О маленьких монстрах и людях

Буцума застонал, зевнул и заерзал, пытаясь приблизиться к живому аду, разделявшему с ним постель. Он не помнил, как заснул, или как заснул с кем-то (о боги, если бы он хоть с кем-нибудь пофлиртовал, Старейшины никогда бы не оставили его одного...), а это означало, что он очень устал. В то же время он не помнил, чтобы когда-либо был так хорошо отдохнувшим после смерти жены. Он уткнулся лицом в грудь своего соседа по постели и тихонько похрапывал. Хм... плоская грудь... Он начал ощупывать человека рядом с собой, не желая пока открывать глаза. Плоская грудь, сильные и жилистые мышцы... Да, определенно мужчина. Кто, черт возьми, это мог быть? Потому что он действительно ничего не помнил после того, как выпил чай, который дал ему Хаширама. Он выпрямился, опираясь на локоть, и неохотно открыл глаза. И он чуть не проглотил язык. Рядом с ним, крепко спящим, одетым лишь в слишком приличную юкату и простые черные штаны, лежал Тадзима Учиха. Он переспал с Тадзимой Учихой! Своим заклятым врагом и проклятием всей его жизни! (и он даже не помнил об этом...) Буцума, закричав, упал с кровати, тяжело приземлился на ягодицы и разбил стол. ************ Тадзима проснулся от крика. Резко открыв глаза, он выпрямился на кровати (когда он вообще ложился в постель? Когда он вообще засыпал?), готовый нанести удар. И вдруг его мозг перестал нормально функционировать. Потому что на полу перед ним лежал Буцума Сенджу в повседневной одежде (и, черт возьми, он никогда не видел его в доспехах, но у этого человека было довольно внушительное телосложение), смотрящий на него так, словно увидел призрака. — Что ты здесь делаешь? — выпалил Тадзима. — А ТЫ здесь делаешь?!!! — взвизгнул Буцума. Ой, он думал, что только Учиха способны достичь такой громкости. — Это мой вопрос, Сенджу! Что ты делаешь в моей комнате? — Это моя комната! — Нет, это..! Подожди... Учиха огляделся, нахмурившись от сосредоточения. Это была не его комната. На самом деле, это больше походило на номер в гостинице для молодоженов, только этот был запечатан наглухо, вероятно, чтобы тот, кто находился внутри, не смог выбраться. — Это не моя комната, — тупо сказал он. Буцума пришел к тому же выводу. — Что за хрень... Когда он уже собирался обрушить на них шквал ругательств, их прервал стук в стену. - Отец ? Голос доносился с другой стороны стены. Буцума сразу узнал его. Он подбежал к стене и прижался к ней ухом, под равнодушным и любопытным взглядом Тадзимы. — Тобирама! Я здесь, мальчик! Можешь что-нибудь сделать, чтобы вытащить меня отсюда?! — Нет. — Что?! Почему?! — Отец, пожалуйста, посмотри на стол. Ошеломлённый, Буцума сделал, как ему было сказано. На столе действительно лежал листок бумаги. Он взял его, и, читая, Тадзима увидел, как лицо Сенджу претерпело впечатляющее множество цветов, прежде чем остановиться на ярко-фиолетовом. Он отбросил листок бумаги и бросился кричать на стену. — Тобирама Сенджу! Ты будешь наказан до конца своей жизни, молодой человек!! Заинтригованный, Тадзима взял бумагу и прочитал её. Увидев слова «свидетельство о браке» и свою подпись, а также подпись Буцумы, он отчётливо почувствовал, как у него лопнула вена на виске. Эти мелкие засранцы! Присоединившись к Буцуме у стены, он начал кричать в истинном стиле клана Учиха. - МАДАРА !!! ИЗУНА !!! Я ЗНАЮ, ЧТО ВЫ ЗДЕСЬ, МАЛЕНЬКИЕ УБЛЮДКИ !!!! ВЫТАЩИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА, ИЛИ КЛЯНУСЬ НИМИ !!! На несколько секунд воцарилась тишина, прежде чем он получил ответ. — Извини, папа, мы пока не можем тебя отсюда вытащить. — Да, старейшины только что получили твое свидетельство о браке. Они думают, что ты сбежал и поженился тайно. Если бы Тадзима был слабее, у него бы тут же случился аневризм. Но поскольку он не был слабее, он начал бессвязно ухмыляться к стене и к группе мелких засранцев, стоявших позади, под восхищенным взглядом Буцумы. Черт, у Учихи действительно были неплохие легкие. — Да, извините, отец, Учиха-сама, — повторил Тобирама, — они обсуждают условия мира. Так что пока вы оставайтесь здесь. Не пытайтесь пройти через печати, это не получится. — О да?!!! — Да. Тадзима невольно признался, что у мальчика стальные нервы. — И что же нам делать?!!! — Не знаю… наверное, делать, как делают женатые люди… При этих словах Тадзима перестал кричать. Он повернулся к Буцуме и быстро окинул его взглядом. Уголки его губ приподнялись. Что ж, это может быть хорошей идеей. Эти мелкие ублюдки даже не представляют, что их ждет. Он схватил Буцуму за воротник юкаты. — Муж, скажи мне, ты не против немного отомстить по старинке? Буцума усмехнулся и кивнул. — Хорошо. Трахни меня как следует у этой стены. Насколько я знаю, дети ненавидят знать, что их родители занимаются сексом. ************ Раздался громкий шум, словно что-то толкнули о стену, затем послышались влажные и хлюпающие звуки, а потом стоны. Тобирама поднял бровь, недоумевая, что происходит. Изуна покраснел, Мадара застыл, не дыша, а Хаширама по краям позеленел. — Что они делают? — искренне поинтересовался Тобирама. Мадара начал хрипеть. ************ — Думаешь, с них достаточно? — спросил Буцума у запыхавшегося Тадзимы. Учиха прижался к стене, его сильные ноги обхватили талию Буцумы, а губы распухли от поцелуев. Он ухмыльнулся. — Нет. Продолжайте. Я хочу, чтобы они получили травму на всю жизнь, чтобы больше никогда не вытворяли ничего подобного. ************ Странные звуки продолжались уже несколько часов, и Тобирама был очень заинтригован. Это были не звуки боли, поэтому он предположил, что они не дерутся, но он никак не мог понять, что они делают, а остальные не хотели отвечать на его вопросы. Хаширама сидел в углу, обняв колени, слегка покачиваясь и повторяя одну и ту же фразу: «Я ничего не слышу, я ничего не слышу». Мадара тихо плакал (из-за потери своей невинности, но Тобирама этого не знал). Изуна, по-видимому, пытался утопиться в чайнике, но пока безуспешно. Раздражённый Тобирама уже собирался в двадцать четвёртый раз спросить, что они делают, когда почувствовал, как клон, оставленный им у Старейшин, исчез. Воспоминания пронеслись по его телу. — Ах, хорошие новости, мир воцарился! Я их выпущу. В ответ он услышал лишь тихий стон Хаширамы. Пожав плечами, Тобирама постучал по стене. — Отец! Учиха-сама! Старейшины пришли к соглашению. Я отпускаю тебя. ************ — Этот, похоже, не травмирован... — Да... Тоби — настоящий гений, но я почти уверена, что он понятия не имеет, что такое секс... ************ Когда два главы кланов вышли из комнаты, покрытые засосами и наспех одетые, они обнаружили своего старшего брата, сбившегося с ног в углу и выглядевшего так, словно их души покинули тела: Изуна наполовину погрузил голову в чайник, а Тобирама, стоя на цыпочках, чтобы казаться выше, критически их разглядывал. — Что ты делал? — с любопытством спросил он. — Спроси у своих братьев, — ответил Тадзима с акульей улыбкой. Мадара начал рыдать. ************ — Итак..! — сказал Тадзима, — у нас мир... — Да, — ответил Тобирама. Буцума что-то прошептал на ухо Учихе, отчего тот вдруг еще шире улыбнулся. — Отлично! Дети, мы отправляемся в свадебное путешествие! Веселитесь, управляя кланами в наше отсутствие! И вот так, внезапно, они ушли, рука Буцумы лежала на плечах Тадзимы, а Тадзима бесстыдно лапал ягодицы Сенджу. Изуна потерял сознание. — Ну, — сказал Тобирама после их ухода, — могло быть и хуже... ************ Два месяца спустя. Медовый месяц был веселым, Тадзима должен был это признать. Они путешествовали по Стране Огня, провели чудесную неделю в Стране Горячих Источников, убивали всяких ублюдков и много занимались страстным сексом (Ура выносливости Сенджу!!). Возможно, вся эта история с браком была не такой уж плохой идеей. И вот они возвращались домой, чтобы посмотреть, как их дорогие (сарказм, сарказм, его старый друг) дети пережили эти два месяца без них. По всей видимости, у них неплохо получилось, потому что на месте своих старых убежищ они обнаружили чертову деревню ниндзя. — Эти мелкие засранцы, — простонал Тадзима.