Право сильного

В холле, рядом с кованой стойкой для зонтов и тростей стоял домовой эльф. Он был довольно стар, и весь его облик говорил о весьма жалком состоянии, в котором он пребывал, судя по всему, довольно долгое время. Увидев входящего Люциуса, он очень низко поклонился. – Господин Малфой, ничтожный Никс просит прощения, что оторвал вас от важных дел. Люциус, остановившись напротив гостя на некотором отдалении, рассматривал его, опираясь на трость. – Что привело тебя сюда, Никс? И почему только сейчас? Осознавая обоснованность вопроса относительно его «запоздалого» появления, эльф задрожал и упал на колени. – Господин Малфой, медлительный, нерасторопный Никс никак не мог прийти быстрее, как бы ни старался. Глупый Никс думал, что господин Драко продолжает находиться в приюте, куда его привёл сам презренный Никс. – Так, значит, это ты поместил моего племянника в это отвратительное место, – медленно произнёс Люциус, недобро прищурившись. – А я-то всё гадал, кого я должен благодарить за столь «чудесный» выбор места для юного Малфоя? – Старый, убогий Никс виноват! Но он сделал так, как повелела перед смертью госпожа Нарцисса!.. – Так ты… присутствовал при её смерти и ничего не сделал? – с ледяной яростью тихо спросил Люциус. – Говори, как всё было. – Недостойный Никс должен был быстро усыпить господина Драко и унести туда, где его точно не найдут… – тут он издал какой-то странный булькающий звук, испуганно выпучил глаза и замолчал. – Что такое? Нет сил от страха произнести имена негодяев, убивших моего кузена и его жену? – с явно сквозящим в голосе презрением спросил Люциус. – Господин Люциус, накажите трусливого Никса, но он не в силах произнести… – И снова издал тот же странный звук. – Понял. Заклинание неразглашения, – уже спокойнее сказал Малфой. – Не думал, что оно действует и на эльфов. – Вместо ответа Никс молча стукнулся об пол. – Что было дальше? – Безголовый Никс видел, как спящему господину Драко поставили «прививку лояльности», забрав у ненужного Никса сундучок с бумагами, которые помогли бы в будущем господину Драко восстановить и подтвердить его права на наследование… – Поместья, которого уже не существует, – жёстко закончил за него Люциус. Эльф закрыл глаза и залился слезами. – Господин Люциус, накажите никчёмного Никса! Он так старался уберечь и скрыть господина Драко, а вместо этого… – А вместо этого у него амнезия. – Что?.. – удивлённо поднял голову старый эльф. – Он не помнит. Ничего. И тебя и твоё «старание» в том числе, – безжалостно пояснил Малфой. Никс снова начал рыдать и биться головой об пол. – О горе! Какое горе! Безмозглый Никс не этого хотел! Не этого!.. – Прекрати, – брезгливо приказал Малфой. – Теперь он в безопасности. В своём истинном доме. Поэтому отвечай: какова цель твоего визита сюда, эльф? Что ты ещё планируешь испортить? Услышав прямой приказ господина, Никс задрожал, разрываясь между желанием казнить и корить себя и стремлением выполнить требуемое. – Никс пришёл отдать то, что доверила ему на хранение госпожа Нарцисса. Это принадлежит роду Малфой. С этими словами он склонил голову и вытянул перед Люциусом раскрытые ладони, на которых материализовалась небольшая шкатулка. Люциус бросил короткий взгляд на неё, затем на Никса, всё ещё дрожащего на коленях. – Лула, – негромко позвал он. Домовушка возникла с тихим хлопком. – Пригласи сюда моего племянника. И позови Северуса, пусть поднимется в гостиную, когда освободится. Лула кивнула и исчезла. Вскоре в холле появился Драко – настороженный, но старающийся держаться с достоинством. Его взгляд скользнул по Никсу, замер на шкатулке, затем вопросительно остановился на Люциусе. – Подойди, – тихо сказал Люциус. – Это твоё. То, что твоя мать велела сохранить для тебя. На миг глаза Драко широко распахнулись, но он тут же взял себя в руки и шагнул вперёд. Никс почтительно открыл шкатулку. Внутри, на бархатной чёрной подушечке покоился тяжёлый серебряный перстень с большим тёмным сине-зелёным камнем. Драко протянул руку, но едва его пальцы коснулись перстня, как он тут же отдёрнул их, вскрикнув от боли и неожиданности. На подушечках проступили красные следы от ожога. – Но почему?.. – выдохнул он, глядя на свои пальцы, а потом – на Малфоя. – Он... он не принимает меня? – в глазах Драко проявились непонимание и паника. Никс жалобно всхлипнул и виновато уткнулся в пол. – Нет, – Люциус нахмурился, его лицо потемнело. – Он не видит в тебе мага. «Прививка лояльности» создала барьер, который артефакт воспринимает как чужеродную пустоту. Он не видит в тебе Малфоя. Драко смотрел на шкатулку со смесью страха и отчаяния. – Значит, я никогда не смогу... это не моё? – Пока нет. Но, я уверен, мы найдём решение, – твёрдо ответил Люциус и чуть мягче добавил: – Идём, тебе надо обработать руку. Скоро подойдёт Северус, возможно, у него будут идеи. С этими словами он взял шкатулку у эльфа, закрыл её и поставил на журнальный столик. А потом повернулся к Никсу: – Ты идёшь с нами. У меня есть ещё вопросы. Когда они скрылись за дверями гостиной, в холле воцарилась тишина.