Летопись угасшего солнца

Пока ты меня держишь за руки, у меня ничего не болит. Незадолго до именин класс Сандроне по старой традиции отмечал окончание учебы на турбазе. Она не очень любила туда ездить: с одноклассниками отношения натянутые, общаться толком не с кем. Одна только Синьора, подруга девушки, уговорила ее поехать ради угощений. Впрочем, у самой Дамы, как ту в шутку прозвали другие за характерное поведение, нашлись дела поважнее. Светловолосой быстро стало скучно, чем она поспешила поделиться с Коломбиной. Приятельница в тот момент находилась в художественной школе. Сандроне решила не упускать момент и потихоньку уехать к ней. Девушка уже тогда осознавала свои чувства к Бине, но говорить пока не собиралась. Пожалуй, это был один из теплейших для её души вечеров. Возлюбленная сообщила, что писала очередную картину, но преподавательница позволяла перерывы на час и более, если работа не была срочной. Коломбина принесла чай, и они с кружками разгуливали по территории учебного заведения, пока не остановились в каком-то туалете. Это была комната с белой плиткой, того же цвета стенами и старой грязноватой раковиной. Два унитаза чуть шумели за дверцами кабинок. Своим пристанищем девушки выбрали подоконник с видом на старые здания. Черноволосая, подвинувшись к углу, предложила подруге прилечь на нее. Сандроне была приятно удивлена участившимся прикосновениям, но старалась не позволять себе слишком много. К сожалению, ничего не получилось: она была несколько выше Коломбины, что доставляло обеим дискомфорт. Спутница не растерялась и легла младшую. Той и дышать в тот момент не хотелось: очень страшно спугнуть. Картина так и не была закончена. Попрощавшись, приятельницы разошлись. Агрессии Сандроне, казалось, не было предела. Ее можно даже назвать сосудом для злобы: что дома, что в школе, что среди немногочисленных близких друзей постоянно витала напряженная атмосфера, почти ни минуты покоя. Исчезнуть эти чувства не могли, поэтому они выходили в виде иронических высказываний или пассивно. Тогда Коломбина уже стала одноклассницей своей девушки, и им с Пулонией, лучшим другом светловолосой, приходилось терпеть это. Кто, как не они, должны знать, что Сандроне вовсе не зла. Особенно хорошо девушке подходило определение бури в начале осени: ссоры были обо всем, о чем только возможно. У Бины была любимая черная резинка, напоминавшая собой пружину. Отчего-то ее возлюбленной особенно нравилось держать при себе дорогие сердцу вещи партнёрши и отдавать свои. Но та была другого мнения - ей не хотелось прощаться с резинкой. В конечном счете предмет заплетения волос оказался у владелицы, хотя она уж успела смириться с потерей. Сандроне нельзя назвать интровертом, но иногда ей становилось тошно от постоянно окружавших людей. Это чувство кратковременно: нужно было лишь немного побыть одной. Во время уроков девушки часто сидели, взявшись за руки, поэтому Коломбина, как обычно, протянула свою. Светловолосая не смогла внятно объяснить причину отказа, чем очень огорчила любимую. Когда соседки по парте Сандроне, Арлекино, не было в школе, Бина всегда пересаживалась от Пулонии к ней. В очередной такой «праздник», где-то к середине дня, старшая почему-то осталась на своем месте. Её возлюбленная не оценила простой, как выяснилось позже, забывчивости и позвала к себе Синьору. Спохватившаяся Коломбина находилась в недоумении, светловолосая же хотела выйти в коридор, чтобы немного остыть. Но ей не дали. Сандроне была ошарашена количеством силы в слабых руках ее девушки, не дававшей «сбежать». Когда все устаканивалось, младшая приглашала Бину погулять со своими приятелями: Пьеро, Панталоне, Тартальей, Синьорой и Пулонией. Эти ребята очень любили настольные игры: и мозг развивается, и навыки общения, командной работы значительно повышаются. Игры из разряда «каждый сам за себя» тоже имели место быть: у нового члена компании были карты с пейзажами, привезенные из Сугробурга. В школе девушки, бывало, общались милыми записками. Учителя этого не замечали или делали вид, что не замечают. Одна из таких была особенно запоминающейся: I have no dreams until ur with me. Same. It makes no sense, 'cause you are already my dream. Частыми были и проявления творческой натуры Коломбины в виде рисования на руках. Редки были дни, когда светловолосая уходила без какого-нибудь кота или розы, несмотря на все возражения родителей, считавших, что таким занимаются только заключенные. Функция маркеров - выделять самое важное. Как-то раз Сандроне, прихватив с собой на занятия около двадцати двух штук, изрисовала правую руку любимой. В ответ на ее левой руке поместилась черепашка. В одно из воскресений осени девушки решили погулять. Их не остановил и прогнозируемый дождь, хотя здоровье Бины всегда оставляло желать лучшего. Она укуталась потеплее, взяла с собой зонт и хотела уже выйти, как вдруг ее мать задалась вопросом. - А когда вы успели договориться? В вашей переписке ничего такого нет, - недоумевала женщина. Жизнь в строжайшем контроле научила черноволосую изворачиваться. - Мам, мы в школе договорились, - чуть неуверенно отвечала она. Прежде, чем родительница успела задать следующий вопрос, Коломбина выскользнула за дверь. На самом деле общение уже давно происходило в секретных чатах, до которых всюду лезшая мать добраться не могла. Сандроне уже шла навстречу. Она чувствовала капли дождя, слегка сталкивавшиеся с ее лицом. Так или иначе, зонта у нее не было. Подруги должны были встретиться на детской площадке возле церкви. Они любили принадлежавшие ей качели и автобус. Младшая, бывало, лезла на крышу, а после спускала голову, встречаясь взглядами со своей девушкой, что забавляло ту. Если бы Сандроне спросили, какой способностью она хочет обладать - ответом бы стало: «летать». Светловолосая всегда мечтала парить в облаках подобно птице, свободной от предрассудков, обязанностей, мыслей. И это чувство ей дарила Бина. Её Бина. Вон она, идет со стороны смежного с площадкой сквера. Сандроне не может сдержать улыбку и ускоряет шаг. Поравнявшись со старшей, она взяла ту за руку и повела в автобус, где со спины обняла, положив голову на её плечо. Они просидели так недолго; до внезапно усилившегося дождя. Изначально планировалось дойти до дальнего кафе, но барабанивший по крыше ливень заставил возлюбленных выбрать ближайшее. - А зонта-то у меня нет, - спохватилась светловолосая. - Ничего, пойдем под моим, - как всегда спокойно ответила Коломбина, выйдя из места их пребывания и раскрыв зонт. Сандроне прошмыгнула следом, забрав у подруги сердца защиту от дождя ввиду своего роста, ведь в противном случае тот просто бился бы ей о голову. Девушка ненавидела Снежноград. Эти серые здания, серое небо, серые люди. И растительность вся спит: лишь ели неизменно стоят. Зима вместо привычной четверти занимает более половины года, из-за чего остальные сезоны короткие. Ладно бы просто зима, но время это жутко холодное. Температура опускается ниже сорока градусов, ветер дует со страшной силой, сугробы намного выше людей и вездесущий гололед. А полярная ночь повышает сонливость дома и тревожность на улице. Всё это вызывает ощущение, словно город мертв, и люди гибнут вместе с ним. Другое дело Светлогорье - зима там короткая и очень теплая, а лето жаркое и такое живое: всюду, куда ни ступи, трава, деревья, самые разные цветы. Можно заметить прячущихся под машинами котят, резвящихся во дворах детей. Даже воздух пахнет иначе. По утрам горланят птички, а вечерами виднеются яркие-яркие закаты самых разных цветов: от тёмно-оранжевого до нежно-розового. Так приятно ночью лечь на траву с кем-нибудь и глядеть в усеянное звездами небо. Пусть Светлогорье и маленький город, в котором нечего делать, но он идеально подходит для отдыха от привычной суеты. Сандроне родилась здесь и считает это место домом, хотя была вынуждена переехать. Но теперь ей хочется возвращаться в Снежноград, и причина этому - Бина. Девушки подходили к длинной широкой лестнице, по обе стороны окружённой голыми деревьями. В это время черноволосая взялась за зонт тоже, накрыв руку временной владелицы своей. Младшая чуть покраснела от приятного смущения, и в молчании возлюбленные дошли до места назначения. Кафе «Сумерки» было довольно уютным, хотя цветами определённо противоречило названию: все стены из красных, оранжевых и белых плиток. Детская комната, несколько столиков в зале, касса, где можно было по завышенной цене купить напитки или десерты к основному блюду, несколько мест у окон, над которыми висели гирлянды. Также была пара мест у окна с теми же гирляндами, закрытая от людей. Там подруги и остановились. Заказав картошку фри и чай, они стали ждать, болтая ни о чем. Способность Сандроне видеть вдаль оставляла желать лучшего. Вспомнив, что очки были с собой, она надела их и начала рассматривать пейзаж. - И как оно? - спросила Коломбина. - Красиво, - ответила светловолосая. - Жаль, сама не вижу. - Можно примерить? - девушка указывала на предмет улучшения зрения. - Конечно, - с легкой улыбкой сказала Сандроне и передала желаемую вещь. - Ого. Действительно интересно, - удивилась старшая. Не столько виду, сколько тому, что сама, как оказалось, не очень хорошо видела. Как только она насмотрелась, Сандроне забрала очки. Они не шли и без того прекрасной любимой. Едва девушки дождались заказа, как Бине позвонила мать с требованием заканчивать со встречей и возвращаться домой. Делать было нечего: быстро перекусив, возлюбленные разошлись. Сандроне было трудно доверять людям. Особенно когда речь шла о родителях. Они любили напиваться до беспамятства, а в этом состоянии, как известно, можно многое натворить. Обычно держащиеся строго люди, например, ярко выплескивают свои эмоции. Ситуация в семье девушки была примерно такой же, но взрослые здесь, коих трудно назвать взрослыми, не сдерживали чувств никогда. Как-то раз светловолосая, оставшись дома с отцом, делала уроки, параллельно общаясь с Биной. Ничего не предвещало беды, как из кухни послышался стук рюмки о стол. - Чёрт с ним, - думала Сандроне. - Лишь бы не в свинку. Хоть ее ожидания и оправдались, ситуация оказалась гораздо хуже. Вообще, заставить девушку заплакать невозможно. Под силу это было только ее родителям, слезы от криков которых текли безостановочно. - Лучше бы тебя не было, - послышалось из коридора. - Развёлся бы с твоей мамашей, и деньги бы у меня были, и зажил бы наконец для себя. Как это всё надоело. Сидишь целыми днями за своим компьютером и ничего не делаешь, бесполезный кусок дерьма. Лишь бы пожрать и в телефон потыкать, больше ни черта не надо. Как был связан ноутбук светловолосой с лучшей жизнью ее отца - до конца она не понимала. Однако и заниматься уже не могла. - За что такое отношение?, - чуть слышно шептала Сандроне дрожащими губами. - Почему в других семьях взрослые не пьют, а детей любят, поддерживают и уважают? Ответа на этот вопрос никто дать не мог. Девушка решилась поделиться проблемой с Коломбиной с помощью голосового сообщения, как вдруг родитель, как всегда без спроса, зашел в комнату. Дочь не стала останавливать запись. - Ну и что ты сидишь опять, ничего не делаешь?!, - ни с того ни с сего заорал мужчина. - Хоть бы подошла, спросила: «пап, тебе, может, помочь чем-нибудь?» Нет. Ей только телефон и всё тут. Вырастил на свою голову! Неблагодарная свинья! Дверь в комнату светловолосой захлопнулась. Ее уже столько раз с силой толкали, что сидящая в комнате никак не могла понять, отчего та до сих пор не слетела с петель. А вот Сандроне слетела. Плача уже навзрыд, она извинялась перед Биной за то, что позволила ей услышать подобное. - Милая, все в порядке, - успокаивала старшая. - Я рада, что ты нашла в себе силы поделиться этим. А слушать его не надо, он не стоит твоих слез. Девушка и сама понимала, что это так, но ничего не могла с собой поделать. Это папа, каким бы он ни был. Ей просто было обидно, что человек, которого она любит, позволял себе такое поведение. К счастью, вскоре мужчина лег спать, и все закончилось благополучно. Новый год - самый масштабный праздник в Снежной. Семьи собираются вместе, наряжают елку, украшают дом, готовят лучшее, что умеют, а в полночь взрывают хлопушки и жгут бенгальские огни под обращение президента к гражданам. Неотъемлемой частью всего этого является дарение подарков близкими. Сандроне уже давно приготовила все, чем намеревалась порадовать любимую. Оставалось только приобрести подходящую коробку. В день, когда она хотела совершить покупку, намечалась прогулка с Биной, Пулонией и Пьеро. Воскресенье это было прекрасным, стояла любимая в период зимы погода светловолосой: тепло, безветренно, лишь снежинки, порхая, падают на ладони и бесследно исчезают. Дойдя до нужного магазина, Сандроне взяла с собой Пьеро, а Пулонию и Коломбину попросила подождать в отапливаемой остановке. Не портить же сюрприз? Обсудив с другом возможные варианты, она выбрала темно-зеленую с белым узором коробку. Расплатившись, девушка положила ее в рюкзак, и оба отправились обратно на улицу. К их удивлению, вечно мерзшая Бина стояла около фонарного столба, активно разговаривая о чем-то с оставшимся с ней собеседником. Компания отправилась к главной площади, ненадолго задержавшись у сквера, нравившегося возлюбленным. Уже на месте светловолосая поняла, что забыла рюкзак на предыдущей остановке. Ее волновала не столько оставленная в нем банковская карточка отца, сколько коробка, в которой находился подарок. Пулония и Пьеро отказались идти с Сандроне, чем жутко ее разозлили, но ругаться было некогда. Она лишь попросила Коломбину остаться с ними, потому что ей, в отличие от тех здоровых лбов, могло стать нехорошо от переутомления, и пулей помчалась в злосчастный сквер. Бежать было далеко: дорога, дворы, лестница, еще дорога, и только в конце заветная вещь. Взобравшись наверх, девушка, еле дыша, увидела в руке какой-то женщины свой рюкзак и вежливо попросила отдать. Оказалось, его все это время охраняли какие-то мальчишки. В благодарность светловолосая оставила им двести рублей на шоколадку и побежала обратно. К ее удивлению, Бина потихоньку шла навстречу. Младшая ускорилась. Ускорилось и ее сердце, мигом отбросившее все негативные эмоции: Пулония, человек, с которым она столько лет дружила, отказался идти с ней, а любимая со слабым здоровьем взяла и пришла. Сандроне взяла ее за руку, и вместе они вернулись на площадь. - Знаешь, что дарят на новый год тем, кто плохо себя ведет?, - с доброй усмешкой спросила Коломбина. Сандроне серьёзно задумалась. - Уголь, - отвечала девушка с очень умным видом. - А ты принесешь? - Принесу, - с ухмылкой пообещала старшая. - А ты видела, как дети отгрызают шоколадным дедам головы и снимают это на видео? - Нет, - этот вопрос только больше рассмешил черноволосую. - Ну и название ты придумала: «шоколадный дед» - А вот!, - с гордостью говорила Сандроне. При общении с Коломбиной разбрасываться словами не стоит. Спустя некоторое время у младшей действительно оказался и уголь, и шоколадный дед, которому она благополучно отгрызла голову и выложила это в сеть. Возлюбленные мечтали отметить новый год вместе, но родители что одной, что другой были против нарушения семейных традиций, поэтому встретиться получилось лишь третьего января у Бины дома. Сандроне пришла чуть раньше, чем она того ждала, поэтому подарок не был упакован, но от этого явно не стал менее ценным: милый белый плюшевый кот с желтым правым и голубым левым глазом, напоминавший героя известной манги, розовая мягкая игрушка в виде моли и любимая шоколадка светловолосой, уже мечтавшей поцеловать дарителя. Но она не могла, ведь взрослые вновь остались в квартире. Закрыв дверь в комнате, девушки включили на ноутбуке мультфильм «Вверх», а сами сидели и тихо болтали о чем-то, обнявшись. Спустя некоторое время родители все же уехали в магазин, предоставив возможность свободно проявлять свои эмоции и желания. Едва входная дверь заперлась, свет в комнате возлюбленных погас. Коломбина оказалась на коленях Сандроне, глядевшей ей в глаза. За легшими младшей на плечи руками последовал нежный, но чувственный поцелуй. Губы - самая чувствительная часть человека, и светловолосая мечтала ощутить любимую как можно ближе. Чуть позднее родители вернулись. Мать Бины предложила подругам чай и бутерброды. Перекусив, гостья заметила, что ей пора домой. Ее девушка вызвала такси, но машина приехала раньше, чем должна была, поэтому Сандроне, выбежавшая из комнаты под добрый смех взрослых, быстро оделась и уехала домой.