. Юнги остановил трек. Тэхён наклонился к пульту и открыл один из ящиков и вдруг замер.       — Ты серьёзно?       Юнги даже не повернул головы.       — Что?       Тэхён поднял из ящика старые наушники с потёртым проводом.       — Ты всё ещё их хранишь?       Теперь Юнги всё-таки посмотрел на них. И тихо усмехнулся.       — Работают же.       Тэхён покрутил наушники в руках. Пластик был потёртый, провод в одном месте аккуратно перемотан изолентой, как и пять лет назад. Вещь из тех, что давно должны были отправиться на покой, но почему-то всё ещё живут.       — Я правда думал, ты их давно выкинул.       Юнги протянул руку и спокойно забрал их обратно.       — С чего бы?       Тэхён усмехнулся и кивнул в сторону студии.       — У тебя тут техника стоит дороже, чем моя машина.       Юнги коротко хмыкнул, будто эта информация его вообще не впечатлила.       — И что?       Он положил наушники рядом с клавиатурой, чуть подвинул их пальцем и снова посмотрел на экран. Курсор всё так же стоял на той самой точке, словно упрямо ждал продолжения.       Юнги нажал пробел. Музыка снова наполнила студию.       Тэхён молча слушал, опершись бедром о край пульта. Он не вмешивался, не комментировал. Просто стоял рядом, позволяя звуку постепенно разрастаться в комнате.       Инструментал нарастал медленно, будто сначала собирался с мыслями, а потом уже решал говорить вслух.       — Тяжёлая штука.       Юнги усмехнулся.       — Это называется «настроение».       — Это называется «депрессия».       Юнги потёр затылок и снова уставился в экран. Несколько секунд он молчал, затем тихо пробормотал, скорее себе, чем Тэхёну:       — I wanna be a rap star…       Край его губ дрогнул в усмешке.       — Забавно звучит.       Тэхён прислонился к столу, сложив руки на груди.       — Почему?       Юнги пожал плечами.       — Потому что когда-то это звучало как план.       Он нажал пару клавиш, прокрутил дорожку назад и тихо добавил:       — I wanna be the top.       Тэхён внимательно посмотрел на него.       — Когда ты это писал, ты звучал счастливее.       Юнги тихо фыркнул.       — Конечно. Я тогда ещё не знал, что на самом деле значит «the top».       — И что же?       Юнги на секунду задумался, будто перебирая слова.       Потом пожал плечами.       — Очень много людей, которые вдруг уверены, что знают, как тебе жить.       Тэхён чуть улыбнулся.       — Твои родители были первыми.       Юнги закатил глаза.       — Они хотя бы были честными.       Он снова перевёл взгляд на экран и почти шёпотом произнёс:       — I wanna be rich…       Потом тихо усмехнулся.       — Вот это, кстати, до сих пор звучит неплохо.       Тэхён покачал головой.       — Ты всегда говорил это так, будто речь вовсе не о деньгах.       Юнги прищурился.       — А о чём тогда?       Тэхён немного подумал, будто пробуя мысль на вкус.       — О свободе.       Юнги ничего не ответил.       Он просто снова запустил трек. Бит медленно заполнил комнату, как тёплый гул работающего двигателя. Несколько секунд они слушали его молча.       Потом Юнги тихо добавил, не отрывая взгляда от экрана:       — I wanna be the king.       Тэхён хмыкнул.       — Скромно.       Юнги усмехнулся.       — Я никогда не говорил, что я скромный.       Тэхён посмотрел на него внимательнее.       — Нет.       Короткая пауза.       — Но ты всегда звучал уверенно.       Юнги остановил трек. Бит оборвался, и студия снова погрузилась в тишину.       — Тогда, — сказал он, всё так же глядя в экран, — легче было говорить об этом всём, чем сейчас.       Тэхён ничего не ответил. Он просто наклонился ближе, обнял Юнги со спины и устроил подбородок у него на плече продолжая смотреть, словно пытаясь понять, где именно между тем «тогда» и этим «сейчас» всё стало тяжелее.

      Тэхён не убрал голову с его плеча.       — Сейчас? — тихо переспросил он.       Юнги фыркнул.       — Не начинай.       — Я даже не начал.       Юнги провёл рукой по лицу и снова запустил трек. Бит медленно развернулся в колонках, как будто кто-то осторожно открывал дверь в комнату, где уже давно никто не был.       Тэхён слушал несколько секунд, потом спокойно сказал:       — Ты ведь не просто так это написал.       Юнги пожал плечами.       — Конечно, не просто так. Люди любят, когда артист страдает.       — Я серьёзно.       — Я тоже.       Тэхён поднял голову. Навис над Юнги, взял его лицо в ладони и слегка запрокинул назад, заставляя смотреть прямо в глаза. Юнги всегда это не любил. Глаза слишком плохо умеют врать.       — Тогда скажи честно.       Юнги не отвернулся.       — Я всегда честен.       — Нет.       Пауза.       — Ты всегда саркастичен.       Юнги тихо усмехнулся.       — Это мой способ быть честным.       Музыка дошла до следующего фрагмента. Юнги тихо пробормотал, почти повторяя за треком:       — My growing shadow…       Он остановился на полуслове.       Тэхён сразу это уловил.       — Что?       Юнги махнул рукой.       — Ничего.       — Нет, договаривай. Ты сейчас ведёшь себя как ребёнок, который разбил мамину любимую вазу и пытается сделать вид, что это не он.       Юнги поморщился.       — My growing shadow swallows me.       Тэхён некоторое время молчал.       Потом спокойно спросил:       — И чья это тень?       Юнги усмехнулся.       — Серьёзно?       — Да.       Юнги повернулся к нему.       — Тэхён, это песня. Она не обязана быть автобиографией. Иногда это просто удачный набор слов.       Тэхён слегка наклонил голову.       — Но обычно в каждой шутке есть доля правды. И в твоих текстах тоже. Эта часть тебя там всё равно есть.       Юнги фыркнул.       — Конечно. Потому что людям нравится думать, что они всё понимают и умеют читать между строк. Как будто там спрятан какой-то сакральный смысл.       — Я не «люди». Я не твои фанаты и не музыкальный критик.       Юнги на секунду замолчал. Потом отвернулся обратно к экрану.       Тэхён тихо продолжил:       — Ты поёшь так, будто тебя эта тень догоняет.       Юнги усмехнулся.       — Она называется «ответственность».       — Нет.       — Слава?       — Тоже нет.       Юнги посмотрел на него через плечо.       — Тогда что?              Тэхён немного подумал. Потом сказал:       — Похоже на страх.       Юнги закатил глаза.       — Отлично. Теперь у меня ещё и психолог дома.       Тэхён спокойно выдержал его взгляд.       — Ты сам написал эту строчку.       Юнги фыркнул.       — И что?       — Значит, она откуда-то взялась.       Юнги пару секунд молчал. Потом тихо сказал:       — Когда ты пишешь музыку достаточно долго, строчки иногда просто появляются.       Тэхён слегка наклонился ближе.       — Нет. Не в твоём случае, Мин Юнги.       Помолчал и добавил:       — Они появляются, когда ты перестаёшь их прятать.       Юнги на секунду замер. Потом резко нажал пробел. Музыка оборвалась.       Тишина в студии стала почти тяжёлой.       Юнги тихо усмехнулся, развернулся к стоящему позади Тэхёну. Он протянул руку, взял его ладонь и поцеловал внутреннюю сторону запястья. Потом подтянул ближе, обхватил за талию и на секунду прижался лбом к его животу.       — Знаешь, что самое опасное в том, что ты со мной столько лет?       Тэхён поднял бровь.       — Что?       Юнги посмотрел на него снизу вверх.       — Ты слишком много помнишь. И слишком хорошо меня знаешь.       Тэхён усмехнулся.       — Кто-то же должен.       Юнги тихо хмыкнул и снова повернулся к монитору, будто разговор его не особенно трогал, а всё происходящее — так, фоновый шум.       — Отлично. Тогда скажи, что именно я, по твоему мнению, тут переживаю?       Тэхён не ответил сразу. Он лишь немного наклонил голову и кивнул в сторону экрана, как будто ответ и так лежал перед ними, подсвеченный холодным светом монитора.       — Ты слушаешь этот кусок уже час.       — Полтора.       — Не принципиально.       Юнги скептически прищурился, будто пытался решить, стоит ли вообще продолжать этот разговор.       — И?       Тэхён чуть наклонился к пульту, опершись локтем о край стола.       — Каждый раз ты останавливаешь его в одном и том же месте.       Юнги промолчал. Несколько секунд в комнате слышался только зацикленный отрывок трека.       — Потому что он звучит неправильно, — сказал он наконец.       — Нет.       Юнги тихо усмехнулся, коротко и почти лениво.       — Конечно, нет. Ты же лучше знаешь.       Он медленно повернул голову.       — Тэхён.       — Мм?       — Ты сейчас очень близок к тому, чтобы испортить мне ночь.       Тэхён даже не моргнул.       — Эта строчка тебя задевает.       Юнги тихо фыркнул.       — Какая именно?       Тэхён кивнул в сторону дорожки.       — Про тень.       Юнги несколько секунд просто смотрел на него, будто прикидывал, серьёзно тот сейчас или снова играет в доморощенного психоаналитика. Потом уголок его губ дёрнулся.       — Это называется «концепция песни».       — Нет.       Тэхён покачал головой.       — Это звучит как признание.       Юнги коротко рассмеялся.       — Отлично. Значит, я признался в чём-то, о чём сам даже не в курсе.       Юнги ткнул пальцем в монитор.       — Это просто трек, прилипала. Повторюсь: удачный набор слов, который идеально ложится на музыку.       — Юнги…       — Про тень. Про давление. Про сцену. Про славу. Про всё это дерьмо вокруг. И хватит уже искать там потайной смысл. Никакого двойного дна.       Тэхён покачал головой.       — Ты правда думаешь, что это про сцену и славу?       Юнги посмотрел на него через плечо.       — А про что ещё? Боже, Тэхён, я правда устал. Я хочу закончить.       Тэхён на секунду задумался. Потом сказал спокойно:       — Это песня про страх. Твой страх.       Юнги коротко рассмеялся.       — Отлично. Спасибо за анализ.       Он снова отвернулся к экрану и пробормотал:       — Надо было брать деньги за консультацию.       Тэхён ничего не ответил.       Несколько секунд в студии слышалось только тихое гудение компьютера.       Потом он просто коснулся пальцем старых наушников, лежащих рядом с клавиатурой.       — Помнишь их?       Юнги бросил быстрый взгляд.       — Конечно. Я пока не страдаю провалами в памяти, дорогой.       — Помнишь тот вечер на крыше?       Юнги устало потёр лицо ладонями. — Тэхён… я на грани того, чтоб выгнать тебя из студии.       — Ты тогда дал мне их. И сказал одну вещь.       Юнги медленно выдохнул.       — Если это очередной урок жизни, то дверь там, — сказал он и ткнул пальцем в сторону выхода.       Тэхён развернул его к себе и внимательно посмотрел в глаза.       — Ты сказал: главное — не начать бояться писать честно.       Юнги замер.       Тишина снова повисла между ними.       Тэхён взял старую пару наушников и вложил их в руку Юнги.       — И именно потому что этот трек честный и настоящий, этот кусок тебя так раздражает.       Юнги медленно сжал наушники в ладони и несколько секунд просто смотрел на него. Потом тихо усмехнулся.       — Вау.       Он медленно повернулся обратно к экрану.       — Спасибо за поддержку.       — Я не…       — Нет, правда. Очень воодушевляет.       — Я тут, знаешь ли, пытаюсь закончить песню, — добавил он сухо.— А ты решил устроить сеанс психотерапии.       Тэхён даже не попытался повысить голос.       — Я просто слушаю и анализирую.       Юнги коротко хмыкнул, не оборачиваясь.       — Тогда слушай молча или уходи.

***

      Юнги смотрел на монитор, но уже почти не различал дорожки трека.       Слова Тэхёна всё ещё висели где-то между ними в воздухе. Тихие, спокойные. И от этого ещё более болезненные. Этот любимый засранец снова оказался прав.       Юнги медленно провёл рукой по лицу.       Дело было не в сцене. Не в деньгах. Даже не в славе.       Он боялся другого.       Что однажды за всей этой тенью — успеха, ожиданий, чужих голосов — потеряет себя. Того самого упрямого парня, который когда-то сидел на крыше в Тэгу и писал биты просто потому, что иначе не мог.       И этот трек вытаскивал всё наружу.       Юнги опустил взгляд.       Тэхён молча сидел на диване позади него. После их разговора он не сказал ни слова. Просто сел, слегка опустив плечи, и смотрел куда-то в сторону.       Ему было больно. Но он не осуждал.       Юнги это чувствовал.       Он медленно сжал в руке старые наушники. Пластик всё ещё хранил тепло ладоней Тэхёна. Несколько секунд Юнги просто держал их в руках.       Потом вставил штекер в разъём и надел наушники. Закрыл глаза. И откинулся в кресле.       Трек заиграл.       Он пропустил его через себя снова. Как электрический разряд, который проходит по позвоночнику и оседает где-то глубоко под рёбрами.       Бит нарастал.       Голос звучал ближе, чем раньше.       Юнги слушал и вдруг понял: спор в этой песне никогда не был с миром.       Он был с самим собой.       С той самой тенью.       Не врагом.       А частью.       Будто голос из трека говорил ему прямо:       ты — это я.       И как бы ты ни пытался убежать, мы всё равно столкнёмся.       Юнги тихо выдохнул.       Тень не собиралась ломать его. Она просто существовала рядом.       И всё, что от него требовалось — перестать делать вид, что её нет.       Музыка дошла до конца куплета. Юнги открыл глаза.       Несколько секунд он просто смотрел на экран. Потом быстро потянулся к клавиатуре. Пара движений.       Последняя строка.       Сохранить.       Он вытащил наушники и повернулся.       Тэхён всё ещё сидел на диване.       Юнги протянул руку.       — Иди сюда.       Тэхён поднял на него взгляд. Несколько секунд смотрел, будто проверяя, правда ли это.       Потом встал. Подошёл. И привычным движением перекинул ногу через бедро Юнги, садясь к нему на колени лицом к лицу.       Юнги вставил один наушник себе в ухо. Второй — Тэхёну.       Нажал пробел. Трек заиграл снова.       Они слушали молча.       Юнги слегка наклонился вперёд, и их лбы соприкоснулись. Музыка медленно разворачивалась между ними.       Когда она закончилась, в студии снова стало тихо.       Юнги открыл глаза. Посмотрел прямо на Тэхёна и тихо сказал:       — Парень из Тэгу всё ещё здесь.       Тэхён почти незаметно улыбнулся. Он провёл пальцами по волосам Юнги, мягко зарываясь в них.       — Я знаю.       И поцеловал его. Сначала осторожно, будто проверяя настроение. Губы коснулись губ мягко, почти невесомо. Юнги на секунду замер, а потом ответил, чуть крепче притянув Тэхёна к себе за талию.       Поцелуй стал глубже, но всё ещё медленным, тёплым. Не жадным, не торопливым, а скорее таким, в котором больше тишины, чем страсти.       Тэхён тихо выдохнул ему в губы и провёл ладонью по затылку Юнги, перебирая короткие пряди. Юнги скользнул пальцами по его спине, словно убеждаясь, что они оба действительно здесь.       И на несколько секунд весь мир сузился до этого спокойного дыхания между ними.       Юнги закрыл глаза.       И где-то очень далеко, в памяти, снова появилась тёплая крыша в Тэгу. Один старый наушник на двоих и бит, который звучал так, будто впереди целая жизнь.       И теперь Юнги точно знал одну вещь.       Ты — это я.       А я — это ты.       Тень никуда не делась.       Но и он тоже.

***

P.S. 10 января 2020 года вышел камбэк-трейлер «Interlude: Shadow». «Yeah, I’m you, you are me — now you know»