Страшные вещи....

Вару брёл по бесконечному коридору, пока не упёрся в дверь, которая была подсвечена ядовито-зелёным. Его трясло от холода и осознания того, что Пик где-то там, всего в паре метров за стеной, спокойно ложится спать. Он толкнул дверь и оказался в странном месте. Это была копия их общей комнаты, но искажённая. Мебель была сделана из чего-то, напоминающего кости, а на стенах вместо плакатов висели огромные фотографии самого Вару. На каждой из них он был запечатлён в моменты своих провалов или когда Пик смотрел на него с самой лютой ненавистью. В центре комнаты стоял проектор. Он зажужжал и начал показывать на стене «фильм»: вот Пик смеётся с остальными клонами, пока Вару заперт в другой комнате. Вот Пик говорит Фёдору: «Без него в карточном мире было бы тише. Он просто балласт». А Вару уже не боролся. Тени, густые и холодные, как могильная земля, облепили его, затекая в рот, нос и под веки. Он чувствовал, как дом высасывает из него всё: его наглость, его смех, его ядовитые шуточки. Оставалась только пустая оболочка, дрожащая от первобытного ужаса. — Вару! Нет! — голос Пика доносился словно из-под толщи воды. Пик видел, как «комната» засасывает его валета. Он не стал раздумывать. Плевать на логику, плевать на «усталость». Он рванулся вперёд, буквально проламывая плечом реальность. Пространство вокруг него трещало, как старое полотно. Он прыгнул в эту черноту, в последний момент хватая Вару за предплечье. — Отпусти… — едва слышно прохрипел Вару. Его глаза, лишенные очков, были мутными и полными слез. — Он сказал… ты рад… что я… исчез… — Закрой пасть! — рявкнул Пик, упираясь ногами в склизкий порог исчезающей комнаты. — Не слушай этот проклятый склеп! Дом взревел. Стены начали пульсировать, пытаясь вытолкнуть Пика и оставить Вару себе. Черные вены на коже валета начали светиться мертвенным светом. Вару обмяк в руках лидера, его сознание окончательно угасло, не выдержав психологического давления. Он просто сдался, решив, что смерть в этом лабиринте — это и есть его заслуженный финал. Пик вытащил его. Он буквально вырвал Вару из пасти особняка, выкатываясь вместе с ним в обычный, пыльный коридор второго этажа. Дверь в комнату за их спинами с грохотом захлопнулась и... исчезла. На её месте осталась ровная стена с выцветшими обоями. Тишина вернулась, но теперь она была мёртвой. Пик тяжело дышал, глядя на парня в своих руках. Вару выглядел ужасно: одежда изорвана, на лице — кровавые борозды от когтей теней, а из-под закрытых век всё ещё катились слезы. Но страшнее всего было то, что Вару не просыпался. Он мелко дрожал, свернувшись калачиком на полу, и шептал обрывки фраз: — Не надо… я буду тихим… только не оставляй меня там… Пик впервые почувствовал, как внутри него что-то болезненно сжалось. Этот зелёный комок проблем всегда его бесил, но видеть его таким — абсолютно сломленным и лишенным воли — было почти физически больно. Он осторожно поднял Вару на руки. Тот был подозрительно лёгким. Пик донёс его до своей комнаты (единственной, которая казалась безопасной) и аккуратно уложил на кровать. Прошло три часа, прежде чем Вару открыл глаза. Но в них не было привычного вызова. Когда он увидел Пика, сидящего рядом, он не отшутился. Он в ужасе забился в угол кровати, закрывая лицо руками. — Уходи… — всхлипнул он. — Ты же ненастоящий. Дом сейчас тебя заберёт, и я снова буду один. — Вару, это я. Посмотри на меня, — голос Пика был непривычно тихим, почти мягким. — Нет! — Вару сорвался на крик. — Ты меня ненавидишь! Ты сам это сказал! Пик замер. Он понял, что дом не просто пугал Вару — он вывернул его душу наизнанку, заставив поверить в худшие страхи. Он медленно протянул руку и, игнорируя попытку Вару увернуться, крепко сжал его ладонь. — Послушай меня, придурок, — Пик заставил Вару посмотреть себе в глаза. — Я никогда этого не говорил. Этот дом — лжец. И если ты сейчас же не перестанешь ныть, я решу, что он действительно тебя подменил. Вару замер, всматриваясь в лицо лидера. Он искал подвох, искал ту самую тьму в глазах, но видел только усталость и странное, колючее беспокойство. — Пик?.. — его голос дрогнул. — Я здесь. И я никуда не уйду, пока мы не выберемся из этой чертовщины. Вару вдруг подался вперёд, вцепившись в куртку Пика так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он уткнулся лбом в плечо лидера и зарыдал — громко, навзрыд, отпуская весь тот ужас, что скопил в лабиринте. Пик на мгновение застыл, не зная, что делать, но потом неуклюже положил руку на затылок валета, прижимая его к себе. Дом за стенами злобно скрипнул половицами, но подойти ближе не посмел. В эту ночь они оба поняли: иногда самый страшный лабиринт — это не стены, а собственные мысли, из которых может вытащить только тот, кто тебе действительно дорог. Это неправда... всхлипнул Вару, закрывая глаза ладонями. Это дом... это всё дом! Но голос из теней, удивительно похожий на его собственный, прошептал прямо в ухо: - А если нет? Если он специально не идёт тебя искать, потому что наслаждается тишиной? Ты же любишь шутки, Вару. Разве это не самая смешная шутка в твоей жизни? Вару закричал, хватая тяжёлый костяной стул и швыряя его в проектор, но тот лишь прошёл сквозь стену, как сквозь дым. В это время Пик уже лежал в кровати. Сон был тяжёлым, словно болото. Ему снилось, что он стоит посреди пустой белой комнаты, а под его ногами трескается стекло. Он посмотрел вниз и увидел под стеклом Вару. Тот был весь в крови, без очков, его глаза были широко распахнуты от ужаса, а губы беззвучно молили: «Пик, вытащи меня». Пик замахнулся кулаком, чтобы разбить преграду, но стекло было стальным. - Вару! - Пик подорвался на кровати, тяжело дыша. В комнате было тихо, но на зеркале в углу медленно проявлялась надпись, сделанная будто пальцем по запотевшему стеклу: «ЕМУ БОЛЬНО». Пик соскочил с кровати. Усталость как рукой сняло. Это не мог быть просто недосып. Он вышел в коридор и громко крикнул: - Вару! Если это твоя тупая шутка, я тебя придушу! Выходи сейчас же! В ответ дом... вздохнул. Половицы под ногами Пика вздыбились, а из стен начали прорастать колючие ветви черных теней. Вару в «комнате воспоминаний» уже не сопротивлялся. Он сидел на полу, обняв колени. Его очки окончательно рассыпались в пыль. Без них он чувствовал себя голым. Дом начал забирать его голос. Вару пытался крикнуть, но из горла вылетал только хрип. Тени начали облеплять его тело, как кокон. Они впитывались в кожу, оставляя черные следы, похожие на вены. Вару чувствовал, как его личность стирается, как он превращается в часть этого дома в ещё одно эхо в пустом коридоре. - Пик... - одними губами прошептал он, когда тень накрыла его лицо. В этот момент дверь в комнату разлетелась в щепки. Но это был не Пик - это был коридор, который вдруг изогнулся под невозможным углом. Пик стоял на потолке другого коридора, глядя на Вару через «прореху» в реальности. - Вару! Хватайся за руку! - Пик перевесился вниз, его глаза горели опасным фиолетовым огнём. Вару попытался протянуть руку, но тени потащили его назад - вглубь комнаты, которая начала превращаться в огромную пасть.