Весенний полет Черных птиц.

Pov. Олег. Во всем виноват Арти, и это сомнению не подлежит, черт возьми. Этот строптивый малолетка давно мне кровь сворачивал, со своими сверх оригинальными идеями, но по мелочи, и такому талантливому танцору это вполне можно было простить, поэтому я терпел: понимаю я все насчёт ПТСР, вызванного воспоминаниями жизни об отце, такое не забывается. После нашей судьбоносной встречи на шоссе прошло примерно полгода. За это время жизнь мальчишек изменилась целиком и полностью, никто никогда не подумал бы, что когда-то избитые они дрожали в машине на обочине трассы. Георгий пацанов принял с распростёртыми объятиями, его жена Марина оказалась женщиной душевной, пацанов взяла под свое крыло, отогревать начала, трудно было: они ж сначала на зверьков загнанных были похожи, но детская психика ( а пацаны, несмотря на возраст, были детьми) очень пластична, и сейчас они почти забыли все ужасы прошлого. Опекун их нерадивый пару раз пытался дернуться, звонил Георгию и требовал пацанов вернуть, грозил опекой, только обломался. Георг не в белый свет сбежал, а к отцу родному, Алико взрослый совсем, да и Арти совсем немного до совершеннолетия осталось, какая нахрен опека? Сейчас Алико у Георгия на фирме работает; Георг учится в школе, хоть пока и онлайн, и наслаждается детством и общением с Костей; ну, а Арти танцует у меня в театре. Откуда я знаю обо всем этом в таких подробностях? Ну, так я ж сосед Георгия. Знаю его семью хорошо и очень давно, ещё моя мать непутёвая с Гошей в одном классе училась. Не, ну а что, вы думали оборотни в школу не ходят? Ходят, да ещё и как. И в универе мы учимся, чтоб вы знали. В тот вечер я пацанов привез к Гоше, и поехал по своим делам, не думая даже, что когда-то увижу их вновь, несмотря на соседство, пересекались мы редко, я вообще в родные пенаты почти не заглядываю, живу, можно сказать, в клубе. Пару месяцев мы реально не встречались, а потом, уже под Новый год мне понадобился костюм Деда Мороза, и я приехал домой очень рано, около шести. И увидел на крытой веранде Гоши танцующего Арти. О, боги Луны, зрелище было настолько фантастическим, что я про все забыл: и про костюм, и про то, что меня Лешка, хореограф нашей новогодней постановы, уже третий час в зале ждёт... Для меня мир сузился до огромного окна напротив и мальчишки, танцующего на подоконнике. Естественно, чуть позже я преодолел оторопь и ринулся знакомится. Про случай на трассе я давным-давно забыл, а потому Арти даже и не узнал: там, в ночи, напуганный и избитый, он был совсем другим, зато сейчас... На меня смотрел очень красивый и уверенный в себе парень с тонким, нервным лицом, пухлыми чувственными губами и огромными глазами. Я сразу понял, что мальчишка как нельзя лучше подходит на главную роль в моей постановке, и тут же сообщил ему об этом. Не, а кому, собственно говоря, от этого плохо? Я всегда был таким, спонтанным и не умеющим ждать, решения принимаю быстро и никогда об этом не жалею. Ну а что, жизнь у нас одна и жить её надо здесь и сейчас, не откладывая ничего на завтра. Многие меня не понимают, но, к счастью, у Арти принципы были аналогичными, и он мгновенно согласился. На данный момент он работает на меня уже третий месяц, и иногда я думаю, что испытываю к нему не только профессиональный интерес. Но сейчас речь идёт не о моих чувствах к нему, вернее, не совсем и не только о них. Я рассказывать начал о той ситуации, в которую мы, благодаря этому чуду попали. А ситуация прямо скажем неоднозначная. Прямо сейчас Арти сидит у меня на коленях и насмешливо смотрит в глаза, положив голову мне на плечо, а его длинные волосы, свободные от резинок, струятся по моим плечам. Что происходит? Наш Арти решил поиграть в Купидона. Ну, может, не совсем в Купидона: Ромка и Лешка друг другу и так небезразличны, скорее Арти решил показать им прелести любви, так сказать. Если кто ещё не понял, что происходит, сейчас объясню подробности. Как вы уже наверное знаете, я хореограф танцевального театра "Черные птицы", и пусть работаем мы в основном по стрип клубам, значимости нашего коллектива это нисколько не умаляет. Стрип ценился во все времена, и не всегда это пошлость. Этот жанр тоже можно подать красиво, и номера можно ставить концептуальные, был бы талант и желание. И того и другого у меня с избытком. Танцовщиков я в коллектив подбираю под себя: молодых и талантливых, способных выйти за рамки, творить неожиданное и, естественно, расти как профессионалы. Моим помощником, младшим хореографом работает уже несколько лет Лешка Алифиренко, по прозвищу Воробышек, двадцатилетний худенький брюнет с озорными глазами и вечно встрепанной прической. Он классный, но крайне нелюдимый, и на моей памяти романов на работе никогда не заводил, пока я не нанял танцовщика из конкурирующей организации по имени Рома. Высокий харизматичный парень сразу выделился экзотической красотой ( у него были индийские корни) и строптивым характером. Со мной он не конфликтовал никогда, знал, кто ему платит зарплату, а вот с Лешкой мигом цапаться начал. С чего начался их конфликт я лично не понял, но несколько месяцев они друг друга яро ненавидели, и меня это стало бесить. Однажды я не выдержал, наорал на обоих и унесся из зала пить кофе, надо мне было нервы успокоить. В кафе я увидел Арти, который мирно полдничал тортиком со сгущенкой, и подсел к нему. -- Что с вами? -- удивлённо спросил он. -- Вы какой-то нервный. Ещё б мне нервным не быть. И Алексей и Рома мне нравились, работали они идеально, и терять кого-то из них мне не хотелось. Как, черт возьми, их помирить, ведь всегда у меня в театре было спокойно, удавалось как-то избегать конфликтов и на тебе, нарвался! Я обычно никогда ни с кем не откровенничаю, но в тот момент был слишком зол, а потому рассказал Арти все, что меня тревожит. В глазах у мальчишки зажглись озорные огоньки. -- Ненавидят друг друга, говорите, -- улыбнулся он. -- Как бы не так. Я лично считаю, что у них роман, вот только они скрывают это. Роман? У Ромки с Лёшей? Первую секунду я, честное слово, думал, что он шутит, а потом я призадумался. Действительно, странновато выглядели их отношения. Иногда казалось, что парни готовы убить друг друга, а иногда я видел их вполне себе мирно воркующих где нибудь в кафе. А еще один раз я видел, как Лешка лежал в зале на матах, а над ним навис Ромка и вроде бы собирался его поцеловать. Ситуация была крайне пикантной, но Лешка меня заметил, и мигом совершив обманное движение, освободился из Ромкиного захвата. -- Никогда, слышишь, ты больше меня не тронешь! -- рявкнул он на Ромку. И вроде, все было как обычно, но теперь мне в его интонациях чудилась фальшь. Ох уж эти парни! Никогда мне не было дела до чужих взаимоотношений, а тут... Но конфликт никак не утихал, и я понял: надо что-то делать. Если так пойдет и дальше, мне придется выбирать кого-то одного, работать в таком базаре я не смогу, но делать этого мне не хотелось категорически. Кстати, я и сам не успел заметить, как сблизился с Арти. Теперь уже я думал о том, что делать не один, а Арти. И да, похоже, он действительно был прав: между Ромкой и Лёшей что-то есть, но нас не пытаются обмануть, у них действительно крайне странный формат отношений, так называемая любовь-ненависть. Вот они чуть ли не обнимаются на сцене под бурные аплодисменты зрителей, причем делают это искренне, а вот уже сыпят оскорблениями, и ощущение такое, что ещё немного и у нас в театре будет труп. Нет уж, хватит! Я решил прямо поговорить с ними, поставить, так сказать, ультиматум, на работе работать надо, а не отношения выяснять, но Арти предложил кое-что другое. -- А смысл с ними разговаривать? -- пожал он плечами. Я лично его не вижу. Лучше показать им, как это красиво, служебный роман. -- Что? -- у меня аж глаз от удивления дернулся, -- ты сейчас серьезно? Какой нахрен служебный роман? Нет, я как бы не считаю романы на службе чем-то постыдным, никогда ведь не знаешь, где могут настичь чувства, но сейчас парочек в театре нет, точнее, есть несколько пар, но они встречаются уже давно, живут вместе, и, на мой взгляд, уже никак не подходят под определение служебный роман. Я сказал об этом Арти и тут он вдруг выдал. -- Ну, как это нет парочек, подходящих под определение, а мы? -- Да в смысле?! -- у меня аж челюсть упала. -- Арти, ты с ума сошел! Какой ещё нахрен роман? Ты мне фиктивные отношения предлагаешь? -- Ну, можно, конечно, и так сказать, -- улыбнулся этот несносный красавчик, глянув загадочно, -- но я лично назвал бы это репетицией. В конце концов, скоро мы начинаем репетировать постановку, про любовь в нулевых, "Весенний полет", где мы играем возлюбленных, верно? Так между нами искра должна быть, чувства достоверные. По-другому-то никак, зритель не поверит, хоть и ходят к нам на спектакли отнюдь не Станиславские. Пришлось признать его правоту касательно необходимости репетиций. Сам не знаю, почему на это подписался, но мне вдруг захотелось... Подойти к Арти, поцеловать его, провести пальцем по щеке, запутаться рукой в непослушных волосах, вдохнуть его запах... В общем, я на безумную аферу согласился -- и понеслось. В понедельник я у всех на глазах подарил Арти симпатичного танцующего дракончика; во вторник мы вместе демонстративно удалились на обед, и остаток дня Арти таскался по театру с корзинкой клубники в шоколаде, угощая всех желающих; в среду уехали с работы на моей машине. А ещё поцелуи в щёчку и обнимашки в углу... И вот две недели спустя он сидит на моих коленях и с лёгкой улыбкой косится на Воробышка и Ромку, мило воркующих у окна. Я не знаю, конечно, помог ли им преодолеть какие-то внутренние комплексы наш показной роман или просто в голове что-то щелкнуло в нужный момент, но наконец-то про ненависть они забыли, больше не скандалят, и в театре наконец- то воцарился покой. Это ли не счастье? - Олеж, мне тебе сказать кое-что надо... Голос Арти, тихий и какой-то сейчас застенчивый, заставил меня вернуться в реальность и насторожиться. Черт, что случилось, он выглядит как потерявшийся среди шумной улицы котенок, это ему абсолютно не свойственно, и я всерьез заволновался. Это, черт возьми, очень нехороший признак! Неужели Арти встретил настоящую любовь и хочет от меня уйти? Нет, я к такому не готов, я не хочу снова остаться один! Эта мысль в голову пришла абсолютно спонтанно, и я знатно охренел. Вот тебе и фиктивные отношения, блядь. Но как бы там ни было, все, что сейчас скажет Арти, я приму достойно: ни один уважающий себя оборотень не станет принуждать партнёра продолжать отношения, мы слишком уважаем любовь, это наша заводская, так сказать, настройка. -- Да, -- достаточно сухо, (ну, вот так, не справился чутка с собой, что ж поделать) сказал я, -- внимательно слушаю. Что ты хотел обсудить? -- Ты сердишься на меня за что-то? -- мгновенно насторожился Арти. Выглядел он настолько мило и обеспокоенно, что я тут же смягчился. Что это я в самом деле? Все же хорошо, главное, чтобы он был счастлив. -- Конечно, нет, -- улыбнулся я, -- все хорошо, рассказывай, что тебя беспокоит? -- Меня беспокоит то, что ты мой соул, -- неожиданно всхлипнул Арти, -- и я не знаю, как ты у этому отнесёшься. Ты ж у нас брутальный оборотень и все дела. Я тебе по статусу не подхожу! Моя челюсть отвалилась и плавно встретилась с полом. Соул?! Это блядь как?! -- Арти, маленький, ты о чем сейчас говоришь? Мы когда успели-то? -- Вчера, на вечеринке в честь того, что мы спонсоров для постановки нашли, --опять хлюпнул носом Арти. -- Ты тогда выпил и не помнишь ничего. Мы с тобой целовались на веранде, и ты вдруг закричал, а потом и я орать от боли начал. Больно было так, что мы отключились, а очнулся я первым. Когда к зеркалу подошёл, поглядеть отчего так спина болит, то естественно ничего не увидел, я ж не сова, чтоб так головой вертеть. Пришлось сфоткать спину и я сразу понял, что у нас с тобой знаки проявились. К тебе подошёл, ну точно, твой дракон обзавелся подружкой. Я целый день мучался, не знал как тебе сказать... Я рванул к зеркалу. Ну да, боль я помню, но она так быстро растворилась... Да как же так получилось-то? И да, малыш прав. У меня на спине масштабная тату: изящный черный дракон, это действительно красиво и стильно, можно даже сказать высокохудожественно, и он, действительно, обзавелся подружкой, на его плече обнаружилась миленькая черная птица. Ну, кто бы, собственно, сомневался. И у Арти на спине точно такая же, я уже проверил. Вот это мы поиграли в фиктивные отношения, да так удачно что стали соулами. Жалею ли я об этом? Нет. Мне реально надоело быть одному, к Арти я испытываю искренние чувства, а значит, все просто отлично. -- Я люблю тебя, -- тихо прошептал я и поцеловал Арти. -- И я рад, что нашел тебя, малыш. Теперь мы сможем станцевать настоящую любовь, и полет наших птиц станет по-настоящему весенним.