Пространства между

Она совсем не была похожа на Тадзиму. Тадзима всегда был воплощением озлобленного, мрачного и задумчивого Учихи — всё, что приходило на ум, когда речь шла об Учихе , ассоциировалось именно с Тадзимой. Единственное, чем она была похожа на Тадзиму, это бледность кожи; достаточно бледная, чтобы витилиго иногда было не так заметно. Он и представить не мог, что влюбится в нее, когда, приподняв белую вуаль с ее головного убора, увидел, как она потянулась, чтобы заправить за ухо единственную белую прядь, выбившуюся из ее темных волос. Он знал, на что идет, когда согласился жениться на ней — она была достаточно красива, но ее связи и талант куноичи, ее техника изящества и эффективность в школе тайдзюцу ее клана покорили старейшин гораздо быстрее, чем ее внешность. А Буцума… Буцума знал, что после отказа Тадзимы брака по любви не будет — несмотря на политические интриги, несмотря на хрупкий мир, который можно было бы купить их руками. Поэтому они заключили союз, и она преподнесла вино в дар их предкам и старейшинам. Там, где Тадзима предавалась размышлениям, она смеялась, а там, где Тадзима была ярка скоростью и огнем, она отличалась тщательной точностью. Ее ум был таким же острым, как у Тадзимы, но ее красноречие помогало ей переманивать на свою сторону старейшин, когда она вмешивалась в политику клана. Когда Хаширама родился, она посмеялась над выбранным им именем. «Разве справедливо возлагать судьбу клана на его маленькие плечи? — сказала она. — Он едва может держаться на ногах, не говоря уже о том, чтобы быть опорой». «Тебе очень нравятся просторы», — сказала она, когда родился Тобирама, прижимая его к себе лицом. Именно тогда Буцума посмотрел на маленькое бледное личико своей второй дочери, раскрасневшееся на щеке, и подумал: « О, я люблю её» . «Ему это подходит», — возразил Буцума, потому что это действительно было так — он не мог не думать, что маленький Тобирама добьется больших успехов, как и его мать. Она была не только хорошим дипломатом, но и превосходным учителем. Много лет назад его кузен предупреждал его о женщинах и о том, как они ведут политические интриги внутри себя и между собой — и это было так очевидно, когда он отправлялся в миссии при дворе даймё. В конце концов, многие задания заключались в том, чтобы стравливать придворных дам друг с другом, а самым простым способом убийства всегда был яд в сопровождении милой, алой улыбки. Он думал, что Тадзима, скорее мужчина, чем женщина, избежит всей этой женской политической игры, всех проблем, связанных с женской ревностью. Но она? Дело было не в том, что она не занималась обычной политической игрой, — просто почему-то зависть среди слуг и ожидаемые женские ссоры никогда не случались. Она хорошо ладила с сёстрами Буцумы и взяла к себе племянницу Буцумы, обучив её превосходному владению нагинатой. Превосходный учитель, безупречный дипломат, одинаково меткая как в словах, так и в фехтовании. Как он мог не ожидать от своих детей великих свершений? Когда он назвал Кавараму, она лишь покачала головой. «Это почти ничего не значит», — сказала она, поглаживая маленькую, почти светлую прядь волос Каварамы. «Я назову последнего». «Ты уверена, что Кава-чан не последний?» — спросила Буцума, передавая маленького Кавараму Хашираме, который так хотел подержать на руках своего младшего брата. «Нет», — твердо ответила она, улыбнувшись ему, ее ясные янтарные глаза были полны серьезности. (А может быть... может быть, она всегда знала. Может быть, в ней была кровь прорицательницы.) Потому что она вдохнула в него жизнь, подарив ему Итаму после долгих часов тяжелых и ужасных родов. Итама, пространство реечной платформы, для строительства сухих проходов, для строительства мостов. В конце концов, Итама был её последним ребёнком. И ее смерть стала знаком того, что война между кланами возобновилась. На этот раз не нашлось дипломата, способного урегулировать этот конфликт, и между двумя великими кланами было сокрушено множество могущественных родов. Но Буцума был прав — ведь великий столб мог вырасти и в конце концов вырос, просуществовав долгие годы после его смерти и поддерживая его во многих великих делах... Хорошо. Он был прав, ожидая от её детей больших свершений.